Возвращение Одиссея. Пьеса

  Возвращение Одиссея. Пьеса.

действующие лица
Саша
Катя — его дочь
Женя — сын
Маша - его жена
Юля — невеста Жени

                Картина  1
                комната в полумраке, слышен шум дождя.

Катя— все случилось так неожиданно, ты позвонил и сказал — это твой отец,
и добавил биологический.
Саша — потому что я боялся, и мне было стыдно, двадцать пять лет меня не было,
ты могла сказать — я вас не знаю, но ты  сказала -  давай встретимся,
и мне стало так легко .
Катя — но где же ты был?
Саша — я жил сначала еще в Питере, а потом уехал в Сибирь, как декабрист за женой.
Она сказал а-  я уеду и заберу детей с собой в общину Виссариона. Что мне оставалось делать?
Кстати у тебя есть два сводных брата -  Саша и Женя. Саша хирург, а Женя музыкант .
Но я не спросил о твоей маме.
Катя — она жива и хорошо себя чувствует, нянчит внука.
Саша - значит теперь у меня есть внук я, ведь пока не дождался внуков от сыновей.
Вообще то я следил за тобой в интернете, знал, что ты вышла замуж, читал твои стихи.
Помню про любимых с сердцами из гранатовых зернышек,
а еще замечательная фраза  - хождение на работу делает нас почти бессмертными.
Ты закончила филологический, изучала итальянский и ездила в Италию.
Как я хотел бы побывать во Флоренции.
Катя  - еще побываешь, какие твои годы? -
Саша  - да никакие, последние. Просто число моих умерших все больше и больше, а тех кто входит в мою жизнь все меньше.
Катя  — не грусти, все будет хорошо.
Саша — я знаю все хорошо, даже смерть, но слабость, боль тяжко преодолевать.
Катя — давай куда нибудь сходим.
Саша — я так давно не был в Эрмитаже, не смотрел на мадонну Литту,
хотя лучше на Васильевский во дворы  колодцы.
Я ведь тоже поэт

этот город он твой
и дожди и дома
и хмельное питье
петербургский туман
стоит только начать
и кончается жизнь
на деревья свои
уходя оглянись
там где листья растут
как деревья во сне
нет часов и минут
только вечность в цене
там со светом глаза
повстречаются вновь
там последний вокзал
где встречают любовь

Катя — когда ты был в Питере в последний раз?
Саша — это было лет двадцать назад, можно назвать это путешествием на темную или обратную сторону луны. Я остался один, совсем один безумный , даже полиция  не забирала меня почему то,
и я бродил где - то в потустороннем мире,  прошел через Питер в невменяемом состоянии, падал, вставал без одного ботинка, мне потом  подарили другие ботинки какие то незнакомцы, потом чудом вернулся ,
об этом невозможно рассказать.
Катя — ты хотел меня увидеть?
Саша — конечно,  но и боялся тоже.
Катя — а теперь у тебя есть жена?
Саша — да есть, третья и последняя,
мы старимся  вместе, жаль что не умрем одновременно,
кто-то останется, и ему будет тяжело.
Катя — ну умрешь ты еще не скоро.
Саша - однажды я стоял на крыльце своего дома, уже в Сибири, и слушал шум дождя. Смотрел зачаровано на капли, они стекали по зеленым листочкам беспомощно и победительно, и жизнь переполняла меня, а мир был полон тайны и надежды.
 Впрочем надежда — это не обо  мне. Надежда —  удел молодых, но с годами она становится сильней и безнадежней .Утром ты  просыпаешься и чудо, все таки живой.
Катя — а что дальше?
Саша — не знаю и слава богу, если бы знал, было бы почти невозможно жить, и может быть не нужно, жизнь всегда в начале, иначе это не жизнь.   Прошлое — это то что умерло. Но однажды мы видим сон, и прошлое возвращается с еще большей силой любви и нежности и, мы понимаем, что ничто не умирает, все там , в нашей божественной глубине.
Ну что, пошли смотреть каков теперь Питер?
Катя — пошли.

уходят

Картина 2

Маша - а когда Женя приведет к нам свою девушку?
Саша — обещал сегодня. Только ты уж будь помягче.
Маша — да я всегда мягкая.
Саша - конечно , как перчатка, а под ней маленький, но твердый кулачок.
       Звонок в дверь. Маша открывает.
Женя — привет, знакомьтесь — это Юля.
Саша — проходите, садитесь.
Маша — чувствуйте себя как дома.
Юля — очень приятно познакомиться с Жениными родителями, он так много
рассказывал о вас.
Маша — и что он говорил?
Юля — что они очень добрые и умные, папа так вообще все знает.
Саша — ну это конечно преувеличение, хотя и небольшое.
Юля а где ты учишься?
Юля — на филологическом.
Саша — а, факультет невест.
Женя  -  ну что ты папа. Даша изучает литературу, а ведь без литературы жизнь невозможна.
Саша — ну положим когда -то люди обходились без нее, и ничего.
Женя — и от них ничего и не осталось.
Саша — ну кости то никуда не делись.
и каменные дома тоже хотя что они думали уже не установить
книг не писали
Юля — а ведь индусы уже две тысячи лет назад оставили такие замечательные стихи -

и я знаю теперь что я главное в жизни изведал
пил из чаши златой на блаженном пиру
 в сладкое то и мгновенное время
мне любимая дева  очи слепила
слепящего света чистейшим потоком

Маша — Юленька, а я вот случайно узнала, что на филологическом вас нет.
Женя — мама, что ты говоришь?
Юля — это правда, меня отчислили за прогулы.
Женя — ну почему ты мне не сказала?
Юля — я боялась.
Маша - а хорошо ли начинать с обмана?
Юля — я не обманывала, я просто не сказала.
Маша -Все равно это не хорошо, начинать совместную жизнь с вранья.
Юля — извините, но мне пора.
Саша -  ну не уходите - пожалуйста все будет хорошо.
Юля — до свидания, всего хорошего. Женя, не надо меня провожать.
(Женя все равно  ее провожает дверь закрывается)
Саша — ну какого черта ты это ляпнула?
Маша — что значит ляпнула? Я сказала правду.
Саша — а что значит правда ? Разве ты это знаешь? Это ведь не тактично, надо же чувствовать момент.
Маша — она мне не понравилась.
Женя (возвращается) — а я все равно на ней женюсь.
Маша — мы тебя кормим, платим за обучение, а ты неблагодарный,
не можешь послушать папу и маму.
Женя — я все равно буду с ней.
Маша —( кричит) — ты, тварь неблагодарная,  снимай куртку которую мы тебе подарили,
и джинсы тоже.
Женя — да, пожалуйста, (-снимает куртку
начинает снимать джинсы)
Саша —  что ты делаешь,. остановись
Женя — мне от вас ничего не надо.
Маша — неблагодарный, пойду прилягу, доведешь мать до инфаркта .-(уходит)
Женя — папа, ну почему она так?
Саша — она тебя любит, просто думает, что лучше знает, что тебе нужно.
Женя — а тебе Юля понравилась?
Саша — ты ее любишь7
Женя — да.
Саша — ну тогда женись.
Женя -  папа, чем мы отличаемся от вас, и что нам делать?
Саша - Что?  Измениться.  Слишком долго люди меняли окружающий мир,
свергали правительства, совершали революции. Ведь это легче, чем изменить себя. Но переделать себя важнее, это  преобразит мир. А для этого нужна тьма и тишина.
Мы жили слишком громко и ярко, очень счастливо , и поэтому что-то проглядели.
 А потом  ничего не поняли, время прошло, порох кончился, хоть пепел еще теплый.
Время смиренно, но непобедимо, мы только листки из школьной тетрадки,
только кляксы на белой бумаге ,а она так легко горит.
 Вы можете успеть, дай вам бог не заблудиться в этом дремучем лесу, где волки и рысь, и пантера старая рыщет, желая добычи.
Женя —  слушай, мне снился похожий сон, там тигры бродили, а я прятался на шкафах наверху, потом тигры забирались ко мне, но я остался жив.

Саша - прожив шестьдесят шесть лет, я  наконец понял, что я  конечен, смертен и мало знаю людей, так слабо их помню и понимаю, впрочем так же мало я помню себя.  Так мгновенные вспышки во тьме забвения, и холодное знание,
что все исчезает, все тонет в небытии, и остается лишь то, что по воле бога.
Женя — папа, всякая жизнь это возвращение Одиссея через пространство и время ,долгий путь домой ,где ждет Пенелопа, верная, как любовь, и ты всегда помнишь, что у тебя есть дом хоть, ты можешь и забыть его название.
Я тебя люблю.
Саша — и я тебя, пойдем погуляем, там кажется идет дождь, а что может быть лучше плохой  погоды, только хорошая.

    картина 3

Женя и Саша сидят в кафе
Женя — Ну как тебе Питер?
Саша — другой город, я не узнаю его. Нет, что-то конечно осталось,
Нева, Зимний, Медный всадник. Но что-то изменилось неуловимо.
Новые люди, а может просто я из другого мира,
лучше стихами, мне так проще -

Этот город – он твой, до могилы, до слез,
И танцующих в небе безумных стрекоз,
До дворцов и каналов, где сфинксы и львы,
И звенящего зова пустой синевы.
До колодцев дворов, где так голос звучит,
И ушедшая юность бессмертно молчит,
Где я жадно глотал шалой жизни вино,
У подъездов прохладных, где и в полдень темно.
И Нева уносила меня в пустоту,
Мы с тобой целовались на уснувшем мосту,
И дрожали ресницы, и сияли глаза,
Но нельзя возвратиться в бессмертье назад.
Только запах сирени, только губ колдовство,
Возвращает певучее с жизнью родство.
Я вернулся в свой город издалека,
Все осталось как прежде, нас уносит река.

Женя -ты прожил тут 21 год.
Саша — На самом деле прошлого нет, мы его придумываем, а
 оно исчезает, как песок в темноте, как сон, непонятный но сладкий,
 вот послушай  -

 и мы скользим мотыльками по сонному вольному времени
пальцем рисуя мгновенный и вечный узор
на стекле запотевшем от нашей любви
падает снег и космическим холодом небо
разорвано в хлам и потеряно
и все длинней и короче становятся павшие ночи и дни
снег собутыльник меня приглашает гулять на пирушку
тает мгновенно мошенница жизнь на губах
господи боже верни мне блестящую эту игрушку
чтобы сиял ослепительно свет в восхищенных глазах
и я возьму ту девчонку смытую Летой
и безнадежно влюбленно буду ее целовать
и совершенные мы доживем до рассвета
время еще не пришло умирать
бог нас коснется и мы засмеемся
надо же вновь из тюрьмы утекли
мы в этот мир никогда не вернемся
не зарекайся от смерти и тьмы

Женя — и правда, в Питере есть что  то фантомное ,что- то призрачное,
я не смог тут жить, потому что здесь все чужие, а это не правильно,
вот я и уехал домой.

входит Катя

Саша — привет, присаживайся, это твой брат Женя.
Катя -    привет, ой а ты такой молодой.
обнимаются
Женя — всего девять лет разницы, все относительно, когда мы станем старыми , это уже не будет заметно.
Саша — что тебе заказать?
Катя — каппучино.
Женя — а где ты живешь?
Катя - на Васильевском.
Женя — а я когда поступил  учиться жил на Лиговке,
правда потом уехал.
Катя — почему?
Женя — понимаешь, там где я живу, все знают друг друга, это как семья,
здесь это не так, и мне было тяжело
Саша — Петербург сделан из камня, рожденного холодной землей,
и когда нибудь исчезнет как мираж, как сон Петра.

И я вернусь в тот давний Петербург,
Что темною громадою плывет над Летой,
И юность дерзкую увижу милый друг,
И белое магическое лето.

И голоса прозрачные в пространстве зазвучат
С неодолимой и нездешней силой,
В последний раз я кину взгляд
На то, что в жизни было мило.

Но ни одной могилы не осталось здесь,
Лишь тени, вздохи, шепоты и крики,
Среди дворов колодцев затерялась весть,
Замолкло эхо, умерла молитва.

Спасибо Господи за прожитую жизнь,
За встречи впопыхах, за сонные объятья,
За голубей присевших на карниз,
За миг томительный, где ты снимаешь платье.

Бессмертен ангел, облака плывут,
Надменные и легкие скитальцы,
Во мне покорно умер Петербург,
Душа вздохнула и разжала пальцы

Саша — простите, что все время говорю стихами, но о Питере так легче.
Верующему христианину подобает   молчание перед смертью, но у меня не получается.
Женя —папа, о чем ты, тебе еще жить и жить.
 А я почему-то вспомнил как подростком уходил в школу, а сам прятался в кустах сирени, и в школу не шел.
Саша — а я помню как в  16 лет пошел гулять с девушкой, ее звали Вика,  и вернулся домой часов в пять утра, и папа первый и единственный раз ударил меня.
Женя — а пока вы с мамой ругались, мы с братом делали что хотели.
Саша - я помню как мы с братом сидели в в двух кладовках, детям почему то нужно укрытие, наверно потому что мир такой большой,  и где - то надо прятаться от него,
в этом спасение. Жизнь всемогуща и рождаясь, она каждое мгновенье убивает себя, так появляется прошлое. Мы машем руками, хватаем воздух . Напевает - Лишь пустота, лишь пустота в твоем зажатом кулаке.
Катя — а где же Бог?
Женя - он в нас и он вне нас, потому что мы такие маленькие, а любовь такая большая.
Катя -  а я больше всего люблю белые ночи, время как будто остановилось ,
а небо светло и бессмертно , и кажется  так будет всегда.
 Когда я была в Италии, то больше всего меня поразило, что среди этих
великих произведений искусства идет такая живая такая простая  жизнь,
сохнет белье, люди целуются пьют вино, и говорят на певучем прекрасном языке
великого Данте --

Nel messa del comin di nostra vita
земную жизнь пройдя до половины

Саша — я когда то знал наизусть пятую песню из Ада

Так я сошел покинув круг начальный               
 вниз во  второй он более чем тот
там ждет Минос оскалив страшный рот
допрос и суд свершая у порога
едва душа отпавшая от Бога
пред ним предстанет с повестью своей
он прегрешения различая строго
обитель ада назначает ей
хвост обвивая столько раз вкруг тела
на сколько ей спуститься ступеней

- сейчас уже целиком не вспомню,
ну почему ад изобразить легче чем рай?

Катя — может потому что в ослепительном свете  неразличимы детали, а в
полумраке все видно.

Женя — а ты  долго была в Италии?
Катя — очень мало, всего три недели, я тогда была совсем молоденькой.
Саша — я вспомнил вдруг свою подругу, ее звали Ира.
Моя мама знала ее отца, и нам дали билеты на одну елку, тогда нам  было по шестнадцать, молоденькие — молоденькие.  После елки я повел ее в ресторан поплавок на Неве, и нас пустили ,
а я все переживал, хватит ли мне денег чтобы расплатиться.
Катя — хватило?
Саша —да официант сказал мне про мою подругу - кровь с молоком, и правда у нее была такая тонкая и белая кожа , мы ночью шли пешком через весь Васильевский, а там встречал ее грозный папа. А через полтора года я приехал в Питер и поступил на физфак,
и весь первый курс был влюблен в нее. У них была дача в Комарово, там ведь жила Ахматова, мы потом ходили на ее могилу, и Ира все повторяла — Здесь все меня переживет, все, даже ветхие скворешни, и этот  воздух,  воздух вешний, морской свершивший перелет. Потом ночью мы качались на качелях около залива и смотрели на звезды, дальше мы расстались, но через несколько лет снова  встретились и однажды были близки, но она уже была замужем. В конце концов судьба развела нас. Но почему то всю жизнь она мне снилась.
Где ты теперь моя подруга ? Прошла бездна лет, а ты мне все  снишься.
Во сне ты молчишь,  почему то лицо твое  закрыто вуалью, и ты плачешь.
Я спросил тебя -  почему ты плачешь? Ты не ответила,
 а я сказал -   от меня ушла жена, а я не плачу, хотя очень хочется.
Все проходит, но все остается. И снова во сне я люблю тебя. 
Я молод, дерзок , полон сил и надежд.
Катя — а маму мою ты не забыл ?
Саша — нет, не забыл, мы учились вместе на физфаке, нас потянуло друг к другу мы стали любовниками.
Потом я пригласил ее в Севастополь, где жили мои родители,
мы ехали на электричке из Симферополя, на ней было зеленое блестящее  шелковое платье с узкими бретельками, открывающее плечи, и я ощущал такую  любовь, что сердце сжималось от нежности. Мы были вместе тогда, в том далеком ушедшем Севастополе.
Ночью, свет от идущих по улице троллейбусов отражаясь, пробегал по потолку,
и вся жизнь была впереди. Но мы почему то расстались.
 Женя — ты помнишь, как приезжал ко мне на выпускной?
Саша — тогда я плакал от счастья,  когда слушал твою игру
Даша — а на чем ты играешь?
Женя — на саксофоне
Даша — у тебя на телефоне есть запись? 
Женя включает музыку
                конец картины

Картина 4

Женя сидит за ноутбуком, а Юля стоит у окна.

Женя — что с нами будет ?
Юля — не знаю, но твоей мама я не понравилась.
Женя — ну и что ? Ты будешь жить не с ней, а со мной.
Юля — когда то родители благословляли детей на брак.
Женя — папа  готов и сейчас  нас благословить.
Юля - а ты меня любишь?
Женя — почему ты спрашиваешь?
Юля — иногда мне кажется, что музыку ты любишь больше.
Женя — но это совсем другое, это мое дело, у мужчины должно быть дело ,
иначе он превращается во что-то несуразное,
 а для женщины главное это любовь, семья.
Юля —  ты такой старомодный, разве женщины не равны в правах с мужчинами, это сексизм какой то.
Женя - просто у женщины другая суть, другая душа, в ней больше природного стихийного, а у мужчины больше духовного, разве не так?
Юля — ну не знаю, мне кажется  будет трудно быть второй женой после музы .
Женя — просто тебе надо принять меня таким какой я есть, но кажется это  трудная задача, даже если любишь.
Юля — я боюсь,
мне приснился сон, я держу на руках младенца, он, туго запеленутый  спит, и вдруг кто - то  говорит -  да он же мертв, я смотрю, он действительно умер, я начинаю распеленывать его, а он вдруг спрыгивает, и убегая кричит - не плачь, завтра у тебя свадьба.
Женя — я не умею толковать сны, и это жаль, похоже нам что - то подсказывают, но что ?
Юля — ты рад что у тебя появилась сестра?
Женя — конечно, она интересная, так много знает и стихи пишет, даже книгу издала,
надо ее с братом ее познакомить.
Юля — и все таки мне почему то страшно.
Женя — не бойся, глупенькая я же рядом.
Юля — а вдруг ты умрешь?
Женя - бог милосерден,  когда приходит смерть кончается боль. Вообще, когда она приходит, нас уже нет, поэтому мы не встречаемся, к счастью или к сожалению.
Юля — а что будет со мной ты подумал?
Женя — но кто- нибудь из нас умрет первым, это в сказках - они жили долго -долго и умерли в один день.
Юля -  но я не хочу, это  больно.
Женя — так устроена жизнь, и вообще, или ты умираешь молодым или живешь долго и стареешь, болеешь, и все равно умираешь, и даже выбора у нас нет, если только не совершить самоубийство, а это неправильно, потому что ты уйдешь в том состоянии, в котором был в конце, то есть страхе и отчаянии, и на том свете будешь в отчаянии очень долго .
Мне недавно приснился сон, я шел по школьному коридору, и вдруг сверху упал голос — она умерла, твоя любимая,
я бегал, кричал, разбивал окна, это было  невыразимо больно,
потом я проснулся и понял, что это только сон.
Таково ощущения любви и счастья не было никогда в моей жизни.
  звонок в дверь
Юля — я открою
входит Саша
Саша -— привет молодежь, чем говорите ?
Женя  -- да так о пустяках, о снах.
Саша — а вот римляне относились к снам очень серьезно,
жена Цезаря увидела сон и умоляла его не ходить в сенат,
но он сказал  - надо принимать судьбу, и встретил Брута и компанию,
они нанесли ему двадцать семь ножевых ран, это жестоко.
Женя — но как отличить вещие сны от пустых?
Саша — не знаю, просто иногда ты просыпаешься и не можешь выйти из сна,
а другие сны забываются легко и быстро.
Женя — жизнь есть сон, кажется у Кальдерона была такая пьеса.
Саша — да, надо принимать судьбу достойно без рыданий и проклятий,
молча ,таков человеческий удел, такова воля бога.
Юля — но откуда мы знаем что это божья воля?
Саша — не знаю, мне кажется мы можем это чувствовать, заглянув глубоко в себя.
Женя — да просто надо не врать себе и не бояться.
Саша - когда то от меня ушла вторая жена, это так тяжело, когда твой родной человек говорит  - я ухожу и никогда не буду с тобой спать . Но ведь я пережил как то это и снова живой, и благословил ее.
 Небо нужно нам больше, и деревья, и трава, и песчинки, их  любить легко,
а дождь вообще похож на ребенка.
Юля — а я помню как в детстве бегала по лужам и смеялась над мальчишками,
а они гонялись за мной.
Женя — а я вспомнил, когда мы в первый раз приехали в деревню, то залезли на стог сена и стали прыгать, а потом папе с мамой пришлось платить за порушенный стог.
Саша — это что, когда мы приехали первый раз в деревню, мой брат совсем ,маленький поймал петуха и откусил ему гребешок, а теперь он умер и лежит в могиле, там на кладбище в Севастополе, где папа и мама, и бабушка, и горячие кипарисы, и полуденное жгучее солнце.
Юля — ну что мы все о смерти, я вот думаю о детях, которые родятся, когда мы с Женей поженимся.
Саша  - скорей бы, я так жду внуков, так хочется их ласкать.
Женя — ничего папа, скоро.
Саша — дай то бог, а то я уже совсем перестал надеяться.

картина 5

Саша и Маша

Саша — ну почему ты так относишься к Юле?
Маша — не знаю, ее лицо мне не нравится, какая то интуиция говорит что Жене с ней будет плохо.
Саша — глупости, это все она хорошая девушка а, ты просто упрямишься и ревнуешь.
Маша — ладно, пусть женятся, что я что стерва какая то что ли,
мне просто сон недавно приснился - мой сын стоит на холме, зеленом таком
 и говорит мне -  мама я ушел на войну, поворачивается и исчезает, а я пытаюсь его догнать, даже взлетаю, но падаю и просыпаюсь в пустой комнате, где нет окон, а на полу роскошные ковры и запах смерти ,
хотя это все еще сон.
Саша - что такое война — это жизнь для смерти, когда жизнь встает на дыбы и бьется сама с собой.
Маша — мальчиков жалко, они такие красивые.
Саша - ты ведь женщина,  и тебе надо разобраться с собой.
Маша — как понять себя?  это так трудно.
Саша — надо просто остаться одному в комнате и поговорить с собой, только честно,
и тогда айсберг перевернется, и все глубинное откроется.
Маша — я забыла, какой была раньше,  где наша молодость, в какой тьме затаилась?
И нет ни возврата, ни воскресения, только боль и глухая  тоска о невозможном,
а тело стареет, лицо покрывается морщинами, это безнадежно.
Саша — безнадежно, если нет бога, а если он есть, то все мгновения твоей жизни обретают смысл такой теплый, такой глубокий и непознаваемый, но это неважно, он ведь есть.
Маша — но морщины не исчезают.
Саша — бог мог бы быть милосерднее, но он такой какой есть, и не нам молить о другом, если мы родились здесь, то надо принимать правила игры.
Маша — а разве невозможен другой мир, другой бог?
Саша — не знаю, мне кажется это бессмысленный вопрос, физики сейчас говорят о других вселенных, но их мы наверно никогда не достигнем, они так далеки.
Наташа — а ты подумай, ты такой умный.
Саша — здесь не ум нужен, а свет, озарение, а оно всегда внезапно, непредсказуемо и недоказуемо,
только ветер не нуждается в доказательствах, он сам себе доказательство,
остальное сомнительно.
Все будет хорошо, но когда и где я не знаю, и наверно уже не узнаю,
но это  и не важно, это не страшно -  все течет,  и значит гармония есть ,
а мне остаются слова, просто слова. Слова это не жизнь, это что - то другое,
но они живые,  теплые, жестокие, и мне без них никак, такова судьба, и когда я умру, самое печальное, что не смогу говорить, замолчу навсегда, поэтому пока жив не умолкну, если будет на то воля господа, а теперь туда, где много света и любви, это называется рай.



картина 6

Катя - прошло уже два года как Саши не стало, ты можешь теперь рассказать мне как это было?

Маша — Это случилось под утро. Я  испугалась,
 закричала конечно,  невыносимо, безумно.
Но потом вдруг затихла, ведь он был рядом ,еще теплый, умерший, но мой,
и вся наша прошедшая жизнь встала у меня перед глазами,
годы любви, труда и надежды.
И я взяла эту родную голову и положила на колени, и баюкала ее как младенца,
вспомнилась наша первая встреча, я не знала еще кто это, но какой то голос сказал — это твой муж, он был такой смешной,  похож на безумного профессора, дырявые кроссовки, волосы дыбом и сумасшедший взгляд.
Потом мы потихоньку начали привыкать друг к другу,
однажды стояли на кухне и и почему то бросились в объятья, и соединились уже до конца.
Он иногда был такой смешной, мне хотелось гладить его по пузику, как бога Хаттея, чтобы сбывались желания,
но в тоже время я чувствовала, что ему дано что-то мне непостижимое, потому что он такой простой и понятный, вдруг писал удивительные стихи,
это понять невозможно, может это и он не мог понять.
Катя — ему не было больно?
Маша  - он улыбался, так мне показалось.
И вообще ,в последние дни он был спокоен и светел, как никогда,
а дни были удивительные, царила осень, этот прозрачный свет,  темное небо перед дождем и буйство красок - красные желтые листья, и закат- закат как обещание рассвета, и надежда на новую жизнь. Он всегда говорил — я счастливый человек, мне было дано столько любви, меня любили удивительно красивые женщины, и господь дарил мне столько  благодати, что она не вмещалась в меня и переливалась через край.
Катя — он так любил лето, это солнце,  наготу и море.
Маша — и еще он любил Моцарта, он рассказывал ,как увидел концерт по телевизору, когда ему было лет семь, и он поразился, потому что смычки скрипок ему виделись стеклянными палочками, а оказались палками с натянутыми  жилами неизвестного происхождения.
Я только сейчас вспомнила ,он сказал - когда умру, пусть звучит Моцарт, много Моцарта и его стихи .
Катя  - а у него было много стихов?
Наташа  — очень, он ведь писал всю жизнь, но особенно много после пятидесяти..
Почти все были без названия, а у одного из немногих оно есть. и называется оно
 Память.
Слушай

звучит музыка Моцарта

Я снова вспомнил о тебе,
И давнем, давнем счастье,
О тьме, дожде и кутерьме,
И сердца жадной власти.

О перепутанных словах,
И преданных ладонях,
Перчатке брошенной впотьмах,
Ночных погонях.

О переменчивой судьбе,
И стареньком цветном халате,
О жизни, отданной тебе,
О смерти и расплате.

О музыке, презревшей прах,
О туфельке упавшей на пол.
И выступали слезы на глазах,
Но больше я не плакал.

Входит Саша

Маша — ты вернулся, или это сон?
Саша — какая разница, главное мы вместе, и это уже навсегда.
Маша — слава богу, а то я подумала, что ты умер.
Саша — ну что ты родная смерть — это мираж, странный сон.
Все есть  жизнь, мы, наши дети, море,  блистающее на солнце и Одиссей, вернувшийся на Итаку, потому что его ждала Пенелопа.

                Конец
                2025 год