Маленькая девочка

Она давно уже не плачет,
И слёз никто не видит в ней.
Она смеётся, словно это значит,
Что с каждым днём она сильней.

Она давно привыкла к боли,
К тому, что нужно всё терпеть,
К тому, что проще быть спокойной,
Чем перед кем-нибудь слабеть.

Она умеет улыбаться,
Когда внутри совсем темно,
И никогда не сомневаться,
Что всё исправит в одного.

Не любит говорить о том,
Что иногда бывает сложно.
Проще сказать привычное «потом»,
Чем показать, что на душе тревожно.

Привыкла прятать всё внутри,
Не замечать усталости своей,
Не замечать тягучей пустоты,
И то, как ночь становится длинней.

Но иногда, когда вокруг темно
И никого не слышно среди дней,
Ей хочется лишь одного —
Чтоб кто-нибудь остался рядом с ней.

Не задавал ненужные вопросы,
Не требовал доверия, не жёг мостов,
Не обещал, что всё исправит просто,
Не говорил пустых, красивых слов.

Она совсем не просит много —
Лишь только боль её понять,
Не лезть туда, где слишком одиноко,
И, если рядом, — просто не сбегать.

Ведь где-то глубоко, под всем привычным,
Под тем, что стало крепостью для всех,
Живёт ещё тот голос еле слышный,
Который помнит детский смех.

Там всё ещё так хочется согреться,
Когда вокруг становится темней,
И всё ещё так хочет это сердце
Однажды снова стать кому-нибудь нужней.

Она ведь не всегда была такою —
Когда-то проще было доверять.
И, может быть, под этой тишиною
Она всё так же продолжает ждать.

Ждать не спасенья и не громких слов,
Не обещаний, данных на года,
А просто человека и любовь,
Что не исчезнет никогда.

Посвящается Яркиной А.М.