de omnibus dubitandum 1. 149

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ (1572-1574)

Глава 1.149. КАК СОВЕТСКИЙ ИСТОРИК, ДОКТОР ИСТОРИЧЕСКИХ НАУК, ИСТОРИЮ ПИСАЛ…

    В 1572 г. в Московском государстве, а отнюдь не в России, произошло долгожданное событие, писал советский историк, доктор исторических наук (1959), профессор (1970) Зимин Александр Александрович (22.02.1920 - 25.02.1980): царь Иван Грозный {на самом деле Симеон-Иван VI Бекбулатович (Саин-Булат)(тюрк)(1536?-05.01.1616) – тюркско-казачий царь (1572-1584), точнее с 1571 года наместник крымского хана Девлет-Гирея на московском престоле – Л.С.} ликвидировал деление страны на опричнину и земщину.

    Запрещено было даже упоминать слово «опричнина» [см.: Зимин. Опричнина, с. 477]. Но что это означало? Произошла ли полная ликвидация опричных порядков, или речь шла о простом камуфляже и опричнина под названием «Двор» продолжала существовать до самой смерти царя Ивана? [См.: Сухотин, вып. I, с. 2-6, 21; Веселовский. Опричнина, с. 190-199; Скрынников. Россия, с. 8; Платонов С.Ф. Иван Грозный. Пг., 1923, с. 122; Садиков. Очерки, с. 44]

    Реформа 1572 г. ликвидировала многие стороны опричной системы. Возвращались на старые пепелища многие лица, выселенные в опричные годы. Опричный корпус, руководители которого (кн. М. Черкасский, А. и Ф. Басмановы, кн. А. Вяземский) погибли в начале 1570 г., слился с земским. Однако прежнее окружение царя теперь концентрировалось в «государевом Дворе», опираясь на систему дворцовых учреждений и дворовое войско, сохранявших явные черты опричной поры.
Боярская дума к началу 1573 г. состояла из 15 бояр и 6 окольничих.

    Шестеро бояр (кн. Ф.М. Трубецкой, кн. С. Д. и П. Д. Пронские, кн. Н.Р. Одоевский, кн. В.А. Сицкий, И.А. Бутурлин) входили ранее в опричнину, девять — были земскими (кн. И.Ф. Мстиславский, кн. М.И. Воротынский, Н.Р. Юрьев, кн. И.П. Шуйский, П. В. и М. Я. Морозовы, И.В. Шереметев Меньшой, кн. П.А. Булгаков, кн. А.И. Ногтев). Все шестеро окольничих [7] (Н.В. Борисов, Д.А. Бутурлин, В.И. Умной-Колычев, В.Ф. Ошанин, кн. Д.И. Хворостинин и кн. О.М. Щербатый) ранее входили в опричнину [Во всяком случае, в 1571 — августе 1572 г. во главе земской думы стоял царевич Михаил Кайбулич. Сб. РИО, т. 129. СПб., 1910, с. 210, 224, 226, 228]. Дума была расколота.

    Как показали последующие события, Грозный {на самом деле Симеон-Иван VI Бекбулатович (Саин-Булат)(тюрк)(1536?-05.01.1616) – тюркско-казачий царь (1572-1584), точнее с 1571 года наместник крымского хана Девлет-Гирея на московском престоле – Л.С.} не склонен был отказываться от опричных методов управления, и прежде всего от террора. Да и возвращение земель земским людям не было осуществлено последовательно.

    Словом, значительные следы опричного наследия сохранились. Вопрос и заключался в том, какое направление политики в трудных условиях хозяйственной разрухи и Ливонской войны изберет царь {Симеон-Иван VI Бекбулатович (Саин-Булат)(тюрк)(1536?-05.01.1616) – тюркско-казачий царь (1572-1584), точнее с 1571 года наместник крымского хана Девлет-Гирея на московском престоле – Л.С.}: пойдет ли он по пути полного искоренения пережитков опричной разобщенности и утверждения порядков сословно-представительной монархии, намечавшихся в середине XVI в., или предпочтет воскресить систему опричного деспотизма?

    В 1572 г. в Новгороде царь {36-летний Симеон-Иван VI Бекбулатович (Саин-Булат)(тюрк)(1536?-05.01.1616) – тюркско-казачий царь (1572-1584), точнее с 1571 года наместник крымского хана Девлет-Гирея на московском престоле – Л.С.} писал завещание, ощущая полное свое одиночество, в состоянии растерянности и смятения духа [См.: Зимин. Опричнина, с. 471]. Оно отразилось и на всей его политике первых лет после отмены опричнины.

    Грозный, по мнению советского историка, доктора исторических наук (1959), профессора (1970) Зимина А.А., находился как бы на распутьи. Он, чувствовал себя окруженным одними врагами, всерьез подумывал о бегстве за море (в Англию) и принялся за строительство флота в Вологде, ради чего приехал туда весной 1573 г.[Щ, л. 477].

    Царь начал прислушиваться к нашептываниям всяких иноземных авантюристов типа доктора-шарлатана Елисея Бомелия, заявляя во всеуслышание о недоверии к подданным. В начале сентября 1572 г. он, распорядился постричь в монахини четвертую жену, по мнению советского историка, доктора исторических наук (1959), профессора (1970) Зимина А.А. — Анну Колтовскую [По сообщению грамоты Лжедмитрия II 1608 г., брак длился «семнадцать недель» (Бутурлин Д. История Смутного времени в России в начале XVII в., ч. 2. СПб., 1841, Прил., с. 56). В июле 1572 г. «шурин» царя Г.А. Колтовской торжественно справлял свадьбу в Новгороде (НЛ, с. 118). В марте 1573 г. царь заявлял, что у него «не стало супруги» (Соловьев, кн. 3, с. 627). О пострижении Анны и казни ее брата «со всем семейством» писал Д. Принц (Принц, кн. 3, с. 28)].

    Внешнеполитическая обстановка в первые послеопричные годы складывалась для Московского государства, а отнюдь не для России, по мнению советского историка, доктора исторических наук (1959), профессора (1970) Зимина А.А., благоприятно. Блистательная победа кн. М.И. Воротынского над Девлет-Гиреем при Молодях в 1572 г. привела к временному спокойствию на южных границах. В 1573 г. казаки разгромили столицу Большой Орды Сарайчик. И только в земле «луговой и горной черемисы» (мари и чувашей) волнения продолжались. Зимой 1572/73 г. туда были посланы войска во главе с кн. Н.Р. Одоевским [Сб. РИО, т. 129, с. 190, 247; ЦГАДА, ф. 123, кн. 14, л. 256; РК 1475-1598 гг., с. 247]. В целом же безопасность южных и восточных рубежей на время была обеспечена, и можно было вплотную заняться затянувшейся Ливонской войной.

    Благоприятствовало этому и положение дел в Жечи Посполитой. В июне 1572 г. умер Сигизмунд II Август. Наступило бескоролевье, обострившее распри между польской шляхтой и литовской знатью (разнонациональными [8] группами населения, принадлежавшими к тому же к разным вероисповеданиям).

    Среди польской и литовской шляхты популярностью пользовалась кандидатура Ивана IV {на самом деле Симеона-Ивана VI Бекбулатовича (Саин-Булата)(тюрк)(1536?-05.01.1616) – тюркско-казачьего царя (1572-1584), точнее с 1571 года наместника крымского хана Девлет-Гирея на московском престоле – Л.С.}.

    Опасаясь избрания Грозного на престол, «государев изменник» кн. А.М. Курбский пишет в Литве свою «Историю о великом князе Московском», в основном законченную к лету 1573 г. Она должна была предостеречь польско-литовских шляхтичей и знать от избрания в короли такого изверга, каким князь Андрей рисовал царя Ивана [РИБ, т. 31. СПб., 1914, стлб. 161-354. О дате написания см.: Зимин. Курбский, с. 305-308].

    Жечь Посполитая была крайне заинтересована в продолжении трехлетнего перемирия с  Московским государством, а отнюдь не Россией, срок которого истекал в июле 1573 г. В сентябре 1572 г. в Москву прибыл литовский гонец Ф. Воропай. Он привез от панов-рады не только сообщение о смерти польского короля, но и просьбу продлить перемирие. В ответ Иван IV {на самом деле Симеон-Иван VI Бекбулатович (Саин-Булат)(тюрк)(1536?-05.01.1616) – тюркско-казачий царь (1572-1584), точнее с 1571 года наместник крымского хана Девлет-Гирея на московском престоле – Л.С.} впервые заявил о своем желании занять польский престол [Новодворский. Прил., с. 5-8; Дербов, с. 195-197; Флоря. Отношения, с. 52-53].

    Возможно, ему были известны настроения шляхты. Литовские магнаты всеми средствами стремились к тому, чтобы выиграть время, необходимое для решения вопроса о преемнике Сигизмунда-Августа. Лицемерно говоря о желательности для них руской кандидатуры, на самом деле они являлись ее решительными противниками.
Воспользовавшись сложившейся обстановкой, Иван IV {на самом деле Симеон-Иван VI Бекбулатович (Саин-Булат)(тюрк)(1536?-05.01.1616) – тюркско-казачий царь (1572-1584), точнее с 1571 года наместник крымского хана Девлет-Гирея на московском престоле – Л.С.} 21 сентября 1572 г. отправляется в Новгород, предполагая нанести удар по шведским  владениям в Прибалтике. 3 декабря он уже в г. Яме, а 27 декабря подошел к Пайде*.

*) Па;йде (эст. Paide), ранее Ве;йсенштейн (нем. Wei;enstein — Белый камень), также Ви;ттенштейн (нем. Wittensten) и Паида — город в центральной части Эстонии, административный центр муниципалитета Пайде. Основанный в 1291 году вокруг замка из известняка, построенного в 1265 году, своё название город получил благодаря обилию этого камня в окрестностях. Город известен замком, построенным в XIII веке Ливонским орденом. Впервые упомянут на русском языке в шведско-русском договоре 1564 года как Паида (Paida). В источниках 1637 года упоминается как Paid и Paidolind. Эстонское название города языковеды связывают с эстонским словом paas: pae — известняк (плитняк) — материал, из которого в XIII веке был построен замок на территории современного населённого пункта.
Согласно договору, заключенному в Стенби, Ливонский орден на землях Ярваского уезда не имел права строить замков и укреплений. Однако на близлежащий маленький уезд Алемпойси этот запрет не распространялся. Основанный в 1265 году магистром Конрадом фон Мандерном, замок Вейсенштейн впервые упоминается в «Ливонской хронике» Германа Вартберга. Здесь располагалась резиденция фогта Ливонского ордена. Замок был стратегически важным пунктом в центре эстонской части Ливонии. Находился в верхнем течении реки Пярну, контролируя пересечение сухопутных дорог. Расположенный на острове посреди болот на месте древнего городища эстов, замок, вскорости стал столицей земель Ярвамаа. 30 сентября 1291 года Пайде получил права города. Замковая башня на городском гербе впервые появилась в 1441 году.
Старейшей частью замка является восьмигранная жилая башня-донжон, высотой в 30 м, построенная в 60-е годы XIII века. Донжон имел шесть этажей, из которых три нижних были перекрыты сводами. Второй этаж был приспособлен для жилья, три верхних служили для военных целей. В начале XIV века к башне было пристроено здание конвента с замкнутым двором. Ещё позднее были построены наружная оборонительная стена, западная надвратная башня и северо-восточная Пороховая башня. В XVI веке замок был окружён земляными укреплениями — бастионами и валами. С тех пор замковая гора стала называться Валлимяги (эст. Vallim;gi — «валовая гора»), а восьмигранная башня — Валлиторн (эст. Vallitorn — «валовая башня»).
В 1558 году началась Ливонская война. 1 января 1559 года магистр Ливонского ордена Вильгельм фон Фюрстенберг подготовил проект, в котором Орден отказывался в пользу Дании от Северной Эстонии — областей Харью, Виру, Ерве, включая Таллин, Раквере, Нарву, Васкнарву, Ляэне-Вирумаа, Пайде с тем, чтобы Дания взяла под свою защиту от руских земли Ливонского ордена и Рижского архиепископа. Фактически Орден предложил датскому королю те земли, которые уже были в руках руских, с тем, чтобы он отвоевал их для себя. Во время войны в Пайде проходили сражения в 1560, 1562, 1571—1573 и 1581 годах. В 1561 году город захватили шведские войска. По договору, заключенному в сентябре 1564 года, руским пришлось признать территориальные приобретения шведского короля Эрика XIV. К шведам тогда отошли Ревель, Пярну, Виттенштейн и Каркус с их уездами, за Московским государством, а отнюдь не за Россией закрепилась Нарва.
В конце 1572 года замок Вейсенштейн, опорный пункт шведов в Центральной Эстонии, осадила руская армия численностью в 8 тысяч человек, во главе с царём Иваном IV Грозным. {на самом деле Симеоном-Иваном VI Бекбулатовичем (Саин-Булатом)(тюрк)(1536?-05.01.1616) – тюркско-казачьим царем (1572-1584), точнее с 1571 года наместником крымского хана Девлет-Гирея на московском престоле – Л.С.}. В крепости заперлись до полусотни шведских солдат, которые при поддержке горожан оказали руским ожесточённое сопротивление. Во время взятия Вейсенштейна войском Ивана Грозного {на самом деле Симеона-Ивана VI Бекбулатовича (Саин-Булата)(тюрк)(1536?-05.01.1616) – тюркско-казачьего царя (1572-1584), точнее с 1571 года наместника крымского хана Девлет-Гирея на московском престоле – Л.С.} 1 января 1573 года атаку возглавил Малюта Скуратов и взошёл первый на стену города, но был убит [Скуратов-Бельский, Малюта, Григорий Лукьянович // Русский биографический словарь: в 25 томах. — СПб.—М., 1896-1918].

1 января 1573 года под стенами Пайде во время осады погиб Малюта Скуратов — Григорий Лукьянович Скуратов-Бельский, глава руских опричников. По некоторым данным, он первым из атакующих на коне с копьем наперевес ринулся в пролом стены Пайдеского замка, проделанный руской артиллерией. Царь Иван IV Грозный {на самом деле Симеон-Иван VI Бекбулатович (Саин-Булат)(тюрк)(1536?-05.01.1616) – тюркско-казачий царь (1572-1584), точнее с 1571 года наместник крымского хана Девлет-Гирея на московском престоле – Л.С.} слепо доверял Малюте и видел в нём всегдашнего спасителя, и оттого пришел от этой потери в страшную ярость, приказав сжечь живьём всех взятых в плен под Пайде шведов и немцев. Овладев замком, Иван Грозный {на самом деле Симеон-Иван VI Бекбулатович (Саин-Булат)(тюрк)(1536?-05.01.1616) – тюркско-казачий царь (1572-1584), точнее с 1571 года наместник крымского хана Девлет-Гирея на московском престоле – Л.С.} возвратился в Новгород.

Эта крепость была взята 1 января 1573 г. При штурме Пайды [Вейсенштейна] гибнет Малюта Скуратов, с именем которого народная память связала самые темные страницы опричнины. В ливонском походе принимали участие касимовский царевич Саин-Булат Бекбулатович {на самом деле Симеон-Иван VI Бекбулатович (Саин-Булат)(тюрк)(1536?-05.01.1616) – тюркско-казачий царь (1572-1584), точнее с 1571 года наместник крымского хана Девлет-Гирея на московском престоле – Л.С.} и датский принц Магнус (в 1570 г. был провозглашен в Москве королем Ливонии под верховной властью руского царя [16-летнего Ивана V Ивановича «Молодого» [28.3.1554 -19.11.1581] с находившимся при нем неизменном советнике, клеврете Московской торговой компании, сорокавосьмилетним Иваном Федоровичем Мстиславским (1522-1586) – Л.С.]), что придавало всей военной акции широкий размах. Из Пайды 6 января Грозный {на самом деле Симеон-Иван VI Бекбулатович (Саин-Булат)(тюрк)(1536?-05.01.1616) – тюркско-казачий царь (1572-1584), точнее с 1571 года наместник крымского хана Девлет-Гирея на московском престоле – Л.С.} написал шведскому королю Юхану III «бранное» послание в ответ на его грамоту, в которой тот сетовал на действия царя. Иван IV {на самом деле Симеон-Иван VI Бекбулатович (Саин-Булат)(тюрк)(1536?-05.01.1616) – тюркско-казачий царь (1572-1584), точнее с 1571 года наместник крымского хана Девлет-Гирея на московском престоле – Л.С.} отказался отвечать на упреки короля, так как тот якобы писал свое письмо «лаем», а «кровь большая проливаетца, — добавлял он, — за нашу вотчину Лифлянскую землю да за твою гордость» [РК 1559-1605 гг., с. 88; Щ, л. 471; ПИГ, с. 148-161. Ср.: Сб. РИО, т. 129, с. 229-240].

Дальнейших успехов в Ливонии Ивану IV {на самом деле Симеону-Ивану VI Бекбулатовичу (Саин-Булату)(тюрк)(1536?-05.01.1616) – тюркско-казачьему царю (1572-1584), точнее с 1571 года наместнику крымского хана Девлет-Гирея на московском престоле – Л.С.} достичь не удалось. Только разве что Магнус взял небольшой город Каркус.

В 1581 году замок снова перешёл к шведам. Также в 1602 и 1608 годах здесь состоялись столкновения во время шведско-польской войны. В 1602 году после трёхмесячной осады Пайде захватили польские войска, в 1604 году произошла безуспешная попытка шведов отбить город, и в июне 1608 году они добились своего. В результате всех военных действий от замка остались лишь руины. Следующие два века остатки замка простояли заброшенными.

В XVIII—XIX веках крепость использовали в качестве каменоломни, добывая оттуда камень для местных строительных нужд. Замковая башня Валлиторн была отреставрирована в 1895—1897 годах. К 1896 году разрушенный верх башни обзавелся зубчатым навершием в духе европейских феодальных замков, в 1897 году поверх зубцов была наведена октогональная скатная крыша, превратившая проёмы-амбразуры между зубцами в окна смотровой площадки.

    Саин-Булата {на самом деле Симеона-Ивана VI Бекбулатовича (Саин-Булата)(тюрк)(1536?-05.01.1616) – тюркско-казачьего царя (1572-1584), точнее с 1571 года наместника крымского хана Девлет-Гирея на московском престоле – Л.С.} с войсками {фантазиями английских диссидентов эпохи Реформации, противников Ордынской Империи, писавших руСкую историю, настраивавших читателей против имперской власти. Глобальный историзм как принцип рациональности, берет начало не в XVIII в. в связи с антиклерикальной деятельностью Вольтера, Канта и французских энциклопедистов, а на полтора века раньше. Его появление можно связать с деятельностью религиозных космографов, натурфилософов, поэтов Европы и Англии. В трудах, сборниках и картах Уолтера Рэйли, Ричарда Хаклюйта, Френсиса Бэкона мы видим рождение «нового историзма» [Hodgkins C. Rev. work: From Pilgrimage to History: The Renaissance and Global Historicism. P. 21] и, слепо поддержАвших их лукавых романовских фальсификаторов и их верных последователей: современных, заслуженных, дипломированных, продажных горе-историков, в основном еврейской национальности - Л.С.} послали к городам [9] Лиговери, Коловери и Колывани (ныне Таллину). Во время осады Коловери был убит боярин кн. И.А. Шуйский, а воеводы кн. И.Ф. Мстиславский и боярин М.Я. Морозов ранены. Войско, также понесло значительный урон [РК 1559-1605 гг., с. 94-95; Щ, л. 471 об.; ПСРЛ, т. 34, с. 192].

    После {фантазиями английских диссидентов эпохи Реформации, противников Ордынской Империи, писавших руСкую историю, настраивавших читателей против имперской власти. Глобальный историзм как принцип рациональности, берет начало не в XVIII в. в связи с антиклерикальной деятельностью Вольтера, Канта и французских энциклопедистов, а на полтора века раньше. Его появление можно связать с деятельностью религиозных космографов, натурфилософов, поэтов Европы и Англии. В трудах, сборниках и картах Уолтера Рэйли, Ричарда Хаклюйта, Френсиса Бэкона мы видим рождение «нового историзма» [Hodgkins C. Rev. work: From Pilgrimage to History: The Renaissance and Global Historicism. P. 21] и, слепо поддержАвших их лукавых романовских фальсификаторов и их верных последователей: современных, заслуженных, дипломированных, продажных горе-историков, в основном еврейской национальности - Л.С.} возвращения Саин-Булата в Новгород (14 марта) царь {на самом деле Симеон-Иван VI Бекбулатович (Саин-Булат)(тюрк)(1536?-05.01.1616) – тюркско-казачий царь (1572-1584), точнее с 1571 года наместник крымского хана Девлет-Гирея на московском престоле – Л.С.} принял решение возобновить мирные переговоры со Швецией.

    К Юхану III отправлен был гонец В. Чихачев. Однако шведы задержали его, объясняя это тем, что Иван IV {на самом деле Симеон-Иван VI Бекбулатович (Саин-Булат)(тюрк)(1536?-05.01.1616) – тюркско-казачий царь (1572-1584), точнее с 1571 года наместник крымского хана Девлет-Гирея на московском престоле – Л.С.} все еще не отпускал на родину шведское посольство епископа Павла [Сб. РИО, т. 129, с. 241-250].

    24, 25, 28 февраля и в начале марта 1573 г. в Новгороде Иван IV {на самом деле Симеон-Иван VI Бекбулатович (Саин-Булат)(тюрк)(1536?-05.01.1616) – тюркско-казачий царь (1572-1584), точнее с 1571 года наместник крымского хана Девлет-Гирея на московском престоле – Л.С.} принимал польско-литовское посольство во главе с М. Гарабурдой. Послы должны были выяснить, согласен ли Иван IV {на самом деле Симеон-Иван VI Бекбулатович (Саин-Булат)(тюрк)(1536?-05.01.1616) – тюркско-казачий царь (1572-1584), точнее с 1571 года наместник крымского хана Девлет-Гирея на московском престоле – Л.С.} отпустить своего сына Федора на великое княжение в Литву и будет ли тот соблюдать литовские вольности [АЗР, т. 3, № 56, с. 162; HRM, t. I, № CLXX, р. 237-242; Новодворский, с. 13-15; Флоря. Отношения, с. 50-67].

    К предложению послов царь {на самом деле Симеон-Иван VI Бекбулатович (Саин-Булат)(тюрк)(1536?-05.01.1616) – тюркско-казачий царь (1572-1584), точнее с 1571 года наместник крымского хана Девлет-Гирея на московском престоле – Л.С.} отнесся настороженно: не ясны были ни степень его реальности, ни условия предполагавшегося избрания, а отдавать (в виде компенсации) Полоцк, как предлагали послы, царь {на самом деле Симеон-Иван VI Бекбулатович (Саин-Булат)(тюрк)(1536?-05.01.1616) – тюркско-казачий царь (1572-1584), точнее с 1571 года наместник крымского хана Девлет-Гирея на московском престоле – Л.С.} не собирался.

    Вместе с тем идею продолжить перемирие между Жечью Посполитой и Московским государством, а отнюдь не Россией он разделял. Решительно возражал он против избрания Генриха Анжуйского, предпочитая, если уж на то пошло, видеть польским королем сына союзного с ним императора Максимилиана II. Впрочем, именно Генриха как раз и избрали королем весной 1573 г. В Москву же было направлено новое посольство во главе с Андреем Тарановским.

    Стремясь упрочить свое влияние на «ливонского короля» Магнуса, Иван IV {на самом деле Симеон-Иван VI Бекбулатович (Саин-Булат)(тюрк)(1536?-05.01.1616) – тюркско-казачий царь (1572-1584), точнее с 1571 года наместник крымского хана Девлет-Гирея на московском престоле – Л.С.} 12 апреля 1573 г. выдает за него замуж дочь Владимира Старицкого Марию [Сахаров, с. 65-66; Севастьянова, с. 98; АКА, № 216 (в письме от 1 августа 1572 г. Грозный сообщал королю Фредерику II о принятом решении выдать Марию за Магнуса). Ср.: Цветаев Д. Мария Владимировна и Магнус Датский. — ЖМНП, 1878, № 3, с. 57-85].

    Одновременно ее брату Василию возвращается последний удел их отца — город Дмитров. Но, в следующем году Василий умирает [Тихомиров. Памятники XVI в., с. 92].

    Власть Магнуса в его буферном королевстве была номинальной. Распространялась она всего на два небольших города — Каркус и Оберпелен. Грозный {на самом деле Симеон-Иван VI Бекбулатович (Саин-Булат)(тюрк)(1536?-05.01.1616) – тюркско-казачий царь (1572-1584), точнее с 1571 года наместник крымского хана Девлет-Гирея на московском престоле – Л.С.} не собирался передавать ему свои приобретения в Ливонии.

    Это, конечно, вызывало неудовольствие его нового родича.

    В мае 1573 г. опала постигла назначенных в полки «на берегу» (Оки) трех видных деятелей бояр кн. М.И. Воротынского, кн. Н.Р. Одоевского и М.Я. Морозова [РК 1559-1605 гг., с. 95-96; Щ, л. 479-479 об. Воеводы Воротынский и Одоевский отправились «на берег» 15 апреля 1573 г., а Морозов был задержан в Москве]. М.И. Воротынский, по Курбскому {фейковый образ, созданный фантазиями английских диссидентов эпохи Реформации, противников Ордынской Империи, писавших руСкую историю, настраивавших читателей против имперской власти. Глобальный историзм как принцип рациональности, берет начало не в XVIII в. в связи с антиклерикальной деятельностью Вольтера, Канта и французских энциклопедистов, а на полтора века раньше. Его появление можно связать с деятельностью религиозных космографов, натурфилософов, поэтов Европы и Англии. В трудах, сборниках и картах Уолтера Рэйли, Ричарда Хаклюйта, Френсиса Бэкона мы видим рождение «нового историзма» [Hodgkins C. Rev. work: From Pilgrimage to History: The Renaissance and Global Historicism. P. 21] и, слепо поддержАвших их лукавых романовских фальсификаторов и их верных последователей: современных, заслуженных, дипломированных, продажных горе-историков, в основном еврейской национальности - Л.С.}, обвинялся в том, что хотел «очаровать» (околдовать) царя {на самом деле Симеона-Ивана VI Бекбулатовича (Саин-Булата)(тюрк)(1536?-05.01.1616) – тюркско-казачьего царя (1572-1584), точнее с 1571 года наместника крымского хана Девлет-Гирея на московском престоле – Л.С.} и для этой цели держал при себе колдуний.

    Князя подвергли страшным пыткам на медленном огне, но он так ни в чем и не [10] признался. Его отправили в заточение на Белоозеро, но по дороге 12 июня он умер. Н.Р. Одоевский был замучен: «срачицу (рубашку. — Л.С.) его прозникнувши, в перси его» стали «тамо и овамо торгати». М.Я. Морозова схватили в Москве до приезда на службу в Серпухов и казнили с женой и двумя сыновьями [РИБ, т. 31, стлб. 286-289, 309. См. также: Веселовский. Опричнина, с. 369-370, 414-417, 422].

    Истинные причины казни трех военачальников остаются невыясненными. Не исключено, что их заподозрили в измене и сговоре с крымским ханом. Ведь известно было, что Девлет-Гирею путь на Москву в 1571 г. указали руские изменники. И несколько лет спустя Иван IV {на самом деле Симеон-Иван VI Бекбулатович (Саин-Булат)(тюрк)(1536?-05.01.1616) – тюркско-казачий царь (1572-1584), точнее с 1571 года наместник крымского хана Девлет-Гирея на московском престоле – Л.С.} продолжал расследование дела о возможной измене бояр в пользу Крыма. В том же 1573 г. опала постигла оставленного в Пайде среди других воевод окольничего В.Ф. Ошанина и, очевидно, новгородского архиепископа Леонида [Вельяминов-Зернов, ч. 2, с. 21].

    С казнью Воротынского, Морозова и Одоевского, вероятно, связано проникнутое ненавистью к боярам и княжатам послание Грозного {на самом деле Симеона-Ивана VI Бекбулатовича (Саин-Булата)(тюрк)(1536?-05.01.1616) – тюркско-казачьего царя (1572-1584), точнее с 1571 года наместника крымского хана Девлет-Гирея на московском престоле – Л.С.} в Кирилло-Белозерский монастырь от 23 сентября 1573 г. В нем он желчно издевался над тем, что старцы, поставили церковь «над Воротынским», а над «чюдотворцем (Кириллом. — Л.С.) нет».

    Особенно негодует царь {на самом деле Симеон-Иван VI Бекбулатович (Саин-Булат)(тюрк)(1536?-05.01.1616) – тюркско-казачий царь (1572-1584), точнее с 1571 года наместник крымского хана Девлет-Гирея на московском престоле – Л.С.} по поводу И.В. Шереметева (Большого), постригшегося в монахи: «Шереметев сидит в келии, что царь», а ведь «все благочестие погибло от Шереметевых».

    Мало того, Шереметевы, посылая своих людей в Крым, наводят на Русь «бусурман» [ПИГ, с. 162-192. Речь идет о В.И. Воротынском, умершем 27 сентября 1553 г. Позднее (в январе 1574 г.) у беглых холопов допытывались о «крымской измене Шереметевых» (Допрос, с. 29-31)]. Поводом для этого упрека, возможно, послужило то, что брат Ивана Большого Иван Меньшой Шереметев вместе с казненными боярами летом 1573 г. возглавлял рать «на берегу» (Морозов и Воротынский были воеводами большого полка, а Одоевский и И.В. Шереметев Меньшой — передового) [РК 1559-1605 гг., с 95-97. [246]].