На службе военной-3 или о боевом дежурстве

Начальник штаба подполковник Ашаев был известен на всей площадке и далеко за ее пределами. Службу он начинал еще в суворовском училище, и большую часть жизни отдал армии. Солдаты и офицеры его уважали. Особенно солдаты неславянских национальностей, с которыми он очень быстро находил общий язык. Его самобытная манера изложения мысли вводила в транс самых закоренелых пролетчиков, если они попадали под бдительное око товарища подполковника, назначенного дежурным по части.

- Посмотрите на этого солдата! - вещал он на общем построении части, выставив на  обозрение очередного нарушителя воинской дисциплины, - разве это солдат? Вот в мои времена были солдаты... на одного однажды МАЗ наехал, и ничего - встал, отряхнулся и пошел исполнять службу... а сейчас солдата трогать страшно, у него сразу селезенка лопается...

Невысокий, энергичный,  он обладал каким-то особым обаянием. Непредсказуемость его могла бы войти в поговорку. Как-то раз он заглянул к нам дежурную смену.

- Диспетчер!

В это время диспетчер, укрывшись за весьма масштабным щитом, на котором была изображена схема электроснабжения дивизии, неспешно разбирал посылку от матушки. Украшением подоконника был нехилый кусок сала шпик с красным перцем, около килограмма весом.

Чтобы попасть к диспетчеру, надо было протиснуться в узкую щель между стеной и щитом, скрытую за занавеской.  Товарища подполковника это не остановило. Несмотря на довольно плотное телосложение, он уже протискивался за щит, как «Волга» в гараж для «Жигулей». Деваться было некуда, но в последний миг мне почему-то подумалось, что мусульмане свинину не едят.

- Отведайте, товарищ полковник! Матушка посылку прислала.
- А-а, спасибо, спасибо! Там тебя в главный зал вызывают…

В главном зале я задержался минут на 15, и, возвращаясь на свой боевой пост, в дверях столкнулся с Ашаевым.

- Диспетчер, я там у тебя поел маленько…
- Да ничего страшного, товарищ полковник…

За время моего отсутствия «маленько» потянуло почти на  полкуска, причем без хлеба. Я был в легком шоке, но потом пришел к выводу, что солдат должен стойко переносить тяготы армейской жизни. Короче, как пришло, так и ушло.

На следующий день меня снова вызывали в главный зал, и я снова встретил Ашаева:

- Диспетчер! Я там тебе принес маленько…

Поблагодарив его, как мог, я отправился в диспетчерскую. На рабочем столе ничего не было. А на подоконнике за щитом меня поджидали две булки белого хлеба, изрядный кусок масла, полпачки сахару, банка сгущенки, тушенка… в общем, в этот день мы с моим сменщиком Серегой Хорохориным на обед не пошли. Да и на ужин осталось.