Ювелирная работа

Глава 1. Знакомство.

Недалеко от центра Парижа, ранней весной, на маленькой улочке ювелирных лавок появился мужчина лет сорока. На нем была шляпа, в руках — кожаный портфель. Его мужественное лицо казалось неприметным, без особых примет — типичный образ городского жителя. Рядом зеленел сквер, где шумели дети, но мужчина пришел с другой стороны. Сверившись с часами, он неторопливо пошел вдоль витрин. Было без пяти час. В этом квартале ювелиры закрывались на долгий перерыв до пяти вечера. Напротив одной из лавок мужчина притормозил. Его внимание привлекла дама, решительно толкнувшая дверь в самый момент закрытия.
Это была строгая блондинка с осанкой королевы. На ней красовались вещи из шикарных бутиков, в которых мужчина прекрасно разбирался. Странным было одно: столь статусная особа прибыла пешком, а не на дорогом автомобиле. Мужчина бросил еще один взгляд на циферблат и быстро направился следом. Дверь лавки оказалась не заперта.
— Нажмете кнопку — перестреляю всех! — долетел до него резкий голос незнакомки. Внутри стояли двое пожилых ювелиров. Их лица потемнели от страха, руки были подняты.
Мужчина бесшумно сделал несколько шагов к налетчице. Когда та обернулась, она уперлась взглядом в дуло пистолета, направленное прямо ей в лоб. Незнакомец уже успел натянуть маску, оставив открытыми только глаза. Свободной рукой он перехватил точно такой же портфель, как у нее, а свой оставил на прилавке.
— Там сокровища, — усмехнулся он и, пятясь к выходу, выскочил на улицу, на ходу сдергивая черную плотную ткань с лица.
Грабительница опомнилась мгновенно. Схватив оставленный портфель, она бросилась в погоню.
Ее сообщник-конкурент уже скрывался в конце квартала. Издалека доносился вой полицейских сирен. Девушка успела свернуть за угол вслед за мелькнувшей шляпой и влетела в двери маленького кафе.
Она без приглашения опустилась за его столик и, едва сдерживая ярость, прошипела:
— Это моя добыча! Верни ее немедленно! — она говорила слишком эмоционально, из-за чего посетители за соседними столиками начали оборачиваться.
— Тише, дура, — грозно оборвал он её. — Хочешь, чтобы нас обоих замели? Сегодня повезло мне, завтра повезет тебе. На наш век лавок без видеокамер хватит.
— А откуда ты узнал, что там нет камер?
— Неделю её пас, — усмехнулся он.
— Я тоже. Только их сейчас везде ставят. Так ты отдашь мой портфель?
— Я дал тебе свой, он не хуже. Кстати, ты в него даже не заглянула.
Она открыла замок, порылась внутри и извлекла коробку в праздничной упаковке. Это были дорогие французские духи.
— И это всё?!
— Женщинам всегда приятно получать подарки, — хмыкнул он. — Кстати, ты работаешь без маски, а это огромный риск. Я срисовал тебя еще два дня назад.
— Моя маска получше твоей ковбойской тряпки. Нашелся тут, Зорро. Не заговаривай мне зубы, где моя добыча?
— Теперь это наша добыча. И только мне решать, делиться с тобой или нет. А насчет твоей маски… Что-то я её не заметил ни там, ни здесь.
— Ах, это? Пошли к туалетам, там свет потише.
Они поднялись на второй этаж. В полумраке коридора девушка резким движением сорвала с головы волосы. Мужчина обомлел: это был парик.
— Плюс накладные ресницы, тонна макияжа — и я совсем другой человек, — похвасталась она.
Под блондинистыми локонами скрывался короткий ежик, похожий на стрижку уличного пацана. Мужчина не сдержал улыбки.
— А ловко придумано, — признал он. — Может, и мне парик примерить?
— Ладно, я и так раскрыла тебе слишком много карт. Давай о деле. Париж — мой город, так что мы еще можем пересечься. Как тебя звать? Ну, хотя бы для работы.
— Если называть имена, то точно не встретимся. Я забираю камни и сваливаю из страны. Но пусть будет Джон, — он протянул руку.
— Я так и знала, проще имени не придумать. Тогда я Кэт. Джон, ну отдай хотя бы половину, — заканючила она.
Они вернулись за столик. Джон полез в портфель, зачерпнул горсть драгоценностей и незаметно пересыпал их в сумку Кэт под столом.
— Это максимум, на что можешь рассчитывать, — вздохнул он. — Завтра беру еще одно дело и уезжаю.
— Какую лавку, если не секрет?
— Через одну от той, что мы обчистили сегодня.
— Но это же моя завтрашняя лавка! — Кэт подалась вперед. — На этот раз ты меня не обхитришь. Давай возьмем её вместе? Унесем в два раза больше, а?
— Я работаю один, — отрезал он. — К тому же с тобой легко погореть. Ты торчала в магазине четыре с половиной минуты, пока собирала побрякушки. Плюс время на отход. Я же справляюсь за две минуты. Вот так, дорогая.
— Тогда я буду действовать по твоему плану, — она пододвинулась ближе. — Заодно поучусь у мастера.
— Говорят, женщины приносят мужчинам одни несчастья, — задумчиво произнес Джон.
— Только не я. Расскажи свой план, а я буду на подхвате, — её голос звучал уже почти ласково.
— Ладно, — вздохнул он. — Прощай, Париж, закончу это дело с девицей по имени Кэт. Слушай меня внимательно…
На следующий день у дверей ювелирного магазина встретились прилично одетые мужчина и женщина. Как только хозяин лавки направился к выходу, чтобы запереть дверь на перерыв, напарники рванули ручку на себя. Лавочник не успел вставить ключ в замок. Коротким ударом кулака Джон свалил его на пол. Внутри оказались еще двое: пожилая женщина, похоже, жена владельца, и молодая работница.
Джон оглушительно выстрелил в потолок, заставив их в ужасе прижаться к стене. Своим отработанным, молниеносным движением он натянул маску на лицо прямо на ходу.
— Живее сгребай всё в портфель! — приказал он Кэт, держа женщин на мушке. Едва она закончила с витриной, он скомандовал: — Проверь подсобку, вытряси оттуда сейф.
Кэт юркнула в маленькую комнатку. Джон тем временем перевернул табличку на двери стороной «Закрыто» и погнал перепуганных женщин вглубь помещения, к туалету. От страха после выстрела те подчинялись беспрекословно. Хозяин лавки на полу начал приходить в себя. Заломив ему руку за спину, Джон поднял его и затолкал в тот же туалет к женщинам, заперев дверь снаружи.
В этот момент на улице послышались шаги. Из соседнего магазина вышел парень, подозрительно заглянул через стекло, но, увидев табличку «Закрыто» и пустой зал, пошел дальше. Никто вокруг так и не понял, откуда донесся глухой выстрел.
Тем временем Кэт обчистила подсобку. Напарники быстро вышли на улицу и зашагали по тротуару. Портфель приятно тяжелел от добычи. Поймав такси, они поехали во вчерашнее кафе.
— Джон, ты сумасшедший, — недовольно проворчала Кэт. — Зачем было палить из пушки? И вообще, мы проторчали там минут восемь. Где твои обещанные две минуты?
— Две минуты — это когда я один. А сегодня я устроил прощальные гастроли с аншлагом ради тебя. Ты ведь никогда раньше не набивала портфель так плотно, верно?
— И все-таки, как ты умудряешься укладываться в две минуты?
— Захожу и сразу стреляю. После этого все начинают крутиться как белки в колесе. Мало кто рискнет нажать тревожную кнопку, когда над ухом палят. За две минуты они сами набивают мне портфель.
— Но сегодня…
— Всё уже позади, дорогая, успокойся. Могу поспорить, они до сих пор сидят в туалете.
— А как ты так ловко натягиваешь маску?
— Трюк простой. Она пришита изнутри к полям шляпы и держится на резинках. Один взмах руки — и готово.
— Действительно просто. Взаимно, как и мой фокус с париком. Нескромный вопрос: тебя ловили? Ну, в смысле, сидел?
— По молодости, один раз. А ты?
— Дважды. Не хочу даже вспоминать.
— Тогда бросай это гиблое дело и устройся куда-нибудь официанткой. С твоей фигурой тебя оторвут с руками, да и на чаевых неплохо поднимешься.
— Конечно, разбежалась, — она с презрением посмотрела на него. — И брось пошлить, я тебя не оскорбляла. Ты сам-то где живешь?
— В шикарных отелях. Там всегда есть чем поживиться. А ты?
— Снимаю крошечную комнатку. Зато шмоток у меня полно, на любой выход, хоть в высший свет. Ну и парики, косметика… Слушай, а ты кому товар скидываешь? Барни?
— Похоже, Барни — единственный скупщик краденого во всем Париже, — рассмеялся Джон. — Но я сдаю разным людям, у меня каналы во многих городах.
— Да-а, — мечтательно протянула Кэт. — Я так люблю путешествовать. С каким бы шиком я прокатилась по Европе!
— Катайся сколько влезет, кто тебе запрещает?
— Послушай, — она подалась вперед, — а ты не возьмешь меня с собой? В деле ты меня видел, обузой я не стану. И согласна на честную половину прибыли.
— На половину? — Джон искренне расхохотался. — Ты себя очень высоко ценишь. Хочешь и по Европе прокатиться, и мастерству обучиться, да еще и половину куша сорвать? Нет уж, дорогуша. Делим добычу и разбегаемся. Это моя точка.
— Ладно, — она порывисто схватила его за руку. — А сколько ты дашь?
— Во-первых, кто тебе сказал, что я вообще беру тебя с собой? А во-вторых, на мой взгляд, десять процентов для ученицы — более чем достаточно.
— Сколько?! Десять? — она даже приподнялась со стула от возмущения. — Да я в Париже в одиночку больше подниму!
— Ну и работай, — Джон равнодушно отвернулся к окну.
— Сорок. Соглашайся, незнакомец, — уже мягче предложила она.
— Пятнадцать.
— Тридцать.
— Двадцать — это мое последнее слово. Соглашайся, пока дают, и мы уезжаем вместе. Но этот полный портфель я забираю себе. Мне тебя содержать и учить первое время.
— Весь портфель?! — Кэт снова округлила глаза. — Да это же средь бела дня… грабеж!
— Решай. Свои условия я озвучил, — по его тону было ясно, что уступать он больше не намерен.
— Ну и черт с тобой! — надулась она. — Но учти: если ты окажешься плохим учителем или если наши дела будут грошовыми, я выставлю тебе счет.
— Девочка, запомни: как раз на мелких делах и поднимают большие деньги. И риска почти никакого. Наши два налета были пустяковыми, а принесли нам полтора портфеля камней.
— Ладно. С чего начнем? — сдалась Кэт.

Глава 2. Начало.

— Сначала поедем ко мне. Точнее, ты заберешь свои вещи и привезешь их ко мне в отель. Адрес и номер на этой визитке, — он вытащил из кармана и положил на стол карточку.
— Но у меня куча чемоданов!
— Вези всё, что есть. С твоими баулами и моей поклажей мы устроим настоящее цирковое представление.
— А что мне сказать портье?
— Об этом я сам позабочусь. Кстати, не забудь документы. Заодно узнаю твое настоящее имя.
— А я — твое.
— Я тебе не соврал.
— Но и я тоже.
— Странное совпадение, — улыбнулся Джон. — Ну да ладно. Разбегаемся.
Они расплатились и разошлись. Джон вернулся в отель, зашел в номер и высыпал добычу из портфеля прямо на кровать. Он тщательно осмотрел каждую вещь, откладывая некоторые в сторону. Закончив сортировку, одну часть камней он сгреб обратно в портфель, а вторую спрятал в небольшой кейс. Портфель остался в номере, а кейс Джон отвез на вокзал и запер в автоматической камере хранения. Вернувшись, он подошел к стойке регистрации.
— Сегодня ко мне приедет секретарь, — сообщил он портье. — Можно оформить для нее номер на одну ночь?
Он зарегистрировал девушку под именем Кэтрин Волью. Отойдя от стойки, Джон остановился перед большим плакатом. Оказалось, сегодня отель праздновал юбилей, на который ждали городские власти и прессу.
— Можно мне два билета на вечер? — поинтересовался он у администратора. Спрятав пригласительные в карман, Джон поднялся к себе.
Кэт приехала позже. Её сопровождали три огромных чемодана и вместительная дорожная сумка.
— Я думал, вещей будет больше, — усмехнулся Джон. — Вот твоя бронь, забирай ключи и заселяйся. Потом зайди ко мне. Надо еще успеть скинуть товар твоему Барни.
— Слушаюсь, мой господин, — съехидничала она.
Через полчаса Кэт уже сидела в его номере и недоверчиво перебирала драгоценности.
— Джон! — вдруг возмутилась она. — Здесь нет ни одной ценной броши! Я точно помню, как забирала их из подсобки.
— Дорогая, видимо, мне пора раскрыть тебе один профессиональный секрет. Но сделаем это после визита к твоему Барни. Звони ему.
Она набрала номер и договорилась о встрече через час. На дело они отправились вместе.
Барни жил в роскошном особняке как король и принципиально не держал охраны. Время от времени полиция устраивала у него обыски, но дорогие адвокаты всегда умудрялись вытащить его сухим из воды.
— Иди первой, а я зайду следом, — Джон мягко подтолкнул Кэт к дверям. Девушка постучала и вошла.
Минут через пятнадцать Джон без стука толкнул массивную дверь и переступил порог. Их встреча со скупщиком напоминала воссоединение старых друзей: они крепко обнялись и похлопали друг друга по плечам.
— Сколько ты ей дал за этот товар, если не секрет? — с улыбкой спросил Джон, кивнув на Кэт.
— Десять тысяч, как обычно. А что?
— Это мой товар, Барни. Я просто немного припозднился. Учтешь это при расчете?
— Джон, ну конечно! Для тебя — двадцать, как всегда, — старик повернулся к Кэт: — Почему ты сразу не сказала, что работаешь с Джоном?
Девушка угрюмо молчала.
— Ладно, сделка закрыта, вот еще пачка, — Барни протянул деньги Джону. — Рад видеть тебя в Париже, ты заглядываешь к нам нечасто. Что, на периферии товара нет?
— Путешествую, — усмехнулся тот. — Ну ладно, Барни, бывай. Мы спешим.
Стоило им выйти за ворота, как Кэт возмущенно вцепилась в его руку.
— Но это же грабеж! В два раза меньше!
— Я знаю Барни больше десяти лет и ни разу его не подставил. Он ценит верность. Заруби себе на носу первый урок: не разбрасывайся связями, всегда работай со своим человеком.
— Но я только с ним и работала…
— Слишком мало времени. К тому же на скупщиков надо уметь давить, чтобы выжимать максимум. А теперь, когда мы возвращаемся в отель, у нас есть шанс поднять еще тысяч двадцать. Сегодня там банкет. Прокрутим старый, но проверенный трюк. Раньше я нанимал для этого проституток, но теперь пришел твой черед.
— Проституток? — Кэт резко остановилась и уставилась на него. — Мне что, придется с кем-то спать?
— Чего ты так испугалась, детка? Постель тут вообще ни при чем. Твоя задача — заманить в номер какую-нибудь важную шишку, а в самый пикантный момент я ворвусь и…
— В кино видела, — перебила она. — И что, до сих пор работает?
— В пятизвездочном отеле, да еще на глазах у прессы и знатных гостей? Работает безотказно. Я бы не стал тебя втягивать, но нам нужны оборотные деньги для Европы.
— И с этого дела мне тоже полагаются мои двадцать процентов?
— Несомненно.
— Смотри, Джон, не подведи меня. Иначе я… я сама не знаю, что с тобой сделаю.
— Засекай время: у тебя будет ровно двадцать минут, чтобы затащить его в комнату и отправить в душ. Через двадцать минут я вхожу. Самое главное — забудь запереть входную дверь. И не дёргайся, мы подберем тебе какого-нибудь министра, который будет хорошенько на поддаче.
— Черт тебя побери, Джон, ты подбиваешь меня на безумные дела…
— Маленькие, дорогая, но с гарантированной прибылью. Не бойся, я буду за дверью.
К вечеру оба переоделись к выходу в свет. На Кэт было изумительное изумрудное платье и нить настоящего жемчуга, на Джоне — безупречный смокинг. Народу собралось полно, с приветствием выступил мэр города, после чего началась неофициальная часть. Джон и Кэт расслабленно прохаживались под ручку, изучая публику. Шампанское лилось рекой, и вскоре гости заметно захмелели. Напарники разделились. К Джону тут же притерлась изрядно выпившая дама. Кэт тоже то и дело приглашали на танец, но настойчивее всех крутился какой-то пузатый лысый господин.
— Бери его, — шепнул Джон, проходя мимо Кэт. — Я видел его с супругой, но она куда-то испарилась. Видимо, уехала домой, так что сегодня он холостяк. Подашь знак, когда пойдете на выход.
Дама, не отлипавшая от Джона, тоже оказалась замужем. Она даже успела представить ему мужа, который, впрочем, быстро исчез из виду.
— Милый, — шептала она, обнимая Джона в танце, — а если я загляну к тебе часа в два ночи? Не поздно?
— Что ты, дорогая. Я готов хоть сейчас.
— Тогда идем, пока твоя пассия и мой благоверный нас не засекли.
В голове у Джона созрел дерзкий план двойной игры. Приблизившись в толпе к Кэт, он быстро шепнул, чтобы та через полчаса ворвалась в его номер с ролью обманутой жены. Кэт явно не ожидала такого поворота, но согласно кивнула. Джон повел свою спутницу к себе, предусмотрительно оставив замок незапертым. Дама оказалась пылкой и с ходу повалила его на кровать, но он ловко выскользнул под предлогом освежиться в душе. Едва они снова оказались в постели, дверь с грохотом распахнулась. В комнату влетела Кэт с пистолетом в руке.
— Ах ты сволочь! — Кэт подошла и с размаху пнула Джона по ноге. — Думал, я не замечу?! Сейчас я приведу мужа этой шлюхи, и мы уберем вас со всех газет!
— Милочка, — всерьез перепугалась женщина, судорожно натягивая простыню до подбородка, — но ведь всё можно уладить полюбовно!
— Молчи, стерва! Ты легла под моего мужчину! Какое еще «полюбовно»?!
— У меня в сумочке десять тысяч наличными, забирай и отпусти меня, умоляю!
— За какие-то жалкие гроши? — прикрикнула Кэт.
— Можешь взять еще и чек, он на двадцать тысяч, подписан моим мужем! Надеюсь, этого хватит? — несчастную колотило от крупной дрожи.
— Сама вынимай! — потребовала Кэт. Её, к слову, тоже заметно потряхивало.
Дама судорожно вытащила из сумочки пачку купюр с чеком и протянула Кэт.
— Одевайся при мне! — приказала та. — Живее! Чтобы через пять минут духу твоего здесь не было. Увижу еще раз рядом с ним — пристрелю на месте.
Обе женщины дрожали от нервного напряжения, и Джону это даже понравилось. Кэт нервничала просто потому, что впервые участвовала в подобном спектакле.
Гостья наспех оделась и мышкой юркнула за дверь. Кэт тяжело выдохнула и пластом рухнула на кровать.
— Боже, как я это выдержала… Зато тридцать тысяч! Шесть из них мои всего за какую-то четверть часа!
Джон тем временем застегнул смокинг и присел рядом.
— Это только начало, детка. Привыкай. Но запомни главное: в таких сценах нужно играть абсолютно правдиво. Стоит дать фальшь — раскусят подвох, и тогда бегать от полиции придется уже тебе. Кстати, теперь твой черед. Твой клиент скоро созреет?
— Да, он почти готов. Только ждет, чтобы жена уехала. У него двести седьмой номер, не перепутай.
— И ты помни: у тебя ровно двадцать минут.
— Тогда следи за мной. Как только мы с ним двинемся к лифту, начинай отсчет.
— За меня не переживай.
Они спустились в зал и снова смешались с толпой.
Кавалер Кэт к тому времени уже сбил ноги в её поисках. Он тут же подхватил её под локоть и увлек к лифтам. Джон засек время.
В номер двести семь он ворвался секунда в секунду. Толстяк уже лежал на кровати, настойчиво тиская Кэт.
— Ах ты дрянь! — взревел Джон, подскочил к кровати и с размаху влепил Кэт пощечину. Девушка кубарем слетела на пол. — А тебе, боров, я сейчас мозги прострелю за мою девчонку!
— Не надо! — толстяк мгновенно протрезвел от ужаса. — Я отдам всё, что угодно! Только не стреляй, у нас ведь ничего не было!
— Это правда? — Джон грозно повернулся к напарнице. Та, натурально разрыдавшись, кивнула. — И что у тебя есть? — Джон снова навис над толстяком.
— Немного, честно, только не убивай! — Мужчина лихорадочно скинул пиджак. — Вот две тысячи долларов, вот золотые часы, зажигалка, ручка… — Он вывернул карманы. — Еще позолоченный пистолет. Всё, больше правда ничего нет!
— А чековая книжка? — Джон жестко перехватил его за горло.
— Дома забыл! Но я пришлю вам чек, оставьте адрес, умоляю!
— Одевайся, — скомандовал Джон Кэт. — Дома ты у меня еще получишь.
Через пять минут они покинули двести седьмой номер.
— Видишь, — угрюмо обронил Джон уже у себя. — Бывают и осечки.
— Осечки?! — воскликнула Кэт. — Да ты снял с него всё золото!
— Всё равно мало. Давай, пока время терпит, сделаем еще захода два. Публика уже в стельку, сейчас с ними работать легче всего.
За остаток ночи они разыграли еще две сцены, и удача им улыбнулась. К утру, не считая золотых побрякушек, их улов составил сто шесть тысяч. Кэт была в полнейшем восторге. Самым трусливым оказался какой-то крупный чиновник, который без лишних слов выписал чек аж на пятьдесят тысяч.
— Но учти: проверни ты такое в будний день — огребла бы таких неприятностей, какие тебе и не снились, — поучал её Джон, отсчитывая долю.

Глава 3. Лион.

Наутро Джона разбудил тихий стук в дверь. На пороге стояла Кэт.
— Не вставай, — она мягко присела на край постели. — Лучше расскажи мне, куда делась та брошь и что это вообще за история.
— Ах, это… Ты всё-таки не забыла? — Джон перевернулся к ней лицом. — Дело в том, девочка, что у каждого человека в жизни должна быть мечта. Вот у тебя она есть?
— Ну, — задумалась Кэт, — уехать на какие-нибудь далекие острова, открыть там уютный бар у самого пляжа, и чтобы никакой полиции.
— И что ты для этого делаешь?
— То же, что и ты. Налеты, кражи… Коплю деньги, в общем.
— А я мечтаю уехать в Штаты и открыть, например, в Чикаго огромный ювелирный магазин. Я ведь ювелир по образованию. Для этого мне нужен редкий, уникальный товар. Вот я его и откладываю — ради своей мечты.
— То есть туда попала и та брошь?
— Именно. И не только она. У меня уже собралась приличная коллекция, но всё кажется, что мало, не хватит на старт.
— И когда же ты планируешь переезд?
— Черт его знает, — Джон сладко потянулся. — Кажется, еще одно турне по Европе — и всё. Но за ним неизменно следует следующее… Сегодня, кстати, мы летим в Лион. Бывала там?
— Никогда. Но с тобой, конечно, полечу. Если берешь.
— Этой ночью ты была отличной ученицей. Знаешь… Это просто к слову, но мне стало чертовски обидно, когда я увидел тебя рядом с тем боровом. И с другими тоже. Ты стоишь гораздо большего, чем просто разыгрывать девицу легкого поведения.
— Спасибо и на этом, — Кэт пристально посмотрела на него. — А мне было больно видеть тебя в постели с той дамочкой. Это мой тебе ответ. Может, мы просто понемногу друг к другу привыкаем?
— Эх, не влюбиться бы… — рассмеялся Джон.
В аэропорт они добирались порознь, на двух такси, забитых чемоданами. После полудня был объявлен их рейс, и они покинули Париж.
Лион встретил напарников мелким весенним дождем, но в воздухе уже пахло теплом. Они заселились в одну из лучших гостиниц города. У стойки возник вопрос: брать роскошный трехкомнатный люкс на двоих или два отдельных номера. Джон сразу отказался от совместного проживания.
— Как бы чего не вышло, — с улыбкой отрезал он.
Вечером они отправились на прогулку и, конечно же, вышли к ювелирному кварталу. Джон приметил небольшой, аккуратный магазинчик, и они зашли внутрь под видом обычных покупателей — прицениться к витринам. Место Джону понравилось. Он заметил на стене видеокамеру, но та выглядела дешевым муляжом, установленным просто для отвода глаз. Гостей встретил крепкий пожилой хозяин и его супруга.
— Завтра берем эту лавку, — кивнул Джон, когда они вышли на улицу. — У них шикарный выбор колье, а за них скупщики дают хорошие деньги.
Магазин закрывался на обед в два часа дня. Напарники караулили наискосок от входа. Как только хозяйка направилась к дверям, они быстро перешли улицу и юркнули внутрь. Джон отработанным движением свалил женщину на пол, но тут всё пошло наперекосяк. Пожилой лавочник оказался не промах: он мгновенно выхватил тяжелый револьвер и выстрелил в Джона, ранив его в плечо. Джон на автопилоте пальнул в ответ, угодив хозяину в правую руку. Грохот двух выстрелов перечеркнул все планы — продолжать налет было безумием. Напарники стремительно выскочили наружу, поймали первое попавшееся такси и бессильно откинулись на сиденье.
— Куда едем? — обернулся водитель.
Кэт в панике растерялась, но Джон сквозь зубы четко назвал адрес. Машина долго петляла, пока не остановилась на самой окраине города возле неприметного домика, окруженного аккуратными клумбами. Кое-как выбравшись из салона, они постучали в дверь. На пороге вырос крепкий рыжеволосый мужчина. Оценив ситуацию с полувзгляда, он подставил Джону плечо.
— Вы его медсестра? — бросил он Кэт.
— Просто знакомая.
— Тогда помогайте, тащим его в кабинет.
Комната оказалась полноценным медицинским пунктом: хозяин дома явно был врачом. Джона быстро освободили от одежды, вкололи обезболивающее, и доктор ловко извлек пулю.
— Ну и как тебя угораздило, Джон? — наконец спросил он, отмывая руки.
— Сам видишь. Первый заход в Лионе — и полный провал. Как сам, Мишель?
— Держусь на плаву, как всегда. Будешь платить вещами или наличными?
Кэт, внимательно осматривая обстановку, догадалась: Мишель совмещает медицину со скупкой краденого. Но прежде всего он оставался врачом, а уже потом — теневым дельцом.
— Золотые часы и ручка устроят? — глухо спросил Джон.
— Для тебя — пойдет.
Кэт послушно выудила из кармана пиджака Джона золотые трофеи.
— Ты бы мне лучше ствол какой-нибудь подкинул для коллекции, — хмыкнул Мишель.
— Тогда меняем часы на пистолет. Кэт, отдай ему тот позолоченный «дамский» ствол.
Доктор с явным удовольствием покрутил в руках изящное оружие, после чего перевел раненого в соседнюю комнату, оборудованную под небольшую палату.
— Мишель, мне нужно подняться на ноги как можно быстрее, — Джон упрямо попытался сесть. — Я должен вернуться и прищучить эту лавочку.
— Ты совсем рассудок потерял от потери крови? — рассмеялся врач. — Свободен как минимум на две недели, пока швы не сниму.
— Но старик тоже ранен! В магазине сейчас одна его баба. Самый удачный момент.
— Джон, — решительно вмешалась Кэт, — я сама доведу это дело до конца. Выпотрошу эту лавку дочиста. И твои колье будут у тебя, для твоей мечты.
— Ты с ума сошла? Ты же города не знаешь! Кэт, не рискуй головой попусту.
— Я всё решила. Отдыхай, а я съезжу на разведку. Скупщик у нас, как я понимаю, уже есть.
— Джон, ты сдал меня первой встречной девице? — напрягся Мишель.
— Не дергайся, она со мной. Я за неё ручаюсь. Лично я — Джон.
Кэт ушла. Поймав такси, она доехала до той самой улицы. Проходя мимо лавки, девушка заметила, что магазинчик открыт — до закрытия оставался час. Сменив парик, одежду и макияж, Кэт смело зашла внутрь под видом покупательницы. За прилавком стояли пожилая хозяйка и молодая девушка, невероятно на неё похожая, скорее всего, дочь. Осмотрев витрины, Кэт вышла. На улицу опускались сумерки. Кэт решила дождаться полной темноты и вернулась ровно за пять минут до закрытия, когда соседние лавочники уже опускали защитные роллеты. Выбрав массивное колье, она принялась долго примерять его перед зеркалом. Женщины терпеливо ждали. Наконец, мать направилась к выходу, чтобы опустить железную штору, оставив лишь узкую дверцу для выхода. Кэт поняла: пора. Вспомнив жесткий прием Джона, она наотмашь ударила пожилую женщину рукояткой пистолета по голове, а дуло мгновенно перенаправила на испуганную дочь.
— Живо собирай всё с этих трех витрин! — жестко приказала Кэт. — Дёрнешься к кнопке — сначала умрет твоя мать, а потом ты. И запри шторку до конца!
Девушка, глотая слезы, подчинилась.
— Я не знаю, где кнопка… Я здесь первый день, мне еще ничего не объяснили. Пожалуйста, не убивайте нас! — взмолилась она, лихорадочно сбрасывая украшения в портфель.
Пожилая женщина на полу застонала и попыталась подняться. Кэт, не раздумывая, нанесла ей еще один глухой удар рукояткой, отключая свидетельницу. После этого она погнала плачущую дочь в подсобку. Там Кэт развернулась вовсю: ценностей оказалось так много, что пришлось забрать даже личную сумку девушки, чтобы упаковать весь улов. Когда всё было кончено, Кэт заставила заложницу приоткрыть дверцу наружу.
— Я буду крутиться рядом. Не вздумай звонить копам, пока я не уйду, — пригрозила она на прощание и скользнула в ночную темноту.
На улице уже окончательно стемнело, скрыться не составило труда. Поймав такси, с туго набитым портфелем и чужой сумкой Кэт вернулась к дому доктора. Мишель молча впустил её.
— Всё кончено, Джон! — выдохнула она, проходя в палату. — Там была только их дочка, всё прошло как по маслу. — Она нежно прижала ладонь к щеке раненого. — Как ты себя чувствуешь?
— Ты сумасшедшая… Вернуться туда в тот же день! Мишель, оставь нас на минуту, пожалуйста, — попросил Джон доктора. Когда за врачом закрылась дверь, он скомандовал: — Высыпай всё прямо на кровать. Делить будем по-новому: я забираю только колье для своей будущей витрины в Чикаго, а всё остальное — твоё. Ты в одиночку вывезла это дело.
— Но ведь план был общий, и начали мы вместе… — попыталась возразить Кэт.
— Ты его закончила, — твердо перебил Джон. — Значит, куш твой. И не спорь. Моя щедрость — редкий гость, так что пользуйся, пока я добрый.
Он принялся методично откладывать в сторону заинтересовавшие его драгоценности. Уникальных вещей оказалось немало, но большая часть улова так и осталась лежать перед ними.
— Всё, — вздохнул Джон, закончив отбор. — Упакуй мою долю, а остальное сдавай Мишелю. Позови его.
Доктор вошел и присвистнул, увидев гору ювелирных изделий.
— Тридцать тысяч за всё, — прикинув на глаз, вынес вердикт Мишель.
— Идет. Рассчитайся с Кэт, это её чистые деньги, — кивнул Джон.
Они быстро закрыли сделку, и Мишель с Кэт аккуратно сложили выкупленные драгоценности в кожаную сумку доктора. Напарники снова остались наедине, пока хозяин дома возился на кухне с ужином. Ели прямо в палате. Кэт заботливо резала мясо в тарелке Джона на мелкие кусочки, поскольку двигать раненой рукой он почти не мог.
— Мишель, — обратилась Кэт к вошедшему доктору, — вы оставите Джона на этой кушетке?
— К сожалению, стационар у меня скромный, на одного пациента.
— А за ним сейчас нужен круглосуточный уход?
— Острой необходимости нет. Завтра утром сделаю антибиотик и перевяжу раны. А в чем дело?
— Я хочу забрать его. Отпустите Джона со мной в отель? А завтра к назначенному часу я сама его привезу.
— Кэт, не выдумывай, — поморщился Джон. — Меня зацепило, согласен, но не до такой степени, чтобы нанимать сиделку.
— Две недели в этой каморке — огромный срок, ты тут просто зачахнешь со скуки. А в отеле я смогу тебя хоть как-то развлекать. Я серьезно, Джон.
— Знаешь, Джон, а ведь это мысль, — неожиданно поддержал её Мишель. — Тебе в гостинице будет уютнее, да и мне спокойнее. Сам знаешь, контингент ко мне заглядывает специфический, лишние глаза ни к чему.
— Раз так — поехали, — сдался Джон. — В отеле действительно комфортнее. Да и доктору меньше хлопот с готовкой. Будем кататься на перевязки.

Глава 4. Банк.

После ужина Мишель обновил повязку и сделал Джону финальный укол. Поймав такси, напарники отправились в гостиницу. Кэт видела, как тяжело Джон переносит дорожную тряску, и всю дорогу бережно придерживала его со здоровой стороны, боясь случайно потревожить раненое плечо. Обосноваться решили в номере Джона — у него была просторная смежная комната с широким диваном.
— Странный он всё-таки, этот доктор, — задумчиво протянула Кэт, помогая Джону устроиться. — Совсем на Барни не похож. Тот дышит криминалом, а этот… этот людей лечит.
— Открою тебе секрет: он помешан на своей безумной идее. Мишель скупает золото для себя. Официальный доход у врача скромный, вот он и берет по дешевке. К старости мечтает зарыть все эти побрякушки у себя на участке, а потом «случайно» обнаружить клад. Так он легализует богатство и откроет собственную клинику. Видишь, какие пунктики бывают у людей?
— Что ж, цель благородная. А если его накроют раньше?
— Он уже и яму в огороде выкопал на этот случай. Скажет полиции, что только что откопал старинный клад. К тому же покупает он только у проверенных людей. Мы ведь отдаем товар за треть цены, если не меньше.
— Джон, а то, что ты отобрал для Чикаго, дорого стоит?
— Ценность этих вещей куда выше того, что мы оставили Мишелю. Я отбираю штучные, уникальные экземпляры, отсеивая конвейерную штамповку. В этот раз улов оказался редким. Ты молодец.
— А ты отпустишь меня еще раз на самостоятельное дело?
— Ну уж нет. Теперь только вместе. Ты мне жизнь спасла, Кэт. Я бы там просто истек кровью, да и копы повязали бы на месте. Я у тебя в долгу.
— Да брось ты. Я сама на них зла. Хочется еще знатно поворошить этот Лион. Не могу сидеть без дела. Знаешь, сколько я прошла до встречи с тобой? Пьянчуг грабила, таксистов обчищала… Да только выхлоп там копеечный. А сегодня я подняла тридцать тысяч!
— Поднимем и больше, только не пори горячку. Странно мы, конечно, сошлись, но теперь мне без тебя даже дышать скучно.
— Мне тоже. Поэтому мы и вместе. Слушай, а ты банки когда-нибудь грабил?
— На такое я не подпишусь, там слишком много гражданских. Да и чистая выручка порой не стоит такого риска.
— А у меня родилась идея сделать под банк подкоп. Когда мы гуляли, я приметила одно отделение. Невзрачное такое, маленькое. И что самое главное — в соседнем здании сдается жилье. У меня прямо руки зачесались!
— Хм, а это мысль любопытная. Пока я на больничном, сними этот дом. Раз банк мелкий, перекрытия там должны быть старыми, пол мы как-нибудь вскроем. Вот только нам нужен свой человек внутри, чтобы сдал планировку и расположение сейфа.
— А ты не приревнуешь, если я окручу какого-нибудь клерка из этого банка?
— Приревную? Ну… если только для дела…
— Вот тебе и работка для меня на ближайшие дни.
— Сколько я в этой жизни перепробовал, но подкопы… Нас ведь вычислят? Фотороботы развесят по всему Лиону.
— А я буду ходить туда в одном и том же образе — парик, макияж, стиль. А ты будешь копать днем, пока я на свиданиях. Ход пророем прямо из дома. Землю станем раскидывать по огороду, сделаем вид, будто выравниваем участок. На крайний случай закажем машину чернозема для маскировки.
— Ты у меня умница, всё до мелочей продумала.
— Тебя вообще никто не увидит. Будет считаться, что дом снимает одинокая девушка. Ладно, пошли спать. Завтра свожу тебя к доктору, а потом займусь хозяйством. Как думаешь, сколько в таком банке может лежать денег?
— Бывает, что и миллионы. Но это ты лучше у своего будущего кавалера аккуратно выведай. Ты что, и спать с ним собралась?
— Одурел совсем! — рассмеялась она. — Но мне приятно, что ты спросил. Значит, ревнуешь.
Они весело переглянулись и разошлись по своим комнатам.
На следующий день всё прошло по плану. Джон съездил на перевязку, вернулся в отель и теперь лежал в постели, лениво жуя заказанный в номер пышный завтрак. Кэт уже ушла, и он понятия не имел, как далеко зайдет её авантюра и чем всё это в итоге закончится.
Кэт тем временем пришла в банк. К своему удовольствию, за кассовой стойкой она увидела симпатичного молодого парня. Включив женское обаяние на полную мощность, она быстро привлекла его внимание. Кэт оформила открытие счета, и на её экземпляре договора парень от руки размашисто написал свой номер телефона. Девушка кокетливо помахала ему на прощание ручкой и вышла. Из банка она направилась прямиком в агентство недвижимости. Ей предложили несколько вариантов, но она выбрала именно тот дом, который примыкал к банковскому участку. Оплатив залог, Кэт забрала ключи и с облегчением вздохнула. Дом оказался добротным, с телефоном, а копать можно было прямо из пристроенного сарая. По телефонному справочнику она нашла строительную контору и заказала самосвал грунта. Уже к вечеру куча земли красовалась посреди двора.
Но тут возникло препятствие: плечо Джона по-прежнему сильно болело, копать он не мог, хотя от стены сарая до банка было всего метров пять. Нужны были рабочие руки. Кэт рассудила, что надежнее всего нанять местных бродяг. Им нужны только деньги и выпивка, а лишних вопросов они задавать не станут. Неподалеку от нового дома она как раз приметила бездомную семейную пару. Они сильно пили, но физически оставались еще довольно крепкими. С утра, дождавшись, пока они немного протрезвеют, Кэт взяла с них клятву молчать, пообещав щедрую оплату и море алкоголя. Бродяги согласились. Они даже близко не догадывались, что копают ход под соседний банк. Работать приходилось по ночам. Чтобы землекопы не отключались раньше времени и не напивались до беспамятства, Кэт строго дозировала спиртное — выдавала им по рюмке за каждый час работы. К утру уставшие рабочие засыпали прямо в прорытом тоннеле, где было тепло и сухо.
Через десять дней подкоп уперся в каменный фундамент банка. Глава семейства бездомных оказался на удивление рукастым, он ловко орудовал молотком и зубилом. Вскоре они пробились прямо под деревянный пол старой банковской постройки.
Параллельно Кэт вовсю флиртовала с Роберто — так звали парня-кассира. Он оказался интеллигентным, приятным парнем и не пытался с первого свидания затащить её в постель, что Кэт полностью устраивало. От него она узнала, что пик наличности в кассах приходится на первые числа месяца, когда горожане получают зарплату. Сигнализация в отделении была только внешней, а в штате числился всего один дряхлый охранник.
Всё было готово. Кэт точно знала, где находится хранилище, оставалось лишь взломать доски пола изнутри и забрать миллионы. Но ей отчаянно не хватало Джона — его хладнокровия, дерзости и опыта. Сама Кэт на такой финальный шаг решиться не отваживалась.
Пролетели две недели. С Джона наконец сняли швы. Плечо всё еще саднило при резких движениях, но былая невыносимая боль ушла.
В назначенный день, хорошенько напоив бездомных, напарники спустились в тоннель. Под деревянным настилом хранилища они оказались вчетвером. Бродяга поудобнее перехватил зубило и принялся за работу. Чтобы аккуратно вскрыть первую половицу и плитку над ней, ушло долгих два часа, зато следующая поддалась гораздо быстрее. Джон осторожно подтянулся на здоровой руке и бесшумно проник в святая святых банка. Из темноты хранилища он пачками сбрасывал наличность вниз, а Кэт лихорадочно набивала ими мешок. Одного баула не хватило — плотно упаковали целых два. Перед уходом напарники щедро выдали бездомной паре по бутылке крепкого спиртного, погрузив их в глубокий мертвецкий сон прямо на месте работы, а сами с трудом перетащили тяжелые мешки в дом.
— Надо переложить деньги в чемоданы, — предложил Джон, вытирая пот со лба. — А вещи и белье выбросим в мешки.
Так и поступили. Ночью они благополучно вернулись в отель. А ранним утром, задолго до открытия магазинов, Кэт и Джон уже караулили у здания банка. Пропажу миллионов обнаружили сразу же — отделение мгновенно оцепили наряды полиции.
— Кэт, ты ведь не оставила в агентстве недвижимости свои настоящие документы? — негромко спросил Джон, наблюдая за суматохой.
— Черта с два! У меня этих паспортов вагон, — ухмыльнулась она. — Выбрала тот, где фотография хоть немного похожа на меня. Я же говорила: когда обчищала прохожих, всегда забирала документы у женщин своего типажа.
Банк так и не открылся. Вскоре копы буквально на руках вынесли из подкопа в стельку пьяных бродяг, которые до сих пор не могли продрать глаза. Таинственная арендаторша дома испарилась, а рядом с Джоном на парижской улочке стояла совершенно другая девушка.
— Ладно, поехали считать добычу. Здесь ловить больше нечего, хвостов мы не оставили, — повеселел Джон.
В номере они пересчитали наличные — улов составил почти миллион франков. Оба ликовали. На радостях они порывисто и крепко обнялись, и между ними случился первый, пока еще шутливый, но полный нежности поцелуй. Поскольку вся идея и организация подкопа принадлежали Кэт, Джон, несмотря на её яростные протесты, честно разделил миллион пополам.
Но вскоре Джон внезапно посмурнел. Он присел на край кровати и тяжело опустил голову.
— Что с тобой? Что случилось, Джон? — Кэт встревоженно присела рядом и заглянула ему в глаза.
— Считай, ты уже накопила на свой собственный остров и тихий бар вдали от копов. Можешь брать билет в любую французскую колонию. А вот мне до финиша еще пахать и пахать. Я не говорил тебе, Кэт, но чтобы открыть достойный ювелирный в Чикаго, мне нужно десять миллионов. А у меня на руках пока только три. Нам придется попрощаться.
— Я ляпнула глупость, а ты и поверил? — Кэт грустно улыбнулась. — Дурачок, я соврала про остров и бар. Нет у меня никакой мечты. Единственное, что у меня сейчас есть дорогого в жизни, — это ты. И я пойду за тобой, даже если ты начнешь меня прогонять. Я такая, Джон. У меня никогда не было мужчины, который стоил бы больше, чем ты. Разве не это нужно женщине? Разве мы с тобой не одного поля ягоды? Забудь про свои миллионы хотя бы на пару недель. Давай потратим часть денег на роскошный отдых. На круиз, например! Я читала в утренней газете, что из Бреста отправляется пятизвездочный лайнер. Почему бы нам не сбежать на нем от всего мира?

Глава 5. Круиз из Бреста.

— Круиз? — удивился Джон и поднял голову. — А почему бы и нет? Звони.
Через десять минут два билета в каюту первого класса были забронированы. Вещи собрали быстро. Долетев до Бреста, напарники благополучно сдали половину тяжелого багажа с миллионами в камеру хранения, оставив себе лишь необходимое для отдыха.
Лайнер оказался огромным и невероятно роскошным. Им досталась каюта на одной из верхних палуб. Из иллюминаторов открывался потрясающий вид, правда, стоило кораблю отойти от берега, как вокруг остался только бескрайний океан. Разложив вещи, Кэт и Джон спустились осмотреться. Здесь было абсолютно всё: бары, рестораны, два бассейна и даже небольшой теннисный корт. На палубе гулял прохладный ветер, поэтому большинство пассажиров отдыхали в шезлонгах, кутаясь в махровые халаты.
— Когда доплывем до Африки, станет даже слишком жарко, — пообещала Кэт, подставляя лицо соленому бризу.
Дни летели один за другим. Менялись порты, пейзажи за бортом и цвет океанской воды.
— Джон, — заговорщически прошептала Кэт в один из вечеров, когда они вернулись в каюту. — Я сегодня обчистила наших соседей. Представляешь, они забыли ключ прямо в замке. Улов — тридцать тысяч наличными.
— Дорогая, ты даже в отпуске не можешь расслабиться, — качнул он головой.
— А зачем упускать шанс? Если задаться целью и обойти весь корабль, знаешь, сколько разинь оставляет ключи в дверях? Кстати, Джон… у меня к тебе есть один личный разговор, — она устроилась в кресле поудобнее и пристально посмотрела на него. — Помнишь, ты говорил, что у меня отличная фигура?
— Я и сейчас готов это повторить.
— Так почему же… ну, как бы это точнее выразить…
— Почему я к тебе не пристаю? — с улыбкой помог ей Джон. — Во-первых, Кэт, я тебя берегу. А во-вторых, у меня есть железное правило: никогда не спать со своими партнершами по делу.
— И много у тебя их было?
— Напарниц? Нет. Женщин — хватало. Но всё это было мимолетно, на пару вечеров. Ты же для меня — исключение.
— Но ведь исключение может быть приятным, разве нет? — Кэт лукаво прищурилась.
— Кэт, не торопи события, — мягко, но серьезно осадил её Джон. — Если тебе так сильно нужно мужское внимание, на этом лайнере кавалеров пруд пруди.
— И ты спокойно отдашь меня другому? — в её голосе скользнула обида.
— Не я тебя отдам. Если ты сама этого захочешь, я не стану тебя удерживать.
— Ладно, — вздохнула Кэт. — Я так ничего и не поняла, но у тебя, похоже, свои нерушимые принципы. Что ж, подожду. Мне спешить некуда.
— А вот твоя идея насчет ключей — это мысль, — Джон мгновенно перевел разговор в деловое русло. — Если ключ торчит снаружи, значит, хозяева внутри или только что вышли. Его можно незаметно забрать, пассажирам всё равно выпишут дубликат на стойке. План такой: один следит за постояльцами каюты в ресторане или у бассейна, а второй в это время делает быстрый обыск в комнате. Попробуем поработать на палубах?
Они спустились на нижнюю жилую палубу и неторопливо прошлись вдоль рядов кают. Добыча превзошла ожидания: в замочных скважинах торчали сразу два забытых ключа. Напарники незаметно прибрали их к рукам. На каждом ключе был выбит номер. Примерно через час Кэт вернулась туда. Она вежливо стучалась в двери и, когда ей открывали, извинялась, делая вид, будто перепутала каюты. Её главной целью было запомнить лица постояльцев. Вскоре обворованные пассажиры кинулись на стойку регистрации с жалобами на утерю ключей, и администрация без лишних вопросов выдала им дубликаты. С этого момента в игру вступил Джон. Он терпеливо выслеживал, когда жертвы отправлялись к бассейну или на теннисный корт, а Кэт в это время проникала в пустые комнаты. Первые две каюты принесли им чуть больше пятидесяти тысяч. Вскоре на лайнере поднялся нешуточный переполох. Обобранные богачи устроили скандал, капитан начал внутреннее расследование, но оно ни к чему не привело. Единственное, чего добилась команда — по радио несколько раз строго предупредили пассажиров не оставлять ключи в дверях.
Но человеческую рассеянность было не победить. Ключи по-прежнему изредка забывались, и напарники успели почистить еще четыре каюты. На этом они единогласно решили завязать с корабельным промыслом. Общий улов за время круиза составил триста тысяч долларов.
— Джон, — лениво потянулась Кэт, глядя на закат над океаном. — До знакомства с тобой я в лучший месяц выжимала из своих грабежей от силы тысяч тридцать. Сейчас мне даже смешно вспоминать эту цифру.
— Еще бы, — усмехнулся Джон, — после банковского-то миллиона.
— Да нет, дело не в миллионе. Просто даже здесь, на обычном отдыхе, мы играючи окупили весь этот роскошный круиз и остались в бешеном плюсе. Никакого риска, никакой возни со скупщиками и драгоценностями — чистые наличные сами шли в руки.
— А тебе не бывает стыдно за то, чем мы занимаемся? — вдруг тихо спросил Джон.
— О-о, этот этап я переросла еще девчонкой. Когда-то, может, и бывало, но давно прошло.
— А мне вот иногда бывает… Но мечта перевешивает всё остальное.
— Слушай, а ты возьмешь меня к себе секретарем, когда откроешь свой фешенебельный ювелирный в Чикаго?
— Возьму, конечно. Только дело за малым — раздобыть еще семь миллионов. Товар для витрин у меня уже есть. Он надежно спрятан почти во всех крупных городах Франции. Ты ведь даже в Лионе не заметила, как я на пару часов отлучился из отеля.
— И где же ты его прячешь, если не секрет?
— В автоматических камерах хранения на вокзалах. Хочешь, коды продиктую?
— Нет, — рассмеялась она. — Но придумано гениально. Если накроют в одном городе, всё остальное останется в целости. Кстати, насчет твоих семи миллионов… Надо хорошенько поразмыслить, где их перехватить.
— С подкопом под банк вышло идеально. Может, провернем нечто похожее? Плечо мое почти зажило, так что землекопов со стороны нанимать не придется.
— Ну, попробуй найди еще один такой удобный банк. В Лионе нам просто сказочно повезло. И вообще, Джон, первым делом нам нужно купить колеса. У нас до сих пор нет никакого своего транспорта, а на такси далеко не уедешь.
— Давай возьмем мощный внедорожник «четыре на четыре»? С огромным открытым кузовом.
Ровно через месяц после отплытия лайнер благополучно вернулся в порт Бреста. На борт тут же поднялась портовая полиция. Копы дотошно допрашивали каждого пассажира из-за переполоха с каютами, но личный досмотр и обыск вещей не проводили. Напарники спокойно сошли на берег, забрали из вокзальной камеры хранения свои чемоданы с миллионами и добавили туда свежий улов из круиза. Прежде чем двигаться дальше, они решили прогуляться по городу, в котором ни разу не бывали. Кэт по привычке оценивала взглядом банковские вывески и прилегающие к ним здания, а Джон высматривал ювелирные витрины. В этом портовом городке, помимо невзрачных лавочек, обнаружился один по-настоящему крупный, солидный магазин. Зайдя внутрь под видом состоятельных туристов, они внимательно изучили ассортимент.
— Его нужно брать, — едва слышно шепнул Джон на ухо Кэт. — Товар здесь дорогой и исключительного качества.
— Но как? — так же тихо отозвалась она. — У них в зале шесть продавщиц! Плюс наверняка где-то дежурит сам хозяин.
— Поехали сначала устроимся в отель. Без этого магазина я из Бреста не уеду. Дай мне пару дней, я закадрю одну из сотрудниц и аккуратно выведаю, где у них спрятана тревожная кнопка.
— Смотри у меня, — шутливо погрозила пальцем Кэт. — Чур, с дамой всё должно быть чисто по делу, до постели ситуацию не доводить.
— У тебя вечно одно на уме, — усмехнулся он.
Они сняли номера, и Джон сразу же отправился на разведку. Его выбор пал на приятную женщину примерно его лет, у которой на пальце не было обручального кольца. Джон включил всё своё мужское обаяние, и уже вечером они сидели в уютном ресторанчике.
— Роза, — как бы между прочим спросил он посреди беседы, — в газетах то и дело пишут, что ювелирные магазины грабят средь бела дня. Тебе самой не страшно работать в таком месте?
— С чего бы? — улыбнулась она, польщенная его заботой. — У меня ведь всегда под рукой тревожная кнопка. Одно незаметное движение — и через две минуты здесь будет полиция.
— Ого. Значит, у вас у каждой по такой кнопке?
— Нет, что ты. Кнопка только у меня, я ведь старший продавец. Хозяин доверяет мне больше всех.
Этого Джону было более чем достаточно. План налета созрел мгновенно. Схему построили на эффекте неожиданности: первой в зал заходит Кэт, подходит к прилавку Розы и просит показать дорогое украшение. Как только старшая продавщица отвлекается, Кэт наносит ей точный удар рукояткой пистолета по голове, полностью отключая её и не давая дотянуться до сигнализации. В эту же секунду в дверях появляется Джон в маске. Пока Кэт держит под прицелом остальных пятерых продавщиц и следит, чтобы Роза не пришла в себя, Джон быстро сгребает все ценности из витрин в два вместительных портфеля. После этого они мгновенно исчезают.
— Плохо, что у них окна в зале слишком широкие, витрины просматриваются насквозь, — заволновалась Кэт, когда они обсуждали детали в номере. — Прохожие с улицы могут заметить неладное.
— Не бойся, прорвемся, — уверенно улыбнулся Джон.
На следующий день перед самым закрытием Кэт решительно переступила порог магазина и одним точным ударом вырубила Розу. В ту же секунду в дверях вырос Джон. Он оглушительно выстрелил в потолок, заставив онемевших от ужаса продавщиц лихорадочно сбрасывать драгоценности в приготовленные холщовые мешочки. Но тут из подсобки неожиданно выскочил хозяин лавки — глубокий старик. Оценив ситуацию, он бросился обратно в свой кабинет к телефону. Джон настиг его в тот самый момент, когда старик уже снимал трубку. Заодно Джон подчистил и весь личный сейф владельца — время позволяло. Кэт уже нервно ждала его у выхода. Добычи оказалось так много, что портфели трещали по швам, пришлось спешно искать дополнительный мешок. И едва Кэт затянула узел, как входная дверь звякнула — в зал зашел патрульный полицейский. Он явно заглянул к одной из продавщиц, которая стояла ни жива ни мертва. Джон в маске тенью проскользнул за спиной копа, и напарники пулей выскочили на улицу.
Полицейский среагировал мгновенно и бросился вдогонку. Тяжелые мешки мешали бежать.
— Стой, не гони, — тяжело дыша, скомандовал Джон. — С вещами нам от него не оторваться. Сворачивай на автобусную остановку. Сдергивай парик! Быстро прижимайся ко мне и целуемся!
Через секунду за угол влетел запыхавшийся полицейский и наткнулся на страстно обнимающуюся парочку.
— Какие-то проблемы, офицер? — развязно и лениво поинтересовался Джон, неохотно отрываясь от губ Кэт.
— Тут только что пробегал мужчина в маске и длинноволосая блондинка! — тяжело дыша, выпалил патрульный.
— А, эти? Они только что запрыгнули в такси и рванули к вокзалу. Вам помочь?
— Нет-нет, спасибо! — чертыхнулся коп, развернулся и побежал в сторону вокзала.
— Джон, у тебя сумасшедшая выдержка, — прошептала Кэт, когда опасность миновала. — Он ведь даже на наши мешки не посмотрел!
Они поймали попутное такси и благополучно добрались до отеля.
— О-о, добрая половина этого улова уйдет прямиком в мою коллекцию для Чикаго, — радовался Джон, бережно рассматривая на кровати каждую уникальную вещицу. — Но не переживай, свою честную долю ты получишь до последнего франка.
— Да я и не боюсь, — мягко улыбнулась Кэт. — Мне всё равно, даже если не дашь ни гроша. Просто мы сегодня были на волосок от гибели, а ты ведешь себя так, будто ничего не случилось.
— А что мне, плясать от радости? Выбрались — и ладно. Такова наша доля. За оставшуюся часть Барни выложит мне не меньше ста тысяч, товар просто первоклассный. Думаешь, скупщики не разбираются в качестве? Еще как разбираются.
— А мне понравилось, как ты меня целовал… — Кэт лукаво посмотрела на него и улыбнулась.
— Ну у тебя и переходы, — хмыкнул Джон, пряча смущение. — Целовал, как обычно целуются на остановках, для маскировки. Кстати, я съезжу на вокзал, запру чемоданы в камеру хранения. А ты пока отдыхай. В Бресте нам больше ловить нечего, копы сейчас весь город на уши поднимут.
Джон уехал, а Кэт так и осталась лежать на диване, мечтательно улыбаясь своим мыслям.

Глава 6. Шейх.

— Кстати, — предложил Джон, когда вернулся в номер, — как тебе наше новое направление? Я думаю рвануть в Тулузу. Большой, красивый город, ювелиров там пруд пруди, да и отдохнуть нам не помешает. Честно говоря, этот налет в Бресте мне тоже стоил кучи сожженных нервов.
— Как скажешь, дорогой. В Тулузе я тоже еще не бывала.
— Тогда нечего тянуть время. Переночуем, а утром двинемся в путь.
Они разошлись по комнатам.
На следующий день, собрав весь багаж, напарники заехали на вокзал и забрали из ячеек оставленные вещи. Им снова пришлось тащить с собой внушительную гору сумок и чемоданов, но в их ремесле никогда не знаешь, что именно может пригодиться в следующую минуту.
В Тулузу они прибыли еще к обеду. Заселились в очередной отель высшего класса и, верные своей привычке, оформили два раздельных номера.
— Ну что, устроим разведку по городу? — предложил Джон, заглянув к Кэт. — Я уже бывал здесь раньше и прекрасно знаю все ювелирные кварталы.
— Джон, ты опять нацелился на ювелирные лавки? — Кэт выглядела какой-то подавленной. — Мне кажется, у тебя в голове возник пунктик на этой теме. Я прекрасно понимаю, что ты ювелир и горишь своей коллекцией. Но так ты никогда не соберешь недостающие семь миллионов. На обычных инсценировках в отелях мы играючи поднимали гораздо больше, без лишней крови и безумного риска. Не пойми меня неправильно, Джон, я с тобой до конца. Но ты сначала трезво всё обдумай. Твой доход от крупных операций должен исчисляться не десятками тысяч, а сотнями, если не миллионами. Ну давай, скажи мне, что я взбалмошная девчонка, которая ничего не смыслит в бизнесе!
— Я такого не скажу, — Джон хмуро опустился в кресло рядом с ней. — И в чем-то ты чертовски права. Меня действительно заклинило на драгоценностях. А коллекция… Её ведь можно собирать до бесконечности. Кажется, за все эти годы я уже и так скопил достаточно уникальных вещей. Если меня завтра пристрелят, кому всё это достанется? О таком я прежде даже не задумывался.
— Брось, не скатывайся в пессимизм, это совсем на тебя не похоже, — мягко ободрила его Кэт. — Просто мне кажется, пора переходить на крупную дичь. Вроде того банка в Лионе. Ведь у нас всё вышло идеально, и ты разом стал богаче на полмиллиона. Сколько мелких лавочников нужно перетрясти, чтобы поднять такую же сумму?
— Твоя правда, — Джон глубоко задумался. — Вот только у нас нет надежной команды, чтобы штурмовать банки на постоянной основе. Что еще остается?
— Давай, например, перехватим инкассаторскую машину. Или прижмем самих инкассаторов на выходе.
— А может, начнем потрошить банкоматы?
— Вот видишь! — повеселела Кэт. — Сразу пошли свежие идеи. Включай мозги, у тебя ведь голова — ума палата.
— Есть одна мысль, — Джон заговорщически прищурился. — Ты заметила, сколько охраны внизу, в холле нашего отеля? Значит, здесь остановилась какая-то шишка мирового масштаба. Прокрутим чисто психологическую игру. Пока этот деятель не съехал, нужно выведать о нем абсолютно всё. Мы прикинемся наемными киллерами, которых якобы нанял его злейший враг. О враге, кстати, тоже придется навести справки, раздобыть его фотографии. А потом мы просто выйдем на нашего богача напрямую и поставим перед фактом: либо мы выполняем заказ, либо инсценируем его смерть, а он платит нам в два раза больше тарифа. Все эти люди — миллионеры, если не миллиардеры. Какая-то сотня тысяч или даже миллион долларов для них — сущие копейки. Врубилась в тему?
— А если он наотрез откажется платить или раскусит обман?
— До греха доводить не хотелось бы, я за всю жизнь еще ни одного человека на тот свет не отправил. Здесь важна чистая психология и блеф.
— Джон, большего риска я в своей жизни не видела, — покачала головой Кэт.
— Там, где крутятся большие деньги, всегда есть большой риск, — отрезал он. — По крайней мере, можно закинуть удочку и посмотреть, клюнет ли рыба. Сможешь разузнать, кто именно к нам пожаловал и на каком этаже обосновался?
— Джон, чтобы выяснить это, достаточно просто купить свежую прессу, — рассмеялась Кэт.
Через полчаса они уже вовсю изучали ворох вечерних газет. Выяснилось, что в их отеле остановился богатейший арабский шейх Мухаммед Абу Дали. Он прибыл во Францию с неофициальным визитом, но журналисты намекали, что речь пойдет о закупке крупной партии современного вооружения. Здесь же, на страницах газет, красовалось и фото его злейшего политического противника, с которым шейх был на ножах и который публично поклялся ликвидировать магната, как только тот вернется на родину.
— Девочка, — удовлетворенно потер руки Джон, — да этого материала нам с головой хватит! Дело за малым: нужны свежие снимки самого шейха, в анфас и в профиль.
Весь остаток дня они выслеживали цель. Около шести вечера, когда солнце еще не зашло, шейх в белоснежном традиционном одеянии вышел из отеля и направился к поданному лимузину. Напарники незаметно сфотографировали его с двух разных точек, а затем оперативно отпечатали снимки в местной лаборатории. Позже в номере они придирчиво разглядывали готовые карточки.
— Вот эти четыре кадра подойдут идеально, — отложил их в сторону Джон. — А теперь садись и пиши от руки обычную записку. — Он поудобнее устроился в кресле. — Текст такой: «Уважаемый шейх! Вас заказали нашим людям. Нам придется выполнить контракт, если мы не найдем общий язык. Всё слишком серьезно. Ждем ответа до завтрашнего полудня». Поставь внизу любую закорючку вместо подписи. А теперь поднимись на его этаж и передай конверт охране у дверей. Только хорошенько заклей его и напиши сверху: «Лично в руки».
— Чистой воды блеф, — Кэт нервно запечатывала клапан конверта. — Неужели взрослый, умный человек клюнет на такую детскую уловку?
— В том-то и фокус. Мы живем в том же отеле, у нас на руках его скрытые фотографии. Почему бы нам не быть профессиональными киллерами, которые ведут за ним слежку? В самом худшем случае, если нас прижмут, скажешь, что это была глупая шутка, чтобы попугать богача. Выпишут штраф за хулиганство — и всё. Только не забудь перед выходом сменить парик и макияж.
Кэт неохотно поднялась и, не проронив ни слова, вышла. Вскоре она вернулась и молча опустилась на диван.
— Ты сам-то веришь в этот успех? — наконец тихо спросила она.
— Посмотрим на результат. Впрочем, его может и не быть.
В десять вечера, когда Кэт уже собиралась уходить к себе, в дверь номера негромко, но настойчиво постучали. На пороге стоял подтянутый мужчина в безупречном дорогом костюме.
— Вас просит подняться шейх Мухаммед, — вежливо поклонился он. — Я сопровожу вас, иначе охрана на этаже вас просто не пропустит.
Напарники переглянулись. Они поднялись на лифте вслед за незнакомцем, который чисто изъяснялся по-французски. Перед дверями президентского люкса дежурили четверо дюжих телохранителей. Гостей тщательно обыскали. Разумеется, ни Джон, ни Кэт не взяли с собой даже перочинного ножа. Затем их провели через просторную приемную, и они очутились в великолепной гостиной. На широком шелковом диване восседал сам шейх, облаченный в парадный халат и чалму. Царственным жестом указав гостям на два глубоких кресла, он приказал телохранителям покинуть комнату. В гостиной остался только мужчина, который привел их, — судя по всему, личный переводчик и доверенное лицо магната.
— Вы написали мне это письмо? — без предисловий спросил шейх.
— Я писала, — твердо ответила Кэт.
Мужчина в костюме тут же перевел её слова. Дальше он синхронно транслировал каждую реплику.
— Кто вы такие?
— Нас наняли, чтобы убрать вас здесь, во Франции, — взял слово Джон. — Честно говоря, мы обычные исполнители. Всё, что у нас есть для подготовки, — это два номера в этом же отеле и вот это. — Джон неторопливо вытащил из кармана пиджака свежие снимки и протянул шейху. — В принципе, для нашей специфики большего и не требуется. Я — основной стрелок, она — моя подстраховка.
— И сколько вам заплатили за мою голову? — шейх высоко поднял брови, разглядывая кадры скрытой съемки.
— Миллион долларов на двоих. Гонорар делим сами после ликвидации.
— Скажите, а какие у меня основания вам верить? — Мухаммед Абу Дали пристально, изучающе посмотрел Джону прямо в глаза.
— А какие у вас основания не верить? Мы просто оказываем вам услугу, рассчитывая на взаимность и соответствующее вознаграждение. Ничего личного, мы просто деловые люди.
— И сколько же вы хотите за мою жизнь?
— Вдвое больше. Насколько мы поняли из прессы, за этим заказом стоят очень серьезные люди из вашей родной страны. Нам нужны солидные подъемные, чтобы навсегда исчезнуть и залечь на дно. Но если у вас есть сомнения, шейх, просто прикажите нас отпустить, и мы мирно разойдемся.
— Чтобы потом, возможно, уже завтра, вы исполнили контракт? — прищурился араб.
— У каждого своя профессия, — хладнокровно парировал Джон.
Шейх глубоко задумался. В гостиной повисла звенящая тишина.
— А если я прикажу ликвидировать вас прямо здесь? — вдруг тихо спросил он. — Мне это ничего не будет стоить, вы просто не выйдете из моего люкса. Вас никто и никогда не найдет.
— Наше агентство пришлет других, — даже не моргнув, ответил Джон. — Те люди не остановятся, пока не закроют контракт.
— Это точно… — Шейх мрачно кивнул, соглашаясь со своими мыслями. — Странно видеть перед собой наемников, которые должны были убить тебя на днях. Вы снайпер?
— Да. И она тоже.
— Значит, от вас никуда не спрячешься…
— Вам повезло, шейх, — мягко добавил Джон. — У вас появится официальная отсрочка, чтобы вы смогли целым и невредимым вернуться на родину и разобраться с врагами.
— Наверное, я соглашусь на ваши условия, — Мухаммед Абу Дали принял решение. — Но с одним условием: выстрел должен быть сделан. Разумеется, мимо. Можете для убедительности подстрелить любого из моих охранников. После этого я подниму такой шум, что пресса сойдет с ума, и усилю охрану до предела. Я предчувствовал, что этот мерзавец попытается достать меня именно во Франции. Так и случилось… Хорошо, что в мире еще остались разумные деловые люди. Вот ваш куш.
Шейх потянулся к журнальному столику, открыл дорогую чековую книжку и быстро заскрипел ручкой.
— Чек на предъявителя, — он протянул бумагу Джону. — Здесь два с половиной миллиона долларов. Полмиллиона сверху — мой личный бонус за ложный выстрел и достоверный испуг прессы. Этого достаточно?
— Вполне достаточно, — сдержанно кивнул Джон.
— Когда планируете стрелять?
— Скорее всего, завтра. Самое позднее — послезавтра.
— Договорились, — шейх протянул ценную бумагу Джону. — И спасибо вам за честность.
Магнат сделал едва заметный знак рукой. Переводчик вместе с напарниками поднялись со своих мест. Они вежливо поклонились Мухаммеду Абу Дали и, пятясь по восточной традиции, покинули президентский люкс.
— Невероятно! — Кэт буквально летала по номеру, стоило им закрыть за собой дверь. — Сработало! Но как ты держался… Будто всё это чистая правда! Ну и артист!
— Рано радоваться, давай-ка лучше немедленно сваливать отсюда, — озабоченно прервал её Джон. — Пока наш шейх не передумал или не решил докопаться до истины задним умом.
Они наспех покидали вещи в чемоданы и той же ночью перебрались в другую, менее приметную гостиницу.
На следующий день Джон успешно обналичил чек в крупном банке, переведя солидные суммы на свой счет и на счет Кэт. После этого он отправился на самостоятельную разведку по ювелирным кварталам — у Кэт из-за пережитого стресса сильно разболелась голова, и она осталась в номере. А уже к вечеру газетные киоски Тулузы взорвались внеочередными выпусками: на шейха совершено дерзкое покушение! Неизвестный снайпер стрелял с дальней дистанции, пуля прошла в миллиметре от головы магната и легко ранила стоявшего позади телохранителя.
— Джон… — прошептала Кэт, бледнея и показывая ему передовицу газеты. — Я начинаю тебя бояться. Ты какой-то шаман или колдун. Как это произошло, если мы сидели здесь?
— Главное, что мы свою часть сделки выполнили, — Джон весело подмигнул ей. — До Чикаго мне осталось всего пять миллионов! — На радостях он подхватил Кэт на руки и закружил её по комнате.

Глава 7. Тулуза.

Следующий день начался мирно, пока Джон с загадочной улыбкой не вывалил на кровать целый портфель, доверху набитый свежими золотыми украшениями.
— Не смог сдержаться, — повинился он. — В магазине оставалась одна уборщица. Вытряс витрины дочиста.
— Ты опять за свое?! — Кэт подскочила с дивана и сердито уперла руки в боки. — Нет, Джон, ты просто неисправим! Мы только что подняли миллионы!
— Но такие растяпы попадаются лишь раз в жизни! — рассмеялся он. — Магазин закрылся на обед, а женщина осталась прибираться в зале. Я постучал, и она сама открыла мне дверь. Правда, маску я натянуть не успел, и она увидела мое лицо. Но бедняжка слезно клялась под дулом пистолета, что забыла меня на всю оставшуюся жизнь.
Джон привычно рассортировал добычу, отобрал редкие экземпляры для будущей витрины в Чикаго, а остальное упаковал и отвез на вокзал, в автоматическую камеру хранения. Вернувшись, он присел на диван рядом с напарницей.
— Знаешь, Кэт, — он мягко обнял её за плечи, — у нас ведь теперь нет секретов друг от друга. Хочу признаться: это я вчера стрелял в шейха.
Кэт округлила глаза и лишилась дара речи.
— Да-да, — продолжил Джон. — Стрелял прямо из строящегося здания напротив его отеля. И самое забавное — палил из обычного пистолета, представляешь? Знаешь, как у меня на душе отлегло, когда я узнал из газет, что никого случайно не убил, а лишь слегка зацепил охранника?
— Так вот куда ты исчез на весь день! — воскликнула Кэт, приходя в себя. — И в шейха умудрился бабахнуть, и ювелирный обчистить! Как в твоей голове всё это укладывается? Кстати, из простого пистолета с такого расстояния… Ты ведь почти попал в него!
— Дело в том, девочка, что во время армейской службы я был лучшим стрелком полка. Но в этот раз, признаюсь, мне просто дьявольски повезло. Все газеты теперь трубят, будто работал профессионал из снайперской винтовки с огромной дистанции. Никому и в голову не пришло искать стрелка на третьем этаже недостроя прямо через улицу. Ну а про магазин ты уже знаешь.
На следующий день они наняли такси и принялись подолгу кружить по Тулузе, тщательно изучая её тихие окраины.
— Как называется эта улица? — спросил Джон у таксиста, когда они притормозили в одном из переулков. Водитель ответил. — Кэт, запомни название. И дом сто двенадцать тоже.
— Ты что-то задумал? — оживилась она.
— Думаю, ночью нас ждет увлекательное приключение, но подробности расскажу позже. Гляди, электромеханическая мастерская, ровно в трех кварталах отсюда. Как же всё прекрасно складывается!
Позже, плотно пообедав, они устроились в номере Джона.
— Дорогой, — не выдержала Кэт, — когда мы уже начнем снимать один номер на двоих?
— Давай сначала доживем до этих времен, — уклончиво улыбнулся Джон. — Кстати, у тебя кредитки есть?
— Навалом. У меня целая пачка чужих паспортов, водительских прав и карт. Всё из моего недавнего уличного прошлого. А ты разве регистрируешься в отелях под своим настоящим именем?
— Ты с ума сошла? Я тоже запасся фальшивками до отвала.
— Так что ты приготовил на вечер?
— Возьмем один банкомат. Честно говоря, я даже не представляю, сколько наличности в него загружают.
— Банкомат? — удивилась Кэт. — По тому адресу, что ты спрашивал у водителя?
— Именно. Там стоит один аппарат. Но ты сама видела этот глухой район: с наступлением темноты туда ни одна живая душа не сунется. Вот его-то мы аккуратно и срежем.
— Джон, опять твои загадки! Ты когда-нибудь вообще брал банкоматы? Думаешь, он просто приклеен к стене? А как ты его потрошить собираешься? И не забывай, что в каждый встроена скрытая камера.
— А для этого в трех кварталах есть нужная нам мастерская. И там сейчас стоит старый грузовичок. Придется нам на пару часов одолжить местного механика.
— Но откуда у тебя уверенность, что он окажется там глубокой ночью?
— Ночью — вряд ли, а вот поздним вечером они всегда засиживаются, если есть срочный заказ. А заказ у них точно есть, я видел эту разобранную машину.
— Ладно, вижу, в твоей голове план уже созрел, так что я просто на подхвате. А чем займемся прямо сейчас?
— Могу показать тебе один фокус. Маскируйся как можно лучше, и пойдем грабить первый попавшийся банк.
— Ты сдурел?! — Кэт округлила глаза. — Мы же договаривались не соваться в банки напролом!
— Это, конечно, авантюра на грани фола, но у меня уже пару раз такой трюк выгорал. Дело в том, что у кассиров во всех банках есть четкая служебная инструкция: в случае налета, ради предотвращения кровопролития, беспрекословно отдавать деньги. Ты просто подойдешь к окошку и протянешь записку. Текст простой: «Это ограбление. Дернешься к кнопке — стреляю. В зале полно моих людей. Гони сто тысяч».
— И это всё? — нервно рассмеялась Кэт. — И ты серьезно думаешь, что она без вопросов выложит мне сто тысяч?
— Девяносто шансов из ста, — уверенно кивнул Джон. — Если что-то пойдет не так, просто стреляешь в потолок и делаешь ноги. Я подстрахую у входа: если охранник дернется — я его вырублю. Полиция в любом случае приехать не успеет. Главное, выбрать отделение подальше от центра.
— Нет, Джон, — наотрез отказалась Кэт. — Это какой-то абсурд! Ты меня просто подставляешь!
— Я бы никогда не стал рисковать тобой, если бы не проверил этот трюк лично. Когда она выдаст наличные и ты выйдешь, кассирша, конечно, нажмет тревожную кнопку. Но к этому моменту мы уже уедем на такси. Я сам его вызову, машина будет ждать у дверей.
— Но ты ведь тоже засветишься? В залах везде стоят камеры.
— Я уверен, что мне даже не придется заходить внутрь. Ну же, смелее, девочка.
Кэт шла к операционному окошку небольшого, затерянного в спальном квартале банка. Её руки крупно дрожали. Она пристроилась в очередь за пожилым посетителем, а когда подошла её минута, молча протянула кассиру листок бумаги. Из широкого рукава её плаща едва заметно выглядывало вороненое дуло пистолета. Молоденькая девушка за стеклом взяла записку и быстро пробежала глазами по строчкам. На мгновение она растерялась и испуганно уставилась на Кэт.
— Я не шучу, — тихо, но жестко обронила Кэт.
Кассирша медленно потянулась рукой куда-то под прилавок. У Кэт болезненно екнуло сердце. Однако сотрудница банка просто доставала из сейфа плотные банковские пачки. Отсчитав ровно десять штук, она выложила их на лоток перед Кэт. Девушка одним движением смахнула деньги в портфель и быстрым шагом направилась к выходу. У дверей банка действительно урчало мотором такси, на заднем сиденье которого уже сидел Джон. Дверца захлопнулась, и машина резко рванула с места.
— Мне нужно срочно выпить, — выдохнула Кэт, стоило им запереться в номере. — Меня до сих пор колотит. Как она на меня посмотрела… Я думала, со страху прямо там расплачусь. Джон, но это же так просто и так невероятно!
— Пользоваться этим фокусом можно лишь изредка, и никогда не запрашивай слишком крупные суммы, — поучал её Джон. — Сто тысяч — это лимит, который у кассира всегда лежит под рукой в операционной кассе. Если бы ей пришлось подниматься и идти в главное хранилище, пиши пропало.
— Всё равно в голове не укладывается, — Кэт нервно мерила шагами комнату. — Мы рисковали головой у ювелиров, тратили кучу времени и получали жалкие десять-двадцать тысяч. А тут мне просто выдали сто тысяч по обычной бумажке! Так можно вообще все банки в округе растрясти?
— Всегда может найтись сотрудник, который нарушит инструкцию, запаникует и нажмет кнопку прямо при тебе. На это нужно всегда делать жесткую скидку.
В номер принесли заказанное шампанское, и Кэт, практически в одиночку, жадно осушила всю бутылку, снимая дикий стресс.
— Вечереет, — Джон взглянул на часы. — Пора выдвигаться на банкомат.
Очередное такси довезло их до окраины и высадило возле электромеханической мастерской. Железные роллеты на въезде были полуспущены. Дождавшись, пока машина скроется за поворотом, Джон натянул маску. Они с Кэт пригнулись, перехватили пистолеты и скользнули под козырек внутрь ангара. За верстаком стоял парень лет тридцати. Увидев вооруженных людей, он смертельно побледнел.
— Не убивайте! Я отдам вам всю месячную выручку, — задрожал механик, судорожно выворачивая карманы комбинезона. — Больше ничего нет, клянусь, поверьте!
— Твои гроши нам не нужны, ты нужен нам для другого дела, — хмуро остановил его Джон. — Машина на ходу у тебя есть?
— Вот эта ходит… Только мотор быстро перегревается, — парень почему-то перешел на испуганный шепот, косясь на старый грузовичок в углу.
— Кто-нибудь еще есть в боксе? Или, может, должен прийти хозяин?
— Нет, я один здесь работаю, в ночь остался. Только не стреляйте, пожалуйста, — он был до смерти напуган эффектом неожиданности.
— Собирай все инструменты, поедешь с нами на дело, — жестко и грубо приказал Джон. — Если всё пройдет гладко, еще и заработаешь.
— А делать-то что нужно? — заикаясь, спросил парень.
— Вскрыть банкомат. Тот самый, что в трех кварталах отсюда.
— Я знаю его, сам там наличность снимаю… Подождите, я сейчас, я быстро, — механик лихорадочно забегал по боксу, швыряя в кузов грузовичка тяжелые инструменты. — Вроде всё взял, — он растерянно почесал затылок и снова со страхом уставился на вороненые стволы.
Они сели в кабину и выехали в ночь. До глухого переулка добрались за считаные минуты. Поздним вечером окраина Тулузы казалась вымершей — вокруг ни единой души. Зайдя в стеклянный павильон с ломом, гвоздодером и тяжелой кувалдой, парень споро взялся за работу. Джон изредка помогал ему, налегая здоровым плечом. Кэт стояла чуть поодаль, слегка хмельная после выпитого шампанского, но крепко сжимала в руке пистолет. На удивление быстро, всего через пять минут, массивный сейф банкомата с треском вывалился из пластиковой обшивки стены. За ним потянулись шлейфы порванных кабелей и проводки. Вдвоем с Джоном они волоком потащили железный ящик к машине, пока Кэт удерживала открытой заднюю дверь.
— Никогда бы не подумал, что эти чертовы коробки такие неподъемные, — тяжело дыша от натуги, процедил Джон.
Они с грохотом закинули сейф внутрь. Корма грузовичка заметно осела, а из кузова во все стороны сиротливо торчали оборванные провода.
— Обратно в мастерскую! — скомандовал Джон, запрыгивая в кабину.
Они успели отъехать вовремя — со стороны центра уже доносился нарастающий вой полицейских сирен.
— Сигнализация всё-таки сработала, — заметила Кэт, оглядываясь назад. — Рисковое дело. Задержались бы еще на пару минут — и приплыли.
Грузовик влетел в знакомый ангар, и механик поспешно опустил за собой железную штору.
— Теперь у тебя есть время до утра, чтобы распотрошить эту жестянку. Говорят, задачка не из легких.
Парень без лишних слов взялся за болгарку и автоген. Уже через час перед напарниками лежали ровные пачки денег.
— Пересчитай, Кэт, — попросил Джон, присаживаясь на верстак. — Нам спешить некуда. А тебе, друг мой, я вот что скажу. Хочешь — заявляй в полицию, хочешь — нет. Твое лицо в павильоне сто процентов попало на скрытую камеру. Но по записи будет прекрасно видно, что ты работал под дулом пистолета. Скажешь копам, что тебя похитили. Моего лица ты не помнишь, её — тоже с трудом, от страха всё из головы вышибло. Усек?
— Да, да, конечно… Я так и скажу, — лихорадочно закивал механик.
— Пятьдесят семь тысяч наличными, — объявила Кэт, закончив подсчет.
— Отсчитай ему семь тысяч за работу, и мы уходим.
— Прямо совсем… отпускаете? — не поверил своим глазам парень, когда Кэт вложила ему в испачканные мазутом руки толстую пачку купюр.
Джон и Кэт выбрались из мастерской через боковую дверь, поймали на проспекте ночное такси и вернулись в отель.
— Что ж, когда-то такая сумма показалась бы нам фантастической удачей, — констатировала Кэт, лениво перебирая оставшиеся деньги в номере.
— Это был просто эксперимент, — отозвался Джон. — Но больше соваться не стоит. Возни слишком много, выхлоп средний, да и третий лишний в нашем деле — всегда огромный риск. Пора сматывать удочки из Тулузы. Куда двинемся? Как тебе Марсель? Огромный портовый город, хоть на море напоследок поглядим.
— Давай в Марсель, — с удовольствием согласилась Кэт.

Глава 8. Марсель.

В Марсель они прибыли на следующий день к обеду. Сразу же устроились в роскошный отель на побережье. И Джон, верный своим нерушимым принципам, снова наотрез отказался брать один номер на двоих.
— Послушай, — Кэт присела на диван рядом с Джоном в его номере. — Я знаю, что ты обязательно навестишь парочку местных ювелиров, у тебя это в крови. Давай лучше сделаем это вместе, иначе я в четырех стенах с ума сойду от беспокойства. Выбирай цель сам.
— Кстати, у нас еще осталась доля камней из Тулузы, — оживился Джон. — Если ты готова составить компанию, я только за. Заодно скинем здесь старые остатки, у меня в Марселе есть надежный человек.
Разумеется, после этого последовал выезд в город на разведку. Напарники неторопливо кружили по центральным улицам, прицениваясь к витринам. Один магазин буквально запал Джону в душу. Заведение было крупным, солидным, но на входе дежурили сразу два крепких охранника.
— Не по зубам, — с ходу отрезала Кэт, оценив обстановку.
— А если включить голову? — прищурился Джон. — Если возьмем эту лавку, мне больше вообще ничего не понадобится, закрою весь дефицит. У меня предчувствие, Кэт. Зачем им держать двоих амбалов на входе, если у всех давно стоят тревожные кнопки? Мне кажется, хозяин просто не доверяет копам и решил положиться на частную силу. Посмотри, они оба при стволах.
— И всё равно это лотерея, пятьдесят на пятьдесят. Слишком высокий риск.
— Давай перехватим их в момент закрытия. Сначала зал покинут продавщицы, и только потом секьюрити начнут опускать железные загородки. Вот в эту самую секунду мы и проскользнем внутрь. Проползем, если надо.
— Хотела бы я посмотреть на это со стороны, — усмехнулась Кэт. — Но раз ты твердо решил, давай попробуем. Задача — каждому вырубить по одному охраннику. Без шума, не стрелять.
Магазин закрывался на обеденный перерыв ровно в два часа дня. Сотрудницы зала уже вышли на улицу. Изнутри поползла вниз тяжелая железная штора. Именно в этот миг Джон, на ходу натягивая маску, вместе с Кэт рыбкой протиснулся в сужающийся проем витрины. Первого охранника, который возился у пульта, Джон уложил отработанным ударом рукоятки сразу. Но второй дежурил в глубине зала и уже успел выхватить вороненый ствол.
Наступил миг глухого противостояния: двое налетчиков против одного бойца с наведенным пистолетом.
— Эй, парень, — спокойно и веско заговорил Джон. — Нас двое, ты один. У кого больше шансов остаться в этом зале навсегда? И главное — ради чего тебе умирать? За чужие побрякушки? Мы просто свяжем тебя, твой босс в такой ситуации слова против не скажет.
— Бросайте стволы, или я открываю огонь! — упрямо выкрикнул охранник, хотя его голос заметно дрогнул.
Джон осторожно сделал два шага назад. Одной рукой он продолжал держать цель на мушке, а второй нажал на кнопку пульта, опуская заграждение до самого пола. Зал погрузился в полумрак, отрезая их от улицы.
— Вдобавок ко всему, — мягко добавил Джон, — я лично выпишу тебе премию в пять тысяч франков за то, что ты просто положишь пистолет на пол.
Нервные переговоры длились еще минут пять, и парень наконец сдался. Кэт споро обмотала его руки прочным скотчем, затем они оттащили его к первому напарнику и намертво связали обоих.
— Кстати, Кэт, — ухмыльнулся Джон, поднимая оружие секьюрити. — У этих ребят стволы куда серьезнее наших старых пушек. Давай обновим арсенал. Только тщательно сотри отпечатки.
Так они и поступили. Теперь в руках у напарников были новенькие, мощные армейские пистолеты.
— Кнопка вызова полиции в зале есть? — Джон присел на корточки перед связанными.
— Нет, — буркнул один из них. — Нас вместо неё наняли.
— Видишь, Кэт, чутье старого волка меня никогда не обманывает, — весело подмигнул Джон напарнице. — А теперь за дело, вытряхиваем витрины!
Они обчистили все витрины, доверху набив два портфеля. Ценности, обнаруженные в подсобке, заняли еще один. Напарники уже собирались уходить, как вдруг в железную штору снаружи настойчиво постучали.
— Эй, Жак, Тони, открывайте! Это Люк, хозяин, — раздался резкий голос. Ситуация мгновенно стала критической.
— Спрячься, — едва слышно шепнул Джон Кэт. — Я сам его встречу.
Он нажал на кнопку пульта, приподнял заграждение и буквально втянул внутрь опешившего пожилого мужчину, с ходу наградив его жестким ударом под дых. Штора тут же с грохотом опустилась обратно.
— Джон, ты с ума сошел! — в панике прошипела Кэт. — Надо было делать ноги, а ты нас опять запер!
— С этого господина мы тоже снимем неплохие проценты, — хладнокровно отозвался он.
Когда владелец лавки немного пришел в себя, Джон бесцеремонно перехватил его за воротник и потащил вглубь помещения, в личный кабинет.
— Открывай сейф, — приказал он, уперев дуло пистолета прямо в лоб хозяину.
Старик, оценив холодный взгляд налетчика, спорить не решился и дрожащими руками полез за ключами. Внутри сейфа обнаружился плотный замшевый мешочек с бриллиантами и толстые пачки наличных.
— Помоги мне, Кэт! — крикнул Джон, сгребая ценности. — Здесь отличный куш. А теперь садись, — он жестко развернул хозяина к столу. — Выписывай чек на пятьсот тысяч франков. На предъявителя, разумеется. Или жизнь тебе недорога?
Владелец послушно открыл чековую книжку и быстро вывел нужную сумму. Джон вырвал листок и надежно спрятал в карман смокинга, после чего намертво связал хозяина скотчем.
— А теперь бежим! — скомандовал он Кэт.
Они взметнули заграждение вверх и выскочили на улицу в тот самый момент, когда из-за поворота с истошным воем вылетела полицейская машина с включенными маячками. Напарники едва успели перебежать на противоположную сторону дороги, как копы с зажатым в руках оружием уже штурмовали двери магазина.
— Даем деру! — Джон потянул Кэт за собой в лабиринт переулков. — До ближайшего банка. Надо успеть обналичить этот чек, пока его не аннулировали!
Крупный банк оказался всего в паре кварталов. Операционисты считали огромную сумму неприлично долго, заставив напарников сжечь миллион нервных клеток. Наконец, с четырьмя туго набитыми сумками они запрыгнули в проезжавшее мимо такси и рванули в отель.
— Откуда там взялись копы? — до сих пор не могла прийти в себя Кэт. — Ведь у охраны не было никакой тревожной кнопки!
— Кнопка была у хозяина, — мрачно пояснил Джон. — В какой-то момент, когда я его тащил, он успел незаметно нажать на неё. Нас спасла чистая минута, Кэт. Боже, спасибо, что пронесло…
Уже в номере они принялись лихорадочно пересчитывать добычу. Из сейфа Люка они забрали сто пятьдесят тысяч наличными, плюс полмиллиона получили в банке по чеку. К этому добавились чистейшие бриллианты — Джон навскидку оценил их не менее чем в миллион — и три сумки отборной ювелирки. О такой фантастической удаче можно было только мечтать.
Весь вечер Джон кропотливо сортировал камни. Затем, по своему обыкновению, оставил Кэт в отеле и уехал на вокзал к тайникам и скупщику. Назад он вернулся со сто двадцатью тысячами наличных.
— Алмазы тоже оставил в ячейке на вокзале? — с легкой иронией подколола его Кэт.
— А как же, — улыбнулся он. — Но ты не переживай, свою долю получишь сполна. Кэт, у меня на руках уже целых шесть миллионов! До Чикаго осталось собрать всего четыре.
— С учетом этого дела у меня на счетах скопилось больше миллиона, — тихо добавила Кэт. — Считай, что у нас уже целых семь миллионов, Джон.
— Как? — он растерянно замер посреди комнаты. — Причем здесь твои деньги?
— Джон, ты так и не заметил, как у нас всё стало общим, — Кэт подошла ближе и мягко посмотрела на него. — Я хочу, чтобы мы вместе собрали эти чертовы десять миллионов. А там — будь что будет.
— Нет, Кэт, — Джон нахмурился и упрямо покачал головой. — Мы не объединяли наш бизнес. Это нечестно по отношению к тебе.
— А я уже давно всё объединила, переведя вчера все свои деньги на твой счет, — лукаво улыбнулась она и порывисто повалила его на кровать. — А сейчас случится еще одно объединение. Оно совсем не страшное, но очень долгожданное…
Через два часа Джон чувствовал себя как выжатый лимон. Сил ни на что не осталось, и весь остаток дня они упоительно проспали, обнявшись на широкой постели.
— Чему ты обучишь меня сегодня? — с улыбкой спросила Кэт наутро, когда они проснулись уже вместе.
— Никакие миллионные авантюры в голову пока не лезут, — лениво задумался он, перебирая её волосы. — Кстати, мой местный скупщик промышляет еще одним крутым бизнесом — автомобилями экстра-класса. Ему пригоняют ворованные люксовые тачки, а в его подпольных мастерских механики перебивают номера и штампуют идеальные документы. Потом машины переправляют на пароме в Италию, где их охотно раскупают по сходной цене. За некоторые эксклюзивные экземпляры он готов выложить до ста тысяч наличными.
— Это намек на то, что мы займемся угонами? — приподняла бровь Кэт.
— Напрямую — нет, но попробовать стоит. Я на всякий случай уже договорился с Полем, куда именно подгонять товар.
— Поль — это твой марсельский перекупщик? Погляжу, у тебя в каждом городе свои люди припасены.
— Ну, не в каждом, но в крупных портах всегда есть связи — специфика профессии. Как-то раз я уже пригонял Полю одну тачку, но она оказалась серийной штамповкой, и я выручил всего двадцать тысяч. Ему же подавай редкие, особенные колеса. Охотиться на них лучше поздним вечером.
Весь день они провели, расслабленно гуляя по Марселю: заглядывали к именитым отелям, заходили в роскошные казино, где шутки ради спустили немного денег на игровых автоматах.
— Ради одной машины я бы рисковать не стал, да и тебе не советую, — заметил Джон, когда они вышли на набережную. — Придется плотно поработать всю ночь.
— И ты умеешь вскрывать замки и отключать сложные противоугонные системы? — удивилась Кэт. — Не думала, что у тебя есть технические таланты.
— Нет, милая, раз уж мы теперь действуем в тандеме, обойдемся без электроники. Запомни: у каждого элитного отеля дежурят парковщики, которые забирают машины у подъезжающих гостей. Нам просто нужно незаметно подменить одного из них. Но тут потребуется твой выход. Обычно богатый владелец выходит из салона и на автомате передает ключи парню в униформе, а тот гонит авто на стоянку. Так вот, твоя задача — буквально на пару секунд отвлечь настоящего парковщика. Его место займу я. Надену форменную кепку и маску — богачи любят такие шоу и эксцентричные приколы персонала.
— Но как мне его отвлечь? И откуда я узнаю, какой именно парковщик нам нужен? Ты же сам говорил, что их там несколько человек?
— Я буду караулить прямо на подъездной дорожке. Как только подам тебе знак — вешайся настоящему парковщику на шею, устраивай сцену ревности, делай что угодно! Главное, задержи его на мгновение, чтобы я успел перехватить ключи и прыгнуть за руль. А дальше — дело техники. Я отгоняю люксовое авто в отстойник к Полю и возвращаюсь за тобой на обычном такси, но уже, само собой, без маски.
— Ладно, я попробую, — Кэт крепко сжала его ладонь. — Только не бросай меня там одну, я буду очень ждать. На часах уже вечер, откуда начнем?
— Давай с отеля «Континенталь». Это совсем рядом отсюда. Задачу свою твердо запомнила?
Кэт согласно кивнула, и они неторопливо двинулись пешком по оживленной марсельской улице.
У парадного входа пятизвездочного отеля царило оживление — роскошные автомобили подъезжали и уезжали непрерывным потоком. Задача Джона заключалась в том, чтобы выследить в этой круговерти по-настоящему эксклюзивную, баснословно дорогую тачку. Примерно через полчаса удача улыбнулась ему: к ковровой дорожке плавно подкатил сверкающий суперкар, из которого вальяжно выбрался пижон в дорогом костюме. Джон коротко и выразительно кивнул напарнице. В ту же секунду на подъездной аллее появилась Кэт. Словно споткнувшись на высоких каблуках, она с тихим ойканьем порывисто повисла на шее одного из дежурных парковщиков.
Пока парень пытался удержать внезапно упавшую на него красавицу, Джон быстрым шагом приблизился к владельцу суперкара. Тот, даже не повернув головы в сторону фальшивого служащего, небрежно швырнул ему в руки связку ключей и уверенно зашагал в лобби отеля. Не теряя ни секунды, Джон скользнул в низкое кожаное кресло салона и резко повернул ключ в замке зажигания.
— Эй, мисс, осторожнее! — наконец аккуратно высвободился из объятий Кэт опешивший парковщик. Но драгоценное время было безнадежно упущено — угнанный автомобиль уже стремительно скрывался за поворотом.
Парень с криком бросился к стоявшему неподалеку у входа полицейскому, на ходу объясняя, что у них увели машину прямо из-под носа. Патрульный мгновенно выхватил рацию и объявил план перехвата. Джону требовалось за считаные минуты проскочить кордоны и загнать добычу в условленное место на окраине. С этой задачей старый волк справился виртуозно.
— Ого, давненько я не видел таких хищников! — присвистнул подручный скупщика Поля, отворяя массивные ворота глухого бокса. — Настоящий «Ламборгини»! Фантастическая вещь.
Он тут же набрал номер босса, коротко отчитался и выдал Джону плотную пачку из десяти тугих банковских перевязей — ровно сто тысяч долларов.
— Если поймаешь еще что-то подобное — пригоняй, не задумываясь, — ухмыльнулся мастер на прощание.
Джон благополучно вернулся на обычном такси к отелю «Континенталь» и подобрал ждавшую его Кэт.
— Стольник! — с азартным блеском в глазах похвастался он наличными в салоне машины. — Редчайший коллекционный экземпляр, нам сказочно подфартило. На тебя подозрение не пало?
— Всё чисто. Я разыграла классическую драму с потерянной туфлей, — задорно улыбнулась Кэт. — Куда держим путь теперь?
— К центральному казино. По полицейской волне уже наверняка передали ориентировку на «Ламборгини», у главного входа «Континенталя» сейчас копы будут смотреть в оба глаза.
У ярких неоновых вывесок казино толпился народ. Провернув точно такую же изящную схему с отвлечением внимания, Джон играючи угнал роскошный «Порше». Однако в мастерской за него отсчитали всего пятьдесят тысяч и вежливо попросили в следующий раз пригнать что-нибудь более статусное.
Ближе к трем часам ночи у дверей фешенебельного отеля «Метрополь» притормозил шикарный «Кадиллак». Но водитель лишь высадил пассажиров из салона и, не глуша мотор, сразу уехал. Джон с досады сплюнул сквозь зубы. И только под самое утро, когда небо над Марселем начало сереть, к подъезду подкатила ослепительно красная «Феррари». На этот раз всё прошло как по нотам. За итальянский суперкар Джону без лишних слов отстегнули семьдесят тысяч, и уставшие напарники со спокойной совестью поймали попутку, чтобы наконец поехать домой и выспаться.
Однако стоило их такси остановиться у дверей собственной гостиницы, как следом за ними на парковку эффектно вылетела мощная, ревущая мотором спортивная машина новейшей модели. Времени на хитроумные планы и уговоры Кэт уже не оставалось. Действуя на чистом адреналине, Джон пулей выскочил из салона, подлетел к принимающему авто парковщику и с ходу жестко врезал ему коленом в живот. Тот со стоном согнулся пополам. Джон вырвал ключи у него из рук, прыгнул за руль и нажал на газ, оставив Кэт одну на тротуаре.
Через час к их общей ночной кассе добавились еще восемьдесят тысяч долларов. Джон вернулся в отель на перекладных и зашел к себе. Кэт в панике и ярости нервно мерила шагами комнату.
— Ты совсем рассудок потерял?! — Кэт с размаху хлопнула руками по бедрам, едва за ним закрылась дверь. — Кто ворует там, где живет?! Теперь копы перевернут этот отель вверх дном! Нам придется немедленно сматываться из города!
— Не паникуй, всё прошло слишком быстро, никто толком ничего не понял, — попытался успокоить её Джон. — На нас копы даже не подумают, постояльцы дорогого отеля вне подозрений. Зато прикинь: за одну ночь мы подняли целых триста тысяч! Правда, на этом автомобильный промысел закрыт. Теперь в Марселе все будут настороже. Пора сматывать удочки. Завтра же переедем, только вот куда? Я бы предложил вернуться в Париж, перевести дух недельку, а потом прокатиться по тихой провинции. Там в мелких городках тоже есть чем поживиться.
— В Париж? — Кэт уставилась на него округлившимися от изумления глазами. — И что мы там станем делать? Ты опять за старое? Соскучился по своему Барни?
— Мы порядком исколесили всю страну, Кэт. Пора бы хоть ненадолго вернуться к родному очагу.
— Джон… а у тебя родители есть? — вдруг тихо спросила она.
— Черт их знает, — неопределенно буркнул он, отводя взгляд. — Оба трудились в Национальном банке. В один прекрасный день они увели оттуда миллион и просто испарились, оставив мне старый дом и кучу долгов. Я там, естественно, не появляюсь — полиция до сих пор пасет этот адрес. А твои?
— Я детдомовская, — коротко отрезала Кэт.
— Что ж… выходит, мы оба круглые сироты. Ладно, давай спать. Завтра летим в столицу.

Глава 9. Париж.
В Париже их самолет приземлился ровно в полдень. Перетащив внушительный багаж в очередной пятизвездочный отель, напарники без сил повалились на широкую кровать.
— Честно скажу, скрывать не стану: руки так и чешутся прижать пару-тройку хороших ювелирных бутиков, — наконец нарушил молчание Джон.
— Кто бы сомневался, — ухмыльнулась Кэт. Она лениво пролистывала ворох свежей прессы, которую заказала в номер. — Гляди, Джон, Выставка регионального ювелирного искусства. Тебя такое интересует? Правда, это в самом центре. Выставляются лучшие мастера Франции.
— Не особо, — покачал он головой. — Там наверняка будут сплошь именные, штучные вещи.
— Странно. Но ты ведь именно такие и собираешь для своей чикагской коллекции?
— Да, но… по уникальным вещам нас легче всего вычислить и повязать. Хотя мысль любопытная. Где это проходит?
— В галерее Ришара. В эти выходные. Пишут, что привезут очень много старинных изделий с бриллиантами.
— А вот алмазы я люблю, — Джон оживился и придвинулся к ней поближе. — Ну что, Кэт, рискнем? Возьмем эту галерею?
— Ты с ума сошел! — Кэт испуганно отпрянула. — Я предложила просто сходить посмотреть!
— А чего на них смотреть? Пришли, увидели, забрали.
— Но там же будет филиал ада из охраны! — заволновалась она. — У галереи Ришара четыре выхода на разные стороны улиц, и во время работы их наглухо блокирует полиция. На ночь залы запираются мощными железными решетками, а внутри дежурит круглосуточная вооруженная охрана.
— Смотри, выставка продлится всего два дня, — уверенно заговорил Джон. — Все ювелиры будут свято верить, что их сокровища под надежной охраной. На ночь они просто опустят витринные заграждения, но вывозить товар никто не станет. Это случится лишь однажды — в ночь с субботы на воскресенье. Именно в эти часы нам нужно находиться внутри, причем в форме офицеров полиции. Достать мундиры — пустяковое дело: сегодня же выследим патрульную машину на окраине и просто их разденем.
— Да, но как быть с рациями, позывными? Нас ведь сразу раскусят!
— К черту позывные. Мы повесим рации на пояса, натянем экипировку, и в этой суматохе нас никто не отличит от сотен других копов.
— Ну, предположим, — заволновалась Кэт. — А где мы спрячемся, чтобы переждать ночь, и как выберемся утром? Не забывай: если мы обчистим залы, добычи наберется минимум на четыре увесистых чемодана.
— Заранее арендуем фургон без водителя, якобы для съезда одного из участников. А мы, как патрульные, будем сопровождать груз. Для этого нам нужен сообщник среди экспонентов — хозяин какой-нибудь лавки, который согласится подыграть.
— И где мы, интересно, найдем такого безумца?
— Придется щедро делиться, — вздохнул Джон. — В субботу на открытии мы вычислим самого жадного ювелира, хотя они там все за копейку удавятся. Нацелимся на владельца скромного провинциального стенда. Пойдешь со мной, говорить будем вместе.
— Как скажешь, Джон. Надеюсь, ты действительно всё просчитал.
Поздним вечером они уехали на такси в глухой пригород Парижа. Джон уверенно поднял руку, останавливая первый попавшийся патрульный автомобиль. Как назло, за рулем сидела молодая девушка-офицер, а рядом — её напарник.
— Нас только что обокрали! — с фальшивым возмущением крикнул Джон, бросаясь к машине.
В ту же секунду Кэт бесшумно выросла у водительского окошка и в упор приставила пистолет к виску девушки. Джон мгновенно проделал то же самое с парнем. Первым делом напарники разоружили копов, заставили их отъехать в темный заброшенный тупик и без лишних церемоний заставили раздеться. Бедолаги сгорали от стыда, особенно смущалась девушка. Оставив патрульных в нижнем белье запертыми в машине, Джон и Кэт сгребли форму, быстро выбежали на освещенный проспект и поймали попутку.
— А девица-коп примерно твоего сложения, — ухмыльнулся Джон в салоне такси, разглядывая трофеи. — Грудь, правда, маловата.
— Зато на мне этот мундир будет сидеть так, что все мужчины шеи свернут, — парировала Кэт.
— Вот этого как раз и не надо. Наша задача — прикинуться серыми мышками и слиться с толпой.
Наступила суббота. Переодевшись в полицейскую форму и закрепив под мышками рации, напарники уверенно покинули отель.
К галерее Ришара они прибыли в самый разгар официального открытия. Вокруг дежурили десятки настоящих жандармов. Огромное пространство павильона разбили примерно на пятьдесят изолированных боксов, каждый из которых занимал отдельный ювелирный дом. Все участники постарались выложить на витрины свои самые роскошные, баснословно дорогие шедевры. Выставка была неоднородной: всемирно известные бренды оккупировали сияющий центр, а самые скромные, провинциальные мастера теснились на глухих окраинах галереи. Именно к одному из таких неприметных стендов и направились Джон с Кэт. В глубине каждого бокса была обустроена крошечная подсобка, где бдительно караулил сам владелец.
— Пьер, — сдержанно представился Джон.
— Мари, — Кэт вежливо кивнула и протянула руку.
Они сидели в тесной подсобке бокса напротив тучного мужчины с карикатурным утиным носом.
— Поль, — хозяин стенда грузно откинулся на спинку стула. Он явно не понимал, что понадобилось двум патрульным в его скромном отделении.
— Мы можем поговорить абсолютно начистоту? — спросил Джон, подавшись вперед. — Дело крайне конфиденциальное, но сулит колоссальную прибыль.
— Тогда вы точно пришли по адресу, — коммерсант хищно прищурился.
— Дело в том, что по нашим закрытым каналам прошла информация: сегодня ночью вся эта выставка будет вычищена до последнего камня, — почти шепотом произнес Джон. — Но у вас есть уникальная возможность не только гарантированно спасти свои ценности, но и бесплатно прихватить весь товар вашего ближайшего соседа.
— Да ну? — толстяк недоверчиво хмыкнул. — И откуда у простых жандармов такие сведения?
— Мы ведь из полиции, Поль. К тому же у нас есть свои, очень специфические источники. Вопрос в другом: сумеете ли вы завтра рано утром оперативно вывезти свои изделия вместе с соседскими, которые мы вам лично передадим? Фургон уже арендован и будет ждать у входа. Добычи наберется примерно на шесть-восемь чемоданов. Разумеется, большая часть куша — наша, но сохранность вашей доли мы берем на себя.
— То есть вы в доле с налетчиками? — округлил глаза ювелир.
— В этой системе многие работают на них, когда на кону такие миллионы, — цинично отрезал Джон.
— Да-да, конечно… Что ж, спасти свое и поживиться за чужой счет — я только за. Что от меня требуется?
— Ближе к вечеру отпустите свою продавщицу пораньше. Когда начнется общая суматоха с закрытием, вы просто спрячете нас двоих у себя в подсобке. А утром первым делом займемся погрузкой. Ваш бокс самый крайний к выходу, фургон встанет прямо напротив дверей. Дело на пару минут.
— А если меня на выезде прижмет охрана и спросит, почему всех кругом обчистили, а мой стенд не тронули?
— Никто вас не прижмет, мы будем сопровождать машину. В крайнем случае скажете, что до вашего угла грабители просто не успели дойти. А если копы заинтересуются чемоданами — твердите, что вывозите свой нераспроданный товар. Договорились?
— Почти, — Поль жадно облизнул губы. — А вы не могли бы вдобавок приплюсовать мне витрину Роше, того, что прямо напротив? Ну, если это, конечно, вас не затруднит…
— По рукам, сделаем и Роше. Но и вы будьте расторопны. И учтите, Поль: вздумаете заявить властям — над вами в лучшем случае посмеются, а в худшем… Ну, вы понимаете, организаторы налета свидетелей не оставляют.
— Да что вы, боже упаси! — затряс щеками толстяк.
— Тогда до вечера. Как только выставка начнет закрываться, гасите свет, опускайте решетки, но замок изнутри не запирайте. Мы зайдем.
— Ну и дела… — у Поля буквально отпала челюсть от открывшихся перспектив. — У меня в кармане товар еще двух магазинов! Сказочное везение!
Тем временем к противоположному крылу галереи Ришара уже плавно подкатил арендованный Кэт незаметный мини-фургон. Водителя внутри не было, ключи сиротливо покачивались в замке зажигания. Машина ждала своего часа.
Днем они съездили в торговый центр, купили восемь больших разноцветных чемоданов и до вечера просидели в арендованном фургоне. Когда выставка начала постепенно сворачиваться, Джон и Кэт незаметно шмыгнули в бокс к Полю, поочередно затаскивая чемоданы в его подсобку.
— Ну всё, я опускаю заграждения и ухожу, — нервно сглотнул толстяк. — Кстати, где будет моя доля и товар соседа?
— В синей спортивной сумке. Она будет лежать на полу в кабине. Фургон найдете на противоположной стороне улицы, замок открыт. Забирайте сумку и валите из города.
— Да, но я на всякий случай уже собрал весь свой стенд и увожу его с собой, — буркнул ювелир.
— Не доверяете? — усмехнулся Джон. — Что ж, ваше право. Зато в синей сумке будет всё до последней броши из двух обещанных павильонов.
Они крепко ударили по рукам. Джон с Кэт затаились в крошечном кабинете толстяка, тот погасил свет и опустил наружную штору.
Прошел час, и в галерее Ришара воцарилась глухая тишина. Напарники уже собирались выбраться наружу, как вдруг по щелям заграждения скользнул резкий луч света. Они едва успели упасть на пол.
— Черт, они всё-таки оставили дежурный патруль внутри! — тихо выругался Джон. — Интересно, сколько их там.
— Что будем делать? — прошептала Кэт.
— Ждать. Надо, чтобы они немного притупили бдительность. Выберемся ближе к полуночи и отключим их по одному.
Сидеть в засаде пришлось еще три томительных часа. В полночь Джон аккуратно, без лишнего шума приподнял штору настолько, чтобы можно было проскользнуть под ней на животе. Он вылез первым и помог выбраться Кэт. В кромешной тьме залов дежурных жандармов можно было вычислить только по пляшущим отблескам фонариков. Один как раз неторопливо двигался в их сторону, а второй был далеко, в противоположном крыле здания.
Джон бесшумно, словно тень, подобрался к первому охраннику со спины и точным ударом рукоятки пистолета вырубил его. Затем они быстро свернули в центральную галерею и точно так же нейтрализовали второго.
— Пятый, восьмой, я первый! Доложите обстановку на точках, — внезапно зашипела рация на поясе лежащего копа.
Джон спокойно перехватил аппарат и самым будничным, усталым тоном произнес в эфир:
— Первый, на точках всё спокойно. Тишина полная, спать хочется — сил нет.
— Не усните мне там до утра! — рассмеялся старший офицер на том конце провода, и связь прервалась.
После этого началась настоящая, изнурительная работа. Напарники начали с самого центра выставки, где сияли стенды мировых брендов. Они до отказа набивали разноцветные чемоданы бриллиантами и сразу переходили к следующему боксу. Джон действовал отлаженно: тяжелым молотком сбивал навесные замки и одним рывком поднимал защитные шторки витрин.
Они закончили колоссальный налет лишь в четыре часа утра, не забыв доверху упаковать покойному Роше и соседу Поля его синюю сумку. Перетащив весь улов в подсобку к своему сообщнику, они бессильно прислонились к стене.
— Первая часть сделана. Остается самое сложное — вывоз.
В десять утра шторы павильонов начали шумно подниматься. Джон и Кэт сжались в углу подсобки. К выставке уже начали съезжаться первые заспанные ювелиры. Восемь чемоданов и синюю сумку они загрузили в фургон за считаные минуты, но в самый пикантный момент к машине неторопливо направился дежурный офицер полиции с блокнотом.
— Сворачиваетесь? — удивленно приподнял он бровь. — А почему так рано, уважаемый? Сегодня же воскресенье, самый ходовой день, вся публика повалит!
— Жена внезапно заболела, — моментально побелел от страха Поль, судорожно сжимая руль. — Срочно нужно возвращаться в провинцию… Вот и приходится.
— Бывает. Ну, счастливого пути, — козырнул коп и пошел дальше.
Поль остался на месте, чтобы для отвода глаз сделать вид, будто пересчитывает коробки, а Джон с Кэт уже вовсю мчались на арендованной машине к своему отелю. Сдав багаж портье и попросив немедленно поднять его в номер, они отогнали фургон на обещанную улицу, оставив в кабине синюю сумку с миллионным товаром.
Боже, что там уже творилось! К галерее Ришара со всех сторон слетались машины с сиренами, квартал экстренно оцепляли, обворованные ювелиры кричали, стоял неописуемый хаос. Поймав попутное такси, напарники тихо вернулись в свою гостиницу. Их комната была до потолка заставлена яркими чемоданами.
— Ну вот и всё, девочка, — устало усмехнулся Джон, глядя на эту гору сокровищ. — Такого грандиозного куша даже я в самых смелых мечтах не мог себе представить. Теперь самое трудное — рассортировать всё это богатство. Изделия здесь просто уникальные, высший свет Франции!
— Ты заслужил это, Джон. Пусть не кража века, но авантюра с большой буквы — точно! Давай, я помогу тебе с сортировкой.
Они закончили кропотливую работу только к вечеру. Джон отобрал для своей чикагской мечты три чемодана из восьми, причем над некоторыми уникальными вещицами он буквально горевал, бережно откладывая их в сторону.
— Попроси портье загрузить оставшиеся пять чемоданов в такси и вези их к Барни, — распорядился Джон. — А я с этими тремя съезжу на вокзал. Надеюсь, они поместятся в автоматические ячейки.
На вокзале Джону с трудом, но удалось втиснуть громоздкие чемоданы в камеры хранения. Он тщательно зафиксировал в блокноте номера ячеек и секретные коды.
Кэт тем временем добралась до особняка Барни. Старому скупщику вместе со своим подручным пришлось лично помогать ей с разгрузкой. Впервые в жизни Барни выплатил такую астрономическую сумму наличными — целых четыреста тысяч долларов. Он хитро хихикнул:
— Уже крутили экстренный выпуск по телевизору. Обчистили Выставку ювелирного искусства! Далеко пойдете, ребятки.
Кэт промолчала, хладнокровно упаковала пачки банкнот в один из пустых чемоданов и вернулась в отель, где её уже с нетерпением поджидал Джон. Напарники без сил рухнули на кровать и мгновенно отключились. На следующее утро Кэт уже вовсю изучала свежие газеты.
— Поля взяли, — огорошила она проснувшегося Джона. — Во всем обвиняют его одного. В байки про подкупленных полицейских копы, естественно, не верят. С поличным взяли, прямо с товаром из двух соседних боксов. Так ему, жадному борову, и надо!
— А про нас что пишут? — Джон рывком сел на постели.
— Ничего конкретного. Вот только Поль подробно описал наши приметы. Смотри, Джон, я-то меняю парики и макияж как перчатки, а вот над тобой тучи явно сгущаются.
— Мы оба оставили слишком много следов за это турне, — хмуро признал Джон. — Учитывая наше тюремное прошлое, картотека у интерпола уже горит. Копы наверняка сидят на хвосте, но пусть сначала попробуют поймать. Сколько у нас чистых наличных на счетах?
— Почти восемь миллионов, — Кэт присела рядом. — Джон, а нам обязательно иметь именно десять? И как ты вообще планируешь получить вид на жительство в Штатах, да еще и легально ввезти туда такую гору контрабандных ценностей?
— У меня есть надежные связи в Америке, эта идея родилась не на пустом месте, — Джон мягко обнял её. — Но за подлинные документы, чистую биографию и грин-карты посредники требуют миллион. Открыть магазин можно и скромнее, не спорю, но нужен еще миллион на твой официальный переезд. На саму аренду здания в Чикаго я планировал пустить пять миллионов — тогда это будет по-настоящему шикарный салон с отменным, эксклюзивным товаром. Плюс обязательная страховка — миллион долларов.
— Страховка? Миллион?! Зачем она тебе? — округлила глаза Кэт.
— Если грабим мы, то рано или поздно придут грабить нас. Я не хочу в один прекрасный день потерять всё, что собирал по крупицам столько лет. К тому же потребуется еще миллион, чтобы теневыми каналами переправить в Штаты все отложенные драгоценности и полностью легализовать их там. Кэт, дорогая, я кожей чувствую, что нам наступают на пятки. Мы слишком громко заявили о себе во Франции, никакая маска меня больше не спасет. Я не хочу обратно за решетку. Нам осталось добыть ровно два миллиона, и мы вольны как птицы. Американское правосудие до нас не дотянется, а французская полиция в Чикаго бессильна. Давай хорошенько подумаем, где нам сорвать этот финальный куш.

Глава 10. Два миллиона.

В номере воцарилась звенящая тишина. Каждый глубоко погрузился в свои мысли.
— Надо брать банк, — наконец, нарушил тишину Джон. — Только там мы сможем одним махом добрать оставшиеся два миллиона. И брать придется по-серьезному, потрошить само хранилище.
— Ты с ума сошел! — Кэт вскочила с кровати. — В таком безумии я не участвую!
— А я тебя и не заставляю. Отдыхай, а мне нужно как следует подготовиться. Я, как ты понимаешь, за решетку не тороплюсь.
— Джон, одумайся, — Кэт подошла ближе, в её глазах заблестели слезы. — Всё ведь шло так гладко, и на самом финише… Нас там просто пристрелят!
— Нас могли убить уже раз десять, но мы выжили. Выкручусь и в этот раз. Собирайся, съездим на природу, проветримся.
— В каком смысле? — не поняла она.
— Когда я был пацаном, родители пару раз возили меня в усадьбу моего двоюродного дяди. У него огромное поместье, правда, далековато от Парижа, но на колесах обернемся быстро. Его зовут Пьер, дай бог, чтобы старик еще был жив.
— А что нам у него нужно? Как это связано с делом?
— Объясню по дороге, — Джон поднялся.
Они доехали за два часа. Дядюшка Пьер, как выяснилось, коротал век в полном одиночестве среди огромных пустых комнат. Он не сразу признал в племяннике Джона, но, осознав, кто перед ним, крепко и радостно обнял. Вечер прошел за сытным столом и долгими воспоминаниями.
— Дядюшка, — обратился Джон к старику посреди беседы, — можно я оставлю у вас мою невесту на пару недель? У вас ведь найдется для нее свободный угол?
— Да я ей полдома отдам! — просиял Пьер. — Конечно, оставляй! Мне хоть веселее будет, а то совсем одичал тут. Сам буду для нее готовить, баловать разносолами.
— Спасибо, вы очень добры, — мило улыбнулась Кэт и под столом со всей силы наступила Джону на ногу.
— Зачем мне эта глушь?! — накинулась Кэт на Джона, стоило дядюшке уйти отдыхать. — Что за конспирация?
— Кэт, это место не знает ни одна живая душа, даже копы. Здесь мы обустроим секретный пункт сбора перед отправкой в Штаты. Я дам тебе список. Там расписаны названия городов, номера вокзальных ячеек и секретные коды. Будешь аккуратно колесить по Франции и собирать всё, что я скопил за эти годы. А я тем временем добуду последние два миллиона.
— Нет, милый, я передумала, — Кэт твердо посмотрела ему в глаза. — Раз уж идти на дно, то вместе. Я полезу с тобой в этот чертов банк.
— Только не думай, что я рвану туда завтра же. Мне нужна минимум неделя на разведку и подготовку. А ты пока можешь начать с тех трех чемоданов из Бреста, которые я вчера запер на вокзале. Остальные тайники не такие громоздкие. Машины возьмем напрокат. Одну я уже оформил, завтра выберем колеса для тебя.
Они тепло попрощались с дядюшкой и вернулись в Париж. Джон подобрал для Кэт юркое, надежное «Рено», и девушка пару дней осваивалась, уверенно гоняя по столичным улицам. Наконец настал день расставания.
— Будь хорошей девочкой, — попросил её Джон, прощаясь у отеля. — Начинай потихоньку свозить вещи к дяде. Нас ждет великое будущее, Кэт. А я займусь финальным аккордом.
Оставив Кэт выполнять её часть плана, Джон забрал её «Рено» и отогнал в знакомую подпольную автомастерскую. Механики выбросили из багажника запасное колесо, полностью срезали обшивку, приподняли фальшпол и соорудили под ним огромный тайный отсек для перевозки ценностей. Эта ювелирная работа заняла долгих два дня.
Затем он отправился в специализированный салон, где его побрили налысо и подобрали парик, до мельчайших деталей похожий на его прежнюю шевелюру. В магазине косметики Джон набрал грима, добродушно соврав продавщице, будто готовится к роли на карнавале в детском саду у сына. Следующим шагом стал профессиональный магазин альпинистского снаряжения, где он придирчиво выбрал прочные тросы, карабины и обвязку. Джон еще долго рыскал по злачным закоулкам окраин, пока через старого знакомого не раздобыл бывший в употреблении укороченный автомат Калашникова — идеальное оружие для ближнего боя в замкнутом пространстве.
Когда неделя подготовки подошла к концу, Джон пешком обошел финансовый центр Парижа, выбирая идеальную мишень. Наконец он замер перед нужным зданием. Сквозь огромные панорамные стекла операционный зал просматривался как на ладони. Увиденным Джон остался полностью доволен. Сев за руль, он на всех парах помчался к усадьбе дяди Пьера, куда как раз вернулась Кэт из своей масштабной поездки.
— Джон, я исколесила всю Францию вдоль и поперек и подчистила все ячейки по твоему списку, — выдохнула она, бросаясь к нему на шею. — Более того, я купила десять прочных чемоданов и аккуратно упаковала туда всю ювелирку. Комар носа не подточит, можешь быть спокоен.
— Десять чемоданов сокровищ? — не поверил своим ушам Джон. — Ну я и счастливчик! Ладно, девочка, завтра мы идем на финальное дело. Слушай меня предельно внимательно. Твое «Рено» мы заранее пригоним на подземный паркинг высотного бизнес-центра компании «Рено» и оставим как можно ближе к лифтовой шахте. Когда мы станем уходить от погони, я на своей машине ворвусь прямо на пандус офиса и высажу тебя у центрального входа к лифтам. Их там четыре штуки, хоть один да окажется свободен. Ты мгновенно спускаешься на подземную стоянку, прыгаешь в свою машину, поднимаешь фальшпол багажника и набиваешь тайник деньгами. Места там с избытком. Сверху для отвода глаз кинешь обычную дорожную сумку, сбросишь парик, сотрешь грим и спокойно выезжай через шлагбаум. Я думаю, к тому моменту весь квартал уже оцепят, но при поверхностном досмотре копы ничего в багажнике не найдут. Из Парижа на всех парах дуй к дядюшке Пьеру и жди меня там.
— А как же ты? — Кэт испуганно округлила глаза. — Нет, Джон, давай прорываться вместе!
— Делай строго так, как я говорю, и всё будет нормально, — жестко оборвал её Джон. — Я выберусь, в одиночку уходить сквозь кордоны всегда легче.
— Боже, ну когда же этот кошмар наконец закончится! — взмолилась она, прижимаясь к его груди.
— Завтра, Кэт. В банке я мгновенно беру на себя охрану, а ты жестко требуешь у кассира три миллиона. Как только баулы принесут, мы выходим, прыгаем в мою колесницу и рвем когти. Скрытые пути отхода я уже продумал. Всё будет зависеть исключительно от нашей секундной оперативности.
— Хорошо, дорогой, хорошо… — Кэт покорно кивнула, вытирая слезы. — Я всегда в тебя верила и ни разу не ошиблась. Я сделаю всё максимально быстро, обещаю.
— Кстати, я уже полностью опустошил наши тайные счета, — добавил Джон. — У нас на руках ровно восемь миллионов наличными.
— Но зачем тогда рисковать ради трех? Ведь ты сам говорил, что для Чикаго нам достаточно десяти?
— Лишний миллион — за твой подлинный новый паспорт, детка. Ты ведь летишь со мной на край света? За эту неделю я поднял все свои старые американские контакты. Всё готово, Кэт. Даже чемоданы с деньгами уже ждут отправки.
На следующий день, точно к открытию банка, в операционный зал вошли двое: рослый мужчина в длинном плаще и изящная блондинка с пышной копной волос. Пока посетители занимали очередь к кассам, Джон — а это был именно он — бесшумно вырос за спиной единственного охранника и жестко приставил пистолет к его виску. Секьюрити мгновенно осел от неожиданности. Джон споро связал ему руки за спиной и отшвырнул его табельное оружие в дальний угол.
— Всем на пол! Это ограбление! — что было сил рявкнул он на весь зал и молниеносным жестом выхватил из-под полы плаща укороченный автомат Калашникова, дав оглушительную очередь в потолок. Пыль и штукатурка посыпались на головы замерших людей. Джон коршуном подскочил к управляющему: — Живее! Три миллиона в мешок для этой девушки!
— Да, да, конечно… — директор банка побледнел и испуганно закинул руки за голову. — Я сам, лично всё принесу, не стреляйте!
Однако выиграть время не удалось. Уже через десять минут на улице взвыли десятки сирен, а площадь перед банком заполнилась патрульными машинами с включенными маячками. Кто-то из сотрудников всё-таки успел нажать скрытую тревожную кнопку, и столичная полиция среагировала мгновенно.
— У нас заложники! — приоткрыв массивную входную дверь, прокричал Джон в мегафон. — Освободите путь вон тому автомобилю у тротуара, и мы уйдем мирно. Все останутся живы! В противном случае начнем ликвидировать заложников — по человеку в час!
— Ваши условия приняты! — раздался в ответ хриплый голос из полицейского громкоговорителя. — Никого не убивайте, мы расступаемся!
Джон вернулся в зал. Перепуганный управляющий уже притащил увесистый инкассаторский баул, лихорадочно пересчитывая пачки. Когда финальная сумма была согласована, Джон снова крикнул в щель входной двери:
— Дайте коридор для двоих, иначе мы разнесем здесь всё!
С автоматом Калашникова наперевес напарники на секунду показались в дверях. Оцепление послушно расступилось, освобождая им узкий проход к машине Джона. Они с размаху бросили баул в багажник, запрыгнули в салон, и Джон вдавил педаль газа в пол. Сзади, оглашая улицы ревом, за ними устремился хвост из полицейских машин.
Джон хладнокровно вел игру. На очередном перекрестке он резко выкрутил руль, сымитировал потерю управления и с оглушительным треском протаранил стеклянную витрину высотного бизнес-центра компании «Рено», затормозив в сантиметрах от лифтового холла.
— Беги! — скомандовал он.
Кэт пулей выскочила из салона, перехватила баул с миллионами и шмыгнула в первый же пустой лифт. Джон выскочил следом и рванул ко второй кабине. Но если Кэт сейчас стремительно спускалась на подземную парковку, то Джон нажимал кнопку верхних этажей.
Кэт действовала на пределе человеческих возможностей. Спустившись в подземный паркинг, она за секунды добежала до своего серийного «Рено». Сорвав с головы пышный парик блондинки, она превратилась в обычную девушку с короткой мальчишеской стрижкой. Деньги из баула она аккуратно перебросила в тайник под фальшполом багажника, сверху бросила неприметную дорожную сумку, стерла яркий макияж и завела мотор.
На выезде со стоянки её уже ждал заслон. Жандарм с готовым фотороботом в руках придирчиво заглянул в салон:
— Откройте багажник для осмотра!
Кэт послушно щелкнула замком. Полицейский бегло оглядел пустое пространство, пнул дорожную сумку и покачал головой:
— Нет, это не она. И багажник пуст. Проезжайте, мадемуазель.
Кэт плавно нажала на газ и выехала на оперативный простор.
Джону пришлось гораздо хуже. Его лифт звякнул на восьмом этаже. Он ворвался в технический туалет, сорвал парик и переоделся в форму офицера муниципальной полиции, которую они так вовремя отобрали у ночного патруля. Достав косметический карандаш, он несколькими точными штрихами нарисовал себе на лбу реалистичный глубокий шрам. В зеркале отразился совершенно другой человек. С альпинистским снаряжением наперевес он пробрался к вентиляционной шахте здания, отогнул оцинкованный лист железа, закрепил тросы за несущую балку и бесшумно скользнул по веревке прямо в глубокий внутренний двор-колодец.
Там оказалась техническая дверца. Джон спокойно отстегнул карабины, шагнул внутрь здания и нос к носу столкнулся с вооруженным жандармом из оцепления.
— Ты что здесь делаешь, сержант? — грозно прикрикнул тот, держа руку на кобуре. — Это моя точка!
— Ладно, приятель, без обид. Тогда я пошел на свою, — буднично буркнул Джон, поправил рацию под мышкой и уверенно зашагал мимо него по коридору к черному выходу. Через минуту он растворился в парижской толпе.
Оцепление он миновал без малейших проблем. На соседней оживленной улице Джон поймал такси, доехал до ближайшего пункта проката, оформил неприметный седан и на полной скорости помчался прочь из Парижа.
Какая это была встреча! Ворвавшись в поместье, Джон снова порывисто подхватил Кэт на руки и закружил её по комнате. Ему пришлось экстренно переодеться в гражданскую одежду, чтобы дядюшка Пьер не дай бог не застукал его в полицейском мундире. Из инкассаторского баула они быстро перефасовали свежие миллионы по дорожным сумкам, доверху забили багажники обеих машин чемоданами сокровищ и двинулись в путь. Напарники держали курс в сторону Парижа, но не к главному терминалу аэропорта, а к небольшому частному аэродрому на окраине, где базировалась малая авиация.
Охранник на КПП молча открыл ворота. Навстречу напарникам из ангара вышел подтянутый мужчина в дорогом костюме.
— А я грешным делом подумал, что ты задержишься или погоришь, — вместо приветствия буркнул он.
— И так выжимали из моторов всё, что могли, — отозвался Джон, глуша двигатель. — Перекинь багаж к себе, а еще лучше — подгони машину поближе.
Мужчина споро подогнал к самолету вместительный черный внедорожник.
— В этих сумках ровно три миллиона долларов, — Джон передал ему груз. — За трансатлантический перелет и два чистых паспорта, как и договаривались. Каков наш план действий на той стороне океана?
— До Чикаго долетите без проблем, правда, с парой технических дозаправок, — посредник принял деньги. — Я выделил вам отличный борт среднего класса, благо багажа у вас немерено. Да он еще и неподъемный! — он кряхтя попытался приподнять один из чемоданов. — Слушай внимательно. На паспортном контроле в Чикаго сразу спросите мистера Джека. Это мой человек, он выдаст вам готовые документы. Более того, именно Джек проведет вас и всю эту гору золота через американскую таможню. Ему с ходу отсчитаешь ровно миллион долларов. За эти деньги он оформит официальные государственные бумаги на абсолютно легальный ввоз в США твоего товара и наличных. Вот, собственно, и всё. — Мужчина задумался. — Да, и помни: ты меня в глаза не видел, я тебя тоже. Поехали грузиться.
Они подогнали внедорожник прямо к трапу двухмоторного самолета, и двое крепких парней из обслуги за несколько минут перекидали тяжелые чемоданы в грузовой отсек. Напарники тепло попрощались с посредником, массивный люк захлопнулся, и они остались в салоне один на один с пилотом. Самолет с ревом пошел на взлет.
— Прощай, Франция! — мечтательно помахала рукой в иллюминатор Кэт, глядя на тающие внизу огни Парижа. — Да здравствуют Соединенные Штаты!

Глава 11. Америка.

Перелет через Атлантику выдался долгим, изнурительным и занудным. Они пересекли океан, сделали короткую техническую дозаправку в Центральной Америке и лишь на следующее утро благополучно приземлились на одном из пригородных аэродромов Чикаго.
Джон сразу же направился в главное административное здание на поиски Джека. Тот оказался солидным мужчиной и занимал пост начальника службы паспортного контроля. Прямо в его просторном кабинете напарников быстро сфотографировали и через полчаса выдали им на руки легальные паспорта — пока что временные, но абсолютно подлинные. Джон без лишних слов передал Джеку обещанный миллион долларов.
Таможенник понимающе кивнул и лично подогнал к борту самолета длинную грузовую тележку. Чемоданы перегрузили на неё и повезли в обход основных терминалов какими-то темными служебными коридорами. Напарникам пришлось довольно долго ждать в закрытом зале ожидания, но наконец Джек вернулся. В руках он держал пачку официальных документов со всеми необходимыми государственными печатями. Это были полностью заверенные таможенные декларации на товар и валюту. В графе «Груз» значилось: «Ювелирные изделия, сто килограммов». В графе «Денежные средства» была четко прописана астрономическая сумма — восемь миллионов долларов. Цель въезда в страну: «Организация и ведение коммерческого бизнеса».
— Ну вот и всё, господа, — спокойно и вежливо произнес Джек, отдавая папки Джону. — На вашем месте я бы прямо сейчас нанял закрытый крытый фургончик. С такой горой багажа вам придется брать минимум три легковых такси, а это привлечет лишнее внимание. Кстати, как вас с такой поклажей пропустят в приличный отель? Хотя… дадите швейцару хорошую пачку на лапу, и всё будет в полном порядке. Счастливого пути в Чикаго.
В отель они заселились без лишних проволочек. Разве что бедные носильщики изрядно попотели, перетаскивая в номер десять огромных чемоданов с ценностями и четыре баула с личными вещами напарников.
Не откладывая дела в долгий ящик, Джон и Кэт отправились по заранее намеченному адресу — в крупное агентство недвижимости.
— Я неоднократно звонил вам из Парижа, — представился Джон менеджеру. — Интересующее меня помещение еще свободно?
— Разумеется, мистер. Мы держали его специально под ваш визит. Желаете оформить сделку прямо сейчас? Тогда составляем договор, вы вносите задаток — и ключи у вас в руках. Раньше там располагался знаменитый ювелирный салон Томпсона. Внутри сохранилось абсолютно всё, вплоть до роскошных стеллажей. Стены свежепокрашены, а само здание находится в самом сердце Чикаго.
— Да, вы высылали мне подробные фотографии, — кивнул Джон. — Давайте подпишем бумаги.
Когда все формальности были улажены, Джон оставил агентам миллион долларов в качестве залога, и они втроем поехали осматривать будущий салон.
— Не может быть… — Кэт замерла на пороге, словно в трансе. — Такого роскошного магазина нет нигде во Франции! А место-то какое… Здесь же круглосуточно толпы народа! И ремонт выполнен безупречно. Я просто в шоке, Джон.
Джон ласково обнял её за плечи. Его глаза тоже светились неподдельным счастьем. Мечта обретала плоть.
Весь следующий месяц напарники без устали трудились, комплектуя стеллажи и оформляя витрины. Когда последняя чаша с бриллиантами заняла свое место, Джон застраховал весь товар, включая тот, что остался в подземном сейфе-запаснике. Картина вырисовывалась идеальная.
Наконец настал день грандиозного открытия. В салон хлынула изысканная чикагская публика. Выручка за первые сутки оказалась просто баснословной — около миллиона долларов.
Но ровно через неделю у Джона болезненно дрогнуло сердце. В разгар рабочего дня в его кабинет без стука вошел представительный пожилой мужчина в сопровождении двоих крепких спутников.
— Комиссар Жан Тюле, — сухо представился визитер и предъявил удостоверение полиции Франции. — Что ж, Джон, я нашел вас и здесь, на другом конце света. Если бы не мой безголовый инспектор Поль, вы бы уже давно гнили в камере. За вашей парой тянется такой шлейф дерзких налетов, что во Франции вам светит пожизненное. К нашему глубокому сожалению, мы планировали взять вас с Кэт с поличным, но не преуспели — вы виртуозно исчезали и каждый раз выныривали в новом облике. Нам прекрасно известно, что вы работали в масках, но ваши отпечатками пальцев уже идентифицированы криминалистами, благо вы оба имеете тюремное прошлое. То же самое касается и вашей очаровательной подруги Кэт. Джон, я прилетел в Америку за вами. И не один. Со мной представители Интерпола. Я буду официально требовать вашей экстрадиции во Францию, где вас обоих ждет суровый трибунал.
— Франк, — подал голос один из сопровождающих и показал жетон сотрудника Интерпола. — Будьте любезны, предъявите нам все ваши документы. У нас масса времени.
Джон сохранял внешнее хладнокровие. Он неторопливо открыл сейф и выложил на стол папку: легальные грин-карты, виды на жительство в Штатах и, главное, заверенные американской таможней декларации. Двое агентов Интерпола молча уселись за стол, въедливо изучая бумаги, а французский комиссар продолжал давить психологически:
— Мы по минутам отследили ваши грабежи во всех провинциях Франции. Конечной целью было взять вас на горячем, прямо перед штурмом парижского банка. Но вы снова растворились в воздухе, и, признаться честно, в истории с налетом на хранилище вам фантастически удалось выйти сухими из воды. Мой недальновидный инспектор за этот оглушительный провал уже с позором уволен со службы. Но я вас так просто не отпущу, Джон. Чего бы мне это ни стоило, вы вернетесь в Париж в наручниках.
Напряженный разговор длился больше часа. Наконец один из агентов Интерпола аккуратно сложил бумаги, вернул всю папку Джону и повернулся к французскому комиссару.
— Вынужден вас огорчить, Тюле, но у этого господина все документы в идеальном порядке. В Соединенные Штаты он въехал абсолютно легально, весь груз и наличные средства были честно задекларированы на границе. Юридически мы бессильны. Об экстрадиции в данной ситуации не может быть и речи — правительство США не выдаст своего резидента без веских законных оснований, а у нас их нет. Мы уходим, комиссар. Желаем вам удачи.
Оба агента вежливо пожали Джону руку и спокойно покинули кабинет.
— Вот так, комиссар, — с ехидной улыбкой резюмировал Джон, глядя на багровеющего Тюле. — Надо было ловить нас там, в Париже. Можете быть уверены, во Франции я больше никогда не появлюсь, я не самоубийца.
Французский полицейский резко поднялся со стула, развернулся и вылетел из кабинета как пробка.
Однако на этом бурный день не закончился. Вскоре к Джону пожаловал еще один неожиданный визитер — Джек Свенсон, глава крупнейшей конкурирующей фирмы «Свенсон и сыновья».
— Мистер Джон, можете звать меня просто Джеком, хоть я и старше вас лет на двадцать, — вальяжно представился гость. — Вас не удивил мой визит?
— Честно говоря, удивил, — признался Джон. — Чем обязан?
— Вы составляете моей компании слишком серьезную конкуренцию, — Свенсон без спроса достал дорогую сигару, закурил и выпустил тонкую струйку ароматного дыма. — Я повторяю: чертовски серьезную. Наши продажи в Чикаго резко упали. Ваш европейский стиль и огромный запас высококачественного товара приковали к себе внимание всех состоятельных покупателей города. Кстати, у вас вообще товара много?
— Вы задаете весьма специфические вопросы, — усмехнулся Джон. — Но я отвечу: на мой век точно хватит.
— Ладно, извините, перейду сразу к сути. Мы ведь с вами деловые люди, верно? Я могу продать вам свой бизнес, естественно, за хорошую цену. Или выкупить ваш. Но есть и третий вариант: если мои магазины внезапно ограбят, я получу от страховой компании чистые, легальные деньги.
— А что, вас уже грабили раньше? — приподнял бровь Джон.
— Один филиал — да. Страховку выплатили до последнего цента.
Джон глубоко задумался. Свенсон тоже не спешил, давая собеседнику время.
— Свой салон я не продам, — наконец твердо отрезал Джон. — Это исключено. А чтобы выкупить вашу сеть, у меня сейчас просто нет таких свободных миллионов. Остается только вас ограбить, — рассмеялся он.
— А у вас есть надежные люди? — внезапно перешел на доверительный шепот Джек. — Я полностью согласен на такой расклад. Только пусть это останется строго между нами.
— Слишком авантюрное предложение, — так же шепотом ответил Джон. — Хотя… в этом мире при желании можно найти кого угодно. Если вы говорите серьезно, над этим стоит подумать.
— Вот и подумайте, а потом дайте мне знать, — Свенсон вытащил из кармана визитку из дорогого тисненого картона. — Я получу колоссальную страховку, и этих денег мне с лихвой хватит до конца дней, да еще и детям останется. А вы получите шикарный дополнительный товар, у нас на складах есть из чего выбрать. Я даже солью вам контакты проверенного скупщика, который за бесценок заберет малоценную штамповку. Договорились?
— Я подумаю, — спокойно ответил Джон, забирая карточку.
Когда Свенсон ушел, Джон сразу позвал Кэт в кабинет и в деталях пересказал ей весь разговор.
— Ограбление по взаимному согласию? — подытожила она, задумчиво прикусив губу. — Заманчиво. Вот только мы этого человека совершенно не знаем. Хотя, с другой стороны, ему чертовски выгодно получить чистую страховку за всё имущество.
— Ну что, возьмемся? — Джон азартно прищурился. — Честно говоря, мне уже не хватает адреналина. Проводить целые дни в четырех стенах магазина, перебирая бумаги за столом, меня начинает утомлять.
— Меня тоже, если честно, — улыбнулась Кэт. — Хотя на жизнь я пока не жалуюсь.
— Ладно, давай попробуем, но со всей возможной осторожностью. Придется детально разработать план. У него ведь целая сеть магазинов, пусть и поменьше нашего. Брать их нужно одновременно, то есть все сразу за одну ночь. Насколько я понял, они все подключены к центральной сигнализации. Нам потребуется содействие Свенсона, но всё должно выглядеть максимально натурально. Иначе эксперты страховой компании почуют мошенничество, начнут внутреннее расследование, а у нас к тому моменту будет лежать его краденый товар. Риск, конечно, колоссальный.
— Не звони ему сегодня, — мудро посоветовала Кэт. — Выжди пару дней, сделай паузу, будто ты еще раздумываешь.

Глава 12. Сделка с Джеком.

Через два дня Джон набрал номер Свенсона, и они снова заперлись в офисе чикагского салона.
— Я согласен провернуть это ограбление, — спокойно соврал Джон. — Уже подобрал человек пять для налета.
— Нет, Джон, так не пойдет, — замахал руками Свенсон. — Лишние люди — это ненужные свидетели. Неужели ты сам не сможешь провернуть это дело? Возьми кого-нибудь одного из своих, самых проверенных. Я ведь со своей стороны обеспечу полную поддержку.
— И каким же тебе видится этот план? — приподнял бровь Джон.
— Начнем с моего самого крупного филиала. Ты останешься внутри на ночь. Утром я подстрою всё так, чтобы ты спокойно выбрался наружу с товаром, а уже потом я наберу полицию. Точно так же поступим и с двумя оставшимися точками. Сигнализация там внешняя. Я сначала спрячу вас в подсобке, а уже при уходе активирую датчики на дверях.
— Подходит, — поразмыслил Джон, взвешивая риски. — Сегодня вечером и провернем. Я возьму с собой Кэт, в магазине нас будет двое. Езжай сейчас на точку, подготовь и упакуй весь ценный товар, чтобы мы ночью не теряли времени на поиски. К закрытию мы поднимемся к тебе в кабинет. Ты уйдешь домой, а мы останемся. И не забудь завтра открыть магазин пораньше, до прихода остальных продавщиц.
— По рукам. Счастливого ограбления, партнер, — Свенсон поднялся и поспешно вышел.
Ближе к вечеру, оставив старшего продавца за главного в своем салоне, Джон и Кэт без лишнего шума пришли в офис к Свенсону. Это было действительно огромное ювелирное заведение, и в предвечерней суете никто из персонала не заметил, как двое гостей проскользнули в кабинет шефа. Джек Свенсон явно нервничал, его руки слегка подрагивали. Наконец, когда рабочий день подошел к концу и сотрудники начали расходиться, хозяин встал и надел пальто.
— Удачи! — хмуро обронил он на прощание и быстро зашагал к выходу.
Через четверть часа в огромном запертом магазине воцарилась звенящая, мертвая тишина.
— Ну что, начнем? — Кэт нетерпеливо поправила сумку.
— Знаешь, Кэт… — Джон нахмурился, прислушиваясь к шорохам за окном. — У меня есть какое-то нехорошее предчувствие. Всё складывается слишком легко, просто идеально. И почему этот Свенсон так категорично не захотел, чтобы я нанимал людей со стороны? Какое ему вообще дело до моих свидетелей? Как бы мы не угодили здесь в расставленную западню.
— Так что, ты даешь задний ход? — Кэт удивленно посмотрела на него.
— Я бы предпочел для начала отыскать место, где можно надежно укрыться, — тихо ответил Джон. — Не беда, если на этот раз я проявлю излишнюю осторожность. В крайнем случае скажу Свенсону, что это была тренировочная проходка перед настоящим делом. А витрины почистим в следующий раз. Не возражаешь?
— Тебе виднее, Джон. Во Франции ты ни разу не попался, так что веди, — покорно согласилась она.
Они методично обошли залы несколько раз. В итоге Джон остановился в кабинете Свенсона, задрав голову к широкому прямоугольному коробу вентиляционной трубы, тянувшейся вдоль стены под самым потолком.
— Какое счастье, что я никогда не расстаюсь с отверткой, — прошептал он. Взобравшись на стул, Джон принялся аккуратно раскручивать болты на стыке соединений. — Придется нам как-то втиснуться внутрь этой жестянки.
Ближе к полуночи секция трубы была демонтирована. Джон ловко подтянулся и змеей скользнул в оцинкованный проем.
— Давай руку, залезай следом. Здесь в стыках полно щелей, обзор на комнату идеальный.
Он помог Кэт забраться в короб, после чего изнутри подтянул вентиляционную решетку на место, вернув конструкции прежний вид. Внизу, в пустом кабинете, остался стоять лишь сиротливый стул.
— Отлично, — выдохнул Джон ей на ухо. — Поза не самая удобная, но до утра придется потерпеть. Никто в темноте и не заметит, что не хватает пары шурупов.
Кое-как примостившись в тесноте, напарники мало-помалу провалились в тревожный сон.
Их разбудил приглушенный шум множества голосов. Джон немедленно прильнул к вентиляционной щели. Внизу, прямо в кабинете Свенсона, вовсю орудовали вооруженные полицейские. Копы тщательно обшаривали каждый угол, заглядывали в шкафы и проверили смежный туалет.
— Не может быть! — донесся до них растерянный и злой голос Свенсона. — Они обязаны быть здесь! Я же сам запер их внутри!
— Послушайте, мистер, но у вас в залах всё нетронуто, — подал голос старший патрульный. — По-моему, у вас обычная паранойя, вы просто перестраховались. Мы прочесали всё здание, прятаться тут решительно негде. Это ложный вызов.
— Какой к черту ложный?! — Свенсон нервно мерил шагами комнату. — Странно… Всё золото на месте. Но куда, черт возьми, делись эти воры?
— Наверное, они еще только собираются вас обокрасть, — с откровенным сарказмом хохотнул другой коп.
Вскоре полиция уехала. Свенсон бессильно плюхнулся в свое глубокое кожаное кресло.
— Ничего не понимаю! — в сердцах воскликнул он и со злостью швырнул дорогую ручку на стол. — Ладно, схожу-ка я сам к этому Джону в салон, проверю… — Бормоча под нос проклятия, он покинул кабинет.
Джон и Кэт не теряли ни секунды. Они споро спустились вниз, наживую смонтировали вентиляционный короб обратно и, как ни в чем не бывало, уселись в креслах, дожидаясь возвращения хозяина. Свенсон вернулся примерно через полчаса. Стоило ему переступить порог, как Джон с широкой, хищной улыбкой поднялся навстречу и крепко похлопал его по плечу.
— Привет, Джек, — нежно произнес Джон. — Мы провели эту незабываемую ночь прямо здесь. Всё видели, всё слышали. Значит, ты решил устроить нам банальную подставу, чтобы одним махом избавиться от опасного конкурента на рынке?
— Что ты, Джон! Господь с тобой! — Свенсон в ужасе шарахнулся назад, едва не перевернув собственный стул. — Ну пойми же ты меня… Что бы ты сам делал на моем месте? Да, я организовал засаду. Для моего бизнеса это был самый выгодный, идеальный ход! Что… что ты теперь собираешься со мной делать?
— Я просто уничтожу твое дело и разорю тебя до нищей сумы, старый ты паршивец, — лениво процедил Джон.
Он резко подался вперед и железной хваткой перехватил шею миллионера. Свенсон испуганно забился в угол кресла, буквально сжавшись в комок. На некогда спесивого магната сейчас было жалко смотреть.
— Джон, умоляю, не надо! Я готов провернуть это ограбление по-настоящему! — истошно взмолился Свенсон, глотая воздух. — На этот раз без обмана, клянусь! Ставь мне любые, самые жесткие условия, я всё выполню, только пощади!
— Даже так? Что ж, тогда я даю тебе последний шанс, — процедил Джон, разжимая пальцы. — Сегодня после закрытия всех трех твоих филиалов ты лично соберешь ценности и упакуешь их в чемоданы. Выставишь их прямо у входа с внутренней стороны. Затем выйдешь на улицу и активируешь сигнализацию. Вскрыть твои железные решетки для меня — дело одной минуты. Забрать груз — еще две. Полиция в лучшем случае примчится через пять минут. У меня останется шикарный запас времени на любые непредвиденные обстоятельства. Когда копы явятся, витрины будут чисты, а датчики взлома честно заорут на весь квартал. Что еще нужно твоей страховой компании для полной убедительности?
— Да, это идеальный вариант, — судорожно закивал Свенсон, растирая шею. — Я всё сделаю в лучшем виде. На сигнализацию точки всегда ставлю я сам.
— Сколько тебе потребуется времени, чтобы всё упаковать?
— До полуночи управлюсь. А потом сразу уеду домой спать.
— Вот и прекрасно. Но учти, Джек: если у дверей не окажется чемоданов или нас снова будет караулить засада — а я это тщательно проверю, — из-под земли тебя достану и пристрелю лично. Я не шучу, Свенсон. Ты не на тех напал.
— Нет-нет, Джон, клянусь жизнью!
Джон и Кэт поднялись и покинули кабинет. Джон сразу же отправился в пункт проката и арендовал мощный внедорожник с вместительным открытым кузовом. Водитель им был не нужен — Джон сам подогнал машину к их салону.
Ровно в полночь они с Кэт бесшумно притормозили у центрального магазина Свенсона. Сбить навесной замок на решетке оказалось секундным делом. Джон резко приподнял металлическую штору — прямо на пороге послушно выстроились плотно набитые чемоданы. В ту же секунду оглушительно завыла сирена, но редкие полуночные прохожие даже головы не повернули на привычный шум. Через две минуты добыча уже лежала в кузове внедорожника. Джон отъехал на соседний квартал и затормозил в тени деревьев: он хотел лично замерить время прибытия копов. Прошло долгих девять минут, прежде чем у входа с визгом затормозил первый патрульный автомобиль.
— Запас огромный, — усмехнулся Джон и нажал на газ.
Напарники двинулись дальше. На этот раз Свенсон не рискнул играть с огнем: в двух оставшихся филиалах чемоданы точно так же послушно ждали их у дверей. В общей сложности улов составил одиннадцать увесистых мест.
— Только в наш салон мы это не повезем, — покачал головой Джон.
Он развернул внедорожник и направился прямиком к центральному железнодорожному вокзалу Чикаго. Там они методично распределили одиннадцать чемоданов по автоматическим камерам хранения, аккуратно зафиксировав в блокноте номера ячеек. Секретный код для всех сейфов Джон выставил один и тот же, чтобы не запутаться в суматохе.
Утром они пришли на работу к своему магазину как обычно, но у дверей их уже поджидала хмурая группа людей в штатском.
— Ордер на обыск, — коротко бросил старший детектив и предъявил бумаги.
Джон молча отпер массивные двери и впустил оперативников внутрь.
— Сукин сын… — едва слышно прошептал он на ухо Кэт, пока копы рассредотачивались по залу. — Свенсон всё-таки ухитрился обвести нас вокруг пальца. Старый лис надеялся, что мы сразу потащим весь этот гигантский куш к себе на склад, и сдал наш адрес властям.
Разумеется, тотальный обыск не принес полиции никаких результатов. К моменту, когда к дверям начали стягиваться первые утренние продавщицы, разочарованные и злые детективы уже испарились из салона.
Джон немедленно набрал Свенсона, но тот истово клялся и божился, что никого к ним не наводил. Судя по всему, дела со страховой компанией у старика складывались как нельзя лучше — его голос в трубке звучал бодро и весело.
— Копаются, — хмыкнул Свенсон. — Копы до сих пор не могут взять в толк, как удалось так молниеносно обчистить три филиала разом. Патрули прибыли на все три точки, но застали лишь голые полки. Джон, я честно выполнил все твои условия, признай это.
— Надеюсь, ты побыстрее вытрясешь из них свои миллионы и свалишь на заслуженную пенсию, — буркнул Джон и положил трубку.
Ровно через месяц Свенсон сам позвонил Джону.
— Они выплатили мне всё до последнего цента, партнер! Я официально вышел из игры и закрыл дела. Кстати, тебя интересуют чистые алмазы? У меня остался припрятанный мешочек камней, но это, сам понимаешь, строго за наличные.
Они встретились на нейтральной территории. Джон без лишних разговоров выкупил мешочек отборных алмазов за миллион долларов, хотя их реальная рыночная стоимость тянула как минимум на полтора.
— Мне за них страховая тоже всё компенсировала, — цинично махнул рукой Свенсон. — Я заявил экспертам, будто держал камни в сейфе на точке, хотя за день до налета заблаговременно унес их домой.
Они распрощались почти как добрые друзья. Впрочем, Джон не терял бдительности: он заметил, что целый месяц после этого какой-то подозрительный тип крутился возле их чикагского салона, придирчиво разглядывая выставленные на витринах украшения.
— Естественно, — думал Джон. — Свенсон был моим главным конкурентом в этом секторе. Безопасники из страховой компании подозревают, что это я надул их клиента, и теперь прочесывают город в поисках похищенного товара.

Глава 13. Бельгия.

Прошло еще несколько месяцев, незаметно пролетело почти полгода. Уникальный товар, легально привезенный ими из Европы, таял на глазах — дела чикагского салона шли как нельзя лучше, принося колоссальную прибыль.
— Джон, — лениво протянула Кэт в один из тихих вечеров, — неужели мы так и будем всю оставшуюся жизнь просто стоять за прилавком и продавать эти побрякушки? А как же азарт? Где наши безумные авантюры?
— Да я и сам смертельно устал от этой рутины, — признался Джон, закрывая гроссбух. — К слову, добрая половина наших запасов уже распродана. Пора снова собираться в Европу.
— Боже упаси! — испуганно перекрестилась Кэт. — Только не во Францию, я под дулом пистолета не хочу обратно в тюрьму!
— А я про Францию и не говорил, — загадочно улыбнулся он. — У меня родилась мысль знатно потрясти Бельгию. Там тоже все прекрасно изъясняются по-французски. И что самое главное — у меня в Брюсселе есть надежные старые знакомые.
— Да где их у тебя только нет, — хмыкнула Кэт. — Хочешь, я начну выписывать бельгийскую прессу? Вдруг там намечается какая-нибудь грандиозная выставка… Всё равно в Чикаго со скуки помираем.
Крупная международная выставка ювелирного искусства оказалась буквально под боком — её открытие планировалось через месяц в самом сердце Брюсселя. Точнее, это был грандиозный съезд лучших мастеров со всей страны и ведущих мировых ювелирных домов. Газеты вовсю трубили, что экспозиция разместится в огромном старинном дворце, разделенном на три изолированных сектора.
— Пакуем чемоданы, летим, — коротко отрезал Джон, едва изучив передовицу прессы. — А со спецификой охраны разберемся уже на месте.
Уже через день они были в Брюсселе. Напарники привычно обосновались в пятизвездочном отеле и первым делом направились к выставочному дворцу. Это оказалость современное, просторное здание, предназначенное исключительно для проведения масштабных экспозиций. Вдоль обеих стен длинной галереи тянулись стеклянные павильоны, следовавшие один за другим. Сквозных выходов из дворца было всего два: на шумный центральный проспект и на тихую, пустынную улочку позади комплекса. Напарники насчитали ровно шестьдесят изолированных боксов — небольших комнат со стеклянными витринами, которые, как и парадные двери, на ночь наглухо закрывались защитными решетками.
— Похоже на парижскую выставку в галерее Ришара, — констатировал Джон, изучая планировку. — Только местный товар будет посолиднее, а сами комнатки чуть поменьше. Торцевые выходы на ночь запираются тяжелыми железными воротами. Свой транспорт нам придется подгонять строго на тихую улицу.
— Ты уже составил план отхода? — удивилась Кэт его оперативной хватке.
— Остаться внутри павильона на ночь — не проблема. Засядем в кабинках туалета или спрячемся в каком-нибудь пустом административном офисе. Настоящая сложность в другом: как незаметно вывезти все эти чемоданы. Которые, к слову, нам еще только предстоит купить.
— И сколько баулов нам понадобится на этот раз?
— Судя по международному статусу этой выставки-продажи — штук пятнадцать. И забирать мы будем абсолютно всё, никаких мелких перекупщиков. В Чикаго нам пригодится даже недорогой товар на простого обывателя. Естественно, внутри дворца на дежурство оставят пару ночных полицейских, но мы их быстро нейтрализуем. Твоя задача, Кэт, — найти железный повод, чтобы внешняя охрана открыла нам ворота рано утром, задолго до прихода первых посетителей.
— Скорая помощь, например, — выдала Кэт первую пришедшую в голову мысль.
— А это отличная идея! — оживился Джон. — Мы можем связаться с дежурной частью и заявить, что один из ночных сторожей оступился на лестнице и сломал ногу.
— Но ведь на вызов приедет настоящая полиция и реальная медицинская бригада.
— Внешняя полиция нам и нужна — они послушно отопрут ворота ключами снаружи. А вот скорая помощь должна быть нашей собственной. Причем такой вместительности, чтобы мы могли без труда запихать туда пятнадцать чемоданов сокровищ и спокойно уехать.
— Спокойно в нашем ремесле никогда не получается, Джон, и ты это прекрасно знаешь, — вздохнула Кэт.
У них оставалось три недели, чтобы детально проработать каждую мелочь и запастись необходимым инвентарем. На разведке они обнаружили неприметную подсобку для уборщиц и сразу взяли её на учет как идеальный промежуточный склад для пустой тары. Напарники купили пятнадцать одинаковых вместительных чемоданов, а в местной полиграфической мастерской заказали большие самоклеящиеся медицинские кресты. Вдобавок оба раздобыли белоснежные халаты и врачебные шапочки. Час икс стремительно приближался.
Накануне операции они еще раз скрупулезно просчитали хронометраж. Сомнений и внутренних страхов на этот раз было гораздо больше, чем уверенности, но в итоге победил непреклонный азарт Джона.
В субботу международная выставка-продажа была торжественно открыта. В залы дворца хлынула бурлящая толпа искушенных покупателей. Большой торг официально начался.
Джон позаботился обо всем заранее. За несколько дней до операции он взял напрокат мощный пикап с глубоким кузовом, обтянутым плотным брезентовым тентом, и припарковал его в глухом переулке неподалеку от выставочного дворца. Пользуясь суматохой, они с Кэт по одному перетаскали все пятнадцать меченых крестами чемоданов в подсобку для уборки, выстроив их ровным рядом до самого потолка. Замотанные работой уборщицы даже не обратили внимания на появление странной тары.
Джон приметил один павильон, хозяин которого так и не появился на открытии — за прилавком скучали две молоденькие продавщицы. И пока Кэт виртуозно пудрила мозги сразу обеим девушкам, Джон тенью проскользнул в личный кабинет позади зала. На столе руководителя лежал замок от металлических решеток. Джон без лишних слов прибрал его к рукам и спрятался в глубокий платяной шкаф.
Теперь наступал черед Кэт. Убедившись, что напарник в засаде, она покинула дворец, поймала такси и поехала к центральному городскому госпиталю Брюсселя. Из-за начавшейся противной мороси водители всех дежуривших на парковке медицинских машин спрятались в теплом приемном покое. Кэт хладнокровно выбрала самый крайний микроавтобус со вставленными в замок ключами зажигания, мягко сдала назад и вырулила со двора. В этой суете никто из персонала даже не заметил пропажи кареты скорой помощи. Она перегнала спецтранспорт на ту самую тихую улочку позади выставочного дворца, заблокировала двери и, наконец, расслабившись, чутко задремала прямо за рулем.
Тем временем запертый в шкафу Джон отчетливо слышал растерянные голоса продавщиц:
— Надо же… Мэри, замок куда-то испарился! Что будет, если мы просто опустим решетки, не запирая?
— Да ничего не будет, — зевнула вторая. — Хозяин всё равно в больнице валяется, он ничего не узнает. Не забивай себе голову, пошли скорее домой.
Послышался глухой скрежет опускающейся железной шторы, и в павильоне воцарилась мертвая тишина. Джон выбрался из своего убежища. Он терпеливо сидел в полумраке несколько часов, пока по щелям шторы наконец не полоснул резкий луч дежурного фонаря. Выждав пару минут, Джон аккуратно приподнял незапертую штору павильона и бесшумно выкатился в коридор. Охранник на всю выставку оказался всего один. Джон бесшумно настиг его со спины и жестко оглушил рукояткой пистолета. Падая, бедолага сильно приложился головой об кафельный пол. Джон намертво связал его скотчем и споро принялся за витрины. Замки и щеколды отлетали как пробки из-под шампанского, а чемоданы один за другим стремительно наполнялись чистейшим золотом и бриллиантами.
Лишь к четырем часам утра изнурительный марафон подошел к концу: Джон до отказа набил четырнадцать чемоданов и перетащил их прямо к запасному выходу на тихую улочку. От свободы их отделяла лишь массивная кованая решетка ворот, замки которой были ему не под силу.
В течение ночи рация на поясе оглушенного сторожа несколько раз оживала — дежурный пульт запрашивал обстановку. Каждый раз Джон спокойным голосом подтверждал, что на объекте всё тихо и без происшествий.
Наконец, когда небо над Брюсселем начало светлеть и стрелки часов подобрались к семи утра, Джон сам вышел на связь по рации и хриплым, испуганным голосом запросил экстренную помощь. Подкрепление сторожу действительно требовалось: из глубокой ссадины на его затылке до сих пор сочилась кровь. Дежурный оператор коротко передал, что на место срочно высылают патрульный наряд и бригаду медиков.
Первой к воротам, оглашая переулок сиреной, подкатила угнанная Кэт скорая. Она мгновенно выскочила из кабины в белом халате и принялась демонстративно разворачивать складные носилки. Буквально через пару минут у бордюра с визгом притормозила полицейская машина, откуда выпрыгнули двое патрульных. Быстро поздоровавшись с «медсестрой», копы открыли ворота своими ключами и бросились вглубь коридора, склонившись над окровавленным коллегой.
В эту же секунду из-за их спин вырос Джон в белоснежном докторском халате. Он ловким движением вытолкнул за открытую решетку первые четыре чемодана с красными крестами.
— Ребята! — звучным, командным голосом окликнул он растерявшихся патрульных. — Мы только что привезли спецрейсом ценные медикаменты и дорогостоящую аппаратуру для госпиталя, а тут такое! Помогите нам быстро забросить ящики обратно в салон скорой. Мы заберем вашего раненого, и заодно доставим наш груз, мы просто не имеем права бросать дефицитные медицинские препараты без присмотра на улице!
— Да, конечно, без проблем, — кивнул один из патрульных и споро принялся помогать Джону затаскивать в салон тяжелые чемоданы.
Кэт тем временем вместе со вторым копом аккуратно вкатила внутрь носилки с раненым сторожем. Закончив с пострадавшим, они вдвоем тоже подключились к погрузке, лихорадочно забрасывая в микроавтобус ящики с красными медицинскими крестами.
— Ну всё, порядок, — Джон с грохотом захлопнул задние дверцы. — Не переживайте, парни, доставим вашего человека в приемный покой за пять минут, в лучшем виде!
Но в этот самый миг в конце переулка, оглашая окрестности сиреной, показалась еще одна — настоящая — карета скорой помощи. Джон резко выжал сцепление и до упора надавил на газ. Угнанная машина рванула с места, оставляя позади растерянных копов. Они мчались на всех парах по лабиринту брюссельских улиц, пока не свернули в глухой, заранее намеченный тупик. Там, обливаясь потом от колоссального напряжения, напарники за десять минут перекинули все четырнадцать чемоданов сокровищ в кузов пикапа и наглухо затянули брезентовый тент. Коротко сообщив по рации в дежурную часть координаты брошенной медицинской машины, они немедленно рванули прочь из города.
— Фу-ух… — Джон стер обильный пот со лба, крепче перехватывая руль пикапа. — Это какими же надо быть ослами, чтобы не сообразить, что эти чемоданы стояли внутри выставочных залов! Они ведь своими руками грузили нам золото всей Бельгии!
— Им просто было не до этого, они спасали своего истекающего кровью товарища, — отозвалась Кэт, оглядываясь назад. — Зато сейчас они там на месте преступления явно кусают себе локти. Куда держим путь теперь?
— Мне нужно срочно сделать один звонок, — Джон на ходу набрал международный номер своего парижского посредника. — Лукас, привет, это Джон. Мне срочно нужен еще один частный борт на Чикаго. И чтобы там на месте всё было без сучка и задоринки с паспортным контролем и таможней. Я сейчас в Брюсселе… Что?! Невозможно?! Ты с ума сошел, какая Франция, я не могу туда возвращаться, меня там Интерпол караулит! Хорошо, я перезвоню тебе позже. Деньги при мне, не дергайся. — Джон со злостью швырнул трубку на приборную панель и грязно выругался: — Черт бы их побрал! Твердит, что напрямую из Брюсселя такой рейс не согласовать! За миллион долларов наличными, кажется, можно черта из преисподней достать, а тут частный самолет не нанять!
Буквально через минуту телефон в его руке требовательно зазвонил. Джон нажал на кнопку приема.
— Да, слушаю… Кого спросить на месте? Жоржа? А на КПП частного сектора аэропорта его знают? Понял. Спасибо, старик, выручил! — Джон заметно повеселел и круто вывернул руль по направлению к международному аэропорту Брюсселя.
Они без проблем заехали в специальный закрытый сектор, где на взлетной полосе ровными рядами стояли небольшие частные и бизнес-самолеты. Их уже ждал Жорж — подтянутый, строгий мужчина в аккуратной военной летной форме.
— Грузитесь вот на этот борт, — коротко скомандовал пилот, указав на аккуратный двухмоторный самолет.
Джон отошел с ним в сторонку к крылу и быстро рассчитался, передав толстые пачки наличных. Вскоре их борт уже уверенно набирал высоту, оставляя под крылом старую Европу.
В Чикаго они благополучно приземлились на том же знакомом пригородном аэродроме. Джон оперативно отыскал Джека — начальника службы контроля. Отдав ему очередную увесистую сумку с миллионом долларов, напарники дождались, пока их чемоданы бережно обведут окружным служебным путем мимо общих сканеров, а затем Джек вынес им полностью легальные, заверенные таможенные декларации на весь ввезенный груз. Взяв прямо на аэродроме в аренду вместительный закрытый микроавтобус, Джон и Кэт бережно погрузили туда свое богатство и поехали прямиком к собственному ювелирному салону.
Едва закончив ночную разгрузку в подземное хранилище, Джон подхватил Кэт под руку и повел в тихий, полутемный бар на углу, где они оба впервые за долгие дни оторвались по полной программе.
— Ты просто умница, дорогая, — Джон нежно обнял её и крепко поцеловал в губы. — Без твоей актерской игры в халате медсестры мы бы до сих пор сидели в брюссельском централе.
— Джон, тебе просто фантастически сопутствует удача, — устало, но счастливо улыбнулась она в ответ. — Ну и мне заодно, раз я рядом. Ведь весь этот бельгийский план от начала до конца был чистой, безумной авантюрой. Ты же помнишь, как сильно я была против этого безумия?
— К черту все прошлые страхи! — рассмеялся Джон, поднимая бокал. — Главное, что мы затарились первоклассным европейским товаром еще минимум на пару лет бесперебойной работы. Давай за это и выпьем!
В этот день они так и не открыли двери салона для посетителей. Напарники без сил проспали почти сутки в своей уютной квартире, обустроенной на втором этаже прямо над их ювелирным магазином.

Глава 14. Грабеж.

Незаметно пролетел целый год. Джон постепенно начал добавлять к изысканным европейским изделиям на витринах ту самую массовую заначку, которую они в свое время так удачно забрали из трех сейфов обманувшего их Джека Свенсона. К их салону в Чикаго больше никто не проявлял подозрительного интереса: проверки Интерпола прекратились, а копы обходили их честный бизнес стороной.
Более того, на фасаде здания Джон укрепил стильную, броскую вывеску: «Срочный выкуп ювелирных изделий у населения». В основном простые горожане несли им старые золотые кольца, фамильные цепочки и сломанные сережки, иногда с мелкими драгоценными камушками. Для этого сырья Джон открыл в салоне отдельный филиал с очень экономными, демократичными ценами. И этот социальный отдел мгновенно стал пользоваться бешеной популярностью у простых жителей Чикаго, принося стабильный легальный доход.
Но в один самый обычный день случилось то, чего они подсознательно боялись больше всего: их салон дерзко ограбили. В зал ворвались четверо налётчиков в плотных масках и с автоматами наперевес. Кто-то из продавцов успел нажать тревожную кнопку, и полиция мгновенно заблокировала все выходы из здания. Начались затяжные, нервные переговоры. Чтобы спасти жизни невинных заложников, испуганно прижавшихся к полу, копам пришлось уступить: преступников выпустили из кольца и дали им беспрепятственно уехать. Началась безумная погоня, налётчиков вели с полицейского вертолёта, но в одном из глухих кварталов Чикаго они буквально испарились. Было очевидно, что налёт готовился профессионалами очень долго и был прокручен с небывалой, дьявольской виртуозностью.
Единственной зацепкой оказалась визитная карточка, оброненная преступниками на паркет. Случайно или намеренно — оставалось загадкой. Её вовремя заметил только Джон и быстро прибрал к себе. «Мистер Джованни Вертуччи», — значилось на дорогом тиснёном картоне, а чуть ниже стоял лишь семизначный номер телефона.
Кэт рыдала навзрыд на втором этаже, пока перепуганные посетители с облегчением поднимались с пола и спешили к выходу. Бандиты подчистили все центральные витрины, улов оказался колоссальным. К счастью, обошлось без жертв и разбитых стёкол, поэтому Джон быстро взял себя в руки. Уже на следующий день его магазин снова сиял идеальной выкладкой — в залы подняли оставшиеся запасы бельгийского и французского товара.
Пока криминалисты полиции проводили детальное расследование, а в кабинете Джона бдительно дежурили хмурые агенты страховой компании, требовательно зазвонил телефон. Джон поднял трубку.
— Джон, это Вертуччи, — раздался в динамике вкрадчивый голос с лёгким акцентом. — Разве я не оставил тебе свою визитку? Жду звонка. — В трубке пошли короткие гудки.
Когда суматоха улеглась и следователи со страховщиками покинули салон, Джон набрал заветный номер.
— Я пришлю за тобой машину, — лаконично бросил тот же голос. — Нам есть о чем поговорить.
Действительно, ровно через час к дверям ювелирного подкатил сверкающий лаком новенький «Кадиллак». Джон и Кэт без лишних слов сели на заднее сиденье. Машина долго петляла по городу, пока не свернула к роскошному закрытому особняку на самой окраине Чикаго. Охрана на въезде молча пропустила авто. Напарники вышли на мраморное крыльцо, где их встретил подтянутый парень в строгом костюме и молча повёл внутрь дома. Интерьер особняка поражал воображение криминальным шиком: дорогие ковры, античные статуи, мраморные колонны… Они поднялись на второй этаж и переступили порог огромного, залитого светом кабинета. За массивным столом из красного дерева восседал пожилой, импозантный мужчина с чисто итальянскими чертами лица и благородной сединой в аккуратно зачёсанных волосах.
Хозяин сделал едва заметный жест. Джон и Кэт опустились в два глубоких кожаных кресла прямо перед столом. Сопровождавший их гангстер бесшумно вышел, плотно заперев за собой дубовые двери.
— Можете звать меня просто Джо, или дядя Джо, — добродушно улыбнулся старик, откладывая сигару. — Вы люди в нашем городе приезжие и меня пока не знаете, а между тем я возглавляю один из крупнейших итальянских мафиозных кланов Чикаго. Но мы собрались здесь не для бахвальства. Едва ваши ноги коснулись американской земли, мои информаторы передали мне досье на вашу пару, и оно меня крайне заинтриговало. Вы ведь тоже люди из нашей системы, своего рода синдикат, только состоящий всего из двух человек. Обычная шпана никогда в жизни не въехала бы в Штаты с подлинными таможенными декларациями, чистыми паспортами и не открыла бы в центре такой масштабный бизнес с таким баснословным объёмом элитного товара. Я позволил себе немного пощипать вас, чтобы вы наглядно поняли, насколько безупречно и чутко отлажена моя система в этом городе. Да, мой салон обчистили мои ребята. Но я готов вернуть вам всё до последнего колечка. Считайте это моим скромным приветственным подарком. Ведь за это ограбление вам всё равно сполна заплатит ваша страховая компания.
— Да, но что вы потребуете взамен? — прямо спросил Джон, не поддаваясь на благодушный тон собеседника.
— Совсем немного, — вкрадчиво улыбнулся дон Вертуччи. — Я навёл подробные справки через свои каналы в Европе. Весь ваш роскошный ассортимент — это чистейший контрабандный товар, угнанный с крупнейших европейских выставок. Искренне надеюсь, что мне не придется доводить эти любопытные данные до властей Чикаго. Вас до сих пор усердно ищет полиция Франции, и если я просто отправлю Интерполу анонимную наводку, вас двоих ждет скорый суд и пожизненное заключение. Дерзкую операцию со скорой помощью в Бельгии тоже провернули вы, за вашими гастролями уже тогда внимательно присматривали мои люди. Поймите меня правильно, друзья: у вас просто нет иного выхода, кроме как принять мои условия.
— Но вы так их и не озвучили, — усмехнулся Джон, сохраняя внешнее хладнокровие под этим ласковым шантажом.
— Всему свое время. А пока я хотел лишь поближе познакомиться с такими талантами и заложить фундамент для нашей крепкой дружбы в будущем. Когда вы мне понадобитесь, я сам вас найду. Будьте готовы к любым, даже самым деликатным заданиям. А пока — можете идти. Кстати, не забудьте забрать свои сумки с похищенным. Рекомендую сразу запереть их в надежную камеру хранения, пока страховая компания не выплатит вам компенсацию. А она, поверьте моему опыту, должна быть весьма приличной.
Дон сделал едва заметный жест рукой. Джон и Кэт поднялись и покинули кабинет. На улице тот самый подтянутый гангстер в строгом костюме уже вовсю загружал вместительный багажник «Кадиллака» их сумками с золотом.
— Я отвезу вас на центральный железнодорожный вокзал, там с вещами и оставлю, — бросил он через плечо, заводя мотор. — Надеюсь, дальше сами разберетесь.
На вокзале они привычно распихали сумки по автоматическим ячейкам и зафиксировали в блокноте номера сейфов.
— Что этому старому пауку от нас нужно? — недоумевала Кэт, когда они вышли на привокзальную площадь.
— Хуже всего то, что он знает о нас абсолютно всё, до последнего шага в Брюсселе, — вздохнул Джон. — Ссориться с хозяином чикагской мафии — это верный билет на тот свет. Пока заляжем на дно и будем ждать. А там война план покажет.
Через неделю страховая компания, не заподозрив подвоха, выплатила Джону кругленькую сумму наличными. Деньги легли на счета, жизнь вошла в привычную колею, и он постепенно начал забывать о зловещем дяде Джо.
Но в один из дней к дверям их салона снова бесшумно подкатил знакомый черный «Кадиллак». Из салона вышел прежний гангстер в костюме. Джон молча проводил посланника мафии в свой личный офис на втором этаже.
— Из парижского Лувра сюда, на временную экспозицию в Музей изящных искусств, прибывает легендарный алмаз «Падишах», — коротко и без предисловий выдал парень. — Дядя Джо очень хотел бы видеть этот камень в своей частной коллекции.
— Но ведь его станут охранять так, что туда даже муха без пропуска не подлетит! — нахмурился Джон.
— Мое дело — передать приказ, — парень сухо поднялся с кресла.
Джон озадаченно пожал ему руку на прощание, и гость растворился в коридоре.
Позже Кэт подняла все подшивки свежей американской прессы. Газеты вовсю трубили о грядущей выставке, а сам уникальный алмаз оценивался в безумные миллионы долларов.
— Достань мне его качественный фотоснимок, желательно в максимальном разрешении, — попросил Джон напарницу, изучая статьи. — Для начала я сделаю в нашей мастерской идеальную ювелирную подделку, на всякий случай. Хотя, признаться честно, у меня пока нет ни одной здравой мысли, как подобраться к этому сокровищу.
— Вот тебе и добрый дядя Джо с его подарками… — грустно отозвалась Кэт. — Там ведь будут задействованы системы охраны всех мыслимых степеней защиты. Федералы, датчики, полиция.
— А что, если перехватить алмаз до того, как его водрузят на бронированный постамент под всеобщее обозрение? — прищурился Джон.
— Но такие вещи явно не посылают обычной почтой или с рядовым курьером, — задумалась Кэт. — Хотя кто знает… Вдруг его привезет какой-нибудь неприметный дипломат в простом дорожном рюкзаке, чтобы не привлекать лишнего внимания?
— Вот тогда мы и должны поймать этот момент, — твердо отрезал Джон. — С завтрашнего дня начинаем день и ночь пастись в Музее искусств. Но сперва — я сотворю фальшивку.
— Качественная фотография есть во всех сегодняшних газетах, — Кэт поднялась. — Сейчас вырежу и занесу тебе в мастерскую.
Джон без устали трудился в своей мастерской весь день, пока из куска обычного прозрачного горного хрусталя не выточил безупречную копию луврского бриллианта. Работа получилась настолько филигранной, что фальшивка искренне понравилась ему самому.
Все последующие дни напарники методично проводили в залах Музея изящных искусств, из-за чего местный персонал уже начал запоминать их лица. Наконец в один из дней в центре зала установили массивный бронированный постамент, защищенный толстым стеклом и опутанный десятками датчиков сложнейшей сигнализации. Трое техников сосредоточенно возились вокруг оборудования. Джон, улучив момент, бесшумно и уверенно подошел к ним со спины.
— Укладывай его на место, — устало бросил один из специалистов напарнику. — Потом активируем общую систему.
— Давайте я помогу, — спокойно вмешался Джон, делая шаг вперед. — У меня руки не дрожат, опыт есть.
Никто из техников в суматохе не обратил на незнакомца особого внимания. Один из мужчин просто перехватил драгоценный футляр и аккуратно передал алмаз Джону. В ту же секунду из широкого рукава пиджака Джона на ладонь скользнула хрустальная копия. Одним молниеносным движением он водрузил фальшивку на бархатную подушечку постамента, а подлинный шедевр Лувра мгновенно скрылся в его рукаве, плавно перекочевав в глубокий карман брюк.
— Послушайте, а вы, собственно, кто такой? — вдруг подозрительно прищурился старший техник, оглядывая Джона.
— Прикомандирован из Луврского музея, профессор Жан-Поль, — совершенно хладнокровно соврал Джон, даже не моргнув глазом. — А в чем, собственно, дело?
— Да нет, ничего… Нам просто не сообщали о визите французских коллег, — пожал плечами американец. — Ну да ладно. Аккуратно опускаем колпак и включаем эту кнопку.
Он запечатал витрину и щелкнул тумблером. На панели загорелись зловещие красные индикаторы.
— Теперь наши парни позаботятся о скрытом видеонаблюдении, вооруженной охране и прочей лазерной защите. Спасибо за содействие, Жан-Поль, — кивнул он на прощание.
Джон поспешил технично ретироваться из музейного зала. Наблюдавшая за этой сценой издалека Кэт от шока и скорости происходящего даже ничего не успела понять. Уже вернувшись в свой салон, Джон под лупой тщательно удостоверился, что держит в руках подлинный «Падишах», после чего набрал секретный номер дона Вертуччи. Спустя час к дверям ювелирного привычно подкатил черный «Кадиллак», и великий алмаз навсегда укатил в сейфы мафии.
Поздно вечером в кабинете Джона требовательно зазвенел телефон. Это был дядя Джо.
— Джон, — в голосе старого гангстера слышалось искреннее восхищение, — мои эксперты подтвердили: алмаз подлинный. Я тебя поздравляю, парень. Вот только мне безумно хочется спросить: как тебе, черт возьми, удалось провернуть это так молниеносно?
— Ловкость рук и никакого мошенничества, — улыбнулся Джон в трубку. — Будут ли другие задания аналогичного характера?
— Не всегда, — уклончиво отозвался дон Вертуччи. — Но за первый свой долг ты мне отплатил сполна. Я тоже умею держать слово и платить по счетам. Спокойной ночи, Джон.
После этого звонка у напарников состоялся долгий, тяжелый разговор на втором этаже.
— Дорогая, мы попали на очень хороший крючок. Даже на крюк, я бы сказал, — хмуро произнес Джон, обнимая Кэт за плечи. — То, что мне сегодня удалась эта безумная подмена с «Падишахом», — чистая, слепая случайность. Настоящее чудо. Второй раз такой фокус не выгорит. Нам нужно немедленно разрывать любые отношения с дядей Джо, хотя я пока с трудом представляю, какими окажутся последствия этого шага. Первым делом мы сегодня же ночью тайно вывезем из магазина и спрячем в ячейки вокзала все наши брюссельские чемоданы. У меня есть стойкое ощущение, что этот старый лис обчистит наш салон дочиста, как только я официально откажусь на него работать.
— Но ты ведь даже не догадываешься, какое задание он приготовит для нас следующим? — заволновалась Кэт.
— Не знаю, — отрезал Джон. — Но ясно одно: я и ты — мы свободные птицы. Мы никогда ни от кого не зависели и плясать под дудку чикагских гангстеров не станем. Пора заканчивать эту рабскую историю.
— А если он прикажет нас ликвидировать? — тихо спросила она, прижимаясь к его груди.
— А зачем ему это? Дядя Джо — крупный деловой человек, у него прагматичный, чисто коммерческий тип мышления. Мертвые мы ему пользы не принесем.
— Что ж, я полностью с тобой согласна, — Кэт твердо посмотрела ему в глаза. — Сидеть на привязи у мафии мне тоже не по душе. Поедем на финальный разговор вместе?
Джон молча кивнул. Этой же ночью, едва стрелки часов пересекли полночь, они загрузили в микроавтобус четырнадцать тяжелых чемоданов с брюссельским товаром и перевезли их к центральному вокзалу. Но когда половина груза уже заняла автоматические ячейки, Джон внезапно замер.
— Нет, — чертыхнулся он, захлопывая дверцу сейфа. — Проклятье, придется всё переделывать. Парень Свенсона и люди дяди Джо в прошлый раз оставили нас именно здесь. Мафия сто процентов пасет эти камеры хранения и знает, что наши заначки лежат на вокзале. Давай грузить всё обратно. И те синие сумки от Свенсона тоже забираем. Оставим товар прямо в микроавтобусе, а саму машину надежно спрячем на неприметной парковке.
До самого утра напарники изнурительно перетаскивали ящики. На рассвете Джон загнал микроавтобус на самую захудалую, заброшенную автостоянку на окраине Чикаго, поминутно сверяясь с зеркалами заднего вида — нет ли хвоста. Убедившись, что слежки нет, они на попутном такси вернулись домой.
Едва двери их ювелирного салона открылись для посетителей, Джон сразу набрал номер дона Вертуччи.
— Нам нужно встретиться, — коротко бросил он в трубку.
— Приезжайте, я на месте, — спокойно отозвался мафиози.
Дядя Джо, как и в их прошлый визит, вальяжно восседал в своем любимом глубоком кресле.
— Мы приняли решение выйти из игры, — без лишних предисловий начал Джон, твердо глядя в глаза старику. — Мы категорически отказываемся дальше работать на вас.
— Вот как? — искренне удивился глава клана, приподняв седую бровь. — А ты вообще осознаешь последствия такого шага, парень?
— Какими бы они ни были. Не думаю, что вы станете ликвидировать нас из-за этого.
— Ну разумеется, убивать вас никто не будет, — добродушно усмехнулся дон Вертуччи. — Это ведь не личная обида, а обычный бизнес. Просто ты навсегда потеряешь свой роскошный салон и весь товар, включая тот, что лежит у тебя на подземном складе. Конечно, твоя американская страховая компания полностью возместит тебе убытки наличными, но легального ювелирного бизнеса в Чикаго у тебя больше не будет. Ты оказал мне великую услугу, виртуозно доставив «Падишах». Я умею быть благодарным, поэтому всё твое криминальное европейское прошлое останется строго между нами, Интерпол от меня ничего не узнает. Но взамен я предлагаю тебе последнюю выгодную сделку. Я отпускаю вас с Кэт на все четыре стороны, но при одном условии: завтра во время очередного налета на твой салон ты послушно вызовешь полицию, но сделаешь это строго после того, как мои ребята скроются за углом с мешками. Мне безумно жаль терять таких профи, как вы. Но зато мой клан получит гору ювелирных шедевров высшего качества, а элитные камни, как ты уже понял по алмазу, — моя главная слабость. Только одного не пойму: что именно тебя так сильно напугало, Джон?
— Ваши будущие заказы, — честно ответил Джон. — С луврским алмазом мне повезло чисто случайно, это была импровизация на грани фола. Второй раз такое чудо не повторится. К тому же мы с Кэт — вольные птицы. И хотим остаться такими до конца.
— Понимаю и уважаю твою позицию, — дядя Джо понимающе кивнул. — Да, следующие задания были бы в сотни раз сложнее и опаснее этого музея. Раз ты так неистово рвешься на волю — я тебе её дам. Но предупреждаю сразу: даже не вздумай тайно вывозить или прятать остатки товара из магазина. С текущей секунды за каждым твоим шагом и за каждым грузовиком будут неотрывно следить мои люди. Финальное ограбление салона назначим на завтра, ближе к концу рабочего дня. Сделай одолжение: заранее подготовь и сгруппируй лучшие изделия в сейфе, чтобы процедура прошла максимально быстро и без шума. И главное — не делай вид, будто собираешься сбежать. Кстати, если не секрет, куда планируете перебраться из Чикаго?
— Пока не решили окончательно, — уклончиво отозвался Джон. — Возможно, улетим во Французскую Полинезию, на острова.
— Черт побери, в той глуши мои парни вас точно искать не станут, — рассмеялся старик. — Что ж, это ваше право, преследовать я вас не буду. Но помни: если вдруг одумаешься или заскучаешь по адреналину — возвращайся. Я верну твой салон и весь конфискованный товар обратно. Подумай на досуге, какая это чертовски выгодная сделка. Кстати, те сокровища, что мои ребята вернули тебе после первого налета, я официально вам дарю. Сможете легально продать их и открыть небольшую уютную лавочку на островах для безбедного старта. Удачи, Джон.
— Я буду иметь это в виду, дон Вертуччи, — сдержанно кивнул Джон.
Они с Кэт поднялись, вежливо попрощались с главой клана и покинули особняк. Весь оставшийся день они провели на подземном складе своего салона, методично упаковывая лучшие ювелирные изделия обратно в дорожные чемоданы. У Джона буквально сердце кровью обливалось, когда он своими руками отдавал сокровища, но за абсолютную свободу нужно было платить, и он это прекрасно понимал.
На следующий день магазин открылся как обычно. Никто из персонала ни о чём не догадывался. В обеденный перерыв, когда торговый зал опустел, Джон незаметно подобрался к сигнализации. Он полностью отключил тревожную кнопку в зале, оставив действующей лишь ту, что находилась в его личном кабинете. С помощью отвёртки он аккуратно ослабил винт крепления на кнопке в зале, из-за чего один из контактов просто повис в воздухе. Всё выглядело как случайная техническая поломка — комар носа не подточит.
Перед самым закрытием в салон ворвались четверо налётчиков в плотных масках и с автоматами наперевес — точь-в-точь как в первый раз. Они стремительно очистили все центральные витрины и дочиста выгребли подземный склад. Испуганные посетители и продавцы послушно лежали на полу, не смея издать ни звука. Едва бандиты скрылись за дверями, Джон выждал положенную по уговору паузу и нажал на тревожную кнопку в своём кабинете.
— Почему ты не нажала кнопку в зале?! — с фальшивым гневом набросился он на старшую продавщицу, как только люди начали подниматься.
— Я нажимала, клянусь вам! Нажимала несколько раз, но никто не приехал! — со слезами на глазах оправдывалась перепуганная девушка.
Вскоре за окнами завыли сирены, примчались наряды полиции, но налётчиков уже и след простыл. Следом за копами прибыли хмурые представители страховой компании. Джон с выражением глубокого горя на лице демонстрировал экспертам абсолютно опустошённый сейф-запасник. Салон был вычищен до нитки. Страховщики сочувственно хлопали его по плечу и пытались утешить. Кэт рыдала навзрыд, и эти слёзы были абсолютно естественными, да и самому Джону в этот миг чертовски хотелось заплакать. Он разом лишился всего, что с таким трудом и риском собирал долгие годы во Франции.

Глава 15. Барселона.

Потянулись долгие дни бумажной волокиты и бюрократических процедур. Договор аренды помещения в центре Чикаго был официально расторгнут, Джон и Кэт съехали из квартиры над салоном и временно обосновались в отеле. Безопасники страховой компании провели тотальное внутреннее расследование, но всё было очевидно: преуспевающего европейского инвестора обчистили дочиста из-за технического сбоя проводки в зале.
Наконец, спустя месяц, страховой гигант выплатил Джону баснословную, астрономическую сумму — сто шестьдесят миллионов долларов. Дело было закрыто за отсутствием улик.
— Кэт, — горько усмехнулся Джон, бережно обнимая её в номере отеля, — помнишь, как на финише во Франции нам отчаянно не хватало каких-то трёх миллионов? А сейчас нам эти честно отсуженные миллионы просто некуда девать. Да вдобавок и брюссельского товара у нас в заначке еще полным-полно.
— И что ты планируешь делать дальше? — Кэт заглянула ему в глаза. — Мы действительно улетим в Полинезию, как ты наврал дяде Джо?
— Возможно, когда-нибудь на пенсии мы туда и доберёмся. А пока у нас на руках целых четырнадцать чемоданов первоклассных сокровищ, которые нужно пустить в оборот. У меня родилась отличная мысль. В солнечном Майами осел один мой надёжный и очень влиятельный деловой партнёр. За полмиллиона долларов он без лишнего шума снимет для нас шикарное помещение под ювелирный салон с панорамным видом на океан и официально запишет весь бизнес на своё имя. Нам придётся отстёгивать ему небольшой процент каждый месяц, но для нашего нового капитала это сущие центы. Мы просто привезём брюссельский товар на всё готовое, разложим его по витринам и начнём легально торговать. В официальных бумагах наши имена фигурировать не будут, мы останемся в тени. Самое главное сейчас — добраться до Майами без хвоста от людей дона Вертуччи. Если старик пронюхает, что мы обвели его вокруг пальца и сохранили часть ценностей, он достанет нас и на южном побережье.
— Я много читала про Майами, там безумно красиво, тепло и вечное лето, — Кэт нежно прижалась к его плечу. — Слушай, Джон, почему же ты изначально выбрал этот хмурый, бандитский Чикаго, а не увёз меня к океану сразу?
— Просто Чикаго тогда засел в голове, тем более я с местными ювелирами часто переписывался, — уклончиво отозвался Джон.
— Джон, а можно личный вопрос: как ты вообще ко мне относишься? — Кэт слегка отодвинулась и пристально заглянула ему в глаза.
— Трудно сказать, — Джон смущенно опустил взгляд. — Мы с тобой уже настолько слились в одно целое, что я просто не представляю своей жизни без тебя.
— Тогда почему ты до сих пор не сделаешь мне предложение?
— А разве штамп в паспорте что-то изменит в наших отношениях? Кэт, я всю жизнь хожу по лезвию бритвы. В любой момент я могу схватить пулю или оказаться в могиле. Зачем делать еще одну любящую женщину вдовой?
— Но ведь я живу точно так же, Джон! Мы в одной лодке.
— Ладно, подумаем об этом позже, — увильнул он от опасной темы. — Сначала нам нужно благополучно добраться до Флориды. А прежде я наберу Майка.
Он пересел к столу и долго с кем-то разговаривал по телефону, пока Кэт молча лежала на кровати, не сводя с него влюбленного взгляда.
— Значит, договорились, буду через две недели, — подвел итог Джон. — Как раз мне хватит времени, чтобы добраться. Не прощаюсь. — Он положил трубку и повернулся к напарнице: — Ну что, Майк согласился. Сумма в полмиллиона окончательно добила его сомнения. Так что в Майами всё будет путем.
Вечером они вышли прогуляться по чикагским улицам, как вдруг Джон резко сплюнул сквозь зубы.
— Проклятье… За нами уже пару кварталов плетется какой-то тип. То ли от дона Вертуччи хвост, то лищейка из страховой компании. С таким шпионом на хвосте мы в Майами не выскользнем. У дяди Джо слишком длинные руки. Нам нужно срочно улетать в Европу, прямо сегодня.
— А это еще зачем?! — округлила глаза Кэт. — Мы же только оттуда!
— Если люди Вертуччи вычислят нас во Флориде, старик обязательно поинтересуется, откуда у нас в новом салоне опять взялась гора элитного товара. Вот тогда мы и пустим ему пыль в глаза — скажем, что сделали экстренный вояж в Старый Свет и привезли свежую контрабанду. Он проверит портовые сводки, увидит наши билеты и оставит нас в покое.
— И куда летим?
— Да хоть куда, лишь бы обрубить хвосты. Давай в Испанию, в Барселону. Там многие в туристических зонах прекрасно понимают французский.
— Но мы станем там что-то грабить? Или просто переждем?
— С этим разберемся уже на месте. Конечно, желательно привезти оттуда хотя бы пару стоящих вещиц для правдоподобности.
— Значит, нас опять ждет авантюра? — Кэт задорно улыбнулась.
Джон ничего не ответил, лишь загадочно ухмыльнулся. До конца дня они наспех собрали чемоданы, полностью рассчитались с отелем и улетели в Испанию самым последним ночным рейсом.
В Барселону они прибыли под вечер следующего дня и сразу сняли роскошный номер в центре. Разложив вещи, они купили стопку местных газет и принялись придирчиво изучать объявления.
— Ничего путного, — Джон удрученно откинулся на спинку кресла. — Никаких выставок. А просто совершать налёты на мелкие магазины нам сейчас невыгодно. Мы не пройдем строгую таможню США с огромными чемоданами золота, либо опять придется отстегивать миллионы за подкуп диспетчеров и частный самолет.
— А у меня есть отличная мысль на этот счет, — Кэт лукаво прищурилась. — Я наткнулась на объявления контор, которые занимаются закрытой скупкой и продажей неограненных бриллиантов. Если мы добудем хотя бы один компактный мешочек чистых алмазов, американская таможня ни за что не заметит его в нашем личном багаже. А по стоимости это потянет больше чем на миллион!
— И правда! — Джон восхищенно посмотрел на неё и улыбнулся. — Ты просто умница, девочка! Выписывай адреса.
На следующее утро они отправились по координатам из газет и вскоре убедились, что эти теневые конторы маскируются под обычные ювелирные магазины.
— Крупные бриллианты всегда хранятся лично у хозяев, в их офисных сейфах, — Джон прикинул план, разглядывая витрины снаружи. — Значит, нам нужно легально проникнуть к ним в кабинеты под видом состоятельных покупателей. Разыграем классический спектакль для богачей?
— Я смогу подыграть в любой момент, — кивнула Кэт. — Это сильно рискованно?
— Бывало и хуже, — отозвался Джон. — Главное, внимательно следи за моими действиями. Как только я подам тебе условный знак — мгновенно залепи лентой скотча рот хозяина, а потом намертво прикрути его к стулу.
Они уверенно вошли в просторный элитный ювелирный салон в центре Барселоны и вежливо попросили пригласить владельца.
— Я прилетел из Чикаго, — представился Джон, когда мужчина вышел в зал. — Владею там крупным ювелирным бизнесом. Я хотел бы лично выкупить партию неограненных алмазов, но строго экстра-класса.
Испанец с явным подозрением оглядел визитеров, но напарники выглядели безупречно и были одеты с иголочки.
— Пройдемте в мой кабинет, господа, — сменил он тон на более уважительный.
Они последовали за хозяином и очутились в его личном офисе.
— Садитесь, — предложил ювелир. Он достал из кармана связку, открыл ключом массивный напольный сейф и выудил оттуда плотный замшевый мешочек. — О каком объеме идет речь?
— Около ста штук, — спокойно ответил Джон.
— Ого! — толстяк озадаченно почесал лысину. — Не уверен, что у меня прямо сейчас наберется столько камней такого уровня. Оплата, я надеюсь, наличными?
— Разумеется. Так же, как мы надеемся на солидную скидку за опт.
— Что ж, смотрите, что у меня есть, — хозяин развязал шнурок и широким жестом высыпал на сукно стола горку сверкающих бриллиантов.
Джон вооружился лупой, стал придирчиво разглядывать каждый камень и раскладывать их в разные стороны. Было видно, что он кропотливо сортирует товар. Наконец он закончил и со вздохом отодвинул лупу.
— Здесь всего восемьдесят штук, и большая часть — откровенно низкого качества. Вот эти, — он небрежно указал на кучку с левой стороны, — вообще почти ничего не стоят, обычный конвейер. Остальные — весьма средний уровень. А мы ведь четко обозначили свои требования: экстра-класс.
— А вы чертовски хорошо разбираетесь в ювелирном деле, — уважительно вздохнул испанец. — Ладно, вижу, вас не проведёшь. Придется залезть в мою личную заначку. Но учтите: на эксклюзивный товар и цена будет соответствующей.
Мужчина поднялся из-за стола, обогнул его и подошел к тяжелому шкафу у стены. С усилием отодвинув его в сторону, он достал миниатюрный ключ и открыл замаскированную потайную дверцу в стене. Из небольшого встроенного сейфа он извлек еще один мешочек и вернулся на свое рабочее место.
— Что вы скажете вот об этих красавцах? — он с вызовом посмотрел на Джона, выкладывая новые камни.
Джон долго и молча изучал бриллианты под лампой.
— Это уже гораздо ближе к делу, — наконец медленно вымолвил он. — Какова цена?
— Там ровно пятьдесят штук. Пять миллионов долларов наличными, — выставил условия хозяин.
Джон незаметно толкнул Кэт ногой под столом. Девушка мгновенно поднялась, делая вид, будто просто поправляет подол платья. Неожиданно для ювелира она кошачьим движением обошла стол со спины и широким куском прочного скотча намертво залепила ему рот. Хозяин дернулся, но Джон уже мертвой хваткой прижал его руки к деревянной столешнице. Напарники действовали слаженно и за пару минут упаковали испанца так, что тот не мог даже пошевелиться.
Быстрым движением смахнув все отобранные бриллианты со стола обратно в мешочек, Джон подскочил к открытой потайной дверце в стене. Заглянув внутрь секретного сейфа, он обнаружил там еще один точно такой же плотный мешочек. Забрав и его, Джон рассовал добычу по глубоким карманам плаща.
Спрятав трофеи, они спокойно вышли из офиса, заперли за собой дубовую дверь на ключ и уверенно зашагали к выходу. Поймав у входа первое же свободное такси, напарники уже через четверть часа благополучно заперлись в своем роскошном гостиничном номере.
— Собираемся и немедленно улетаем, он запомнил наши лица. Пока полиция не перекрыла терминалы, — скомандовал Джон.
Они молниеносно побросали вещи в сумки и, даже не теряя времени на расчет у стойки отеля, помчались ловить такси до аэропорта.
— Ссыпь все бриллианты в один плотный мешочек и спрячь на самое дно чемодана, прямо в косметичку, среди своих макияжных принадлежностей, — наставлял Джон напарницу в машине.
Кэт сделала всё в точности, как он просил. Едва они ворвались в здание аэропорта Барселоны, выяснилось, что ближайший трансатлантический рейс вылетает в Нью-Йорк. Напарники быстро перехватили билеты и сразу прошли в зону посадки. Вскоре лайнер уже уверенно набирал высоту.
— И как я с самого начала своей криминальной карьеры не додумался заниматься исключительно бриллиантами? — с усмешкой покачал головой Джон, глядя в иллюминатор. — У нас в одном мешочке товара минимум на десять миллионов.
— А американскую таможню мы пройдем? — всё еще волновалась Кэт.
— Если спросят, тверди, что это дорожный набор профессиональной косметики. Не думаю, что инспекторы станут ковыряться в пудре и тюбиках с помадой.
В Нью-Йорк они приземлились поздно вечером. На паспортном и таможенном контроле всё прошло на удивление гладко.
— Мадемуазель, — дежурно поинтересовался на лотке досмотра высокий парень-офицер, — что у вас в этом кейсе, помимо макияжа?
— Только то, что необходимо каждой приличной девушке в путешествии, — кокетливо и мило улыбнулась Кэт.
— В таком случае, добро пожаловать. Проходите.
Джон за её спиной облегченно и тихо выдохнул.
Чтобы окончательно запутать следы и не светиться в аэропортах, до Чикаго они добирались на обычном рейсовом автобусе. Путь занял целый день. Наконец напарники прибыли в город, заселились в тихую гостиницу и без сил разлеглись на широкой кровати.

Глава 16. Переезд.

Утром, хорошенько выспавшись, Джон первым делом подошел к окну и осторожно раздвинул шторы. Увиденное на улице ему сильно не понравилось: неподалеку от центрального входа в отель лениво переминались с ноги на ногу несколько крепких одиноких мужчин в штатском.
— Нас продолжают плотно пасти, — мрачно констатировал он, оборачиваясь к Кэт. — Ищейки Вертуччи или страховщики дежурят на выходе. Придется сматывать удочки через служебный ход.
— А если мы спустимся на лифте прямо в подземный гараж? — предложила Кэт. — Ты сможешь угнать там какую-нибудь машину для рывка?
— Я не специалист по взлому замков, — покачал головой Джон. — Но мы можем напроситься к кому-нибудь в попутчики за приличную сумму. Я пойду быстро оплачу счет у портье, а ты хватай вещи.
Спустившись в подземный паркинг с личными чемоданами, они затаились. На стоянке было полно массивных внедорожников, и напарники терпеливо ждали своего шанса. Наконец к одному из пикапов подошел крепкий бородатый мужчина. Кэт мгновенно выросла прямо перед ним, включив всё свое женское обаяние.
— Извините, сэр, вы не могли бы подбросить нас до нашей автостоянки? — мило улыбнулась она. — У нас слишком много багажа, и в обычное легковое такси он просто не помещается. Мы с радостью заплатим вам сто долларов за потраченное время.
— За сотню баксов я готов довезти вас хоть на край света, — ухмыльнулся бородач, оценив купюру. — Давайте, закидывайте баулы в кузов и прыгайте в кабину.
Они быстро забросили чемоданы, запрыгнули на сиденья, и машина с ревом вылетела с паркинга. Мужчина доставил их точно по адресу, который назвал Джон. Напарники щедро рассчитались и бегом направились к своему запрятанному микроавтобусу. К их огромному облегчению, машина стояла нетронутой на захудалой парковке окраины. Перегрузив вещи, они выехали на трассу. Джон на первой же заправке купил подробную дорожную карту США.
Их путь пролегал практически через половину континента — с севера на юг. Но спешить им теперь было совершенно некуда. Они ехали в удовольствие, часто останавливались отдохнуть у живописных мест, а ночи проводили в придорожных мотелях.
Через пять дней пути они наконец прибыли в солнечную Флориду. Заехав в Майами, напарники сразу же заселились в роскошный отель на побережье, а свой драгоценный микроавтобус с четырнадцатью брюссельскими чемоданами надежно припарковали на охраняемой подземной автостоянке гостиницы. Джон оперативно связался со своим флоридским партнером Майком. Тот отчитался, что оформил уже половину документов на новый салон, но попросил дать ему еще дня три на улаживание формальностей с властями. Время у напарников было, и они с чистой совестью проводили жаркие дни на белоснежном пляже у океана.
— А знаешь, — лениво протянул Джон, глядя на набегающие волны, — твоя мечта о далеком острове и уютном баре у пляжа начинает обретать смысл. Я здесь настолько расслабился, что вообще делать ничего не хочется.
— Тогда, может, на ходу сменим наши грандиозные планы? — весело рассмеялась Кэт.
— Может, когда-нибудь на пенсии и сменим. Вот только на одиноком клочке земли в компании туземцев и заезжих туристов быстро завоешь на луну от скуки.
Три дня безмятежного пляжного отдыха пролетели как одно мгновение. В назначенный час Джон и Кэт встретились с Майком. Тот оказался крепким мужчиной средних лет, с аккуратной небольшой бородкой и выразительным горбатым носом.
— Салон расположен в лучшем районе города, прямо сейчас поедем на осмотр, — деловито начал Майк. — Роскошные апартаменты я снял для вас в этом же здании, этажом выше — прекрасная, просторная квартира, занимающая весь ярус. Помещение магазина уже полностью покрасили, сейчас мастера вовсю собирают торговые стеллажи. Раньше там располагался элитный ресторан. Кстати, Джон, те полмиллиона, что ты перевёл — это ведь чисто за мои организаторские услуги? Все остальные расходы, надеюсь, за твой счет?
— Разумеется, Майк, — Джон с доброй улыбкой похлопал партнера по плечу. — Сколько дней тебе еще требуется на финальные штрихи?
— Послезавтра можете официально заселяться. Ну и закроем финансовый расчет. Как мы и договаривались, ювелирный салон юридически оформлен на мое имя. Ты числишься генеральным директором, Кэт — твоя личная секретарша. Я уже нанял для вас четырех презентабельных продавщиц, этого хватит для старта?
— Именно столько нам и нужно. У тебя отличная память, Майк. И по сто тысяч долларов в месяц за использование твоего имени я стану выплачивать тебе день в день, без задержек.
— Всё строго по контракту, — довольно закивал тот. — Я уже подключил объект к центральной сигнализации. Установили две тревожные кнопки: одна спрятана у тебя в кабинете, вторая — на лотке в торговом зале.
— Тоже молодец, хвалю за расторопность.
— Тогда по коням, поехали смотреть объект!
Новый салон оказался в двух шагах от крупнейшего торгового центра Майами, что гарантировало нескончаемый поток богатых клиентов. Само торговое помещение уступало по размерам их чикагскому магазину, зато личный кабинет директора был огромным, со своим изолированным туалетом и даже душевой кабиной. Апартаменты этажом выше просто ласкали взгляд: свежий дизайнерский ремонт, безупречно работающая дорогая сантехника и панорамные окна. Работы в торговом зале были выполнены больше чем наполовину, мастерам оставалось от силы на день возни.
— Когда проведем финальный расчет? — заметно беспокоился Майк, косясь на чемоданы.
— Да что ты всё о деньгах да о деньгах? — рассмеялся Джон. — Получишь всю сумму до последнего цента, как только сдашь мне объект под ключ.
Уже к вечеру напарники окончательно перебрались в новые роскошные апартаменты и разложили личные вещи. С балкона открывался потрясающий вид на бескрайний пляж и бирюзовое море.
— До чего же здесь прекрасно! — мечтательно вздохнула Кэт, подставляя лицо теплому вечернему бризу. — Я всегда обожала океан. А погода какая… Не то что в этом хмуром, вечно ледяном Чикаго.
— Место идеальное, согласен, — Джон подошел со спины и мягко обнял её за талию. — Но давай-ка лучше трезво подумаем о наших чемоданах. После сокрушительного урока от дона Вертуччи я панически боюсь хранить всю эту гору золота на складском терминале. К тому же местная флоридская мафия рано или поздно обязательно сунет нос в наши дела. Предлагаю оставить в подсобке салона только один чемодан для текущей выкладки, а остальные тринадцать — сразу распихать по разным автоматическим камерам хранения в городе. Ты согласна со мной?
— Как скажешь, милый. Твоему чутью я доверяю беспрекословно, — тихо ответила Кэт.
— Послезавтра разложим товар по витринам. Подключи к выкладке всех четырех продавщиц, пусть вникают в работу. И оставим на точке только один брюссельский чемодан на всякий случай.
— Надеюсь, ты ни в одну из этих девиц не влюбишься? — лукаво прищурилась Кэт, порывисто обняв его за шею.
Потом они долго и упоительно спали под мерный шум прибоя, пока их среди ночи не разбудил требовательный телефонный звонок. Джон со вздохом протянул руку к трубке.
— Джон? Это дядя Джо, — раздался в динамике знакомый, хрипловатый голос. — Что, сынок, не ожидал? Мои люди повсюду, как видишь, добрались и до солнечной Флориды. Но ты не дергайся, я звоню исключительно поздравить тебя с переселением. Район ты выбрал шикарный, место мне безумно нравится.
— Джо, как, черт возьми, ты меня нашел?! — встревоженно спросил Джон, мгновенно протрезвев и садясь на постели.
— Я даже знаю, что перед броском на юг ты экстренно слетал в Европу, — благодушно рассмеялся старый дон. — За свежим товаром летал? И куда именно, если не секрет?
— В Испанию, в Барселону, — хладнокровно соврал Джон. — Привез оттуда кучу эксклюзивных камней.
— А-а… Но мой таможенный канал в Нью-Йорке доложил, что через него ты не проходил. Впрочем, я только за, если тебе удалось знатно растрясти этих каталонцев.
— Я использовал свой личный, запасной вариант легализации, — отрезал Джон.
— Значит, витрины твоего нового салона опять забиты под завязку? Ну ты даешь, парень! Из тебя бьет фонтан энергии. Зря ты всё-таки ушел от моего клана, в Чикаго под моим крылом у тебя было бы поистине великое будущее.
— Меня и здешнее будущее вполне устроит, Джо. Если только сюда, на побережье, не нагрянут твои боевики с автоматами.
— Ну что ты, брось, — мягко осадил его Вертуччи. — Можешь даже не забивать себе голову этими глупостями. Гонять парней во Флориду ради пустой мести — слишком дорогое и бессмысленное удовольствие. Мне это не нужно. И всё же… время от времени я буду позванивать тебе с некоторыми деликатными просьбами. Разумеется, я стану щедро учитывать твой личный финансовый интерес. Так что не прощаюсь, Джон. Привет очаровательной Кэт. — На том конце провода раздались короткие гудки.
— Дон Вертуччи нас уже вычислил, — со злостью выдохнул Джон, швыряя трубку на рычаг. — Проклятье! Но как?! Он знает даже про наш экстренный рейс в Европу! Какое же счастье, Кэт, что мне тогда пришла в голову эта безумная мысль с Барселоной. Теперь старик ни секунды не сомневается, что всё золото в нашем новом магазине — это свежая контрабанда из Испании, а не утаенный чикагский товар Свенсона.
— Неужели его ищейки неотрывно следили за нашим микроавтобусом? — побледнела Кэт.
— Всё может быть, от сицилийцев всего можно ожидать. Но есть и хорошая новость: Джо пообещал, что громил присылать не станет. Будет обращаться только по делу, на взаимовыгодных условиях. Конечно, такого поводка нам только и не хватало для полного счастья… Но по крайней мере, грабить нас завтра никто не придет.
Через день напарники уже вовсю раскладывали сверкающие драгоценности по витринам нового салона. Джон полностью рассчитался с Майком, чему тот был несказанно рад, и до последнего цента уплатил все счета за молниеносное благоустройство и ремонт помещения. Весь запуск бизнеса под ключ обошелся ему ровно в миллион долларов.
Затем они с Кэт сели в свой верный микроавтобус, перегнали оставшиеся тринадцать чемоданов в закрытый сектор местного пригородного аэропорта Майами и надежно распределили их по автоматическим камерам хранения. В подземном сейфе нового магазина Джон оставил лишь один брюссельский чемодан — в качестве неприкосновенного резервного запаса.
А на следующий день состоялось торжественное открытие. В новый салон хлынули состоятельные клиенты, и за первые сутки, точь-в-точь как когда-то в Чикаго, напарники сделали баснословную выручку — почти на миллион долларов.
— Джон, — заглянула вечером в кабинет Кэт, — мы ведь в этой суматохе совсем позабыли о товаре Джека Свенсона! Его одиннадцать чемоданов так и пылятся в автоматических ячейках на вокзале Чикаго.
— Проклятье! — Джон резко подскочил со стула. — У меня совсем голова кругом пошла. Ладно, пусть пока лежит там, место надежное, хотя со временем надо будет потихоньку переправлять его сюда и пускать в оборот. Эх, нужно было загрузить и эти чемоданы в микроавтобус вместе с брюссельскими! Но что теперь махать кулаками после драки. При первом же удобном случае тайно наведаемся в Чикаго и заберем заначку.

Глава 17. Дядя Джо.

Незаметно пролетел целый год. Изысканный французский товар на витринах окончательно испарился, да и от грандиозных брюссельских запасов в камерах хранения аэропорта осталась от силы половина. Джон, как и на прежнем месте, укрепил на фасаде броскую вывеску о срочном выкупе драгоценностей у населения, но это были лишь скромные капли в море, не способные насытить аппетиты огромного салона с панорамным видом на океан.
Когда Джон уже всерьез подумывал о том, чтобы инкогнито слетать в Чикаго и забрать оставленные на вокзале чемоданы Свенсона, в его кабинете требовательно зазвонил телефон. Джон поднял трубку.
— Это дядя Джо, Джон. Как поживаешь, сынок? — раздался в трубке вкрадчивый голос мафиозного босса. — Тебе там свежий элитный товар, случайно, еще не требуется?
— А что, у вас есть конкретное предложение? — осторожно прищурился Джон.
— О-о, у меня в сейфах лежат прекрасные запасы твоих прежних французских изделий, — благодушно рассмеялся старик. — Но я их пока придерживаю. Искренне надеюсь, что ты со временем одумаешься и вернешься под мое крыло. А пока у меня есть для тебя одно по-настоящему грандиозное и выгодное дело. В чикагском Музее изящных искусств снова организуют закрытую экспозицию, совмещенную с масштабной выставкой-продажей лучших ювелирных домов Америки. На этой выставке будут блистать четыре уникальных, баснословно дорогих экспоната: чистейший рубин величиной с крупное яблоко, редчайший опал, выполненный в форме человеческой фигурки, роскошный сапфир, венчающий старинное ожерелье, и огромный алмаз, пусть и уступающий по размерам твоему «Падишаху». Кроме того, в залах выставят на продажу колоссальный объем первоклассной серийной ювелирки. А поскольку твой новый салон находится далеко от Чикаго, ты сможешь смело и легально продавать это золото у себя на побережье, разумеется, не вываливая всё на витрины разом. Скажу прямо: государственная охрана там будет лютая. Но у меня есть зацепка. За центральным залом, где водрузят те четыре главных камня, операторы станут неотрывно следить по мониторам видеокамер. В управлении полиции у меня сидят свои люди, и тот дежурный офицер, который заступит на смену у пультов, в нужный час просто закроет глаза на всё, что происходит на экране. Хуже другое, Джон: залы пронизаны невидимой сетью инфракрасных лучей, а каждые десять минут в часе по коридорам курсирует живой патруль из двух вооруженных охранников. Сама выставка-продажа будет обустроена по соседству, в смежном зале, массивная дверь между ними останется открытой. Ты сможешь затариться так плотно, что товара твоему магазину в Майами с лихвой хватит года на три бесперебойной работы. Мои условия просты: мне нужна хотя бы одна любая вещь из четырех главных раритетов. Всё остальное барахло и мешки с золотом забирай себе. Но если ты проявишь свой гений и случайно добудешь для меня все четыре уникальных камня, я официально и безвозмездно верну тебе весь твой французский товар, который мои ребята забрали при последнем налёте. Поверь моему слову, Джон. Что скажешь на это?
— Звучит чертовски заманчиво, — Джон задумчиво прикусил губу, нервно постукивая пальцами по столу. — Но мне необходимо изучить всё на месте преступления. Твой Музей изящных искусств я теперь знаю как свои пять пальцев, но мой прежний фокус с актерской подменой и «профессором Жаном-Полем» там второй раз точно не прокатят. Придется изобретать нечто принципиально новое.
— Тогда выезжайте и осмотритесь на месте, — подытожил дядя Джо. — Распродажа продлится всю следующую неделю, а главные камни уже красуются на постаментах. Мои люди на пульте караулят мониторы круглосуточно. Так что не волнуйся: кроме лазерной сетки и камер, там больше никаких сюрпризов нет. Да и раритеты эти, признаться, уступают по классу «Падишаху». Но я страстно хочу видеть их в своей коллекции.
— То есть вы целенаправленно собираете только уникальные выставочные экземпляры? — уточнил Джон.
— Где-то так, сынок. У каждого мужчины почтенного возраста должны быть свои маленькие слабости.
— Ладно. Мы выезжаем.
Джон положил трубку, немедленно позвал Кэт и в деталях обрисовал ей ситуацию.
— Наших брюссельских запасов в Майами действительно осталось всего четыре чемодана, — задумчиво протянула она, выслушав его. — Плюс одиннадцать чемоданов Джека Свенсона на вокзале Чикаго. Если мы успешно провернем это дело, о дефиците товара можно будет забыть на годы. Но, Джон… как ты собираешься выкрасть эти четыре камня, если они наглухо перекрыты инфракрасными лучами?
— Вот этого я пока сам не знаю. Будем разбираться на месте преступления. Я не инженер-электроник, чтобы играючи отключать лазерные датчики движения. Поедем сегодня же на микроавтобусе, и на этот раз я стану гнать вовсю, без долгих остановок в мотелях.
Они выехали тем же вечером. Джон выжимал из мотора максимум. Они с Кэт поочередно сменяли друг друга за рулем, летели без ночевок и покрыли колоссальное расстояние между севером и югом всего за трое суток.
Прибыв в Чикаго, напарники под видом обычных туристов отправились в Музей изящных искусств.
— Кэт, — негромко заговорил Джон, пока они неторопливо разгуливали по залам, изучая обстановку. — Первым делом нужно забрать четыре главных камня. Но для этого мне жизненно необходим чистый путь к отходу. Массивные двери музея на ночь запираются наглухо. На случай провала или спешки ты должна как-то обеспечить мне открытый выход на улицу.
— Проще простого, — уверенно ухмыльнулась она. — Я останусь в зале до самого закрытия, незаметно сопру у дежурного охранника связку ключей и сделаю слепки. Будет у нас дубликат от всех замков.
— Кэт, ты серьезно сможешь провернуть такое под камерами?
— Я это делала на улицах сотни раз, Джон. Для меня это раз плюнуть.
— Тогда действуем сегодня же, медлить нельзя. Подушечки со специальной мастикой для оттисков я добуду в любой замочной мастерской. Оставайся здесь, карауль цель, а я скоро вернусь.
Джон выскочил из музея, заехал в первую попавшуюся мастерскую на окраине и наплел пожилому слесарю стандартную байку: мол, строгая хозяйка квартиры не дает ему ключи от комнаты, и он хочет тайно сделать дубликат. Старик понимающе хмыкнул и продал ему три специальные подушечки с мягким воском, но строго попросил, чтобы точить сами ключи Джон пришел именно к нему. Джон клятвенно пообещал.
Со слепочными подушечками в кармане он примчался назад в музей перед самым закрытием. Кэт он обнаружил в центральном холле: она вовсю кокетничала с дежурным патрульным полицейским, на пальце которого беспечно покачивалась массивная связка ключей. Не прошло и пяти минут, как Кэт ловким движением профессиональной карманницы умыкнула связку и зажала её в ладони. Джон, неторопливо проходя мимо, незаметно перехватил ключи, зашел в туалетную комнату и за пару минут сделал четкие, глубокие оттиски со всех бородок. Вернувшись в холл, он аккуратно вложил связку обратно Кэт в руку.
Девушка мгновенно сориентировалась. Роняя ключи на кафельный пол у ног патрульного, она испуганно ойкнула:
— Ой, офицер! У вас тут связка выпала, какая я рассеянная, чуть не наступила!
— О, спасибо вам, мисс! — расплылся в улыбке полицейский. — Какая вы внимательная. Так что вы говорили насчет завтрашней экскурсии?
Дальше Джон слушать не стал. Со свежими слепками в кармане он на всех парах помчался обратно к старому мастеру-замочнику.
— Ух ты… Какие странные, сложные бороздки. Прямо как во дворце или старинном замке, — удивленно присвистнул слесарь, разглядывая оттиски под лампой.
— Я заплачу вам тройной тариф, сколько скажете, — твердо перебил его Джон, выкладывая на верстак стодолларовые купюры. — Только сделайте их идеально, без единой зазубрины.
— Раз так, сейчас же и приступлю к работе, — повеселел старик, сгребая деньги. — Загляни ближе к вечеру, парень. Думаю, всё будет готово в лучшем виде.
Вечером они вдвоем заглянули в мастерскую. Старый слесарь с гордостью протянул им новенькую, поблескивающую сталью связку дубликатов. Получив сверху обещанные сто долларов премии, он долго и рассыпчато благодарил щедрых клиентов.
— Они точно сработают? — с сомнением покачал головой Джон, разглядывая бороздки уже в номере.
— На все сто. Я сама видела, как патрульный закрывал именно этими ключами центральные и боковые двери, — уверенно заверила Кэт.
— Ладно. Будем считать, один критический вопрос решен. Кстати, сокровища Свенсона нам тоже придется вывозить с вокзала, открывая ячейки. Так что если влипнем — то по самую горловину.
На следующий день они отправились в торговый центр, закупили партию вместительных чемоданов и аккуратно штабелировали их в кузове микроавтобуса.
— В той связке должны быть абсолютно все ключи, включая массивный замок от пожарного выхода, — заметила Кэт, сверяясь со схемой музея.
— Вот ночью мы его и опробуем, — прикинул Джон. — Я тихо подкачу к этому сектору, и мы сразу выгрузим туда пустую тару.
Ровно в полночь микроавтобус бесшумно затормозил у глухой, погруженной в темноту стены музейного комплекса. Нужный ключ подбирали долго и нервно, но наконец один из дубликатов мягко провернулся в скважине, и тяжелая дверь поддалась. За ней оказалась пыльная техническая каморка, забитая пожарными шлангами, вентилями и старыми огнетушителями. Напарники быстро перетаскали пустые чемоданы внутрь и заперли за собой замок. Судя по толстому слою вековой пыли, сюда уже несколько лет никто из персонала не заглядывал.
— Завтра начнется штурм, — Джон повернулся к ней, когда они вернулись в отель. — Живой патруль я полностью беру на себя, нужно только запастись прочным скотчем. Твоя задача, Кэт, — последовательно открыть входные двери, центральный тамбур и боковой выход из зала, где развернется распродажа. Свою машину я припаркую на тихой улице в двух шагах. Если всё пойдет как надо, я просто приоткрою тебе створку, и ты нырнешь внутрь. Главное — не маячь на виду у прохожих.
Следующий день они провели в залах музея. С огромным трудом им удалось отыскать неприметную служебную дверь, ведущую в ту самую пожарную каморку, зато теперь они точно знали, где дожидается своего часа их багаж. Ближе к вечеру, когда смотрители начали торопить посетителей к выходу, Джон неприметно свернул в сторону туалетных комнат. Кэт, напоследок кокетливо улыбнувшись дежурному охраннику, направилась к центральным дверям. Вслед Джон негромко напомнил ей, что с этой секунды они работают строго в тонких перчатках, и Кэт согласно кивнула.
Джон зашел в крайнюю кабинку, ловко взобрался по трубам к самому потолку и замер на узком выступе над перегородкой.
Вскоре послышался глухой шаг — начался финальный предзакатный обход здания. Джон сквозь щель видел, как в туалет заглянул рослый охранник. Тот бегло оглядел пустые открытые дверцы всех кабинок и, не проходя вглубь помещения, поспешно вышел. Путь был полностью свободен, ловушка захлопнулась.
— Значит, ровно на десять минут в часе инфракрасные лучи будут отключаться для пересменки патруля, — лихорадочно вспоминал Джон инструкции дяди Джо. — За этот короткий отрезок мне нужно намертво упаковать копа и вытащить его тушу из выставочного зала. Иначе лазерная сетка включится, наткнется на него, и взвоет сирена.
Сам Джон затаился в дверном проеме туалета, куда невидимые лучи датчиков движения заведомо не доставали. Хранители музея были уверены в своей электронике, но лучи оставались слепы к потолочным зонам.
Вдруг массивная дверь скрипнула, и в коридор шагнул первый дежурный патрульный. Джон коршуном выскочил из темноты прямо перед ним и резким, отработанным движением сделал жесткую подсечку. Охранник с грохотом повалился на кафель. Не дав ему опомниться, Джон мгновенно залепил ему рот широкой лентой скотча, стянул руки за спиной, связал ноги и поволок бездыханное тело прочь из опасной зоны зала.
— Эй, ты! — вдруг раздался за спиной грозный, удивленный голос. — Ты еще кто такой?! Что здесь происходит?!
Джон резко развернулся и на автопилоте нанес хлесткий, сокрушительный удар в живот новоявленному свидетелю. Мужчина со стоном согнулся пополам — это оказался дежурный охранник из соседнего зала распродажи, который решил проверить подозрительный шум. Не теряя драгоценных секунд, Джон виртуозно проделал с ним ту же процедуру, намертво упаковав в кокон из скотча, после чего тяжело задышал и задумался.
По первичному плану Кэт должна была просто открыть двери и ждать его знака снаружи. Но раз уж оба охранника нейтрализованы, а проходы свободны… почему бы не переиграть сценарий прямо сейчас?
Джон быстро вернулся в центральный зал, затаился в тени угла и вытащил пистолет. Самих инфракрасных лучей в полумраке видно не было, а вот датчики, испускавшие их, четко просматривались под самыми стропилами крыши — он насчитал ровно пятнадцать штук. Джон понимал, что идет на колоссальный риск и в любую секунду может взвыть сирена, но отступать было поздно. Тщательно прицелившись, он затаил дыхание и плавно нажал на спуск. Над первым прибором поднялся тонкий сизый дымок, но общая сигнализация, вопреки опасениям, промолчала.
— Ах, вот вы как? — искренне удивился он. — Ну тогда получайте!
Джон методично, один за другим, расстрелял два полных магазина. Ни одного «живого» лазерного датчика под потолком не осталось. В самом конце коридора тускло поблескивал объектив камеры видеонаблюдения — в неё Джон вогнал самый последний патрон. Техника вспыхнула короткой искрой и навсегда погасла. Джон подскочил к центральному постаменту, за считаные секунды извлек из ячеек все четыре бесценных камня, рассовал их по карманам и аккуратно приоткрыл створку боковой двери. Буквально через пару минут внутрь бесшумно проскользнула Кэт.
— Главные раритеты у меня, — перевел он дух. — А теперь давай без лишних слов приниматься за витрины американских ювелиров.
Эта часть работы была для них абсолютно привычным, отточенным до автоматизма делом. Разница заключалась лишь в том, что оба теперь действовали в тонких перчатках. Джон тяжелым молотком сбивал навесные замки и одним рывком приподнимал металлические шторы боксов, а Кэт стремительно сгребала драгоценности в объемистый портфель, чтобы затем аккуратно пересыпать их в приготовленные чемоданы. Напарники изнурительно пахали до самого рассвета. Еще в глубокой предрассветной темноте через запасной пожарный выход они начали спешно перетаскивать и грузить чемоданы в кузов микроавтобуса. Собрать удалось ровно десять штук, но этого грандиозного куша им хватало с избытком. Джон до упора выжал газ, и машина рванула с места, держа курс прямиком к загородному особняку дона Вертуччи. По дороге, не выдержав дикой усталости, они припарковались на окраине и пару часов чутко подремали в кабине.
Дядя Джо, как обычно, вальяжно восседал в своем рабочем кабинете. Старик в изумлении округлил глаза, когда Джон один за другим выложил на сукно стола четыре фантастических камня.
— Ты настоящий волшебник, Джон, — искренне восхитился глава мафии, разглядывая сокровища. — Надеюсь, мои операторы у мониторов сильно облегчили тебе задачу?
— Они просто не мешали мне работать, — уклончиво усмехнулся Джон. — Ну так как насчет нашей старой французской коллекции, дон Вертуччи?
— Я всегда держу свое слово, парень, — твердо кивнул старик. — Скажешь Мартину, моему подручному, пусть выдаст вам ваши чемоданы со склада. Для моего клана в этих вещах нет ничего интересного, а для твоей витрины в Майами — самое то. Ну как, Джон, скажи честно: сработались мы с тобой? Сколько ты успел попутно вытрясти у здешних ювелиров в соседнем зале?
— Достаточно, обиженным точно не остался. Будут еще интересные идеи мирового масштаба — звони. А пока мы поехали, дорога до Флориды предстоит долгая.
— Что ж, спасибо за ювелирную работу. Не прощаюсь, сынок.
Тот самый Мартин, молчаливый гангстер в строгом костюме, без лишних слов помог им загрузить в кузов десять чемоданов с французским золотом, ранее принадлежавших их чикагскому магазину, и напарники наконец покинули особняк.
— Десять наших старых, родных чемоданов из Франции, — вслух считал Джон, крепко удерживая руль микроавтобуса на трассе. — Плюс десять свежих чемоданов из сегодняшнего музея… Итого двадцать. Кстати, Кэт, нам ведь нужно обязательно забрать одиннадцать чемоданов Джека Свенсона!
Они круто развернулись, заехали на центральный вокзал Чикаго и по старым кодам быстро опустошили автоматические ячейки хранения, забив кузов машины до самого потолка.
— Теперь нам этой горы сокровищ с лихвой хватит лет на пять безбедной торговли, — повеселел Джон, выруливая на южное шоссе.
— Да брось ты, с нашими аппетитами всё разойдется от силы за пару лет, — задорно рассмеялась Кэт.
— Ну а дальше что? Опять полетим потрошить тихую Европу?
— С тобой, любимый, я готова отправиться хоть на край света, — Кэт нежно положила голову ему на плечо и лукаво прищурилась. — И всё-таки, Джон… открой секрет: как именно ты умудрился так чисто спереть эти четыре проклятых камня из-под лазерных лучей?
— Просто расстрелял два магазина по датчикам, — усмехнулся Джон, крепче перехватывая руль. — Самих лучей я так и не увидел. Всё оказалось проще пареной репы.
— Надо же… А ведь такую глупость инженеры и не предусмотрели. Тоже мне, спецы называются, — весело покачала головой Кэт.
Обратный путь до Флориды они проделали не спеша, растянув дорогу на пять дней. Всё прошло гладко. В их отсутствие Майк бдительно присматривал за делами, и роскошный салон спокойно работал в обычном режиме.

Глава 18. Предложение.

Незаметно пролетел еще один год, а может, и чуть больше. Жизнь на побережье текла мирно и легально, пока в один роковой день их благополучие не разлетелось вдребезги: на салон совершили жестокий налёт.
Нападавших было восемь человек. Они действовали нагло и агрессивно. Один из бандитов сразу же прострелил руку старшей продавщице — именно той девушке, которая в панике потянулась к скрытой тревожной кнопке. Джон и Кэт в этот момент находились на втором этаже в своем просторном кабинете и поначалу даже ничего не заподозрили. Налётчики были вооружены скорострельными автоматами «Узи». Молниеносно очистив центральные витрины зала, они беспрепятственно скрылись.
Джон нажал дублирующую кнопку в офисе только тогда, когда к нему наверх с криками прибежали испуганные сотрудники. Но время было безнадежно упущено. Вскоре здание оцепили наряды полиции и эксперты страховой компании, началось масштабное расследование. Раненую продавщицу экстренно увезли на скорой в центральный госпиталь Майами.
На следующее утро к дверям ювелирного салона плавно подкатил огромный черный лимузин. Из салона вышел подтянутый, не старый еще мужчина с намечающейся залысиной и аккуратными тонкими усиками. Его сопровождали двое грозных телохранителей. Бесцеремонно проигнорировав продавцов в зале, троица направилась прямиком на второй этаж.
Секьюрити остались бдительно дежурить у входа, а их босс хладнокровно переступил порог кабинета и без приглашения опустился на стул прямо напротив Джона.
— Челеста, — сухо и веско представился визитер. — Я пришел к вам сугубо по делу. Можете называть меня просто Гарри.
Он внимательно изучил лица хозяев, но напарники молчали, не понимая, к чему клонит ночной гость.
— Вы что, серьезно никогда обо мне не слышали? — искренне удивился мужчина. — Что ж, поясню: я возглавляю местный мафиозный синдикат во Флориде.
— И с какими же требованиями вы к нам пожаловали? — грустно спросил Джон, внутренне собираясь. — Хотите, чтобы мы начали платить вашей банде за долю и охрану?
— Нет, платить процент мне вы будете в любом случае, иначе вас здесь просто быстро убьют, — равнодушно отозвался Гарри. — Но сейчас разговор о другом. Мне нужен ваш ювелирный магазин. Целиком. В таком цветущем виде, в каком он существует прямо сейчас.
— Но этот салон вообще-то нужен и нам самим, — жестко вмешалась в разговор Кэт, уперев руки в бока.
— Я пришел сюда не просить и не умолять, а забрать то, что считаю своим, — ледяным тоном отрезал главарь флоридской мафии. — Вчера мои ребята наглядно продемонстрировали вам пример нашей силы. Если вы до сих пор не сделали из этого правильных выводов, то в следующий раз в этом зале будут лежать уже настоящие трупы. И я сильно не удивлюсь, если один из этих трупов окажется твоим, Джон. Мои условия предельно просты. Я официально выкупаю у вас эту точку. Плачу фиксированную сумму за само место и полностью забираю все ваши непроданные ювелирные изделия по себестоимости. Кстати, как вы оперируете общим количеством товара?
— Чемоданами, — глухо ответил Джон. — Но…
— Никаких «но». Этот магазин будет моим в любом случае, — жестко перебил Гарри. — Я долго присматривался к вашему салону, дела у вас идут значительно выше среднего. Итак, мои окончательные условия. Я полностью выплачиваю вам за товар ту сумму, в которую его оценит страховая компания. Согласитесь, это более чем щедро. Уверен, далеко не весь ваш ассортимент сейчас задекларирован официально, но я даю вам время это исправить. Привозите всё, лишний товар мне не помешает. И уясните еще одно: я могу ликвидировать вас обоих в любой момент, в любое время суток. Извините, если выражаюсь чересчур цинично, но такова местная реальность. Хотите спасти свои шкуры — переписываете бизнес на меня, и точка.
— А как же полиция? — снова подала голос Кэт, пытаясь нащупать почву.
— Кто?! — Гарри аж подскочил на стуле от резкого смеха. — Какая-то полиция? Да копы здесь все мои, до мозга костей! Они вам ничем не помогут. Короче, разговор окончен, я пошел. На раздумья у вас ровно два дня. Либо соглашаетесь, либо можете начинать присматривать друг другу гробы. На любой вкус.
Главарь мафии поднялся и, больше не проронив ни слова, стремительно покинул кабинет. Джон и Кэт застыли в тяжелом молчании.
— Ну вот и всё… Конец моей чикагской мечте, — горько произнес Джон, опуская руки. — Сразу видно: этот ублюдок шутить не станет. Полоснет из «Узи» на выходе — и привет, тот свет.
— Успокойся, Джон. Ты крупный миллионер, и было очевидно, что рано или поздно кто-то наступит тебе на пятки, — Кэт мягко обняла его за плечи. — В Чикаго это сделал дядя Джо, здесь объявился свой король, пусть и не слишком обходительный. Нужно сдавать бизнес, если мы хотим жить и остаться целыми. Придется привезти весь товар из заначки и застраховать его по максимуму.
— Нет, я просто поверить в это не могу, — Джон бессильно повесил голову. — В свободной, цивилизованной стране…
— У нас действительно слишком хорошо пошли дела, — вздохнула Кэт. — Тайком ты ведь и сам прекрасно понимал, что местная мафия рано или поздно явится на этот блеск.
— Но я не ожидал таких диких, грабительских условий! Ладно, делать нечего, придется подчиниться. Жизнь дороже любого золота. Поехали за остальными чемоданами, а я пока вызову эксперта из страховой компании. Я окончательно понял: где бы мы ни осели, спокойной легальной жизни у нас уже никогда не будет.
Они незамедлительно отправились на микроавтобусе в пригородный аэропорт и перевезли в салон оставшиеся двадцать два чемодана сокровищ — всё, что у них оставалось от европейских и чикагских гангстерских гастролей. Вскоре в кабинет прибыл знакомый инспектор-оценщик. Он методично описывал каждую вещь, после чего коробки плотно штабелировали на подземном складе.
— Бриллианты из Барселоны тоже отдавать этому Челесте? — тихо спросил совета Джон, открывая тайник.
— Он ни за что не поверит, что у такого мастера, как ты, нет чистых камней, — резонно рассудила Кэт. — Пока инспектор здесь, декларируй их тоже под общую повестку, официально положишь в сейф.
— Но самые лучшие экземпляры, хотя бы один компактный мешочек, я себе всё-таки оставлю, — упрямо буркнул Джон.
Он долго и придирчиво сортировал барселонские бриллианты, после чего один туго завязанный замшевый мешочек незаметно сунул себе в глубокий карман брюк.
— Мистер, — подозвал он занятого бумагами оценщика, — имейте в виду, у меня здесь в сейфе хранится партия неограненных алмазов экстра-класса. Их я тоже хочу официально включить в общий страховой полис.
Инспектор кропотливо работал до самого позднего вечера. Уходя, он пообещал вывести итоговую страховую сумму к завтрашнему утру.
Ночь прошла в гнетущей, траурной атмосфере. Джон неприкаянно ходил по пустому полутемному залу, бережно прикасаясь к стеклу витрин. Было видно, что он мысленно прощается со своим любимым магазином.
На следующий день раздался телефонный звонок из головного офиса страховой компании. Эксперт вежливо сообщил, что с учетом свежих чемоданов и элитных алмазов общая стоимость содержимого магазина оценена в фантастические четыреста пятьдесят миллионов долларов.
Ровно через день в директорском кабинете снова вальяжно расположился Челесте. Наглый Гарри чувствовал себя абсолютным хозяином положения.
— Я уже навёл справки через свои каналы: четыреста пятьдесят миллионов по общей оценке, — сухо озвучил он. — От щедрот душевных чисто за само место я добавлю вам сверху еще пятьдесят. Итого — круглые пятьсот миллионов долларов. Желаете получить всю сумму наличными? Мне абсолютно безразлично, бумага есть. Когда подписываем документы по передаче прав?
— А когда вы будете готовы предоставить всю сумму? — хмуро спросил Джон.
— Да хоть через час, — ухмыльнулся мафиози. — Завтра в полдень вас устроит?
Джон незамедлительно набрал Майка, на имя которого юридически был оформлен салон, и велел срочно прибыть в контору. Тот совершенно не понимал, что происходит и почему прибыльный бизнес внезапно закрывается, но клятвенно пообещал быть вовремя.
— Завтра в полдень, — подтвердил Джон, поворачиваясь к Гарри. — Весь задекларированный товар заперт на подземном складе, бриллианты из Барселоны — в сейфе. Можете прислать экспертов всё пересчитать.
— Мне с головой хватит и того, что каждая коробка официально занесена в полис и застрахована, — отмахнулся главарь мафии. — Страховые компании Чикаго и Майами ошибаются редко. Тогда до завтра, партнеры.
Он поднялся и неторопливо покинул салон.
На следующий день в назначенное время состоялась официальная процедура подписания договора купли-продажи. Мафиози Челесте держал слово: ровно половину колоссального куша он выплатил чистыми наличными в банковских упаковках, а на остаток суммы выписал чек, как и потребовал Джон для удобства легализации. Как только все формальности были улажены и новые хозяева заняли здание, Джон и Кэт погрузили сумки в микроавтобус и рванули в пригородный аэропорт Майами. Чтобы надёжно спрятать гору наличности, им пришлось арендовать сразу две автоматические камеры хранения.
— Кэт, — хмуро и растерянно произнес Джон, когда они закрыли последнюю стальную дверцу ячейки. — А ведь мы с тобой теперь самые настоящие миллиардеры… Помнишь, сколько нам выплатили по первой страховке в Чикаго? Добавь к этому чистые активы Свенсона, легальную выручку и эти пятьсот миллионов от Гарри. Наш общий теневой капитал сейчас составляет около миллиарда долларов. И что, черт возьми, нам теперь делать с этой лавиной денег?
— Я могу лишь искренне поздравить тебя, Джон, — Кэт мягко заглянула ему в глаза. — Поверь, ты обязательно найдешь для себя новую, чистую и легальную мечту, и всё возродится с еще большим размахом.
— Да куда там! — Джон был смертельно зол на весь мир, на мафию и на крушение своего красивого бизнеса во Флориде. — Всё кончено. Моему ювелирному искусству пришел конец, да и авантюрам, похоже, тоже.
— Ну почему же? На самый крайний случай у нас ведь всегда остается дядя Джо в Чикаго со своими великими планами? — попыталась подбадривать его она.
— Черт бы побрал этого старика и все его мафиозные дела! — отрезал Джон. — Я больше никогда в жизни ни под кого не подлягу и ни на какого дона горбатиться не стану. Я вольный человек.
— Тогда, может быть, мы наконец-то полетим во Французскую Полинезию? — Кэт подошла ближе и нежно обняла его за шею. — Если твоя чикагская мечта о шикарном магазине разбилась о мафию, то, может, пришла пора сбыться моей мечте, Джон? Не будь эгоистом, любимый.
Джон посмотрел на её счастливое, полное надежды лицо, и его суровое сердце окончательно оттаяло.
— А впрочем… Нам всё равно больше абсолютно некуда бежать во всей этой Америке, — тихо рассмеялся он. — Полинезия так Полинезия! Решено, летим к океану. Там на далеких островах нас точно не достанет ни Интерпол, ни чикагские сицилийцы, ни флоридские бандиты. Построим на побережье самый роскошный отель с уютным баром, выстроим для нас двоих великолепную виллу с панорамным видом на бирюзовую воду. И… и, может быть, даже наконец-то заведем ребенка.
Счастливая Кэт с радостным возгласом порывисто бросилась ему на шею, покрывая его лицо поцелуями.

Глава 19. Французская Полинезия.

На следующее утро напарники проснулись поздно. Солнце Флориды заливало их гостиничный номер ярким светом.
— Кэт, — задумчиво протянул Джон за завтраком, — у меня из головы не выходит один технический вопрос. Как нам незаметно переправить в твою Полинезию такую безумную гору наличных денег? Таможня на обычных авиарейсах нас просто арестует.
— На твоем месте я бы в первую очередь обратилась к нашему старому другу Джеку из службы паспортного и таможенного контроля, — мудро рассудила Кэт. — Ну или, на самый крайний случай, можно задействовать международные офшорные компании, которые за малый процент переведут любые миллионы на острова.
— Отличная идея, девочка, — Джон оживился. — Прямо сейчас соберусь и съезжу к Джеку на аэродром, поговорю с ним с глазу на глаз.
Джон на обычном рейсе оперативно долетел до Чикаго и на такси примчался к знакомому пригородному аэродрому — именно туда, куда они когда-то приземлялись на частном борту из Европы. Начальник контроля Джек оказался на своем рабочем месте.
— Твердый миллион долларов за аренду дальнего борта, а за таможню на той стороне и платить не придется — там её, считай, вообще нет. А что, парень, неужели опять гора тяжелого груза? — буднично поинтересовался он. — За такие деньги мне не трудно отправить тебя хоть в Антарктиду.
Тарифы у Джека оставались едиными и нерушимыми для всех направлений.
— Да нет, в этот раз всего несколько чемоданов, от силы с десяток, — отозвался Джон. — Короче, завтра я привожу тебе миллион наличными.
Они крепко ударили по рукам. Вернувшись во Флориду, Джон вместе с Кэт немедленно отправился в пригородный аэропорт Майами и полностью опустошил обе секретные ячейки хранения. Огромный банковский чек от Гарри Челесте Джон заблаговременно положил на свой легальный счет. Плотные пачки выкупных купюр они аккуратно расфасовали по чемоданам — наличные заняли ровно три вместительных кейса. К этому они добавили еще пять чемоданов с личными вещами и одеждой.
— Ну что, завтра вылетаем, — объявил Джон, обнимая Кэт в их пустом гостиничном номере. — Сначала прыгнем до Чикаго к Джеку, а уже оттуда — прямиком в Полинезию. Кстати, иди сюда, давай зайдем в интернет и придирчиво выберем конечную точку нашего маршрута.
Изучив карту островов, они единогласно решили проигнорировать шумную и суетливую столицу Папеэте. Их выбор пал на живописный прибрежный городок Теахупоо. Он не был глухой каморкой на отшибе: сюда круглосуточно съезжались тысячи состоятельных туристов со всего мира, на побережье красовались десятки пятизвездочных отелей экстра-класса, и жизнь там била ключом.
На следующий день напарники навсегда съехали из отеля в Майами. Уже к полудню их микроавтобус притормозил у знакомого ангара Джека в Чикаго.
— Координаты точного места высадки проверили? — уточнил таможенник, принимая сумку с миллионом. — Имейте в виду, пилоты высадят вас в международном аэропорту столицы, так положено по летным протоколам, а дальше доберетесь по побережью сами.
Им выделили отличный, надежный самолет среднего класса. Перелет через океаны выдался долгим и изнурительным, затянувшись на двое суток с парой коротких технических дозаправок.
Наконец шасси коснулись посадочной полосы. Столица Французской Полинезии встретила беглецов пронзительным свежим ветром и ослепительным тропическим солнцем. На выходе из терминала к ним неторопливо подошел местный таможенник, бегло глянул на документы и, даже не проверяя багаж, лениво черкнул размашистую подпись в декларации. Путь был полностью свободен. Напарники сразу же взяли вместительное такси и поехали в свой обетованный город.
Теахупоо оказался сказочно красивым и уютным местом. Маленькие колоритные улочки здесь гармонично соседствовали с роскошными виллами экстра-класса, а в воздухе звенела разноязыкая речь со всех континентов земли. Первым делом Джон и Кэт официально отметились в местном комиссариате полиции, подтвердив, что прибыли на острова на постоянное место жительства, и между делом поинтересовались, можно ли иностранцам легально приобрести здесь землю.
— Были бы у вас деньги, мистер, — весело усмехнулся дежурный офицер. — Найдите на набережной Жака, он у нас тут главный по оформлению частной собственности.
Жак оказался на удивление простецким, открытым мужчиной лет пятидесяти. Он щеголял в легких пляжных шортах, выцветшей майке и резиновых шлепанцах, а на его лице красовалась недельная небридость.
— Свободные участки есть, конечно. А какой конкретно размер вас интересует? — поинтересовался он, лениво попивая сок.
— Самый большой из всех, что у вас имеются, — с улыбкой ответил Джон.
— О-о, есть у меня один роскошный лот на примете, — оживился Жак. — На том участке при желании можно целый отель отбухать. Один богач как раз и выкупил его под гостиницу, да только силёнок и денег не хватило — бросил объект, один мощный фундамент в земле остался. Но предупреждаю сразу: стоит этот кусок земли чертовски дорого.
Они немного поторговались для приличия, после чего все вместе отправились на осмотр территории. Участок оказался просто фантастическим — он выходил прямиком на бескрайний, лазурный океан. Оставленный прежним владельцем фундамент действительно был заложен на совесть: широкий, продолговатый и глубокий.
— С фундаментом в комплекте и продаю. А вы что, серьезно планируете масштабное строительство? — полюбопытствовал маклер.
— Именно так. Собственный роскошный отель — это как раз то, что нам нужно, — твердо подтвердил Джон.
Ровно через неделю все юридические формальности были завершены, и огромный прибрежный участок перешел в их личную собственность. Пока сами напарники временно обустроились в элитном соседнем бунгало, Джон нанял ведущую строительную компанию островов и лично утвердил чертежи будущей виллы.
Каждый день Кэт и Джон проводили на белоснежном берегу, слушая мерный рокот прибоя, и тяжелое, наэлектризованное годами погонь настроение Джона стремительно улучшалось. Он наконец-то чувствовал себя дома.
Масштабное строительство отеля было полностью завершено за полгода, и еще столько же времени ушло на его роскошное внутреннее обустройство. На оставшейся свободной части участка они возвели собственную виллу — она получилась просто огромной, залитой светом и уютной. Кэт к тому времени уже была беременна. Из-за своего положения она больше не стремилась к активным действиям, а просто лениво и счастливо следила за ходом отделочных работ с шезлонга на террасе.
— Джон, — заговорщически обратилась она к нему в один из тихих вечеров, — ты не откроешь мне один маленький секрет? Я внимательно изучала финальные чертежи. Отель уже полностью готов, но что за странное просторное помещение спроектировано на самом нижнем этаже? Внешне это чертовски похоже на какой-то элитный магазин сувениров.
— Да, я заранее учел и эту деталь, дорогая, в нашей жизни всякое может быть, — загадочно улыбнулся он, уходя от прямого ответа. — Главное, скажи: твой собственный пляжный бар на побережье тебе понравился?
— Что-то ты явно хитришь, старый лис, — ласково погрозила она ему пальцем.
— Ничего я не хитрю. Лучше иди сюда. Сейчас я выбираю для нашей семьи хорошую моторную яхту, так что нужно будет срочно сделать надежный причал у виллы. Наш будущий малыш или малышка со временем станет с огромным удовольствием кататься с нами по океанским волнам.
— Это ты сам будешь с удовольствием кататься, — весело рассмеялась Кэт, прижимаясь к его плечу. — Нечего сваливать свои взрослые игрушки на будущих детей.
За эти месяцы они успели близко познакомиться со многими респектабельными соседями по побережью и теперь часто ходили к ним в гости на званые ужины. Наконец Джон уладил все формальности в центральном туристическом бюро, добившись, чтобы их новую гостиницу официально внесли во все международные каталоги для заселения.
В один прекрасный день состоялось грандиозное открытие. К пирсу Теахупоо стали массово прибывать первые иностранные туристы, и Джон с головой окунулся в рутину их комфортного размещения и администрирования. Отель быстро наполнялся разноязыким шумом.
— Мистер Джон, — поинтересовался на стойке регистрации один из состоятельных постояльцев, — а что у вас планируется к продаже внизу, в том красивом застекленном павильоне?
— Пока ничего, сэр, но уверяю вас: эксклюзивный товар прибудет со дня на день, — вежливо улыбнулся Джон.
Позже вечером, когда в отеле зажглись ночные огни, у напарников состоялся важный разговор в гостиной виллы.
— Дорогая, ты уж меня прости, — Джон мягко взял Кэт за руки, — но во Франции я сдал тебе далеко не все свои старые тайники. Я открыл тебе ячейки только в крупных мегаполисах. Но у меня осталось еще несколько очень жирных заначек в совсем крошечных провинциальных городках. И я безумно хочу до них добраться. Да, Кэт, ты в итоге оказалась абсолютно права: пусть на нижнем этаже нашего отеля откроется шикарный бутик ювелирных изделий. Колоссальных объемов товара нам здесь не нужно, это ведь бизнес строго в расчете на заезжих богатых туристов.
— Мог бы и сразу мне во всём признаться, — шутливо обиделась Кэт. — Но ведь тебе во Францию путь заказан, там до сих пор горит картотека Интерпола. Как и мне, собственно. И что ты предлагаешь делать?
— А почему бы нам не нанять для этого дела того самого Жака? — осенило Кэт. — Он ведь чистокровный француз, Париж и провинции наверняка знает как свои пять пальцев. Главное — пообещай ему действительно крупную, баснословную сумму, иначе старик просто заберет камни и не вернется обратно на острова. Иди поболтай с ним.
На следующее утро Джон перехватил Жака на набережной у причала и без лишних свидетелей обрисовал ему суть конфиденциального дела.
— Жак, послушай. До переезда я был крупным ювелиром во Франции, — начал он издалека. — В силу определенных обстоятельств у меня там остались очень ценные готовые изделия. Все они надежно спрятаны в автоматических камерах хранения на вокзалах в маленьких провинциальных городках. Я готов официально выплатить тебе сто… нет, даже двести тысяч долларов чистыми наличными, если ты оперативно слетаешь в Европу, соберешь по списку все вещи и доставишь груз сюда. Свой человек в Чикаго у меня есть, я сам созвонюсь с таможней, они обеспечат тебе безопасный транзитный полет без всяких дурацких проверок. Как тебе такое предложение?
— Староват я уже, конечно, для таких трансатлантических перелетов, — лениво почесал затылок маклер, оглядывая свои шлепанцы. — Но, с другой стороны, двести тысяч баксов на дороге не валяются, их мне здесь никто каждый день не предлагает. Знаешь что, парень… За триста тысяч я полечу точно и выверну эту Францию наизнанку, но привезу твои железные коробки.
— Договорились, триста тысяч, — Джон с легким сердцем улыбнулся и крепко пожал его мозолистую руку.
В этот же вечер Джон передал Жаку подробный лист бумаги с точными названиями провинциальных городков, номерами вокзальных ячеек и секретными цифровыми кодами, а также заблаговременно выкупил ему авиабилет первого класса до Парижа.
Жак улетел, но от него не было вестей около двух недель. Встревоженный Джон связался со своим человеком в Париже, однако тот сообщил, что на конспиративной точке никто из Брюсселя так и не появлялся. Джон совсем сник — в голову лезли самые мрачные мысли, он уже мысленно попрощался и с деньгами, и с заначками, решив, что маклер просто скрылся с сокровищами. Однако еще через неделю в его кабинете требовательно зазвонил телефон: чикагский посредник сообщил, что Жак успешно прошел закрытый контроль, вылетел международным спецрейсом в Полинезию и они ждут от Джона обещанного расчета за транзит. В тот же день Джон без промедления перевел на указанный счет миллион долларов, а еще через двое суток на набережной Теахупоо наконец появился сам Жак. Он был изрядно утомлен дорожной тряской, а за ним двое портовых грузчиков катили длинную тележку.
— Черт бы тебя побрал, Джон! — вместо приветствия шутливо выругался старик, утирая пот. — Ты почему мне не сказал, что этих твоих провинциальных «коробок» наберется целых восемь чемоданов?!
— Я и сам, честно говоря, точного объема не помнил, извини, — рассмеялся Джон, с облегчением переводя дух. — Главное, скажи: всё прошло гладко? Без хвоста?
— Если не считать того, что мне пришлось нанять целый караван из такси, чтобы возить твои баулы по глухим полустанкам Франции, — лучше и не придумаешь, парень.
— Ладно, Жак, ты совершил чудо. Я добавлю тебе сверху еще пятьдесят тысяч долларов за расторопность, — Джон щедро отсчитал ему гонорар.
— Знаешь, я ведь даже из любопытства не заглядывал внутрь, — признался маклер, пряча пачки наличных. — Лишь однажды в дороге из сломанного замка выкатилось какое-то старинное кольцо дивной красоты. Это и есть твой дефицитный товар для нижнего павильона?
— Именно так, Жак. Завтра же начну оформлять выкладку на витринах. Бывай.
Они крепко пожали друг другу руки. Вечером Джон с загадочной улыбкой пересказывал детали встречи Кэт в гостиной их огромной виллы.
— Джон, ты просто неисправим, — весело смеялась Кэт, обнимая его за шею. — Всё-таки ты умудрился воплотить в жизнь хотя бы частичку своей чикагской мечты даже здесь, на краю света.
— Но ведь это же прекрасно, когда на одном берегу сбываются сразу две наши мечты, верно? — рассмеялся он в ответ, бережно подхватил Кэт на руки и закружил её по комнате.
Буквально через несколько дней они официально расписались в местной мэрии и обвенчались в старинной колониальной церкви у океана. Кэт наконец-то стала полноправной, законной женой Джона. А еще через пару месяцев в стенах лучшего госпиталя островов у них родилась чудесная, здоровая малышка. Счастливая Кэт теперь всё свое время отдавала заботам о дочке. Пляжный бар у причала, ставший невероятно популярным у заезжих туристов, она со спокойной совестью перепоручила толковому местному парню-управляющему.
Время летело незаметно и счастливо. Спустя год в их семье родился второй ребенок — крепкий, синеглазый мальчик. И это грандиозное событие супруги праздновали уже всем побережьем Теахупоо.
— Кэт… а ты помнишь, с чего всё вообще началось? — тихо спросил Джон в один из тихих вечеров. Они сидели на веранде виллы, глядя на серебряную лунную дорожку, дрожащую на черной глади океана. — Вообще всё, до самой первой секунды?
— Помню, конечно, — Кэт нежно положила голову ему на плечо и лукаво прищурилась. — Ты просто по-хамски, средь бела дня ограбил меня прямо посреди парижской ювелирной лавки. Наставил пистолет в лоб и отобрал мой портфель.
— Но ведь согласись: это была поистине роковая, благословенная встреча, — Джон мягко привлек её к себе. — А что было бы, если бы я тогда испугался, прошел мимо или уступил тебе ту добычу?
— Даже представлять себе не хочу такой кошмар, — прошептала она, крепче сжимая его ладонь. — Мы ведь столько всего прошли вместе, Джон… Сколько безумных афер и грехов мы совершили за эти десять лет? И несмотря на всё наше криминальное прошлое, Бог проявил милость и подарил нам этот рай, дочку и сына. Разве это не чудо?
— Он просто очень милосерден к влюбленным безумцам, — тихо ответил Джон, повернулся к ней и нежно поцеловал Кэт в губы под мерный, вечный рокот океанского прибоя.