Четыре ветра одного мгновения

Посвящается тем, кто стоит между «было» и «будет»

Она приходит на закате дня,
Когда усталый мир смывает краски.
Внутри меня — распахнутая дверь,
А за порогом — несказанных сказок
Живая плоть, что молит: «Верь, поверь!»

Мечты — не просто призрачный эскиз,
Где будущее пишется в угоду
Желаниям. Нет. Это дерзкий вызов

Всей тяжести и скуке бытия.
Я думаю: «Вот грянет новый век,
И станет легче, чище, веселее,
Чем было вчера. Чем вчерашний снег,
Что таял на ладонях, холодея».

В мечтах я строю башни из огня,
Где каждый кирпич — это жажда чуда.
В них солнце светит даже для меня,
И все моря смывают следы труда,
Оставляя лишь музыку и утро.
Я думаю: «Там лучше, чем сейчас,
Там тишина не ранит, а врачует,
И каждый вздох — как первый, в первый раз».

Но мечта — это дьявольский обман,
Красивый, словно райская услада.
Она — туман, где тонет океан,
Где жемчугом становится досада.
Ведь глядя вдаль, я забываю здесь,

Где бьётся пульс и кровь кипит по венам,
Что настоящее — оно и есть
Та самая ступень к иным вселенным.
Она не лжёт, она лишь вдаль зовёт,
Туда, где всё, как в зеркале — навыворот.
И, обманувшись, делаешь полёт,
А возвращаться — тяжелей, чем выпало.

Но вдруг я обернусь. И там, в спине,
Где лопатки сжимаются от ветра,
Встаёт виденье. Память — как во сне —
Рисует берег, где не видел метра

Иного счастья. Там, где я любил,
Где дождь казался слаще мёда,
Где я на ощупь жизнь свою ловил
И не боялся бросить в воду
Свои сомнения. Там было всё светлей,
Там было звонче, глубже и сильней.

Ностальгия — как старое вино:
Чем старше, тем пьянее и мутнее.
Ты помнишь только то, что быть должно,
А не что было на самом деле. Вне
Сомнений, прошлое — лишь наш мираж,
Где мы себе назначили награду

За то, что в детстве сделали кураж,
И платим за него сейчас внакладе.
«Тогда я был счастливей», — говорим.
«Тогда трава была зеленой выше».
И в этом самообмане мы горим,
Забыв, как ветер выл в промокшей нише.

Но там, в былом, всё было тяжелей:
Болезни, ссоры, нищенство и холод.
Мы просто вычли горечь из полей,
Оставив лишь цветущий, сладкий золот.
Ностальгия — это ложь во спасение,

Искусство видеть лучший вариант
Из тех, что не сложились в откровение.
Она — как кривое зеркало: ты странен
В нём сам себе, но веришь в этот лик
Сильней, чем в отраженье настоящего.
И прошлое становится владыкой,
Пленит тебя в свои поля цветущие,
Где нет тебя. Лишь призрак уходящий.

А есть лишь то, что есть. Момент.
Он не дрожит в предчувствии рассвета.
Он не болит о том, что было лен
Иль будет явью. Это просто лето
Иль осень. Это просто стук колёс,

Или молчанье, или шум прибоя.
Реальность — это выдох и вопрос,
Что задаёшь ты самому себе, стоя
На грани сна и яви. Здесь и сейчас
Нет декораций. Только плоть и время.
Ты видишь вещи. Слышишь их рассказ
Без призм, без лжи, без прихотливого бремени.

Здесь нечем утешаться. Это факт.
И в нём нет ни величия, ни фальши.
Ты можешь быть убог или крылат,
Но это — здесь. Дыши. Смотри. Услышь.
Не думай о вчерашнем дожде,
Не жди, что завтра выглянет светило.
Оно уже сияет в мире, где
Ты не ищи того, что не случилось.
Реальность — это зеркало без рам,

Где каждый видит то, что сам приносит:
Свою любовь, свой страх, свою печаль...
Она нейтральна. Но она не просит
Тебя быть лучше или стать иным.
Она даёт быть. Это дар огромный,
Но мы бежим от дара, как от дыма,
Туда, где небо кажется иным.

И только здесь, на грани «было-будет»,
Где время замирает, как стрела,
Пущенная в молчанье, — чудо будет.
Оно зовётся Счастьем. Без числа.
Оно не думает о том, что было —

Ведь память — это ноша для ума.
Оно не ждёт, чтоб будущее прибыло,
Ему не нужно завтрашнего дня.
Оно — сейчас. Оно в твоём дыханьи,
В том, как дрожит ресница от слезы,
В том, как ребёнок ловит в зной дыханье
Прохлады, не ища иной грозы.

Счастье — не цель. Оно не результат
Усилий, денег, славы иль удачи.
Оно — момент, когда молчит разврат
Мыслей о прошлом. Когда значит
Лишь то, что есть. Не то, что будет впредь,
И не то, что уже не возвратится.

Когда душа умеет посмотреть
На мир без призм и больше не томится.
Когда ты здесь, и здесь — весь белый свет,
И нет нигде «там лучше», «там светлее».
Тогда находит истинный ответ
То, что внутри — и станет вдруг теплее.

Ведь счастье — это больше, чем покой.
Это — экстаз от простоты явленья.
Идти босым по утренней росой,
Не думая о прошлом иль забвеньи.
Обнять того, кто рядом, горячо,
Не вспоминая тех, кто был до встречи.
Смотреть в глаза и видеть в них лучо,
А не искать спасительной предтечи.

Мечта — огонь. Ностальгия — пепел.
Реальность — угли, что ещё теплы.
А Счастье — это ветер, что ослеп
В своём круженье и не знает мглы.
Он не глядит в былое или в грядущее,
Он дует здесь, сейчас, в твою ладонь.
И это чувство — самое могучее,
Что дарит жизнь, а не пустой огонь.

Когда ты перестанешь измерять
Жизнь меркой «лучше» или «хуже было»,
Когда позволишь просто так дышать,
Не думая, что время упустило,
Тогда откроешь тайну без конца:
Всё, что искал, — уже внутри навеки.

Не в снах, не в прошлом. В трепете венца,
Что держит мир. В улыбке человека,
Что рядом смотрит на такой же свет,
Не зная дат, не ведая границы.
И вот тогда — ни «было», ни «нет»,

Лишь есть Оно. И это — суть страницы,
Что пишется дыханьем без ума,
Без памяти, без жадного вопроса.
И это — Счастье. Это — ты сама,
Живая нить меж берегами спроса
И тишины. Там, где конец иль старт —
Лишь точки на воде, что тают.

Мечтай. Но помни: главный дар
Не в том, что будет, и не в том, что тает.
А в том, что Есть. И это есть Любовь.
Без «если», «но» и «завтрашнего слова».
И повторяя это вновь и вновь,
Ты обретёшь свободу. И покров
Ненужных мыслей спадает с основы.



Пускай же тот, кто это прочитал,
На миг замрёт. И в этом замираньи
Увидит жизнь — без горечи начал,
Без сладкой лжи о прошлом иль преданьи.
Пусть он поймёт: всё лучшее — внутри.
Не в голубых мечтах и не в руинах.
А в этом миге. Вспыхни и смотри,
Как мир прекрасен в формах своих длинных,
В коротких вспышках, в шорохе листвы,
В молчании, в объятиях, в грозе...
Ты — Счастье. Только ты. И нет молвы,
Что скажет лучше. Ты — на бирюзе
Безбрежного покоя. Ты — в начале
И в финише, что сплетены в узор.
Остановись. Ты то, что искала.
И это — вечный, лучший разговор
Четыре ветра одного мгновения