Господь всегда поможет

- Надо отдать должное, всё самое страшное во мне Вы убили - и за это спасибо Вам, низкий Вам поклон... Кто бы ещё озаботился этим, этой грязной неблагодарной работой... Ваш Голос очень трогателен, до слёз родной и нужный, из самого-самого моего Дома... Всё это и есть сон наяву, но это и есть истинное бытие, никогда себя не навязывающее, оставляющее душе простор и тайну... А кошмар всегда навязчив и обязателен, как концлагерь, война, больница, фильмы ужасов и пр. и пр. Пусть снится... А потом - продолжится... – Э.В.
- Кошмаров нет, есть только некий ластик, помогающий стирать и корректировать наши собственные огрехи, корректируя и исправляя неточности, иногда через боли, муки или разного рода события, иногда через агрессивную среду, иногда просто через определённых и посланных для прохождения ряда уроков и усвоения того или иного опыта, людей...
Сны наяву бывают и реалистичнее самой реалистичной Реальности, в том и заключается вся парадоксальность и многомерность, разноуровневость и многоступенчатость нашего Бытия...
- Потому и пришлось проявиться в пространства интернета, чтобы не сойти с ума от этих снов. Пока удалось обмануть недруга. Но, боюсь, это только отсрочка. Если не поможет Господь, мой главный Друг.
- Господь всегда поможет - и Друг, и Брат, и Отец, и Учитель наш, и ещё бесконечное число прибавлений к этим "и"...
Он рядом неустанно и неусыпно, вечный Хранитель и успокоитель душ наших.
18-19.05.2015 (из переписки в интернете)
У этого опыта много граней, и одна из них, самая важная – это тоже была встреча со Христом. И Батюшка не зря на исповеди мне о ней говорил: «Это я там с тобою» - не в смысле какого-то никчемного заговора, а в смысле Господа Иисуса Христа, частицей Которого он всегда себя исповедывал, говоря, что священник не может отслужить литургию и остаться жив – на его место встает Господь, та Его Частица, о которой говорит ему архиерей при поставлении, когда произносит слова о том, что ему вручается Часть, за которую он даст ответ перед Богом… Ещё он прибавил такие слова: «Ну, я не буду отказываться, это мой отпечаток» - потому что она-то от него там отказалась и с ненавистью реагировала на всё, что напоминало о нём, а напоминает нам в происходящем вокруг нас каждый день многое о многом, и понимающий и слышащий поймёт, о чём кто говорит, и кто это говорит, и про кого. Жизнь имеет символическую природу, все события подобны Божиим притчам, таковы же и сны, и может быть, что вся эта земная жизнь дана нам только для просветления наших снов, куда и уйдём мы в конце концов навечно. В чём же причина такой невзаимности? Его пафос был в том, что внешнее запрещение ничего не изменило в духовном мире – он просто перескочил в другую юрисдикцию – какую, мы не знаем до сих пор: неважно это для нас было совсем, так его любили и верили ему… А для неё как раз это, видимо, и было важно, как потом оказалось важно и буквально для всех батюшек, у которых мы исповедывались при возвращении в Патриаршую Церковь, а батюшек этих было немало… И стоило лишь начать исповедь словами о том, что мы 15 лет были с запрещенным священником и ездили к нему домой, где он служил в обход запрещения, и причащались у него, как у любого батюшки мгновенно открывалось сердце и он говорил много очень горячих, неравнодушных слов… Один пожилой батюшка из Алупки, уже покойный, сказал: «Ну если мозгов нет, что я могу сделать?.. Если меня запретят, не ездите ко мне. Ходите, просите, доказывайте, но ко мне не ездите!» Другой архимандрит, очень похожий по духу на самого Батюшку, назвал всё это «духовной катастрофой», отметил, что ситуация эта хороша лишь, пока священник живёт «на своих хлебах», и прибавил: «Закон есть закон», как говорил герой Жана Марэ из одного старого французского фильма, который наверняка смотрел и сам Батюшка… Самое интересное, что он, прикрыв глаза, вдруг полностью представил перед нами самого Батюшку, так что показалось, что если он глаза откроет, перед нами предстанет Батюшка, по которому тогда мы сильно скучали… Впечатления совпали и у меня, и у супруги. Потом этот священник приснился мне без бороды, в некоем театре – смотрел через шторки и говорил про артистов, какие они молодцы и что «готовятся, волнуются»… Третий высказал мысль о том, что важен полученный опыт, и что теперь мы уже никогда не «вляпаемся в такое»… Четвёртый рассказал, что такая мера прещения используется для того, чтобы батюшка поварился в собственном соку и понял, что он не может быть один, без Церкви, при этом к нему привлекается много странных личностей, всяких экстрасенсов и прочих странных людей, в поисках выделяемой энергии распадающегося духовного атома… Пятый сказал, что Церковь и политика несовместимы, и если в приходе педалируется тема почитания монархии и прочего, оттуда надо бежать, сломя голову… Много чего пришлось услышать, но равнодушным не остался никто. Как бы отражая всю глубину нашего погружения в Батюшкино сердце, сердца священников сразу открывались навстречу. А Батюшка был лучшим священником из всех, он реально был похож на святого, какого-нибудь Алексея Мечёва или Валентина Амфитеатрова, кстати, и отец Андрей Ткачев сильно напоминает мне его, был он таким очень долго, пока всё не разбилось о того самого «помощника», которого он же и послал ко мне на рабочее место, не предупредив, кто это и как относиться к нему. В общем, нам пришлось понять многое. И многое не понять, потому что Церковь не поддаётся человеческому постижению. Либо ты ее слушаешься, и всё хорошо, либо не слушаешься, и всё становится очень плохо. Батюшка надеялся на благословение святых, Батюшки Николая Гурьянова и матушки Феодосии Октябрьской, а они были в курсе его ситуации и благословляли его… Он говорил, что в Церкви терпят ещё и не такое, что он не подошёл политически, что его личную ситуацию встречи с любовью всей его жизни и вынужденным уходом из семьи использовали как повод, чтобы его прогнать… Не знаю, может, у тех, кто по-прежнему с ним, всё по-прежнему хорошо… Но и не знаю, чем это для них кончится – как бы не ещё хуже, чем у нас, которые спустя восемь лет едва-едва только приходим в себя, совсем только чуть-чуть… Всё это – отрыжка атеизма: непослушание, непочитание иерархии, дух бунта и протеста, пренебрежение канонами… Духовное преступление, имеющее очень и очень суровые последствия в духовной жизни, в духовном мире, а потом и в обычной жизни и в вечной участи несчастных нарушителей церковных канонов. 12.08.2026

http://proza.ru/2025/06/30/1398