***

Продолжение повести "Мама, мамочкаа..."
- Ой,  сынок, не пеняй судьбе, что меня жестоко забрала, нет, мне совсем не одиноко, но как, родной, там тебе? Ты плачешь милый? Не надо! Поверь нелепа та беда - моя болезнь, ведь свыше нам дана награда с тобой навсегда быть вместе так что ж твоё сердечко остынет, что в тишине бьётся скорбью. Я долго-долго пустыней  шла  к тебе в твоем тяжелом  сне. Так обними скорей же маму, и отогрей своё сердечко! Я маминой нежностью своей прогоню твою боль и тоску…  Мы с тобой всё преодолеем, и через много лет встретимся в  Божией вышине. Ты знаешь - мы вместе сильные духом, мы сильнее вдвойне. Но, посидим пока тихонько, я всё же слишком долго шла. Легонько погладь мне голову, как раньше сынок…
- Там после жизни, ежечасно вспоминала твои ладони и понимала,  не напрасно я жила, любила, мечтала и страдала… И погружался в омут слез, плача, и парила в небе благости, жила и творила по Божьим принципам и я стала мудрее, я стала богаче. Я стала неделима духовно, а душевно щедрее во стократ, мне пора сынок, уже и тьма редеет за окнами и сон уходит. Поспешим. Тебя  я люблю, как и прежде! Ну, что ты, сынок, не плачь. Есть в смерти смысл, как есть и в надежде, она - не враг, и не палач, она - не Божье наказание, и не пустота ледяная, не горе, омытое слезами, и могильная плита. Она свобода, лёгкость и воля - начало жизни, но иной, лишенной ненависти, боли и лишь одной энергией она полна. Безмерно полна.  В ней все желания и мечты, и не единой капли скверны, ни грамма суеты нудной. Придёт тот час - мы с тобой станем силой свой дух в одно соединим и могучей крылой энергии к Божьим небесам взлетим, к святым не оскверненным далям вспорхнёт, не зная тех границ, что в этой жизни давали нам превратиться в легких птиц… Ну, что ж, пора. Простимся ныне. Я не забуду твои сны, пусть впредь станут не пустыней, а станут нежным веянием весны…
- Вознесся ты над миром бытия, моя нежная мама, а на Земле я по сиротски стыну На небо гляну с надеждой, что ты прилетишь. И ты, одна - единственная живёшь во мне навсегда! Внемлю лишь твоей любви! Утро приходит и снова в  тоске и грусти по тебе я кручусь в муках, настанет день - слеза моя грустить и вечером  рядом стынет скука. И только ночью забываюсь  любимая мама, мой Ангел, ты летаешь теперь в небесах. Прости, что плачу - тоска сбивает меня с ног, мне без тебя никак, ты же понимаешь.
- Помолись обо мне сынок, милый, и  услышит молитву Господь, мы с тобой разделим  душу любовью, пусть же наши мысли будут чистыми, а сердца освещённые Божией любовью, засияют лучистыми солнышками. Так избавим свой разум от искушения и раскаемся  за нерадивость. Раскроем друг другу объятия и простим, прощая помолимся, тогда ненависть, плачь и смятения уйдут, стыдимся мы от грехопадения, а молитва поможет справиться и попросить благословение Божие. В эту ночку помолись обо мне сынок, и станем мы с тобой единою волей и несокрушимой силой.
- Ты лучшая в мире мама! Я тебя люблю! Ты мой маячок, мученица мама и небеса молю хранить вечно этот аленький цветочек, дарить ему тепло и яркий свет, пусть тянется к другим мирам, а я в пределах отданных мне лет, светло и  свято буду помнить имя - Райхон! Спасибо Высшим силам от души - что дали мне светлейшего из светлых, что она любить и радовать спешила, и мудра была в вопросах и ответах. За силу её духа крепкую я прикоснулся к тайнам мироздания, что на свете не было никого, кто пробуждал бы - жить - во мне желание, лишь только мама, мама света и добра, мама моя - и хрупкая, и нежная, как душа, душа твоя светла мама! Ты  несомненно самая, самая лучшая!
- Сынок, ты далеко, а я так скучаю… Нет тебя - и солнце светит тускло, и неуютно вокруг, и мне так грустно, грустно. Нет тебя - и нет тепла вокруг.
- Мама, мне очень больно дышать без тебя, что все мысли, слёзы только о тебе, что моя жизнь осталась в апреле… Ты ушла, отдав мне свои лучшие годы, и мне лучиком сияешь с небосвода… Вот только, мам, как мне жить, совсем не знаю, я без тебя мамочка, учёба и то неинтересно, без тебя я просто погибаю. Мамочка родная, ты - моя Вселенная - прекрасная и вечная! Прости меня мама, мою безумную грусть, за мои  бездонные слёзы, прости меня неразумного, замёрзшего и бездомного, спасибо тебе мама, моя нежная мама! За счастье данное тобою мне, за годы с яркими красками, я тяну руки к звёздам, прости своей любовью так непоправимо поздно окутал.
Без тебя мам, сколько ночей не спал, сколько дней не жил,  всё блуждая меж огней, что я искал там, за грехи, какие если обижал тебя - теперь я каюсь. Потерял я тебя мам и любя Бог тебя приютил.  Ты теперь от меня далека, - самый яркий мамин огонёк, самый нужный, самый нежный! Ты свети в  кромешной тьме, окружающей  наш дом - ты самая  в нём желанная!
… В эту ночь перед выпиской Ринат вовсе не спал, да  и не пытался.  Он понял всё. Теперь мама никогда не вернётся. Провожая её, он только и целовал свою маму, всей душой  говоря: "Лишь я тебя люблю мама! Как жаль что всё это было во сне…".
А в памяти Рината как воздушный пузырёк из воды, и снова, снова всплыл случай с ним на кладбище…
   
Фасад больницы. Открывается дверь. Ринат с учительницей   выходят из двери. Ринат стоит на крыльце, глубоко вдыхает воздух. Смотрит в синее небо. Ринат улыбается. Учительница смотрит в его глаза, которые совсем рядом, и тоже улыбается. Они о чём-то весело разговаривают, смеются. А через какое-то время уже пожилая Нафиса узнав всё, и её привлекло то, как Ринат похож на её сына в детстве, и она навестила Рината, и у неё не осталось сомнений, что мальчик был ее внуком.
Однако Ринат продолжал жить со своим приёмными матерью и отцом, а его бабушка позаботились о его будущем, чтобы он ни в чём не нуждался, а отец Рината, так и не захотел общаться со своим сыном.
Впрочем Нафиса не расстроилась этому факту, она давно разочаровалась в своем сыне и хотела сделать всё, чтобы Ринат вырос  другим  человеком.
А в милиции начали расследование. Они обвинили Чаррос и её жениха в краже денег и бизнеса Райхон. Кроме того, они выяснили, что те травили бедную Райхон намеренно. И её смерть не была случайностью. За это преступная парочка получила тюремный срок.
      
У Рината теперь приёмные мать и отец которые в нём души не чают. С матерью всегда за руку возвращаются вместе со школы домой и по пути долго-долго ведут неспешный разговор…
- Мама, отчего снова грустишь, я тебя обидел чем-нибудь, ронял какое-нибудь слово сказанное где-то на бегу?
- Что ты, мой сынок ни капли грусти нет, и когда смотрю на тебя грусть с тобой в сердечко мы не пустим, каждый день мы любя проживем.
- Ты о любви так часто повторяешь, только и удивляешь в каждый раз - как же о своей любви узнаешь, где хранится весь ее запас?
- Нет сынок у любви запаса. Тот кто любит чувствует - внутри условном  мире стало больше красок словно в облаках душа парит рядом с тем кого сердечко любит.
- Значит у любви запаса нет?
- Да сынок. Она всегда здесь будет.
- Значит через много-много лет? Мама, значит - это чувство вечно?
- Да сыночек - любовь матери будет бесконечно рядом с сыном, для нее порой не нужно слов, по глазам и по поступкам, ты сумеешь сердцем ощутить, что на всей Земле ты самый, самый - словно нас двоих связала, нить которой крепче нет на свете.
- Кажется я понял.
- Что мой сын?
- Что любовь наружу незаметно, чувствуешь её лишь ты один, выразить ее словами можно и во взгляда и в делах  своих показать порой совсем не сложно. Твоя душа полна любви.
- Да сынок, любовь - это работа для начала над самим собой, это постоянная  забота   всё на свете, для нее одной, это чувство в жизни очень важно, ты её старайся сохранить, в этот мир приходим мы однажды чтобы научиться здесь любить…
Однажды ты вырастешь и уйдёшь. Я даже думать не хочу об этом. А я буду ждать тебя сквозь дождь и смотреть в окно, и в силуэтах, твоим запахом будет пахнуть дом всё реже и ты лишь изредка позвонишь:"Мама не скучай!" И моё сердце пополам разрежешь, а я буду ждать тебя всегда! И не отходить от трубки телефона. Ты знаешь иногда за суетой, я не мог тебе отдать всё, что хотела. Но ты со мной пока. Ты только мой!  Но помни, время ставит на свои пределы… Года всё набирают оборот, и иногда смотрю мамины твоей родной оставленной в комоде  бирку, ту что ей на память выдал роддом - где рост, вес, и подпись снизу "мальчик…"
- Мама, я тебя никогда не оставлю! Мама, а я всегда буду любимым?
- Да, всегда хороший мой!
- А когда женюсь, ты не разлюбишь,  сможешь и женатого любить?
- Я за то, что ты счастливым будешь - стану  благодарить Создателя!
- А когда родятся мои дети, их полюбишь как и меня?
- Они будут мне дороже всех на свете как и ты, мой сыночек…
- Но если рядом жить не будешь, я буду жить в другой стране, ты меня случайно не забудешь, вспомнишь ли мама обо мне?
- Даже на секунду не забуду и не сомневайся в том сынок, с Ангелом - хранителем прибуду сон твой охранять под сводом крыш…
- А когда я стану очень старым, тоже не разлюбишь ты меня?
- С неба я звездою  яркой самой собой любя прикоснусь тебе сынок.
- А когда совсем любить устанешь, что тогда? Спросил Ринат прямо.
- Это невозможно, понимаешь, это навсегда - я твоя мама!
И Ринат потихоньку прошептал: "Господи, пусть я буду жить столько сколько хочет мама! И найди пожалуйста, маму родную и скажи ей, что я её люблю! И Тебе хорошо, Господи, - с моей мамой общаешься! Я думаю, ты забираешь, добрых, хороших мам раньше времени к себе, потому что они Тебе тоже нравятся! И прости меня Господи, если я Тебя обидел нечаянным словом, и прости мои грехи и сделай святым с детства!
Господи, в те разы когда я не молюсь, не сердись - я весь в любви! Влюбился в Мухлисе - она вся копия мамы! Отпусти мою маму на мой день рождения прошу тебя! Ты обещал защищать слабых, обиженных судьбой,  что-то я это не чувствую! Можно я сегодня в твоих снах приду и нежно обняв - попрошу отпустить со мной маму! Можно мне не умирать, и буду жить долго чтобы Ты и мама гордились со мной! Ты не скажешь, когда началась на Земле любовь? Почему когда любишь, всё нравится, даже яичница? Может ли хватит моё детство на всю жизнь? Ведь я с Мухлисой год учился в одной школе и вот однажды она мне заявила: - Мы с тобой родственные души и давай жить так, чтобы все на свете были счастливы.
Ты представляешь, я уже счастлив. И мы с ней хотим чтоб в молодости жили хорошо и счастливо, а в старости можно только счастливо…
    
… После завтра наступит первый день лета. Ринат помнит как они с мамой с раннего утра встречали ласточек - любимых мамин птиц - ангелов. Поэтому Ринат попросил приёмную маму вместе встретить ласточек у них дома…
-Раннее майское весеннее утро. Дом мамин и Рината смотрит с пустыми без занавесок окон, сквозь которые просматривается его опустошенное нутро. Следующей по улице дом деда Ринаткиного друга - еще крепко стоит.
Жизнь едва теплится здесь. Но она есть. В доме деда на веревке протянутой от столба к яблоне треплется на ветру выстиранное бельё…
Ворота скрипит, отрываясь, - из неё выходит старик, идет к ним, кашляет кашляет и хрипит, пытаясь поймать волну радиоприёмника.
Ринат вспоминает…
… В наш этот дом в первую же весну ласточки прилетели, мама смотрела как деловито лепит гнездо влюбленная пара. И в маминых глазах снова стояли слёзы, но это были светлые, хрустальные слёзы счастья…
С этого дня  мама расправила плечи, её голос стал уверенным и твердым. В округе  - квартале никто не смог сказать ей ни одного обидного слова. Она мать, хозяйка дома. Ведь к ней прилетели ласточки!
А если война? Разрушения, землетрясения? А что же было сейчас - в этой весной, после потери мамы?
Как обычно, в это утро последнего дня весны прилетели ласточки. Они появились такие праздничные и счастливые - закружили стайками вдоль знакомых улиц и стали искать наш дом, свои гнёзда…
Вы никогда не слышали как кричат ласточки? Вы думаете, они не могут кричать? Ласточки щебечут, звенят, чирикают, переливаются высокими трелями, ну, как могут они кричать?
А сегодня, в это утро,  обезумевшие стайки ласточек носились над нашим домом и кричали протяжно, горестно, безутешно. Ибо как всегда встречать их не вышла во двор - мама!!!
Вы можете сказать - это невозможно… "Но ласточки не увидев счастливые, улыбающийся Мамины глаза, там, где еще прошлым летом они вылетели из гнезда - не пожалели остаться на родине…" - Так сказал   рядом стоящий с нами дед: "Пометавшись, покружив над вашим домом, они улетели обратно, в сказочную, теплую страну, туда, где зимует лето…, потому что в вашем доме не осталась любовь, любви… Только смерть, горечь, печаль… Сынок, и твоя мама превратившись в ласточку - Ангела улетела с ними…"
    
… Весна в том году начиналась рано. В феврале уже сошёл снег, в марте уже цветёт сирень. Сиреневая сирень, цветёт сирень и Ринат шёл в школу поздравить учительницу с охапкой сирени в руках, поздравлять с 8 - мартом. Сирень высажена во дворе, и большая часть соцветий по три или четыре коротких цветка, но попадаются соцветия из пяти. Ринат перебирает ветку за веткой и гадает ища свои отличные оценки.
В апреле уже цвели сады, яблоневые сады цвели, цветут груши и вишни, и персики цветут нежным розовым  цветом. В мае поспевает первая черешня, но только когда прилетает ласточки становится совершенно ясно: завтра будет лето.
Каждый год они прилетают по- разному. Ринат не знает, кто сообщает им точные прогнозы погоды, но они всегда прилетают за один день до лета. Никто не сообщает такие прогнозы деревьям. Деревья спешат цвести, и бывает так, что запоздалые холода сбивают цвет на  подмерзшую землю. А ласточки всегда прилетают вовремя.
Ринат с мамой ждут, всматриваются в небо, и каждый хочет увидеть их первым.
Наконец настает день, и Ринат - счастливчик вбегает домой радостный, как свершилось чудо: "Я видел ласточек, они прилетели!"
Это всегда похоже на то, что мама и Ринат не уверены до конца в том, что они вообще прилетят. Они прилетели в прошлом году, позапрошлом, прилетели два года назад, но, может, они не прилетят в этом, и тогда, тогда что она с Ринатом будет делать, как они будут жить, если не прилетят ласточки?
Мама не знала, куда ласточки улетают, лучше спросить у детей, каждый ребёнок знает, куда в начале осени улетают ласточки, конечно, они улетают в теплую сказочную страну, туда, где зимует лето. И прилетают обратно, принося лето на своих изящных крыльях, рассекающих  теплеющий воздух. Но нет, лето приходит завтра, может ласточки - это авангард и они прилетают первыми и сообщают азбукой Морзе, свистами и шебетанием: "Всё хорошо, можно наступать". И лето наступает, лето занимает Ринаткины улицы и дома, и эта армия освобождения, и земля встречает лето созревающими плодами и яркими цветами на зеленых лугах
Может быть они зимуют в Сирии, Африке, так скажут ученые, но они знают ли, зачем они прилетают? На четыре коротких месяца из далёкой тёплой страны, чтобы торопясь вывести потомство и опять улететь, почему они не остаются в своем нескончаемом лете, что влечёт их к нам эмигрировать? Они просто прилетают домой, но в этом нет никакой логики, кроме логики любви, поэтому каждый год мама переживает и думает: когда прилетят ласточки? А может они не прилетят?
Если в мире больше не осталось любви, если Родина - это там, где тебе тепло, они прилетят. Значит, и людям не нужно здесь жить, значит, каждый должен искать место, где ему будет теплее. И вот они здесь, но это еще не все. Первый день ласточки стаями кружат вдоль домов, над замерзшими в ожидании лета улицами, чтобы оживить и жить жизнью ласточек. Ласточки выбирают места для гнезд. И с тайной завистью смотрят соседи на тех под чьей крышей уже щебечут птицы, и снова каждый думает: неужели в этом году над моим порогом ласточки не будут вить свое гнездо и выводить птенцов? Неужели мой дом проклят?
И наконец, с облегчением увидят - рано утром, выйдя из дома:  они тут, уже суетятся, прилаживают кусочки глины и соломы, лепят гнездо к стене. Значит, всё хорошо, всё будет хорошо, дом мамин, Ринаткин будет стоять и их семья выживет. А если две пары ласточек начинают лепить гнездо по разные стороны дома, это хорошо вдвойне: это значит, в этом году, в этой семье сын приведёт невестку в дом, и у родителей появятся внуки.
Ласточка - это тотем, священная птица, убить ласточку - это большой грех. Никто не убивает ласточек. В детстве бывает - дети упражняются в меткости, постреливая из рогаток воробьёв, они же устраивают ловушки для голубей, но они никогда не стреляют в ласточек. Наверное, им объяснили еще в раннем детстве, что этого делать нельзя.
Райхон в один день тёплого летнего дня - хлопотала по хозяйству во дворе. Ринаткин кот нежился на солнышке, и птенцы ласточек начинали свои первые неумелые полёты. Кот по привычке сжавшись пружиной,  внимательно следил за их передвижениями. Райхон взяла в руки веник и с неожиданной сталью в голосе обратилась коту: "Даже не думай!" Так сказала Райхон!
Кот и так никогда не охотился на ласточек. А после даже не наблюдал за ними, и когда птенцы носились по двору, и демонстративно смотрел в другую сторону всем своим видом давая понять: "И вовсе они мне не интересны. Эти ваши ласточки…"
Наверное, они умирают ласточки. Большинство из них гибнет при перелёт. Если из двух поставленных на крыло за лето поколений  уцелеет хоть одна птица, она по памяти возвращается к тому дому, где родилась, и обновляет свое гнездо, а иногда лепит его заново.
Но люди не видят мёртвых ласточек. Для людей ласточки бессмертны. И та ласточка, что прилетает этой весной - это та же самая ласточка, что прилетела в прошлую, та ласточка, что прилетела всегда..
Ласточка носится с криком, выпал из гнезда. Дети окрестные мигом прибежали сюда, Ринат взял осколок металла, вырыл могилк  птенцу, ласточка рядом летала, словно не веря концу. Долго рыдая носилась ласточка, а Райхон: "Что ты, родная, плохо смотрела за ним?"
Райхон и Ринат преданные поклонники всего прекрасного в природе. Они находят прекрасное  даже в самом незаметном, лишь связана с Ринаткиной тоской, печаль и он не испытывает восторга по увядающей красоте. Лишь в осенних дождливых днях он подмечает особое осеннее очарование в золотых листьях… И сквозь тоскливое чувство он эмоционально крикнет: "Лучше бы жаркое лето когда прилетят мои ласковые ласточки - это лучший выход чем осенное утомительное и однообразное постепенное погружение в сон, напоминающее медленное приближение смерти. Осень же окрашена тусклыми, неприветливыми красками, что действуют на него, подавляющим образом, и Ринат и животный мир обречены и их души оставшиеся один на один с мёртвой природой…
… А пока Ринат, Райхон в окружении с их любимыми ласточками наслаждаются жизнью!
… Ринат: "Ласточки - это души наших предков. Моя мама никогда не умрёт, она станет ласточкой, она прилетит ко мне из далекой страны, через моря и горы, она  будет Ангелом,  следующим за мной с небес, но близких, очень близких высотой не более стрехи над моим порогом - что видят  Ангелы, когда они так далеко, за облаками? И когда умирают маленькие дети, они сразу становятся ласточка ми… Они очень любят нас, то не улетают высоко, за перистые облака".
    
… Прошли годы, я, шестилетний мальчик - Ринат, вырос, стал самостоятельным, то что было со мной - я вспомнил, всё вспомнил…
… Наш город, дом, мои приемные родители - отец и мать, воспитали меня как родного сына, они вместе прожили всю жизнь и эти годы стали самыми счастливыми в их жизни. Целый день отец был рядом с матерью, они под руку подолгу гуляли по вечернему двору, особенно весной, весна опьяняет запахами, кружит голову теплом. И все соседи смотрели на них со светлой завистью на влюбленную пару, прожившую  вместе уже долгие годы. Эти были несколько лет настоящего счастья для моих отца и матери… 
Отец и мать мне часто говорили: "Сыночек, милый к Богу обратись!" И ежедневно обо мне молились.
После смерти родной матери, я потерял веру в себя, в этот мир… И я полюбил совсем другую жизнь, - вино, друзей и сотни развлечений, они мне ослепили сердце и глаза, и ослепленный, с диким наслажденьем смотрел я в рюмку, а не в небеса.
Молитвы для меня страшнее яда были, о Боге я и слышать не хотел. 
Летели дни… Я жил в грязи и пыли… И думал я, что это мой удел.
Мне не забыть, наверное навеки тот страшный день, - отец мой умирал… Из материнских глаз слезы текли реки, а я стоял хмельной и хохотал: "Ну, где же Бог твой? Что же Он  не спасает? Он - исцелитель - что же ты не встаешь?! Без Бога люди также умирают, - ты отец, как все в земле сгниешь".
Он улыбнулся и сердечно сказал: "Я жив ещё, а ты сынок, мертвец, но знай, что мертвым ты будешь вечно, и вскоре Творец тебя вразумить!"
… Отца похоронили. Мать молилась, втройне о душе моей молилась. Потоки слёз за  меня пролились, я буду помнить до последних дней своих…
Ну, а тогда я думал по-другому… Была мне мать противна с каждым днем. И вот, однажды я ушёл из дома, глубокой ночью, словно вор, тайком…
И вот так я бросил тебя мать, мне стало душно, страшно, невыносимо. Я убежал! Это большой паук, вот он ползет по тонкой паутине, и мне страшно, мне страшно, мать! Я закрываю глаза, и его больше не будет, я давно хотел убежать.
Тогда я кричал: "Вот она - свобода! Теперь я волен в мыслях и делах".
… Не знал тогда я, то, что жизнь - болото: ступил на кочку и увяз в грехах…
И жизнь меня как щепку закружила в водовороте суеты и зла. В начале хорошо кружиться было, но вскоре голова закружилась.
И вскоре стала ужасной, страшной мукой каждый круг мне и каждый оборот. Я волю напрягало, ум и - до боли - руки, но жизнь - водоворот, водоворот…
"Друзья" - какое лживое и обманчивое слово! В самом первом круге водоворот. Если бы моя жизнь могла начаться снова - со мною был бы Единственный и самый лучший Друг!
Круг развлечений, в золоте  одетый, меня своим сиянием ослепил, я был слепцом, не видел рядом Света, и в страшном мраке плыл по течению.
Вино - источник зла и тысячи лишений… Приятный круг - скольких он сгубил! Но есть источник жизни и спасения - я из него не пил, а из бутылки я пил.
Но, кто же мог спасти меня от смерти, от тех кругов, так влекущих на дно? Не  человек, не человек, поверьте! Ответьте, кто же? Ну, ответьте, кто?
Метался я, не находя ответа. И вот, однажды летом, в сильный дождь, на улице я друга детства встретил. Увидев земляка, почувствовал я дрожь.
Предстал передо мной милый образ: глаза печальные и мокрые всегда, потому что я знал, ты должна умереть, и ты будешь умирать мучительно, долго. Я не мог этого видеть, во мне жил страх, тот детский страх, мама!
Ты зеленела свежей травой на лужайках, ты украшала себя ромашками и одуванчики, золотом самой высшей, осенней пробы ты  тоже украшала себя. А я чувствовал твою боль, твоя кровь была слишком сладкой, слишком высокий уровень сахара, и тромб, я видел, как он медленно движется по артерии, всё ближе и ближе к твоему нежному сердцу. Я прижался щекой к твоей тёплой, ароматной плоти. Она пульсировала и дышала, и она была больна, больна предчувствием. А я боялся взглянуть в твои глаза, ты  взяла мою руку в свою и сказала: "Здравствуй сын! Хорошо, что ты дома… Сынок, не думай, что Бог тебя не слышит, не думай, что Он молчит, - Он о твоей душе скорбит когда грешишь ты. И стучит в твое бедное сердце. Он ждёт когда к Нему ты придёшь. Поверь - Он ждёт! Он исцелит тебя от тревожных снов и вытрет слезы твоих глаз. Неважно - сколько раз ты падал и вновь вставал. И сколько раз ты говорил правду и сколько лгал. И даже если на чистой одежде ты пятно посадил, раскаяйся и Бог простит тебя и вновь примет! Господи! Спасай душу сына, чтобы прошёл в царство Рая! Приведи его к вере Богу… Он считает за друзей которые живут на Земле и солнце топчут! Почему он стал таким  не солнечным? Вот поэтому цветы у тебя получились лучше чем человек! Сынок побудешь на кладбище, и тебя потрясет один памятник - большой, чёрный, и на нем высечено одно слово: "Мама!" и всё! Господи! Сын мой сильно позорит Тебя? Почему люди осваивают жестокость? Почему жизнь даешь Ты, а отнять ее может любой?"
… Я верю, не спит и ждёт только мать, и ночью тихонько она мне дверь открывала. Одна такая есть на свете - она за всё меня простит и каждый Божий день с рассветом меня на день благословит. С ней нет секретов, нет печали и проблемы, все уходят в прочь.  Она всегда меня встречает и рада видеть даже в ночь. Она я знаю - не осудит, а качнет лишь тихо головой - каков бы ни был мой поступок и с любовью скажет - "Бог поймёт!" Она всё знает без рассказов и большей частью наперёд, но я не слушаю и  чаще всё делаю наоборот. Одна у всех, а в жизни много и в жизни у каждого она - одна, одна и это очень много - та женщина, что жизнь дала… Одна такая есть на свете - это моя мама! Мама дала  жизнь, проводница в моей жизни…
… Забилось сердце, задрожал мой голос, и вырвались бездушные слова: - Ну, как там мать, меня хоть вспоминает? Наверное, давно уже прокляла? Хотел заехать всё, да времени не хватает, - сам понимаешь, то работа, то дела".
- Дела, работа… Помолчал бы лучше, - твои дела  нетрудно угадать! Я расскажу, но только слушай сердцем про то, как" позабыла" тебя мать. Когда ты сбежал, мать твоя от горя вся поседела - ведь тобой жила! И каждый день, в любую непогоду, шла на распутье и тебя ждала. И руки простирая свои к Богу, молясь во имя Его, она стояла, влитая в дорогу, столпом надежды, веры и любви. Ну, а когда стоять была не в силах, когда она в постель совсем слегла, - попросила кровать к окну подвинуть и смотрела на дорогу и ждала…
Его слова стремительным порывом враз сорвали равнодушие с души моей и я задрожал и  пугливо прошептал: - Скажи, что с ней? Она сейчас жива?
- Сейчас - не знаю… Уезжал - дышала… В бреду я слышал страшные слова: - Сыночек, милый, ты пришел? Я знала… А  ты, работа, дела, говоришь!..
Я побежал, подстегнутый, как плетью, с одним желаньем, жгущим как огнём: увидеть мать, не опоздать, успеть бы упасть перед ней, и раскаиваться во всём!
… Вокзал, поезд. И одно лишь слово в висках стучал сильней молота. Хотел не думать, но напрасно, - снова я слышал лишь одно: "Скорей, скорей!"
Вот поезд встал. Я вышел. От волненья меня трясло и что-то жгло в груди. Я в ночь шагнул дрожащей, страшной тенью, от пламени горевшего внутри.
   
… Когда я доехал до дома, мама была ещё жива, или… Я не знаю, Слышала ли она меня, поняла ли, что я рядом, чувствовала ли, что я держу её руку? Мама была в коме всю ночь. Она стала спокойной утром. В доме занавешивают зеркала, поэтому я не видел себя. И это была родня, она взглянула на меня и сказала: - У тебя седые виски. Я поседел за одну ночь. И выплакал все слёзы. Только один раз в жизни может плакать мужчина, и в это время он выплакивает все свои слёзы, за свою жизнь, за всё, что было, и за всё, что будет наперёд…
Мама никогда не умирает, просто она перестаёт быть рядом… Иногда пытаюсь представить - будто просто далеко живет… Будто можно написать ей письма, рассказать как я рассвет люблю… Только ждать ответ - увы, бессмысленно. Там где мама - больше писем нет… Моя мама никогда не умерла, просто перестала быть рядом,  превратившись в ласточку - Ангела, и меня везде сопровождает и любовь ее ко мне живёт навсегда…
Мама! Мамаа! Прости пожалуйста! Прости за слёзы и боль, разочарование - я прошу тебя, молю не уходи, ведь каждый заслуживает прощения, прости, молю тебя, прости за те долгие бессонные ночи, когда кричала мне вслед "Не уходи!" А я не обернувшись бежал что есть мочи "Прости, прости и тысячу раз прости, останься! Не оставляй меня я умоляю!
Как быстротечно время, теперь ушла ты, мама, а я остаюсь один, как вернуть тебя не знаю… Слёзы неоднократно текут из глаз, падают на стол…
Люди, я вас прошу: не обижайте маму, как любит мама вас не полюбит уж никто. Цените, любите  мать, пока она жива - она у вас одна. Потом жалеть будете… "
… Утром я вышел на улицу и посмотрел на мир… Чувствуя лёгкую, звенящую пустоту. И больше не было страха. Я перестал бояться в то утро.  Ничего плохого больше не произойдёт. Всё уже случилось, больше не будет слёз, я больше никогда не буду плакать..
Теперь мне не страшна смерть, ведь смерть - это больше не разлука, смерть - это встреча с тобой, мама!
И я молю тебя о прощении. Я целую твои руки, твои цветы, твои травы, я глажу твои волосы и обнимаю землю твою. За мою невысказанную любовь, за нерастраченную нежность, за то, что меня не было рядом с тобой столько лет, прости меня мама! Сможешь ли ты простить меня? Смогут ли простить меня твои горы синие, далёкие, видимые только в ясную погоду и чёрные, близкие, видимые всегда, смогут ли простить меня твои сады, твои золотые поля, твои алые розы вдоль дорожек, сирени и акации, твои весенние ветра и осенние дожди, твои облака и звёзды?
Смогут ли простить меня твои ласточки?
    
… Знакомая дорога, и  деревья, и только незнакомый сердце стук… Вот кладбище, за кладбищем - город. Могилы… И ноги как-то сами повернули… И в тишине, зашелестел листвой, меня к могиле отцовской, маминой потянула ухоженная тропа…
Я шел до боли напрягая зренье: знакомая тропа, и значит здесь…
Впервые в жизни встал я на колени, прижав ко лбу тасбих…
… Отец, прости мою безумную ошибку!  Ты  прав! Ты жив - я слышу шепот твоих губ. Стоишь ты предо мной, и твоя улыбка… А я зловонный,  сгнивший, мерзкий труп! Но я  заботой и любовью к тебе, к матери, и своей достойной жизнью сотру все прошлое, клянусь тебе! И вы, мой - папа, моя - мама будете в моем сердце, со мной….
Я оглядел я, могила матери должна быть рядом… И сердце снова бешено забилось… Тьма, темнота вокруг. И, вдруг - луна… Окрестность осветилась и я увидел рядом свежий холм….
Да, лишь только луна и звезды знают, как я со стоном на могилу пал. И холмик матери обнимал, рыдая, и землю по-сыновьи целовал:" Ты слышишь мамочка? Прости родная! Не надо, не молчи! Я любил тебя как никто не любил, когда ты тяжёлыми ночами ты стонала от боли, ты плакала, я сидел с тобой на нашем старом диване, я гладил твои ноги в шишках, синяки от жестоких их болезней,  я жёг их жёстким лучом своих глаз, я растворял их слезами, а днем я засыпал и молчал, я никому не мог сказать, что моя мама тяжело больна и у моей мамы третью ночь не проходят боли… " Давай вместе молиться, - встань, мама, слышишь, умоляю - встань!"
Но холм  молчал, дыша могильным тлением. Кругом ни звука, словно мир уснул, и вдруг я понял, Кто даст мне прощение, - и с воплем к небу руки протянул!..
И эта ночь стала последней ночью в моей безбожной жизненной ночи, - она открыла мне слепые глаза, она мне в сердце влила  Божий мир.
… С тех пор я живу с  Создателем - моя в  Нем радость, счастье и чистота! И никому теперь сказать не побоюсь, что я не мыслю свою жизнь без Всевышнего… 
Когда я вижу перед собой картину: заплаканную, сгорбленную мать, а рядом гордого, напыщенного сына, от всей души мне хочется сказать: "Вы, матери, имеющие сына,  прострите ваши руки к небесам - и верьте, что молитвы ваши сильны творить и после смерти чудеса!.. Вы - сыновья, забывшие о Боге, взгляните на молящуюся мать и встаньте рядом, чтоб в своей дороге вам эти слезы не пришлось пожинать!"
    
Приветствую тебя! Как поживаешь? Мне бы хотелось поговорить с тобой, но ты временем свободным не располагаешь, поэтому пишу тебе. Ты  в детстве часто со мной общался, а повзрослев поговорить со мной перестал, и я огорчен этим.
Я вчера был у твоей постели, и ждал, когда ты расстанешься со сном. Хотел тебе силы предать и уверенности в твоих делах и одарить тебя новым счастливым днём! Эх ты! Друг еще называется, ты к стене лицом отвернулся, чтобы сон продлить на несколько минут, а я всё стоял ждал и не торопился, даже на Земле люди так не ждут. А потом у тебя и вовсе времени не стало - ты мылся, одевался и ушёл. Но твой усталый, беглый взгляд в зеркало, сказал Мне, что у тебя не так всё хорошо. На миг  твой взгляд упал  на Моё Слово. И Я думал, что ты поговоришь Со Мной. Я был готов снова тебя утешить, но нет, ты так увлекся суетой.
И днём Я вновь и  вновь пытался вступить в полезный разговор с тобой. Я ждал… Я ни на миг  не отлучался, но твой взор искал не Меня. А помнишь завтрак - вкусную пищу? Ведь всё это было также от Меня. Кого люблю - те еду не ищут, те все сидят у моего огня. Потом обед. И услышал снова твой тяжёлый вздох. А Я стоял там рядом, за спиной. Я ждал, что ты промолвишь слово, и что  наконец заговоришь Со Мной. Что ты о чём-нибудь Меня попросишь чтобы Я помог в решении проблем, но твои какие-то мысли тебя уносят. И ты Ко Мне всё так же глух и нем. А когда к тебе пришла плохая весть и твои слёзы побежали в два ручья, а  Я так хотел их вытереть, мечтая, что наконец-то Я пригодился тебе.
Я  как мог отвлекал тебя от мрачных мыслей и согревал тебя лучами солнышка. Я сделал так, что перед тобой радуги повисли, как разноцветный горный перевал. Я тебе навстречу ветерок послал и обильно стороной пролил дождь, все птицы целый вечер пели песни, но всё же ты не говорил Со Мной. И даже вечером придя с  работы, ты не был почему-то, друг, Со Мной. И, в спешке беззаботно приняв  ужин и ушел головой в телевизор. И там программа надолго тебя увлеклась. Она важна для тебя, как видно. Она тебе важнее разговора Со Мной - с Богом, а зачем ты меня игнорируешь? Или у тебя уйма  дел, что ты их хотел закончить. Они тебе сейчас насколько важны? Чтобы их переделать - не хватит и ночи, а ты уже не смыкаешь глаз. Ты выбился из сил, Я тебя понимаю, изнемогая, бросился в постель. Меня увы, совсем не замечая, а Я так хотел тебя выслушать, как в твоем детстве!
Мысль обо Мне мелькнула, но было это сквозь пространства сна. И, к Моему большому  сожалению, до дна он совсем тебя одолел. За целый день ты ни проронил ни слова. За  что же ты невзлюбил так Меня? Но завтра Я снова опять приду, чтоб тебя благословить на целый день.  Не для того Я написал это письмо тебе, чтоб упрекнуть тебя и доставить боль. Просто хотел чтобы помочь  тебе делом и советом и так проявить тебе свою Любовь. Пойми, общение нам с тобой очень полезно. Я рядом буду, Я тебя дождусь! Вдвоём, поверь, нам будет интересно. А после смерти мамы, уже в детстве ты отдалился от меня, не стал вести столь увлекательно беседу Со Мной, а повзрослев, ты полюбил веселье, рестораны, среди жителей прослыл недоброй славой. Ты жил не видя в этой жизни смысла, эгоистично жил лишь для себя. Случалось часто припозднился, а мама с волнением тебя ждала, она любя тебя терпела в безмолвии ночь за окном. Ей давно не спится и сердце так тревожно сжал холод. Ночная мгла. Кругом не слышно звука. Волнение сжимает грудь матери, все в округе уснули. Лишь мысли тревожные  не дают маме уснуть. Она у окна в тревожном ожидании  тебя. Она тревогой за тебя объята А ты сбежал. Недели шли, но память материнская о тебе вечна, твой образ стоял перед ней, как наяву: "Как ему дальше жить, ведь он еще так молод? Неужто жизнь его пройдет вдалеке от меня - от мамы, о которой он даже не вспоминает?"
Матери трясло от ужаса внутри за твою судьбу, надо спасать тебя, вернуть к Богу! Огнём горело, горело в ее больной груди…, и мамы утром не стало…
 Вот ты передо Мной доказывал, кричал изо всех сил, в висках стучало: вот она, твоя расплата, а мама так тебя любила! Я внимал тебя, и казалось был холодным: " Ты опоздал!" Я призывал тебя к разговору не  отставая от тебя, а ты радовался свободе и веселья. Теперь маму вспоминай и тебе как дальше жить? Ты грешен! Пойми уже поздно. Мама  твоя в небесах. Она моё решение смиренно приняла и до последнего вздоха тебя ждала! Она в бреду предсмертное послание тебе написала… Ты рыдал и думал лишь о том, как глупо жил и никого не слушал. А мамы нет.  Слёзы твои безудержно так текли и достал письмо матери и с таким благоговением читал: "Мой милый сыночек!  Прошу тебя живи! Молю тебя начни жить снова, в незапятнанной одежде. Полюби Бога и вернись к Нему!" Вот это и есть мамино письмо тебе.
С любовью Твой Создатель и Творец!.
… Рассвет забрезжил и новый день струился и меня к новой жизни светлый луч взывал. Другой Ринат отныне возродился, во имя Матери, её жизнь принял.
Так Творец меня спасая от  грехов, взял на себя всю вину, чтобы я отныне жил во свете, оставив грех, оставив жизнь тьму!
Он подарил мне чистые покровы!  Он искупил мою вину и с любовью меня взывает: "Прими Мой дар! Прошу тебя! Живи! Я тебе подарю сердце всё из света неземной красоты, в этом сердце отражается небо, в нем слились все отблески души, лучше и прекрасней сердца нет! Но помни: знает это сердце скорбь отца и матери, они на земле испили страдания по тебе полной чашей, за то, что они любили Меня так, как не любил никто…
… Вдруг исчезло это чудное видение, и хоть прошло много лет с тех пор я храню в своём сердце этот разговор. И мои дети вырастут, станут как мои родители, а  я буду переживать и молиться за них…