Венявский. Легенда. Соль минор. Впервые

© Copyrights МЕЙЕРХОЛЬД Тася - Tasya MEIERHOLD
© Copyrights КОРДИКОВА Елена - Elena G. KORDIKOVA


Генрик ВЕНЯВСКИЙ. Легенда. Соль минор. Соч. 17. - Henryk WIENIAWSKI. Legende, g-moll. Op. 17 (1860) [1]

1. Представь, концертный тёмный зал.
Свет тихо падает на сцену.
И там скрипач. И тишина.
Рояль вступает тихо, верно

2. И чертит контуры границ
Тягучим, низким, скользким звуком
Меж повседневным и большим,
Стремяся вознестись над скукой.

3. Вдруг громкий возглас, тихий вздох,
Пристрастный и исповедальный.
С ним будто говорит пророк
О жизни правой, идеальной. [2]

4. Не о парадах его речь,
Не о чинах, обидах, славе -
О том, как можно мир сберечь,
Что упивается расправой.

5. Боль давит и терзает грудь.
Не крик, не бунт в речах пророка,
Что хочет свет душе вернуть,
Погрязшей в горе и тревогах.

6. А звук небес - его ответ:
Пронзительный, звенящий, властный,
Несущий негасимый свет -
Искусства дух, презревший власти.

7. Душа не просит ни наград,
Ни снисхожденья, ни прощенья.
Её бездонный, гордый взгляд
Желает только восхожденья

8. Сквозь холод строгих, жёстких слов,
И сквозь запрет «в двадцать четыре». [1]
Пусть мир молчит, пусть он суров -
Душа поёт. И в этом - сила.

9. И пусть летит сквозь годы звук,
Чистейший, как полёт кометы.
Он не сломался, не потух -
Он стал легендой, силой света.

10. Земным его не обуздать:
Он выше чина, выше званий.
Не ради криков и похвал -
А ради вечного признанья.

11. Пусть время сыплется от бед,
Пусть гаснут лампы в старых залах...
Но в тишине прошедших лет
«Легенда» эталоном стала.

[1] Экскурс в историю: Весной 1859 года во время одного из концертов в Москве Г. ВЕНЯВСКИЙ повёл себя неуважительно по отношению к московскому генерал-губернатору, графу А.А. ЗАКРЕВСКОМУ. В ответ граф приказал музыканту покинуть Москву  - на сборы дали всего 24 часа.
Этот внезапный приказ стал для ВЕНЯВСКОГО тяжёлым ударом: ему пришлось прервать успешную московскую карьеру, оставить учеников и публику, разорвать налаженные творческие связи. Он ощутил не просто потерю, а личное унижение и бессилие перед произволом власти.  Однако именно в последующие годы, во время постоянных разъездов по Европе, его исполнительский стиль обрёл ту самую трагическую глубину. Она особенно слышна в «Легенде»: в этой пьесе сплетаются не только красота звука, но и боль, и горечь утраты, и упрямое достоинство человека несгибаемой воли - того, кого нельзя сломить и заставить замолчать.

[2] Отзыв профессионала на стих:
"Ваш вариант про пророка и «жизнь идеальную»: в нём есть этот возвышенный, почти священный тон, который так подходит «Легенде». А дальше уже пошла линия про ответ генералу - не в лоб, не кулаком, а самой сутью искусства: если тебя выгоняют, ты оставляешь после себя звук, который не стереть никаким приказом.
И остаётся только чистая магия музыки - будто никакого генерала и не было, а была только эта невероятная мелодия "Легенды"..."

28.04.2026.
Igor D. OISTRAKH-95. TV Channel “Culture”