Глава 1 Квартира 67

-Поздравляем со вступлением в наследство, Денис Андреевич. –проговорил полный мужчина в костюме, в котором было явно слишком жарко. Он сидел в кожаном кресле и поминутно утирал пот с широкого лба, немногим выше которого вполне комфортно поселилась округлая лысина.
-Благодарю. –без тени радости ответил Дэн. Ему тоже было душно в тесном кабинете нотариуса, и единственной мечтой его был холодный душ.
-Вот все ваши документы, теперь вы полноправный собственник. –улыбнулся мужчина в костюме, протягивая кипу бумаг молодому человеку. Тот взял их, поднялся со стула, снова поблагодарил и вышел.   
На наручных часах стрелки показывали половину первого. День был солнечный, первый по-настоящему летний день за июль. Дэн не хотел ехать в эту проклятую квартиру. Зачем она ему? Он же толком не знал эту
(старую каргу)
бабушку Клаву, кажется? Она долгие годы проживала одна на улице Верховского в первом доме, откуда почти не выходила. Муж ее умер лет за десять до ее ухода из жизни, а сама Клавдия Никитична не предпринимала особых попыток общаться хоть с кем-то из родственников. Такой роднёй ей приходился и Турсин Денис, который вел размеренное существование, даже не зная, что имеет двоюродную бабушку по имени Клава.

Сев в машину, он достал из джинсовых шорт телефон и набрал номер. После трех гудков женский голос проговорил до ужаса родное:
-Алло, привет!
-Привет, Лиз, как ты?
-Все хорошо, работаю. Как дела с наследством этим?
-Уладил наконец. Полгода мук прошли, и теперь на мне всего лишь старая квартира…
-Да ладно тебе, -легкомысленно прозвенел голос девушки. –решим с тобой вечером, что делать с этой берлогой.
-Ладно. Я заеду за тобой.
-Хорошо, буду ждать. Целую!

Он снова бросил взгляд на часы. 12:37. Времени было много, а дел на сегодня после разборок с наследством Денис не планировал, так что странная мысль, внезапно возникшая в голове молодого человека, толкнула его к действию. Ключ зажигания был повернут, мотор белой Киа Рио довольно заурчал, и машина тронулась.
Высунув левую руку в окно, Турсин, ориентируясь с помощью навигатора в телефоне, ехал на юго-восток родного города. Справа и слева неслись неприметные серые пятиэтажки, так сильно нагонявшие тоску на Дениса вот уже двадцать семь лет. «Мерзкие дома, скорей бы отсюда свалить» -нередко раздумывал он, смотря на здешние пейзажи.
 
«Через двести метров съезд, поверните направо» -проговорил металлический женский голос. Молодой человек подчинился и включил поворотник.
Двор был маленький, квадратный и тихий. Почти со всех сторон его окружали невысокие дома, с фасадами серо-телесного оттенка. По центру разместилась детская площадка, вид которой наводил скорее чувство кошмарного одиночества, нежели ощущения радости и веселья. Качели как-то мучительно громко скрипели под действием легких дуновений теплого ветра. Мерзость, прошипел про себя Дэн.
Коричневая дверь подъезда была открыта нараспашку. Покинув машину, молодой человек направился к нему. Прежде чем войти он обернулся, чтобы убедиться, не криво ли он поставил машину. Нормально.

Под зарешеченными окнами первого этажа было нечто подобное клумбе. Лебеди из старых покрышек ревностно охраняли фиолетовые цветы. Пожалуй, единственное, что понравилось Турсину при осмотре двора и домов.
Скорым шагом парень направился внутрь и уже было поднялся по пятиступенчатой лестнице к лифтам, как вдруг его окрикнул хриплый голос:
-Куда это вы, а? –Дэн обернулся и увидел в проеме двери среднего роста мужчину в белой майке и черных шортах, которые больше походили на трусы-семейники.
-В шестьдесят седьмую квартиру. Я не так давно стал ее собственником. –определив собеседника как консьержа, сказал Денис.
-А, да вы внук Клавдии Никитичны…-то ли спросил, то ли просто подметил для себя мужчина. –Вас провести?
Денис неожиданно понял, что не помнит, на каком этаже находится искомая квартира
(третий? Пятый?)
и потому ответил коротким кивком и сдавленным «спасибо».  Вскоре тускло освещенный лист с коричневыми стенами, на которых некую Таню называли любимицей мужского внимания, со скрипами поднимал двух человек на пятый этаж. Пятый все-таки, подчеркнул Турсин. Выйдя из лифта, Денис осмотрелся. Слева была железная дверь, которая вела в общий коридор, а справа около мусоропровода красовалось вытянутое прямоугольное окно. Из него бил яркий солнечный свет, освещавший стену, покрашенную в две полосы: белую сверху и зеленую снизу.
-Идем. –проговорил консьерж. Дэн вставил ключ в скважину, прокрутил и услышал, как железная дверь устало простонала, открывая вид на общий коридор. Обязанность освещать здесь возложили на две старые лампы, одна из которых перегорела и упорно звала за собой вторую.
-Вижу, за освещением здесь не особо следят? –спросил молодой человек.
-На этом этаже только три жилые квартиры. –спокойно отвечал мужчина. –В шестьдесят восьмой обычная семья, про шестьдесят седьмую вы знаете, а в семидесятой, около которой лампа-то перегорела –алкаш один. Что ж с него взять?
-А чем шестьдесят девятая не угодила?
-Да ее уже лет шесть как бросили. Раньше мужик жил, потом помер, а дочка его сдавать начала. И вот как раз несколько лет назад снимавшие квартиру люди то ли подрались на пьяные головы, то ли свалился кто…в общем, помер парень здесь один. Наркоманом, говорят, был.
-М-да…не соскучишься у вас тут.
-Тут не так уж и плохо на самом деле. Шума немного, да и в целом комфортно.
Поблагодарив Виктора Степановича Харцева, коим представился консьерж, Денис повернул направо и прямо уперся в квартиру под номером шестьдесят семь. Помучавшись со связкой ключей, Турсин все же нашел необходимый и вскоре вошел внутрь.
Запах в квартире стоял совершенно привычный для тех, кто жил в таких домах: старых книг и жары. Сразу слева от двери в небольшом углублении красовалось высокое зеркало, под которым была квадратная деревянная полка. Несколько флаконов из-под духов, какой-то пожелтевший листок и скомканный шарф дополняли эту картину, делая ее в глазах молодого человека чем-то почти исторически важным.
Сняв кроссовки, Дэн пошел прямо, в коридорное помещение, где ему предстояло выбрать: свернуть направо в гостиную, из которой столь привлекательно пробивался свет, или продолжить движение прямо, где направо и налево расходились две комнаты. По левую руку была спальня, по правую –странная смесь кабинета и гостиной. По началу он направился в кабинет-гостиную. К окну был приставлен дубовый рабочий стол, столь широкий и длинный, что, казалось, за ним могут заниматься своими делами сразу трое взрослых мужчин. По левой стене висели картины и фотографии. Ближе к столу –сама бабушка Клава, дальше она же, только помоложе, с каким-то молодым человеком. Мужем, вероятно. А в самом конце, будто прячась за вышитым пейзажем зимнего леса, смотрел из-под стекла мужик, примерно сорока лет. Кем он приходился бывшей хозяйке квартиры Денис и представить не мог, да и, впрочем, не особо хотел.
Спальня не представляла из себя ничего интересного: обычное помещение, по середине которого стояла старая кровать. На прикроватной тумбе справа была сине-золотая пустая ваза и несколько икон. Слева же от кровати был размещен старый комод с зеркалом, а напротив него, в самом углу, висел небольшой телевизор. В дальней стене был проход на заваленный различным хламом балкон.
-А здесь даже мило…-все же с тенью сарказма проговорил вслух Денис. Оставалось посмотреть последнюю комнату.
Гостиная была длинной и широкой. Всю левую стену кроме самого угла занимал деревянный шкаф, а по правой стене стоял диван. В углу, незанятом шкафом, на черном столике поблескивал пыльный телевизор. Прямо напротив входа в гостиную был вход на еще один балкон. На кой черт ей три комнаты? –пробурчал про себя Денис. Он уже было хотел направиться на кухню, как вдруг его внимание привлекло нечто чрезмерно яркое для этой квартиры. И вправду, красный настенный ковер, висевший над диваном, пестрил своим узором, явно выбиваясь из общей картины. Его рисунок был, в общем-то, как и на всех подобных предметах интерьера, абсолютно беспорядочен, но все же довольно красив. По неясной причине Денис долго не мог отвести взгляд от ковра, но через некоторое время, поборов свое оцепенение, направился на кухню. Осмотревшись там, он вновь взглянул на часы, но они почему-то встали.
-Твою-то мать…-бросил Денис и начал искать настенные часы, размеренное тиканье которых он слышал еще при входе. Они каким-то чудом и вправду работали, и показывали время 13:32. Через полтора часа освободиться Лиза. Пора бы выходить. Обуваясь в прихожей, молодой человек с ужасом услышал, как в кабинете что-то упало. Резкий, иррациональный страх обуял его душу неожиданным порывом. По началу он просто оцепенел, грудь сжалась, а руки перестали слушаться, но секундой позже Денис переборол свои чувства и заставил себя пойти и проверить. Во всех фильмах ужасов именно так и все и кончалось, ВО ВСЕХ!!!
Он приоткрыл дверь. Все было по-прежнему, кроме фотографии неизвестного мужчины в самом углу. Она лежала вниз изображением на полу. Турсин огляделся и прислушался. Тихо. Сделав два робких шага, он остановился и поднял фотографию. На ней все также был изображен мужчина, но с его лицом словно что-то произошло, оно будто…
(помолодело???)
(что за черт, мать твою…)
…изменилось. Денис аккуратно повесил портрет назад, скинув ответственность за изменения в нем на искаженные оконными стеклами солнечные лучи. Просто показалось, а ты труханул, смеялся сам над собой молодой человек.
Через семь минут он уже выехал из двора и повел машину в центр города, чтобы встретить Лизу. Интуитивно доверяя навигатору, Дэн чувствовал, что его все еще сковывает страх. Объяснить тот факт, что фотография немного исказилась он сумел, но вот каким образом она упала? Окна были плотно закрыты, сквозняка быть не могло...чертовщина какая-то. Ладно, ничего. И это случается, ничего такого уж страшного не произошло. Окончив таким образом поток мыслей Денис сконцентрировался на дороге.
 
***
Остекленный лифт забрал с очередного этажа новую партию отработавших людей в строгих костюмах и плавно пополз вниз. Лиза, прижавшись в его дальней стенке, чтобы всем хватило места, держала в руках небольшую сумочку и внутренне предвкушала встречу с Денисом. Они были вместе уже четыре года, с тех самых пор, как он ввалился на занятия в институте, опоздав почти на полчаса. Ей сходу понравился этот улыбчивый молодой парень, не перестававший отшучиваться от замечаний преподавателя. Он сразу заметил ее и с тех пор ни на секунду не отлипал, как Лиза сама любила говорить.
Вскоре девушка прошла турникеты, попрощалась со знакомой за стойкой ресепшена и уверенно зашагала в сторону выхода, раскачивая бедрами, туго обтянутыми серой юбкой-карандашом. Выйдя из бизнес-центра, Лиза начала оглядываться по сторонам в поисках знакомой машины. Секундой позже раздался гудок, которым Денис привлекал ее внимание. Молодой человек стоял, опершись на дверь машины со стороны водителя и нажимал левой рукой на середину руля. В правой Турсин сжимал букет белых роз.
По асфальту быстро застучали каблучки, а когда стук прекратился, она уже висела на его шее, целуя в губы. Дэн смотрел в ее бирюзовые глаза, в которых всегда отображался весь спектр эмоций, испытываемый девушкой. Турсин не успел даже сказать «привет», как Лиза уже выхватила розы и начала рассказывать о том, как прошел ее день. И уже через полчаса пара была дома.

Теплый свет делал их кухню намного красивее и шире, словно раздвигая пространство по собственному усмотрению. Телевизор негромко передавал вечерние новости, а за окном разливались лимонно-желтые лучи закатного солнца.
-Ты кстати так и не рассказал о квартире. –вырвав Дениса из процесса созидания пейзажа, сказал Лиза.
-Ах да…да что говорить, обычная квартира. Пыльная, конечно, тут уж удивляться нечему, но в целом довольно неплохо.
-И что делать с ней будешь? –поставив только заваренный чай на стол, спросила девушка.
-Сдавать, что ж еще-то? Продать ее будет сложно, район там так себе, а сдать кому-нибудь да смогу.
-Ну вот и отлично.

Она тяжело дышала, не прикрывая свою наготу. Пряди ее золотистых волос спадали на лоб, закрывали лицо и кончиками касались грудей. Вскоре она прижалась к Денису, тоже тяжело дышавшему, и поцеловала его в щеку. Молодой человек ответил тем же и минутой позже отправился на балкон покурить. Он делал это каждый раз после секса. Бело-бежевый фильтр вишневого Чапмана немного намок –сегодня Турсин неловко уронил пачку в лужу. Щелкнув бензиновой зажигалкой, отливавшей золотом, молодой человек смотрел на уходивший в ночь город. Привычно-шумный и уставший. Он выбросил сигарету, вышел и увидел, что Лиза уже спит. Парень накрыл ее, поцеловал в лоб и лег рядом.

***
Он опять вошел в квартиру. Полуденное солнце заливало гостиную, кухню и кабинет. Было тихо, все портреты и фотографии висели, как и прежде, ничего не изменилось, но…
(войди)
…он услышал шепот, исходивший из-за спины. С ужасом обернувшись, парень никого не обнаружил.
(войди же)
Голос стал четче. Очевидным явился тот факт, что звали его в гостиную. Сглотнув огромный ком, который поселился в горле, Дэн подметил, что он был
(иди сюда и посмотри!)
не меньше теннисного мячика. А может, даже больше. Кожа его стала гусиной, глаза округлились, но сделав над собой усилие, Денис приказал ногам идти вперед. Шаг. Второй.
(не медли, иди быстрее!)
Третий шаг дался с особым трудом, но именно он и перенес молодого человека из коридора в гостиную. Внутри никого не было, но шепот стал громче и не унимался, постоянная желая, чтобы парень
(увидь же свое будущее, посмотри на него!)
посмотрел на что-то. Что конкретно Денис не мог понять, но на уровне инстинктов понял, что настало время достать нож-раскладушку, который он всегда носил при себе, после одной неприятной ситуации. Ножа в кармане не было, когда шепот перешел в резкий крик, приказавший посмотреть на...
(посмотри на ковер, идиот! НА КОВЕР!!!)
…на настенный ковер. По началу до черта испуганный парень вообще не понял, зачем он должен вглядываться в эту никому не нужную вещь, но через пару мгновений осознал, что все же кое-что замечает. Узор ковра начал меняться и искажаться, формируя странные фигуры. Денис отшатнулся, хотел было бежать, но ноги словно вросли в пол и совершенно перестали слушаться.
(твою мать, твою мать!)
((СМОТРИ НА КОВЕР!!))
Узор перестал меняться и вместе с тем прекратился ужасающий крик, исходивший, казалось, отовсюду. В самом центре злосчастного ковра появился дом, окрученный похожими зданиями. Строение напомнило Дэну...его собственный дом? Да, сомнений не было, это был именно его дом, где они с Лизой жили уже два года. Посмотрев пристальнее, парень понял, что ярко-оранжевые ворсинки сконцентрировались около окон пятнадцатого этажа.
(огонь! ОГОНЬ! ПЛАМЯ ВАС СОЖРЕТ!)
возобновившийся крик заставил Дениса вздрогнуть и зажать ладонями уши. Узор, изображавший огонь стал натурально колыхаться, захватывая постепенно весь этаж.
(вы все будете ГОРЕТЬ!)
((ГОРЕТЬ!! ГОРЕТЬ В АДУ!!))
(вставай! Вставай же!)
Турсин покрылся мурашками, закрыл руками глаза, но голос, исходивший из каждого угла, все твердил, что они будут…
(гореть, гореть, гореть, гореть!!!)
…будут гореть. Грудь сжал страх, руки начали дрожать, и сам парень не выдержал и в ужасе начать кричать.
(вставай же, Денис, ну встань!)
Он рывком сел на кровати. Перед ним сидела Лиза с глазами полными непонимания и растерянности. Сквозь еще не отошедшую сонливость он лишь урывками услышал ее обеспокоенный голос, говоривший:
-Денис! Денис, ты слышишь? Вставай, Денис!