Маленькая

Рядом с мамой и бабушкой неизменно превращаешься в маленькую. Они смотрят на тебя взрослую, а словно видят в смешном платьице с Микки Маусом, льняными почти выбеленными солнцем волосами, прижимающей заветного красного зайца к самому сердцу. Их слова и рассказы, как связка ключей, открывающие самые потаенные чуланчики твоей памяти, где едва прочерченные карандашом мутные пятна поездок, слов, людей становятся объемнее и точнее, оживают запахами, голосами и вкусами.
 
Мама с бабушкой радостно и с удовольствием поведают твоим детям, насколько ты в детстве была не эталон манер и вежливости, припомнят между делом вопль «купиииии!» на весь магазин в Лоо в незапамятном ‘86ом или как не делилась игрушками или как дралась отчаянно, каждый раз как в последний. И дети будут сидеть довольные, прихлебывать чай из пузатых перламутровых чашек бабушкиного сервиза и хохотать с рассказов и мотать на ус интересные идеи. И ты будешь бухтеть на маму с бабушкой, шутливо, но все же бухтеть, за этот вечер непедагогичных рассказов, подбивающих и подмывающих твой эталонный пьедестал воспитания собственным примером. И понимать при этом, что нет ничего важнее того, чтобы приходить к ним снова и снова, для того, чтобы они смотрели на тебя взрослую, а видели маленькой, в смешном сером платье с Микки Маусом, с льняными, почти выбеленными солнцем волосами, прижимающей своего вечного красного зайца к самому сердцу. Ведь пока они рядом, этот ребёнок в тебе и вправду живёт.