Сцена с якорем

Жанр: Авангардная новелла / Сюрреалистический гротеск



С того времени, когда в прошлый раз Максимилиан Борисыч запускал корабли, утекло довольно много времени. Девочки выросли. Больше стало пузико. Даже жена Максимилиана Борисыча, прекрасная Лиана, мало-помалу стала краше.
Однако Максимилиана на первое время это хоть и устраивало, да, однако, предпринять хотелось что-нибудь до ужаса! Бывало, дочки кричат, дёргая за всегда подвижное пузико: «Папа, папа! Папа, папа!» Жена — прекрасная Лилия — бывало, отойти не может: «Максимилиан, Максимилианушка! Максуша, Максуушенька!»
Только муж всё неумолим. Твердит всё, бывало:
— Нет, пойду! Нет, двинусь!
— Папа, папочка! Максуша, Максимильянушка!! — кричат, нежась голоском, жена и деточки.
А отец отцом, надо сказать, — всё неумолим!
— Нет, пойду! Нет-нет, выйду!! Пущусь, наконец, так сказать, в плаавание! — всё на своём настаивал он.
А тут мимо проплывал якорь и тащил за собой пару железных судёнышков.
— Вот вишь, ви-и-дишь!! Как идут!! Гордо! — замечал всё из окошка отец семейственности, всё больше и более, так сказать, впериваясь пёрышком. — В самый влёт, так сказать, пекут!
Жена и дочери, до безумия обожающие своего несчастного отца и мужа, совсем было потеряли дух. То корабли, то птицы пролетят, то конюх вытащит двух своих кобыл с овсом. Всё Максимилиану Борисычу интересно, всё ему, сердешному, так сказать, в новость!
«Совсем, было, отец потерял чувство меры!» — твердят дочери. «И вовсе муженёк не внемлет полам!» — роптала жена.
Но тут на радость зашёл Иваныч. Друг Максимилиана-то! Зашёл и уходить не хочет — под впечатлением, значит.
— Зачать ему нужно, — твёрдо-твёрдо произнёс друг.
— Что-что? — завопила жена.
— Чего, чего? — закраснелись девицы.
— Родить, говорю, — произнёс матрос.
А друг Максимилиана, на беду, как раз был матросом. На матросской службе, так сказать, канаты своему другу Максимилиану Борисычу подвязывал! А Максимилиан в ту пору в порту служил. Даже какой-то ранг носил и не то что матросу, а морю в глаза гордо заглядывал!
— Родить, говорю, — настаивал ненасытный матрос.
— Вы, полосатый вы эдакий! — завопила вновь воплем жена. — Синий на белые брюки, говорю вам! Ну-ка, — говорит, — или объясняйтесь, огурец, мол, нечёсаный, или вон в ту синюю ложку, что морем у вас средь мужиков кличут! — наконец, чуть не заключив матроса, заключила она пока что в сердцах.
— Мадам! Мада-а-ам! — а моряк был ещё, к тому же, и галантен несколько, и, даже кажется, вовсе не всасывал сегодня чесноку и рыбы. Потому мог вообще производить беседы. — Мадам, ужели не понимаете вы, мада-а-ам? — чувственно протянул он между своих длинных и галантных усиков, так что даже младшенькая Клара не могла устоять и даже капельку оперлась своею хорошенькою пяточкой на его незабвенный носок.
А муж тем временем всё не отрываясь глядел из окна.
— Да, — говорит бывалый моряк, нежно между тем лобызая хорошенькую розовую пяточку той, что как будто выказывала «знаки». — Да, мадам, мур-мур мамзель Лилии!
— Что? Что «да-да-а-а»?? — уже почти наполовину пытаясь сойти с ума, ревела Женщина. — Я не понимать, не понимать вас решительно, су-у-у-ударь!! — чуть не перешла она на латинские символы.
— Да, да, скажите!! Да-да, вымолвите, о дя-я-я-дюшка моряк!! — надавила вместе с первою и вторая чувственная девочка.
— Да ничего, ничего решительно! — произнёс с улыбкою верный морских путешествий мужа друг. — Ничего, ничего-о-о-о-с! Якорь ему бы вы-ы-ытащить!!
— Что, что, что, что-о-о-о-о?!! — вдруг завопило всё женское население хором.
— Да, да-а-а-с! К паруса-а-ам бы пустить!! Море ждёт его! Слёзы льё-ё-ёт!! Вишь, како солёно ста-а-ало!!
Только слышат вдруг, а Максимилиан Борисыч вдруг и запел!! Пенится, слышно, в ванной-то!
— «Корабли идут. Волны отходят. Волны отходят, корабли иду-у-ут!» — то ярче, то тише, то тише, то ярче, то вдруг замолкая, то производя колоссальный ор, производил муженёк звуки на всю Аквариумную!
— Тенор, тенор, решительно, тенор! — произносили жена-морячок-девицы-рыбушки.
— Ну… ну…. или, по меньшей мере, ни дать ни взять оперно-филармонический классический контральт!! — облизнувшись сквозь белые зубки, сказали коты, чувственно передавая друг в друга мягкие рыжие лапки, томатную пасту и всё-всё прочее, что может и несомненно сгодится единственно для счастливой песенной морской закуски!!
Осень 2012 года
________________________________________