Рубрика 17. Фиаско Нетаньяху

Рубрика 17

17 фиаско Нетаньяху, за которые расплачивается Израиль

Сильная армия не может заменить ответственную политику

Автор: Александр Аит
12 августа 2026 года

Израиль — это не Нетаньяху. Израиль — это его граждане, солдаты и резервисты, врачи и спасатели, семьи погибших и заложников, жители юга и севера страны.

Поэтому я не называю эту статью «17 фиаско Израиля». Военные и разведывательные успехи ЦАХАЛа нельзя автоматически записывать на счёт правительства. Точно так же ошибки правительства нельзя перекладывать на весь израильский народ.

Я живу в Израиле и пишу это не из ненависти к стране. Напротив: именно любовь к своей стране заставляет спрашивать с её руководителей строже.

ХАМАС несёт ответственность за нападение 7 октября. «Хезболла», иранский режим и хуситы действительно угрожают Израилю. Но преступления и ошибки врагов не отменяют обязанность собственного правительства защищать граждан, заранее видеть угрозы и превращать военные операции в понятный политический результат.

Вот семнадцать фиаско системы Нетаньяху.

1. Доктрина, которая ослепла перед 7 октября

Главным обещанием Нетаньяху всегда была безопасность. Именно поэтому катастрофа 7 октября стала прежде всего крахом его политической репутации.

Израильские военные и ШАБАК признали, что недооценили намерения и возможности ХАМАС. Военное расследование прямо установило, что армия не выполнила свою задачу по защите граждан. Но существовала и более широкая политическая ошибка: многолетняя уверенность, что ХАМАС можно сдерживать, контролировать и использовать для сохранения статус-кво.

Ответственность лежит не на одном человеке: провалились разведка, командование и государственные структуры. Но Нетаньяху дольше всех определял стратегию страны и представлял себя её главным архитектором безопасности. Нельзя десятилетиями присваивать успехи системы, а после катастрофы объявлять себя непричастным к её ошибкам. Выводы военного расследования приводило Reuters;.

2. Ответственность потребовали от всех — кроме первого лица

Начальник Генштаба ушёл в отставку. Руководители силовых структур признали свою долю ответственности. Офицеры получили взыскания, некоторые покинули службу.

Нетаньяху политическую ответственность на себя так и не принял.

Более того, вместо независимой государственной комиссии его коалиция продвигала расследование, механизм которого зависел бы от самой власти. Семьи погибших и общественные организации продолжали требовать именно независимую комиссию и протестовали даже спустя тысячу дней после нападения. Reuters сообщало о споре вокруг подконтрольного правительству расследования;.

Государство, которое не устанавливает всю правду о своей крупнейшей катастрофе, рискует однажды повторить её.

3. Тысяча дней до возвращения последнего заложника

К июлю 2026 года все заложники или их останки были возвращены. Для Израиля это огромное облегчение и завершение мучительной главы. Но между похищением людей и их возвращением прошло почти три года.

Значительная часть заложников возвращалась не в результате одной «абсолютной победы», а благодаря обменам, перемириям и переговорам. Это разрушает искусственный выбор, который обществу слишком долго предлагали: либо сделка, либо победа.

Настоящая государственная стратегия должна была одновременно уничтожать угрозу и использовать каждую возможность для возвращения людей. Тысяча дней ожидания — это не убедительная история успеха. К тысячному дню войны AP подтвердило возвращение всех заложников и останков;.

4. Война в Газе без ответа на вопрос «что потом?»

Военные могут занять территорию, разрушить туннели и уничтожить командиров. Но армия не может самостоятельно создать устойчивое послевоенное устройство.

Спустя почти три года Израиль контролирует большую часть сектора, однако окончательное разоружение ХАМАС, новая администрация и восстановление Газы остаются нерешёнными вопросами.

В августе Нетаньяху отверг новый американский план, предусматривавший поэтапный вывод израильских сил параллельно с разоружением ХАМАС и вводом международных сил. У предложения есть риски, а заявления ХАМАС о готовности разоружаться сопровождаются условиями. Но у Нетаньяху по-прежнему нет убедительной собственной схемы.

Если предложенный выход отвергается, правительство обязано показать другой. В противном случае временная военная операция превращается в бессрочное присутствие без политической цели. О решении Нетаньяху и условиях американского плана сообщило AP;.

5. Гуманитарная катастрофа стала стратегической ловушкой

Право Израиля защищаться не освобождает правительство от ответственности за последствия выбранной стратегии.

По оценке агентств ООН на август 2026 года, около 1,4 миллиона жителей Газы продолжали испытывать острый продовольственный кризис. Ещё в 2025 году Всемирный банк оценивал потребности восстановления Газы в 53 миллиарда долларов — и эта сумма основывалась на ущербе только до октября 2024 года. Текущую гуманитарную оценку публикует ООН;, а расчёт восстановления — Всемирный банк;.

Это не только гуманитарная, но и стратегическая проблема. Разрушенная территория без управления, экономики и будущего становится источником нового отчаяния, радикализации и войны.

Нетаньяху обещал безопасность. Он получил пространство, которое ещё долгие годы потребует контроля, денег и военных ресурсов.

6. Интересы коалиции оказались выше государственной стратегии

Кнессет распущен, выборы назначены на 27 октября. Нетаньяху ведёт борьбу за политическое выживание, опираясь на ультраправые и религиозные партии.

Это не доказывает, что каждое его решение продиктовано выборами. Но конфликт интересов очевиден: компромисс по Газе может ослабить его среди крайних союзников, тогда как продолжение жёсткого курса помогает удерживать правый электорат.

Страна не должна гадать, принимается ли военное решение ради безопасности или ради сохранения коалиции. Когда такая тень возникает постоянно, доверие к власти разрушается.

7. Конфликт с главным союзником

Союз с США является одним из важнейших элементов безопасности Израиля. Но правительство Нетаньяху сумело довести отношения до публичной ссоры даже с администрацией Дональда Трампа.

Вашингтон пытается завершить конфликты вокруг Ирана и Газы, тогда как израильские министры открыто отвергают американские условия. В июне вице-президент Джей Ди Вэнс заявил, что Израиль оказался глубоко изолирован, а его руководители недооценивают объём американской военной и дипломатической поддержки. Эти заявления приводило AP;.

Суверенитет означает право спорить с союзником. Но превращать разногласия с единственной незаменимой сверхдержавой-партнёром в публичную конфронтацию — крайне опасная дипломатия.

8. Иран: военные достижения без окончательного результата

Американо-израильская кампания нанесла серьёзный ущерб иранской военной инфраструктуре. Игнорировать эти достижения было бы нечестно.

Но Нетаньяху обещал значительно больше: устранение ядерной и ракетной угрозы, ослабление иранского режима и изменение всего регионального баланса.

Вместо этого соглашение с Тегераном обсуждали прежде всего США. Израиль не стал его полноценной стороной, степень ущерба иранской ядерной программе осталась предметом споров, а связанные с Ираном силы сохранили возможность атаковать региональные цели. AP подробно разбирало разрыв между заявленными и достигнутыми целями;.

Военный удар может выиграть время. Но без проверяемого политического соглашения выигранное время ещё не является победой.

9. Ливан: «Хезболла» ослаблена, но север не получил устойчивого мира

Израиль нанёс «Хезболле» тяжёлый урон. Однако главная цель для граждан севера заключалась не в красивых сводках, а в возвращении к нормальной и безопасной жизни.

В 2026 году боевые действия возобновились. Израильские войска остались на ливанской территории, «Хезболла» отказалась полностью разоружаться, а перемирия неоднократно оказывались хрупкими. В августе произошли первые после июньского соглашения потери среди израильских военнослужащих, после чего последовали новые удары. О состоянии перемирия сообщало AP;.

В июньском опросе лишь 17,5 процента израильтян оценили действия страны против «Хезболлы» хорошо или очень хорошо. Результаты опубликовал Израильский институт демократии;.

Ослабить противника — достижение армии. Не суметь превратить это в длительную безопасность — фиаско политики.

10. Хуситская угроза пережила ответные удары

Израиль неоднократно атаковал объекты хуситов в Йемене. Однако угроза судоходству, портам и югу Израиля не исчезла.

Летом 2026 года хуситы вновь заявляли о намерении ограничивать израильское судоходство, а атаки в Красном море продолжились. Reuters сообщило о новой эскалации 11 августа;.

Наказание противника после каждого запуска не заменяет стратегии, которая лишает его возможностей и политической мотивации продолжать войну.

11. Миф о полной военной самостоятельности

Израиль обладает сильнейшей армией региона и выдающейся системой противоракетной обороны. Но защита страны всё сильнее зависит от американских перехватчиков, разведки и военного присутствия.

По оценке CSIS, кампании против Ирана значительно сократили американские запасы дорогостоящих средств ПВО. Возобновление интенсивного обмена ударами стало бы серьёзным испытанием для оставшихся запасов. Анализ опубликован CSIS 27 июля;.

Получать помощь союзника не стыдно. Фиаско заключается в другом: одновременно зависеть от этой помощи и вести себя так, будто отношения с Вашингтоном можно безнаказанно разрушать.

12. Военная экономика предъявила счёт гражданам

Экономика Израиля оказалась устойчивее многих мрачных прогнозов. Но устойчивость не означает отсутствия цены.

Банк Израиля отмечает, что государственный долг вырос примерно с 60 процентов ВВП до войны до 68,5 процента в 2025 году. Среднесрочный структурный дефицит на 2026–2030 годы оценивается примерно в 3,7 процента ВВП. Данные содержатся в годовом анализе Банка Израиля;.

Проценты по долгу, оборонные расходы, восстановление севера и юга будут оплачиваться налогами, сокращением гражданских программ и упущенным развитием.

Продолжительная война без ясного финала — это счёт, который власть выписывает будущему поколению.

13. Неравенство воинской обязанности

Пока резервисты годами возвращаются на службу, коалиция Нетаньяху добивалась сохранения фактических льгот для ультраортодоксальных мужчин.

В июле Кнессет принял законы, замораживающие аресты уклоняющихся от призыва и закрепляющие изучение религиозных текстов как одну из основополагающих ценностей государства. Это произошло после решения Верховного суда о необходимости призыва и на фоне нехватки личного состава. Подробности публиковало AP;.

Уважение к религиозному образу жизни не должно означать, что одни семьи бесконечно несут военную нагрузку, а голоса других покупаются освобождением от неё.

Это удар по самому общественному договору Израиля.

14. Война с собственными государственными институтами

После раскола 2023 года Нетаньяху не отказался от конфликта с судебной системой. Перед выборами его союзники вновь усилили давление на суды, прокуратуру, государственные СМИ и должность юридического советника правительства.

В июле правительство фактически оспорило обязательность судебного решения, что израильские юристы назвали угрозой верховенству права и риском конституционного кризиса. Суть противостояния разобрало Reuters;.

Страна, ведущая несколько войн, особенно нуждается в доверии и единстве. Вместо этого правительство снова делит граждан на «правильных» и «врагов внутри».

15. Личное уголовное дело стало тенью над государством

Нетаньяху продолжает участвовать в судебном процессе по обвинениям во взяточничестве, мошенничестве и злоупотреблении доверием. Он отрицает обвинения, а окончательного приговора нет — это необходимо говорить прямо.

Однако премьер попросил о помиловании ещё до завершения процесса и не выразил намерения уйти из политики. Президент Ицхак Герцог заявил, что прежде должны быть исчерпаны возможности судебного соглашения. О текущем положении дела сообщало Reuters;.

Нельзя доказать, что каждое решение Нетаньяху связано с его процессом. Но государство не должно постоянно задаваться вопросом: где заканчивается общественный интерес и начинается личное спасение руководителя?

16. Западный берег превращается в новый запал

Расширение поселений, легализация новых аванпостов и рост насилия поселенцев делают ситуацию на Западном берегу всё более опасной.

В августе Совет Безопасности ООН обсуждал резкий рост нападений и ухудшение обстановки. ООН назвала Западный берег территорией, приблизившейся к точке срыва;.

Даже тот, кто не верит в быстрое создание палестинского государства, должен понимать: бесконтрольная эскалация создаёт ещё один фронт, связывает силы армии и разрушает возможность будущего политического разделения.

Правительство Нетаньяху не тушит этот пожар. Его крайние министры подливают в него политическое топливо.

17. Международная и правовая изоляция

Международный уголовный суд выдал ордер на арест Нетаньяху. Израиль отвергает юрисдикцию суда и обвинения, а сам ордер не является приговором. Тем не менее впервые действующий израильский премьер официально указан МУС как обвиняемый, в отношении которого выдан ордер;.

Одновременно ослабевает традиционная поддержка Израиля на Западе. Британия, Канада и Австралия признали палестинское государство. Опрос AP-NORC летом 2026 года зафиксировал дальнейшее падение поддержки Израиля в США, особенно среди демократов. Результаты опроса опубликовало AP;.

Можно обвинять суды, ООН, Европу, журналистов и общественное мнение. Но когда круг несогласных расширяется от традиционных критиков до ближайших союзников, разумное правительство обязано проверить собственный курс.

Не фиаско Израиля — фиаско системы Нетаньяху

Израиль не проиграл как государство. Его армия сохранила боеспособность, общество проявило исключительную стойкость, заложники были возвращены, а противники понесли серьёзный урон. Экономика выдержала колоссальное давление.

Но именно поэтому нельзя позволять Нетаньяху присваивать достижения страны и одновременно перекладывать собственные ошибки на военных, протестующих, суды и союзников.

27 октября израильтяне будут выбирать не просто между правыми и левыми. Перед ними окажутся более важные вопросы:

Стало ли государство безопаснее?
Получили ли войны ясный политический итог?
Стало ли общество справедливее и сплочённее?
Укрепились ли отношения с союзниками?
Узнали ли граждане всю правду о 7 октября?
Готово ли руководство отвечать за свои решения?

Если на большинство этих вопросов ответ отрицательный, никакие речи о «полной победе» уже не способны скрыть реальность.

Политик, отождествляющий себя со страной, объявляет любую критику предательством. Но зрелый патриотизм устроен иначе:

любовь к Израилю не требует верности Нетаньяху. Она требует ответственности перед Израилем.