Бильярдно-местные чемпионы

В воскресенье мы похоронили моего друга детства Володю. Не смог он пережить цифру 66. Именно столько ему было.
Мы вместе росли в одном дворе, вместе плескались в море, вместе занимались спортом. Все, что подразумевает понятие двор, делалось нами совместно и делилось пополам. И сочетание то какое – вместе (в месте) и двор. Да, двор для нас стал тем самым местом, где мы пропадали все наши юные годы. В любую погоду.
Как и для всей ребятни нашей необъятной Родины. Этот двор и считался нами нашей малой, но милой родиной. Так уж случается, что у одной большой общей Родины есть огромное количество родин малых, каждая из которых дорога сердцу тех, кто из нее вышел.
И наоборот. У каждого, кто появился на этой земле, есть своя малая родина, воспоминание о которой он носит в душе всю жизнь. Даже когда он далеко.
Нам, вероятно, повезло больше. Мы росли и живем на ней. И как выяснилось, на ней и умираем.
Наша малая родина носит имя Мамайка. Во время нашей юности это был тихий провинциальный уголок почти нетронутой природы. Чудесный уютный приморский городок. Чего нельзя о нем сказать теперь.
В русле местной речушки росли ивы, где мы любили строить шалаши и играть в «войнушку». Ивы, которых почему-то уже давно нет в зажатых бетоном берегах. Не растет ива в бетоне. К сожалению…
Сегодня это непомерно разросшийся санаторно-курортный город на самом юге нашей страны. Самый южный из южных. С признаками серьезно развитой индустрии отдыха. И совсем уже не так уютен, как в те далекие годы.
Но, мы его все равно любим. Он наш. И никто его у нас отнять не сможет. Даже уже более серьезные «войнушки», которые выпали на наш век, на долю моего поколения. Какие уж тут игры…
Володя с детства был мастером на все руки. Например, в волейболе, которым мы самозабвенно занимались, он был разводящим или, проще сказать, «распасовщиком». Очень даже ответственная специальность в спорте.
От него зависело, кому и какую он выдаст передачу, а главное - как. Он это делал мягко. Как на подносе. Мяч в воздухе даже не крутился и, при этом, как бы на миг зависал. Очень важно для нападающего.
У меня лично это искусство никогда не получалось. Я всегда был «доигровщиком». Иногда страхующим. Что называется - на подхвате.
А ему всегда выпадали почет и уважение. Не захочет, не выдаст передачу. И ничего ты с ним не сделаешь. Такая уж она коварная игра. И такая уж его важная роль была в той игре.
Когда же мы подросли, наши пути несколько разошлись. Ну, это, как водится. Я ушел служить, а он работать.
И работал он, надо сказать, абсолютно достойно. Собственными руками мог исполнить ремонт любой сложности. Он тебе и сантехник, и электрик, и сварщик. Одним словом - и швец, и жнец и на дуде игрец. Все в его руках ладилось. Любо дорого было увидеть результат его труда.
В одном эпизоде он меня просто удивил. Хотя я никогда в его способностях не сомневался. Здесь нужно сказать еще об одном нашем с ним совместном увлечении.
Его бабушка Устья когда-то работала сторожем на пляже. А в одном из пляжных ангаров был установлен бильярд. Вот мы с Володей и пропадали месяцами в том самом ангаре.
Должен вам сказать, ох и затягивающее это увлечение! Постепенно наш класс игры на бильярде повышался. Рос не по дням, а по часам. Тем часам, проведенным за столом этой древнейшей и азартнейшей игры.
Естественно, играли мы бесплатно, когда все желающие расходились и наступал наш звездный час. Бабуля с нас денег не брала, да и откуда тогда бы им быть у нас, пацанов. По этой причине звездный час растягивался до звездной ночи.
Выгоняла нас бабуля уже настойчивыми криками, правда неназойливыми и абсолютно безобидно-уставшими. Мы ее понимали и с сожалением складывали шары и кии, чтобы покинуть этот для нас привлекательнейший уголок. А всю дорогу до дома мы продолжали обсуждать, кто и какой нанес особенно удачный удар и с каким счетом сегодня мы вышли из игры.
Много позже, когда я уволился и уже после службы жил в своем собственном доме, в память о приятных воспоминаниях нашего детства установил в комнате бильярд. Небольшой, правда. Благо, пространство позволяло.
Володя же периодически по моей просьбе помогал мне с различного вида работами по наведению в доме уюта. Сами знаете, дом всегда требует присмотра. Еще построить не успел, а уже приступаешь к текущему ремонту. Классика жанра.
В одно из посещений Володя увидел в углу за бильярдом поломанный кий. Детвора как-то баловалась и переломила его поперек. А кий был старый, когда-то красивый, лакированный, со вставками. Принадлежал еще моему отцу. И хранил я его больше как память, не выбрасывал даже поломанный.
Володя и предложил мне его починить. Я с сомнением вручил ему остатки кия и особенно не надеялся на благополучный исход. А через некоторое время Володя принес бывший отцовский кий заново отреставрированный.
Ему бы в музее работать, утварь чинить разную. Цены бы не было. Как не было в тот момент предела моей радости. Так и благодарности мастеру.
И вот тут-то Володя мне и предложил, по старинке. Сыграть, а за одно и опробовать отремонтированный им сей музейный экспонат. Мы сразились тогда не на шутку. Вспомнили наше глубокое детство. Как будто бы и не расставались с тем далеким бильярдным столом на пляже.
То ли стол меня мой родной не подвел, то ли знал я все его сильные и слабые стороны - итогом стала моя победа в этом уже не детском раунде. А Володя этому факту крайне удивился. Больше скажу, был потрясен.
Как оказалось, с его слов, после наших детских увлечений бильярдом, он занимался этим непростым ремеслом достаточно долго и предметно. И даже достиг определенных успехов, став чемпионом нашего микрорайона Мамайка, где насчитывалось немало способных и даже талантливых мастеров-ратоборцев, приверженцев этой достойной игры.
Проводились в то время чемпионаты с вручением призов и призовым фондом. Так вот Володя и стал этим самым чемпионом Мамайки. Не сказав, правда, возможно и неоднократным.
Когда же Володя несколько отошел от шока поражения, он, не мудрствуя лукаво, произнес фразу: «Поздравляю! Теперь ты чемпион Мамайки!». Как бы передавая это «высокое» звание по наследству. Что и вызвало наше откровенное веселье.
Теперь уже нет и Володи. К глубокому моему сожалению. Светлая ему память!
А звание чемпиона Мамайки по-прежнему есть. Спи спокойно, мой друг! Мы тебя помним и молимся за тебя. И если там, на том свете, как говорят, есть что-то хорошее и доброе, пусть оно тебе достанется. Ты этого действительно достоин!