Деньги

Вновь очередная поездка по городу к университету среди пыли и пассажиров. Плотная девушка с зеленоватым драконом на шее под ухом. Рыжая студентка приподнимет телефон и я увижу её в обнимку с парнем на заставке. Миленькая и даже симпатичная девочка с веснушками за бантиком губ. Она выйдет раньше и покинув маршрутку, освободит место напротив, которое останется пустовать до моего выхода. Рядом присядет пожилая женщины в лёгком платье до колен, на которые тут же обратит внимание мужчина, когда обернётся на одиночном сидении и приподнимет над собой засаленный рюкзак. Тот же маршрут и солнце греется у люка за стеклом, чтобы все люди в салоне изнемогали от зноя. Маршрутка стала для меня камерой и я вижу перед собой вьетнамку, которая не обращает внимания на мужчину, когда тот подбирается к выходу, но едва не падает у её колен, потому что перебрал лишнего. В сумочке моей рецепт и я вполне свободен этим вечером, потому что хорошо поработал в первой половинке дня. Я почти бегу на радостях к остановке и ещё оглядываюсь, чтобы свою маршрутку не пропустить. Я готовлю деньги заранее, но не сливаюсь с горсткой пассажиров, которые устроились под крышей с киоском. Одни сплошные киоски и фонари, которые вертятся по окружности кольцевого цветника. Загорелые женщины полют клумбу и я вспомню о жительнице нашего подъезда, которая также изогнувшись искала сорняки среди цветочного треугольника, пока не вышла на пенсию и с грустным выражением не укатила в деревню. Я ищу себя в городском кустарнике, который обмотан колючей проволокой и не пускает дальше сантиметра к очагу. Я верчусь среди переходов и макушек пассажиров, которые сбросят с себя нимбы и будут идти за флажком экскурсовода, который мал ростом, но наверняка эрудирован и начитан. Группа с полным цыплёнком поотстанет и я услышу запах табачного дыма, когда мужчина у капота только-только прикурит и отзовёт супругу из-под подъезда, чтобы та шурша протянула ему пакет. В моём же пакете отлёживается дыня и питьё к ужину, который вот-вот должен состояться. Кастрюлька с ручкой на кухонной зажигалке, которая вечно нагревается и необходимо снимать с вешалки варежку, чтобы за ручку ухватиться. Я засекаю семь красных секунд на духовке и щепоткой бросаю приправу из ароматной банки, чтобы ожидая разогрева, следить за оранжевой фигурой на солнечном бедре. Я могу преспокойно выйти на прогулку, но почему то продолжаю страдать среди комнат и подушек, которые слежатся с утра и будут манить меня опускаться в наволочку носом вновь и вновь. Я понимаю, что не смогу уснуть и тело моё вертится, словно куколка, которая отовсюду собирает нити и закрывается от мира в плотном мотке мелодий. Я иду по набережной и смотрю сначала на воду, а затем закрываюсь глубже в парке, где среди песка лежит прогнивший ствол неизвестного дерева, который можно крошить ногами или щипать пальцами. Я устану и присяду под солнцем, которое влюблённо спрячется под юбкой из листвы клёнов, когда те смогут поодиночке удержаться на возвышенности темнеющего даже утром оврага.