Фрагменты

ФРАГМЕНТЫ (извлечение из сборника «Эпизоды»)


ИЗ ГОРЯЩЕГО ТАНКА
          Ю., один из ведущих конструкторов танков периода Великой Отечественной войны,  рассказал мне, что в те годы на испытаниях своих танков он дважды горел. Выжить помог испытанный солдатский способ – при  появлении дыма  Ю. хватал первое попавшееся, что можно было использовать, как тряпку. Мочился в эту тряпку и, выбираясь из танка, дышал через нее , причем только носом. Тряпка, пропитанная мочой, поглощала ядовитую окись углерода.
          Напарник, который однажды пренебрег этим способом защиты, погиб.


ПЛАЧУЩИЙ ГРАДОНАЧАЛЬНИК
          В начале девяностых, когда  в народе страсти бурлили и мнения сталкивались, московские депутаты власть выбирали. Заседали депутаты Моссовета, как тогда именовали Московскую городскую Думу, в доме Союза журналистов на  Зубовском  бульваре. Я оказался в числе приглашенных.
          Заседали не первый час, когда перешли к голосованию по кандидатуре Мэра. Демократы выдвинули Гавриила Харитоновича Попова, я болел за демократов. В половине одиннадцатого вечера объявили итоги закрытого голосования: в должность Мэра Москвы  избран Гавриил Харитонович. Мы с друзьями ликовали, наивно веря, что это открывает перспективы новой жизни – свободной, честной, радостной. Потом новоизбранный Мэр предложил место своего зама Юрию Михайловичу Лужкову. Это было не совсем обычное решение, но нужен был хозяйственник, знакомый с  проблемами большого города. Юрий Михайлович стоял на трибуне, на глазах его были слезы. Так мне довелось увидеть плачущего Лужкова.


УБИЙСТВО НА ПОРОГЕ
          В девяностые годы я участвовал в создании нескольких совместных предприятий с иностранным капиталом. Одно из них было в Новороссийске.  В короткое время мы зарегистрировали там свое пребывание, наделили полномочиями представителей. Их было двое – Валерий и Эдуард. Эдуард к тому времени уже  зарекомендовал себя успешным предпринимателем, владел футбольным клубом и двумя-тремя предприятиями города. Валера служил в Германии до вывода наших войск, командовал ротой. По возвращению на родину демобилизовался и женился, а вскоре у молодых родился ребенок.
          Успели мы наметить программу работ, были приняты и обласканы местной властью. Только однажды ранним утром мне позвонил из Новороссийска Эдуард: тремя выстрелами из пистолета в нескольких шагах от своего дома застрелен Валера. Неделей раньше в Новороссийске возникла новая биржевая структура, и Валера по совместительству был избран в ее руководство. Недолго пробыл он в этой роли.
          Через несколько дней Эдуард, этнический немец, срочно иммигрировал в Германию. Предпринятое правоохранительными органами расследование убийства Валерия исполнителей и заказчика не выявило, дело закрыли. Наше совместное предприятие в Новороссийске мы ликвидировали.


ПОТЕМКИНСКАЯ ДЕРЕВНЯ СОЦИАЛИЗМА
          Середина семидесятых, Подмосковье.  На С-й опытный завод я приехал на служебной, специально оборудованной машине за баллоном необходимого для моих исследований газа. Завод серьезный, номерной, у меня предписание и справка о допуске к государственным секретам.
          Вот и заводская проходная – строгая охрана, четкая схема оформления пропусков через несколько инстанций. Пока нам документы на въезд-выезд выправляли, я решил погулять, местность оглядеть, иду вдоль забора. Стена высотой метра четыре, наверху колючая проволока, перед стеной зона отчуждения, не подойдешь. Прошел еще метров сто, завернул за угол – что такое? Уже не стена, а забор хлипкий, местами даже поваленный. Совсем открыта территория, иди, смотри, бери. Ни ограждения, ни охраны, ни наблюдения. Передо мной во всей красе распростёрта потемкинская деревня социализма.