Си. Финал

Палыч никогда не начинал разговор сразу.

Он долго молчал… как будто ждал лето.. но осень отражалась в стеклах очков каждый раз.

Наливал чай.

Севиль сидела напротив.

Палыч посмотрел внимательно.

- Как отдохнула?

Она потянулась за чашкой…

- Скорее… перестала понимать, где я сейчас.. - путешествовала – собрала целую корзину городов.

Иногда казалось, что побывала в сказке, иногда не понимала - где заканчивается человек тот, кого хорошо знаешь.. и даже любишь, - и где начинается – чужой.. не знакомый, закрытый.

Иногда выясняешь - с чем он родился, что он нес уже несколько веков…

Как любовь управляет людьми, не осознанно.. и как она превращается в страх..

Или возможно, из страха за кого то - возникает любовь.

Вот такой был мой год.. а отдых расставил несколько точек.

Знаешь, Палыч… я довольна тем, что вопрос, который держал меня весь год, - ушел, он не растворился, как снег.. но прояснил многое.

Как твой отпуск? Как ты сам в целом?

Палыч кивнул.

- Хороший вопрос.

Он отпил чай…

Но он говорил о том, что его беспокоило.

- Мы всё время судим людей так, будто стартовые условия у всех одинаковые.

Она подняла глаза.

 - Мы же исследуем?

- Пусть будет так… так даже правильнее.

Палыч немного помолчал.

- Возьмем Паганини.

Все знают великого музыканта.

Но почти никто не думает о человеке.

До сих пор спорят, что именно было причиной его необычных возможностей.

- Особенности соединительной ткани, необычная подвижность суставов, длинные пальцы.

Для врачей - это болезнь.

Для скрипки - возможность.

Он чуть улыбнулся.

- Но знаешь… меня всегда интересовало другое.

- Если бы не отец, стал бы он Паганини?

Севиль задумалась.

Она знала эту историю.

Отец часами заставлял мальчика играть – ломал, давил.

Не давал права быть ребёнком.

- Ты хочешь сказать… что сделал его гением отец?

Палыч медленно покачал головой.

- Нет.

Отец не сделал его гением - он давил.

Как сейчас сказали бы, травмировал.

Из травмы выросла одержимость…

Севиль добавила:

- Получается,  его отец был сам одержим и травмирован.. интересно, а если бы у отца были такие же пальцы, сидел бы он в каморке сутками напролет?

Он засмеялся…

- А Если смотреть глазами современного закона, это действительно было бы насилие над ребёнком.

Севиль тихо произнесла:

- Но без этого мир, возможно, никогда бы не услышал его музыку…

Палыч посмотрел на неё долгим взглядом.

- Это самая опасная мысль.

- Да, я понимаю…

- Потому что после неё всегда находится человек, который решает:

«Раз результат великий - значит, средства были правильными».

Да – да…-  «Для достижения победы все средства хороши» - помню- помню.

Он поставил чашку.

- Закон вообще не умеет отвечать на такие вопросы.

Он умеет отвечать только на один:

Нарушил человек закон - или нет.

Севиль тихо сказала:

- А жизнь?.. Как ты думаешь?

- Жизнь…

- обычно отвечает позже, иногда через поколение, возможно через детей, одиночество.

Палыч снова помолчал:

-А когда появились толпы поклонников.

И каждый восторг говорил ему:

- «Да. Теперь ты достоин.»
 
- Зеркала?

- Да, и когда одного зеркала становилось мало, он искал другое.

Потом Палыч неожиданно улыбнулся.

- Недавно ко мне приходила одна женщина.

- Разводиться хотела.
- Муж пил много лет.

Она говорила:

«Я устала… Он слабый.

Он ничего не хочет менять.»

Я слушал.

Потом спросил:

- А если представить, что каждое утро он просыпается уже проигрывая самому себе?

Она тогда даже разозлилась.

- Не оправдывайте его.

Я и не оправдывал.

Но, через несколько месяцев она пришла снова.

Совсем другая… другие глаза…

И сказала удивительную вещь.

«Мы обследовали ДНК мужа. Оказалось у него склонность к алкоголю на генном уровне.

Я столько лет думала, что он просто не хочет.

А теперь увидела - он каждый день преодолевал больше, чем другие"

Палыч улыбнулся едва заметно.

-  Она увидела его иначе.

Его стартовые условия были другие – ему сложнее бороться.. но он боролся, ради семьи, и себя.

И она его стала уважать… представляешь! Она не сказала -ааа... понятно… значит можно бросить… - нет.

Она стала его поддерживать, не как слабого, а как сильного.

Он посмотрел в окно.

- Иногда уважение рождается не тогда, когда человек перестаёт падать.

А тогда…
…когда ты наконец замечаешь, сколько сил ему стоит снова подняться.

Севиль долго молчала.

Перед глазами возник Илья.

Его чёрный квадрат.
Его сжатая пружина.
Его странный язык.

- Да, мы чаще видим деяния, поступки… - произнесла она.

Но всё чаще жизнь заставляла расследовать гораздо глубже – идти внутрь человека.

Она грустно улыбнулась.

- Иногда - в прошлые века, иногда – в ДНК человека.

Они пили чай… за окном серого кабинета кружил снег.

- Москва красивая, нарядная…
Особенная, высотки, старые переулки..

Она вспомнила как шла по переулку еще в августе, увидела картину Венеры за стеклом…

- Палыч, так время меняется.. - мы пережили ковид, как будто наступает другой период - свободы, открытости. Что-то меняется…

Знаешь… я познакомилась с художницей – она нарисовала… еще в 2021 году..
На картине -  огонь, зарево.. обломки и ее героиня несет за спиной корзину с самым ценным.

А я собрала свою корзину – в ней те же ценности – соборы, города, купола…

Только я бы нарисовала над ними мирное небо... нежно-сиреневый рассвет.