Десятый совет. Растите вместе

Совет Святой Горки
Вместе.
Не в месте.
Хотя место у нас, конечно, хорошее.
Очень.
Дуб есть.
Камень есть.
Лужайка.
Яблони.
Крыжовник — куда же без него.
Зайки.
Бельчонок.
Голуби.
Лёгкий ветерок, который появляется даже в тех главах, куда его никто не приглашал.
Старые стены.
Голубые купола.
Кресты.
Храм.
Всё на месте.
Но сегодняшний совет совсем не об этом.
Вместе.
Одно маленькое слово.
А я, Святая Горка, прожила достаточно долго, чтобы понять: наверное, это одно из самых трудных слов на свете.

Утром Бельчонок пришёл ко мне очень деловой.
— Горка!
— Что?
— Сегодня последний совет.
— Знаю.
— Кто его даст?
— Я.
Он остановился.
Посмотрел на меня.
Потом вокруг.
— Ты?
— Я.
— Сама?
— Представь себе.
— А раньше почему молчала?
Вот ведь.
Девять глав разговариваем, а оказывается, я молчала.
— Я не молчала.
— Но советы давали Дуб, мама, Камень, купола, ветерок…
Он начал загибать пальчики.
Сбился.
Начал заново.
— Стены, Лужайка…
— А где всё это находится?
Бельчонок оглянулся.
— На тебе.
— Вот.
Он подумал.
— Значит, ты всё время тоже советовала?
— Наверное.
— А почему сама последняя?
Я посмотрела на него.
— Потому что сначала нужно было всех выслушать.
Камень-Молчальник, думаю, одобрил бы.

Бельчонок сел на траву.
— Ну?
— Что?
— Совет.
— Расти.
Он разочарованно посмотрел на меня.
— Это уже было.
— Где?
— У Дуба.
— Дуб говорил: «Не спеши».
— Всё равно про рост.
— Хорошо. Тогда расти вместе.
— С кем?
— Со всеми.
— С мамой?
— Да.
— С папой?
— Да.
— С друзьями?
— Да.
— С тобой?
— Конечно.
Бельчонок засмеялся.
— Горка, ты уже выросла.
— Почему это?
— Ты большая.
Вот здесь я тоже засмеялась.
Какая удобная человеческая ошибка.
Большой — значит вырос.
Будто рост однажды заканчивается.
Достиг нужного размера — всё.
Готов.
Можно больше не меняться.
Не учиться.
Не ошибаться.
Не просить прощения.
Не пересматривать свои решения.
Не удивляться.
Не задавать вопросов.
Ты же взрослый.

— Бельчонок, а твоя мама растёт?
Он задумался.
— Нет.
— Почему?
— Она взрослая.
— А папа?
— Тоже.
— А монах?
Бельчонок посмотрел на монаха, который шёл по дорожке.
— Наверное, тоже уже вырос.
— А Дуб?
— Горка! Ему вообще шестьсот…
Он остановился.
Потому что Дуб в этот момент очень выразительно зашелестел.
— Ладно. Дуб растёт.
— Значит, возраст не мешает?
— Дубу — нет.
— А маме?
Бельчонок снова задумался.
И тут появилась мама-белка.
— Что обсуждаем?
— Ты растёшь?
Она посмотрела на сына.
Потом на меня.
— Это какой-то подвох?
— Нет.
— Тогда… не знаю.
— А чему ты научилась с тех пор, как появился Бельчонок?
Мама хотела ответить сразу.
Но не ответила.
Посмотрела на сына.
— Терпению.
— Мам!
— А что? Это правда.
— Ещё?
Она улыбнулась.
— Не подглядывать.
Теперь уже засмеялась я.
— Пока только учусь, — уточнила мама.
— Ещё?
Она задумалась.
— Не отвечать за тебя раньше, чем ты сам успел подумать.
— Ещё?
— Не всегда спасать.
— Ещё?
Мама посмотрела на Бельчонка совсем иначе.
— Просить прощения.
Он удивился.
— У меня?
— И у тебя.
— А взрослые разве просят прощения у детей?
— Если виноваты — да.
— А зачем?
— Потому что взрослость не делает нас всегда правым.
Бельчонок посмотрел на меня.
Я промолчала.
Вот он.
Рост.

Дорогие родители.
Вы уже девять советов читаете о том, как растёт ребёнок.
А теперь у меня к вам неудобная новость.
Расти придётся всем.
)))
Да.
Я понимаю.
Вы рассчитывали немного иначе.
Взять хорошую книгу.
Узнать, как правильно разговаривать с ребёнком.
Как слышать.
Как отпускать.
Как поддерживать.
Как воспитывать.
Применить.
Получить результат.
Желательно хороший.
А тут на последней главе выясняется, что объект воспитания почему-то раздвоился.
А потом вообще размножился на всю семью.
Потому что ребёнок не растёт отдельно от тех, кто рядом.
Когда растёт он — меняются отношения.
А значит, приходится меняться всем.
Вчера он помещался у вас на руках.
Сегодня говорит:
— Я сам.
Завтра:
— Не входи без стука.
А однажды:
— Мам, я решил.
И на каждом таком повороте растёт не только ребёнок.
Родителю тоже приходится становиться новым.

Когда малыш учится ходить, взрослый учится отпускать его руку.
Когда ребёнок учится выбирать, родитель учится выдерживать выбор, который сделал не он.
Когда ребёнок учится говорить «нет», взрослый учится не воспринимать каждое «нет» как непослушание.
Когда подросток ищет себя, родители учатся жить рядом с человеком, которого уже невозможно полностью объяснить словами:
«Я же тебя знаю».
Когда ребёнок ошибается, взрослый учится не превращать свою тревогу в приговор.
Когда ребёнок взрослеет, мама и папа учатся быть нужными по-другому.
И это тоже рост.
Иногда очень болезненный.
Потому что родительский рост часто выглядит как потеря того, к чему привык.
Раньше спрашивал разрешения.
Теперь сообщает.
Раньше рассказывал всё.
Теперь не всё.
Раньше бежал обнимать.
Теперь иногда закрывает дверь.
Раньше без вас не мог.
А теперь может.
И здесь очень легко решить:
он отдаляется.
А может быть —
он растёт.
И вам просто снова нужно расти рядом.

— А кто кого воспитывает? — спросил Бельчонок.
— В смысле?
— Мама меня или я маму?
Мама-белка сразу вмешалась:
— Я тебя.
— А ты сказала, что учишься из-за меня.
Мама замолчала.
— Значит, я тоже тебя воспитываю?
— Не наглей.
)))
Бельчонок засмеялся.
Но вопрос остался.
Кто кого растит в семье?
Конечно, взрослый отвечает за ребёнка.
Не будем путать роли.
Ребёнок не обязан становиться учителем родителей.
Не должен отвечать за их зрелость.
Не должен лечить их раны.
Не должен делать маму счастливой.
Не должен сохранять брак родителей.
Не должен быть «мудрее взрослых».
Взрослый остаётся взрослым.
И ответственность остаётся взрослой.
Но это не означает, что взрослый не меняется благодаря ребёнку.
Ещё как меняется.
Иногда маленький человек одним своим появлением показывает нам такие уголки собственной души, куда мы сами никогда бы не заглянули.
Сколько во мне терпения?
А тревоги?
А желания контролировать?
Умею ли я принимать другого не таким, каким его придумала?
Умею ли признавать ошибку?
Могу ли любить человека и не владеть им?
Могу ли однажды отпустить?
Ребёнок растёт.
И вместе с ним родитель получает возможность тоже становиться взрослее.
Не старше.
Взрослее.
Это разные вещи.

На Лужайку пришла семья зайчиков.
Милый бежал впереди.
Мама-зайчиха — за ним.
Потом остановилась.
— Не беги далеко!
Милый остановился.
Она посмотрела на крыжовник.
Мы тоже.
Все посмотрели.
Крыжовник, кажется, почувствовал себя виноватым в событиях давно минувших дней.
— Мам, я помню, — сказал Милый.
— Что?
— Про куст.
— Хорошо.
Он побежал дальше.
Мама сделала шаг за ним.
Потом остановилась.
Не пошла.
Вот.
Маленький рост.
Никто не зааплодировал.
Никакой торжественной музыки.
Просто мама не сделала один лишний шаг.
Иногда родительский рост именно так и выглядит.

— Страшно? — спросила я.
— Очень.
— А почему отпустила?
Мама-зайчиха посмотрела на сына.
— Потому что он уже знает больше, чем тогда.
— А ты?
Она подумала.
— И я.
— Что ты знаешь?
— Что он может попасть в неприятность.
— Это ты и раньше знала.
— Да.
— Тогда что нового?
Она улыбнулась.
— Что он может из неё выбраться.
Вот это уже было новое.
Ребёнок вырос.
И мамина вера в ребёнка тоже.
Вместе.

Дорогие родители.
Иногда мы замечаем только рост ребёнка.
Первый зуб.
Первый шаг.
Первое слово.
Первый класс.
Первое самостоятельное путешествие.
Первая любовь.
Первая работа.
А где отмечают первый день, когда мама не позвонила третий раз?
Первый раз, когда папа сказал:
— Решай сам. Если понадобится — я рядом.
Первый раз, когда взрослый признал:
— Я был неправ.
Первый раз, когда вместо:
— Я лучше знаю,
сказал:
— Расскажи, как это видишь ты.
Первый раз, когда родитель понял:
мой ребёнок не обязан стать моей улучшенной версией.
Таких дат нет в календаре.
А зря.
Это тоже дни рождения.
Только рождается в них что-то новое в нас самих.

Бельчонок между тем вернулся к своему вопросу.
— Горка?
— Что?
— А почему ты сказала именно «вместе»?
Вот теперь пришло время самого трудного разговора.
Я посмотрела на храм.
На голубые купола.
На кресты.
— Потому что Бог Сам открыл человеку тайну единства.
Бельчонок поднял голову.
— Какую?
— Святую Троицу.
Он сразу начал считать.
— Отец…
Один пальчик.
— Сын…
Второй.
— И Святой Дух.
Третий.
Посмотрел на лапку.
— Три.
— Троица.
— Но Бог один?
— Один.
Бельчонок нахмурился.
— Не понимаю.
— Я тоже не могу вместить эту тайну целиком.
Он удивился.
— Ты?!
— Представь себе.
— А кто может?
Я посмотрела на кресты.
— Бог.
Бельчонок явно счёл ответ слишком простым.
— Тогда зачем нам знать?
Я задумалась.
— Может быть, чтобы помнить: единство не требует, чтобы все стали одинаковыми.
Он посмотрел на свои три пальчика.
— Не понял.
— И не надо сейчас всё понимать.
Пусть останется место.
Лужайка одобрительно зашелестела травой.
Мы ведь только вчера договорились не заполнять каждый вопрос готовым ответом.

Тайна Святой Троицы не становится меньше от наших человеческих объяснений.
И семью нельзя просто приравнять к Троице.
Но мы можем смотреть на открытое Богом единство любви и учиться самому важному:
быть вместе — не значит перестать быть разными.
Мама остаётся мамой.
Папа — папой.
Ребёнок — ребёнком.
У каждого своя ответственность.
Своя воля.
Своя душа.
Свои отношения с Богом.
Мы не смешиваемся в одного человека.
Но и настоящая семья не живёт по принципу:
каждый сам по себе.
Любовь соединяет.
Не стирая.
Не подавляя.
Не присваивая.
И, наверное, именно поэтому расти вместе — совсем не то же самое, что расти одинаково.

Посмотрите на мою Лужайку.
Разве Дуб растёт как яблоня?
Нет.
Яблоня — как крыжовник?
Слава Богу, тоже нет.
)))
Бельчонок растёт не как Зайка.
Зайка — не как голубь.
Камень вообще выбрал очень своеобразный способ развития, но мы давно перестали вмешиваться.
Все разные.
Но никто не растёт вне отношений.
Дубу нужна земля.
Земле — вода.
Цветам — солнце.
Бельчонку — мама.
Маме иногда нужен Камень-Молчальник.
Всем нам — лёгкий ветерок.
И всем —
Бог.
Не потому, что мы одинаковые.
А потому, что жизнь изначально задумана не как одиночество.

И тут я вспомнила все наши советы.
Старый Дуб сказал:
Не спеши.
Потому что рост нельзя вытянуть руками.
Мама-белка:
Не подглядывай.
Потому что близость не даёт права занимать всё внутреннее пространство другого.
Мама-зайчиха и монах:
Ищи особый подход.
Потому что одинаковых душ нет.
Камень-Молчальник:
Молчание — тоже ответ.
Потому что слышать — не значит всё время говорить.
Голубые купола:
Этот мир придуман не нами.
Потому что ребёнок однажды увидит его своими глазами.
Лёгкий ветерок:
Не будь душным. Люби — тихо.
Потому что даже любовь должна оставлять воздух.
Кресты:
Будь рядом.
Даже когда тебя не замечают.
Старые крепостные стены:
Смотри сердцем.
Потому что человек всегда больше ярлыка, ошибки и нашего страха.
Лужайка:
Оставь место для Бога.
Потому что душа ребёнка не принадлежит родителю.
И теперь я, Святая Горка, собираю их всех вместе и говорю:
не пытайтесь выполнить эти советы над ребёнком.
Проживайте их вместе с ним.

Хотите, чтобы ребёнок умел слушать?
Слушайте его.
Хотите, чтобы просил прощения?
Просите прощения сами.
Хотите благодарности?
Благодарите.
Хотите, чтобы уважал границы?
Стучите в его дверь.
Хотите, чтобы не боялся ошибок?
Не делайте из собственной ошибки катастрофу.
Хотите, чтобы умел молиться?
Пусть видит не только ваши слова о молитве, но и вашу живую обращённость к Богу.
Хотите, чтобы говорил правду?
Сделайте так, чтобы рядом с вами правду можно было выдержать.
Хотите, чтобы любил?
Любите.
Тихо.
Мы это уже умеем.
Ну…
учимся.
Все.

— Горка, — сказал Бельчонок, — а если мама делает неправильно?
Мама-белка сразу насторожилась.
— Что именно мама делает неправильно?
— Я вообще.
— Тогда вообще отвечай сам.
Он повернулся ко мне.
— Если взрослый ошибся, что делать?
— Исправлять.
— А если стыдно?
— Всё равно.
— А если ребёнок заметил?
— Тем более.
— А взрослый не станет меньше взрослым?
Вот какой важный вопрос.
— Нет.
— А каким станет?
Я подумала.
— Настоящим.
Мама-белка тихо сказала:
— И, наверное, чуть взрослее.
Я улыбнулась.
Вот.
Опять растёт.

Иногда взрослым кажется, что авторитет держится на безошибочности.
Если ребёнок увидит, что мама не знает ответа, — что будет?
Если папа скажет:
— Я ошибся?
Если взрослый изменит решение?
Если попросит прощения?
Не разрушится ли что-то?
Старые стены знают ответ.
То, что умеют восстанавливать, становится не слабее от признания трещины.
Ребёнку не нужен безупречный взрослый.
Такого всё равно нет.
Ему нужен взрослый, который умеет отвечать за свои поступки.
И продолжать расти.

К вечеру все почему-то собрались на Лужайке.
Не специально.
Так получилось.
Мама-белка.
Бельчонок.
Семья зайчиков.
Зайка-Акробат.
Голуби.
Монах прошёл неподалёку.
Ёжик выбрался из травы.
Камень-Молчальник уже был на месте.
Он вообще самый пунктуальный участник наших встреч.
Старый Дуб стоял там, где стоял задолго до начала этой книги.
Ветерок пробегал между всеми.
Над нами были голубые купола.
Кресты.
За ними — небо.
Вокруг — старые стены.
А под всем этим была я.
Святая Горка.
И вдруг Бельчонок спросил:
— А кто здесь главный?
Вот уж вопрос.
Мама-белка сразу сказала:
— Взрослые.
Зайки начали спорить.
Голуби поднялись повыше.
Ветерок зачем-то подул сильнее.
Дуб зашелестел.
Камень благоразумно промолчал.
— Тихо! — сказала я.
Все успокоились.
— Ну? — спросил Бельчонок. — Кто?
Я посмотрела на храм.
Ответ был совсем рядом.
— Бог.
Стало тихо.
Даже ветерок остановился.
Ненадолго, конечно.
Он физически не способен долго поддерживать торжественность.
— А мы тогда кто? — спросил Бельчонок.
— Вместе.
— Это не ответ.
— А мне нравится.

Наверное, именно здесь родителю иногда особенно важно остановиться.
Мы не главный замысел ребёнка.
Мы его не придумали.
Не создали его душу.
Не знаем всей его дороги.
Не можем гарантировать ему жизнь без боли.
Не способны сделать за него главный выбор.
Нам доверено очень многое.
Но не всё.
И это не уменьшает родительскую роль.
Наоборот.
Освобождает её от невозможной задачи — быть Богом для собственного ребёнка.
Не надо.
У него уже есть Бог.
А вы можете быть мамой.
Папой.
Тем человеком, который любит.
Берёт ответственность.
Ставит границы.
Ошибается.
Просит прощения.
Молится.
Отпускает.
Ждёт.
И растёт рядом.

О чём сегодня сказала Святая Горка
Ребёнок растёт не один.
Вместе с ним меняется вся семья.
Не требуйте от ребёнка того, чему сами не готовы учиться.
Но и не превращайте совместный рост в равенство ответственности.
Взрослый остаётся взрослым.
Ребёнок не обязан воспитывать родителей.
Не обязан делать их счастливыми.
Не обязан становиться их психологом, спасателем или смыслом жизни.
Совместный рост — не когда ребёнок несёт взрослого.
Это когда взрослый честно признаёт:
«Рядом с тобой я тоже продолжаю становиться».
И тогда воспитание перестаёт быть работой над кем-то.
Оно становится жизнью друг с другом.

Попробуйте расти вместе
Сегодня не ищите, чему ещё нужно научить ребёнка.
Спросите себя:
Чему мой ребёнок уже научил меня?
Может быть, терпению.
Гибкости.
Умению просить прощения.
Жить не по плану.
Не контролировать всё.
Замечать маленькое.
Снова удивляться.
Молиться.
Любить человека, который совершенно не обязан соответствовать вашим ожиданиям.
А потом, если захочется, скажите ему об этом.
Не торжественно.
Просто:
— Знаешь, я кое-чему у тебя научилась.
И посмотрите, как он удивится.
Особенно если он маленький.
Дети почему-то уверены, что взрослые получили все знания сразу вместе с паспортом.
)))

Последний вопрос Святой Горки
За эту книгу я задала вам много вопросов.
Сегодня будет последний.
Каким человеком становитесь вы рядом со своим ребёнком?
Не каким должен стать он.
Не всё ли вы сделали правильно.
Не достаточно ли дали.
А —
кем становитесь вы?
Становится ли в вас больше любви?
Терпения?
Смирения?
Благодарности?
Способности слышать?
Умения признавать неправоту?
Доверия Богу?
Если да —
значит, растёт не только ребёнок.
Вы растёте вместе.

Солнце уже садилось.
Моя Лужайка становилась золотой.
Длинная тень Дуба легла на траву.
Камень-Молчальник хранил остатки дневного тепла.
Мама-белка сидела рядом с Бельчонком.
Не над ним.
Не за ним.
Рядом.
Зайки устроились неподалёку.
Милый рассказывал что-то очень важное.
Мама-зайчиха слушала и не перебивала.
Зайка-Акробат сделал кувырок.
Потом ещё один.
Душа, судя по всему, была на месте.
Июльский ветерок прошёлся по Лужайке.
Легко.
Никого не сломал.
Старые стены хранили этот маленький мир, но не закрывали его от неба.
Голубые купола ловили последние лучи.
А над ними были кресты.
Просто были.
Рядом.
Я смотрела на всё это и думала:
как же долго человеку иногда приходится идти, чтобы понять простую вещь.
Мы не растём друг вместо друга.
Нельзя вырасти за ребёнка.
Нельзя прожить за него.
Нельзя поверить за него.
Нельзя сделать его счастливым вместо него.
Но можно расти рядом.
Можно меняться.
Учиться.
Ошибаться.
Восстанавливаться.
Снова пробовать.
Прощать.
Просить прощения.
Отпускать.
Возвращаться.
И любить.

— Горка?
— Что?
Конечно, Бельчонок.
Кто же ещё будет задавать последний вопрос в последней главе.
— А когда мы наконец вырастем?
Я посмотрела на Дуб.
Он шелестел своей огромной кроной.
На стены, пережившие столько времён.
На маму-белку.
На зайчиков.
На монаха.
Потом на маленького Бельчонка.
— Не знаю.
Он даже вскочил.
— Ты?!
— Я.
— Но ты же очень старая!
— Именно поэтому и знаю.
— Что?
— Пока живёшь — растёшь.
Он задумался.
— Значит, мама тоже?
— Тоже.
— Папа?
— Конечно.
— Я?
— Особенно ты.
— А ты?
Вот этого вопроса я не ожидала.
Я посмотрела на себя.
На старые деревья.
На новые цветы.
На восстановленные стены.
На дорожки, по которым приходят новые люди.
На храм.
На небо.
— Наверное, и я.
Бельчонок улыбнулся.
— Тогда будем расти вместе.
Вот.
Я столько слов написала.
Десять советов собрала.
Столько всего объясняла.
А он опять взял и уместил всё в одну фразу.

Вечер становился тише.
И мне вспомнилась Святая Троица.
Отец.
Сын.
Святой Дух.
Один Бог.
Тайна, которую нельзя разобрать на части и потом собрать обратно человеческой логикой.
Тайна единства.
Не одиночества.
Не одинаковости.
А любви.
И я подумала:
может быть, поэтому человеку так трудно научиться быть вместе.
Не растворять другого в себе.
Не переделывать его по своему образу.
Не присваивать.
Не уходить в холодное «каждый сам за себя».
А любить так, чтобы оставались и я, и ты, и то драгоценное мы, которое не уничтожает никого из нас.
В семье это тоже приходится учиться делать всю жизнь.
Мама — не ребёнок.
Ребёнок — не мама.
Папа — не продолжение мамы.
Никто не обязан стать другим.
И всё-таки любовь соединяет.
Наверное, в этом и есть одна из великих тайн Божьего замысла, которую мы способны не столько объяснить, сколько понемногу проживать.

— Все домой! — позвала мама-белка.
Бельчонок вскочил.
Потом остановился.
Подбежал к Дубу.
— Спасибо!
К Камню:
— Спасибо!
К Лужайке:
— Спасибо!
Посмотрел на стены:
— И вам!
Задрал голову:
— Куполам спасибо! Крестам тоже!
Ветерок сам подлетел.
— А мне?
— И тебе.
— За что?
— За то, что не душный.
Ветерок от возмущения чуть не устроил бурю.
Мы рассмеялись.
Бельчонок побежал к маме.
Она уже уходила.
Он догнал её.
И они пошли рядом.
Маленький Бельчонок и взрослая мама-белка.
Оба ещё не законченные.
Оба продолжающиеся.
Оба чему-то учатся.
Просто ответственность у каждого своя.
А дорога какое-то время —
общая.

Я смотрела им вслед.
И теперь, дорогие родители, хочу сказать вам последнее.
Не пытайтесь вырастить идеального ребёнка.
Таких нет.
И не пытайтесь стать идеальными родителями.
Таких тоже нет.
Растите.
Смотрите на ребёнка.
Смотрите на себя.
Смотрите сердцем.
Не спешите.
Не подглядывайте туда, куда вас пока не позвали.
Ищите особый подход.
Слышите молчание.
Помните, что этот мир придуман не нами.
Не будьте душными.
Любите — тихо.
Будьте рядом.
Оставляйте место.
И обязательно —
оставляйте место для Бога.
А когда станет трудно, не спрашивайте только:
«Что мне сделать с моим ребёнком?»
Иногда спросите:
«Чему нам сейчас предстоит научиться вместе?»
Потому что ребёнок растёт.
Вы растёте.
Ваши отношения растут.
Ваша любовь тоже должна расти.
А над всеми нашими маленькими человеческими стараниями есть Тот, Кто видит путь целиком.

Вот и всё.
Десятый совет оказался последним.
Хотя…
разве у роста бывают последние советы?
Бельчонок завтра снова что-нибудь придумает.
Милый Зайка куда-нибудь полезет.
Мама-белка о чём-нибудь спросит.
Ветерок обязательно вмешается.
Камень промолчит.
Дуб продолжит расти.
Лужайка оставит свободное место.
Кресты будут рядом.
А я —
я буду хранить их всех.
Не потому, что знаю ответы на все вопросы.
А потому, что мы здесь давно поняли одну простую вещь:
никто из нас не растёт сам по себе.
Мы разные.
Каждому дана своя дорога.
Своя душа.
Своя встреча с Богом.
Но любовь дана нам не для того, чтобы разделить.
А чтобы соединить, не отнимая друг у друга свободы быть собой.
Таков мой последний Родительский совет.
Совет Святой Горки.
Всего два слова.
Но, кажется, в них поместилась вся эта книга:
Растите вместе.
Не просто в месте.
Вместе.
И пусть главным в этом «вместе» всегда остаётся место для Того, Кто первым собрал нас в любовь.
Для Бога.