Что такое Я? Часть 2

Я люблю символизм, метафоры, отсылки к древним эпосам и легендам. Но совершенно не признаю соединения магического мышления с научным подходом. Ничего не мешает отдельному человеку принимать самые странные и нелогичные мировоззрения. К примеру, соединять веру в Творца, астрологию, царство небесное и реинкарнацию одновременно. Очевидно, что в этом списке одни элементы логически исключают другие, но миллионы людей согласны жить в неразрешимых противоречиях и не погружаться в суть. Если среди этих миллионов найдутся наследники древнегреческих софистов, то они объяснят всё, наплевав и на логику, и на научные данные. Поэтому вольные интерпретации воспринимаются неподготовленным обывателем, как истина. А огромные информационные потоки, смешивающие проверенные и непроверенные источники, создают ещё большую путаницу.
Сразу оговорюсь, что допускаю вероятность ошибаться в своих суждениях. Мои тексты из данной серии являются лишь одой научному знанию, которое вне сомнений гораздо интереснее и важнее любой магии. Поэтому не ждите от меня строгой формальности.

В прошлый раз я упоминал, что явление под наименованием "Я" не является неизменной константой. Человеческий мозг и психика "лепятся" как пластилин: можно придавать разные формы и даже разрывать связи. Помимо деформации, может меняться и качество самого материала под давлением окружающих условий. Мозг важно питать кислородом, защищать от механических травм, давать возможность снижать мыслительную нагрузку. Его состояние прямым образом сказывается на психике, а, соответственно, и на нашем восприятии окружающего пространства. "Я" - это целый мир взаимосвязанных элементов, которые в большей или меньшей степени влияют на поведение организма. Всякое мышление и действия являются вершиной "айсберга". Повышается уровень тестостерона или серотонина - мы получаем новый результат взаимодействий. Небольшое повреждение префронтальной коры - перед нами, в сущности, обновлённый вариант "Я".

Ребёнок, который рос на Северном Кавказе в строгой патриархальной семье, чётко усвоит местные ритуалы и правила. Модель поведения будет формироваться не только в условиях культурных норм и ограничений, но и под влиянием климата, питания, физической нагрузки. Родной брат ребёнка, выросший в большом городе в какой-нибудь англосаксонской стране, получит совершенно другой опыт. Если он будет употреблять много углеводов, вести сидячий образ жизни, тестостерон начнёт со временем снижаться.

Таких примеров может быть огромное множество. Нейропластичность влияет на наше "Я". Следовательно, боясь смерти, мы можем смело спросить: ухода какого конкретно из вариантов личности мы страшимся? В сущности, наше сознание толкает нас думать, что "Я" - картинка, которая со временем может просто портиться, увядать. Но на деле - это смена картинок, кадров, образов на огромной скорости. Наше сознание - не "картинка", а монтаж. Если сравнивать с системой языка, нам кажется, будто собственное "Я" есть существительное, но в сущности - это глагол. Это действие функционирующей системы, прямо зависящей от среды. "Я", страшащееся смерти - это гиперболизированная иллюзия того, что в наших глазах является перманентной единичной сущностью. Наше появление на свет - включение маленького субпроцесса на фоне огромного мирового процесса, а процесс есть движение.

Моё "Я" не страдало от своего несуществования до появления в организме женщины. Моё "Я" выстраивалось многомиллиардными ниточками ДНК и РНК. Формировалось сознание с переживаниями, ощущениями. Мы боимся невечности, не думая, что "Я" вечным никогда и не было. Здоровое сознание толкает нас на борьбу расстянуть субпроцесс перед остановкой.

И в этом нет трагедии. Есть лишь смирение перед реальностью, в котором больше мужества, чем в любых мифах о бессмертии. Мы — не гости в этом мире, не странники, зачем-то брошенные в плоть. Мы — сам мир, который на мгновение обрёл способность смотреть на себя, удивляться и страдать. И когда этот взгляд погаснет, мир не станет беднее. Он просто продолжит движение — в других глазах, в других формах, в других процессах.

Моё «Я» — это не владелец тела, а его узор. Не капитан корабля, а само плавание. И пока длится это плавание, мне хочется одного: не тратить его на страх перед тем, что не наступит. Потому что смерть — это не конец меня. Это конец лишь привычки думать, что я был отдельным.

А жизнь… Жизнь — это движение. И пока я часть его — я жив. По-настоящему.