91. Узелки и заплатки

Жизнь завязывает узелки, а когда их развязываешь, или по необходимости, разрубаешь, то остаются дырки. Приходится ставить заплатки.

Когда моя дочь Арина уже не могла выходить на улицу из-за болезни, мне пришлось продать дачу и оставаться рядом с ней. Я уже была на пенсии, подрабатывала абажурами.
Дачу я продала в 2005-м году, большой дом купила Надина знакомая, а маленький – сама Надя. Продала дороже, чем купила, цены были уже другие.
Деньги взял себе мой сын Саша на развитие бизнеса, и выдавал мне некую сумму ежемесячно.

 Арина умерла в 2007-м году. Когда умер мой отец  в 1982-м году, мы похоронили его на Волковском кладбище, которое находится на юге Петербурга, между старыми районами города и новостройками Купчино. Тогда нам выделили для захоронения место по ходатайству его парторганизации. На могиле отца мой брат Юра поставил памятник из гранита. Когда через 10 лет умерла наша мама, порядки были уже другие, места на кладбище надо было покупать. Юра решил кремировать тело матери и подзахоронить урну с её прахом в могилу отца. В ту же могилу позже он подзахоронил урну с прахом своей жены Веры  и, в 2014-м году, его дочь Оля туда же поместила урну с его прахом.
Арину я решила хоронить по православному обычаю, а не кремировать. Купили два места на Южном кладбище, одно для моей дочери, а другое для меня. На могиле Арины я поставила крест.
После смерти матери Аня стала сиротой, так как отец её не был вписан в документы, он не признал дочь, жил в другом городе с женой и сыном.
Пока Арина была жива, мы получали её пенсию по инвалидности. Оставшись без этих денег, мы с Аней некоторое время жили только на мою пенсию. Деньги были нужны и для моего обучения иконописанию. Мы обратились в попечительский совет, я оформилась опекуном Ани и нам стали выдавать пособие.
Ане в это время было 16 лет, через пару лет она закончила школу и поступила в художественное училище, в то же, в котором училась её мать.

Жизнь строга, я уже писала, что внебрачные дети часто бесплодны. По состоянию здоровья такая участь грозила и моей внучке. Мне было ясно, что помочь может только милость Божия. И вот, летом 2010-го года мы с Аней поехали в Крым, в паломническую поездку по храмам и монастырям полуострова.
От Петербурга ехали сутки через российские леса и украинские степи до Симферополя. Там нас ждал автобус до Алупки, где проживали паломники.
Большой дом, в котором мы жили, находился на западной окраине посёлка. Дом построен ещё до революции как гостиница специально для отдыха и поправления здоровья священников Российской империи. При доме храм святого князя Александра Невского, вход в который сделан прямо из гостиничного коридора. Вдоль фасада в доме комнаты с лоджиями, из которых видно море. В каждой комнате все удобства, трапезная на первом этаже. В аннотации было написано, что до берега моря пять минут хода – это оказалось правдой, только эти пять минут надо было спускаться вертикально вниз по крутой дорожке и по лестницам. Внизу было море, камни и шумно резвящиеся волны. Немного в стороне был и песчаный пляж, до которого надо было идти вдоль высокой ограды частного строения, откуда слышался крик павлинов.

В программе паломничества мы посетили храмы, расположенные вдоль черноморского берега до Севастополя. Запланирована была поездка в монастырь, находится храм святых Косьмы и Дамиана и святой источник. Эта поездка чуть не сорвалась – в назначенный день нас в горы не пустили – туда приехало на охоту какое-то начальство. Поехали в другой день, но только наша группа, это нам повезло, потому что ещё через день все поездки в горы были отменены из-за непогоды.
Ехали на небольшом автобусе по очень узкой горной дороге, справа отвесные скалы, слева – обрыв, внизу лиственный лес и ручей. Мне было очень страшно, хотя я ездила по горным дорогам на Кавказе, но там под колёсами был скалистый грунт, а здесь – рыхлая глинистая почва.
В монастырь нас не пустили, только к источнику и в храм, в котором была чудотворная икона святых Косьмы и Дамиана. Отслужили молебен, потом можно было пройти в лавку, где продавались иконы. Денег у нас оставалось немного, поэтому мы не купили печатную икону  святых, и вышли из храма. Тут случилось чудо: из церкви вышла служительница и вынесла для нас икону. Она отдала нам её бесплатно и сказала, что поняла, как она нам необходима. Аня взяла икону, это было Божье благословление.
По приезду домой здоровье Ани поправилось.

Произошло ещё одно чудо – Саша второй раз женился, и через год у него родился сын Лёва. Я завела разговор о необходимости крестить мальчика, но родители отказались. Крестила я его только через год, когда новая жена ушла от Саши к своему давнему другу, а Лёву Саша ей не отдал. Забота о малыше легла, в основном, на меня, и я всё же уговорила Сашу крестить сына. Он присутствовал на таинстве, а чрез некоторое время и сам принял святое крещение. Выучил некоторые молитвы, но в храм почти не ходил.

Прошло несколько месяцев, и Саша отдал Лёву матери. Она разрешала мне брать внука на выходные, и мне удавалось причащать Лёву Святых Христовых Тайн. Но когда Лёва учился уже в старших классах, я практически потеряла связь с крестником.