Вкус детства

Семидесятые...

С уличной едой тогда не заморачивались, пусть и не было, как сейчас, вокруг магазинчиков, кафешек и ларьков. Но мы всегда знали, где купить мороженое, ириски, попить томатного или берёзового сока, купить кубик какао и разгрызть его. А то и в аптеку за упаковкой витаминок — часто они, вкусные и сладкие, заменяли нам конфетки.


Больше запомнились коржики да сметанники. Пирожное песочное за двадцать две копейки — дорогое лакомство. Его покупали обычно домой на день рождения или на праздники. Обычно же — круглый коржик с дыркой посередине за восемь копеек, вытянутый закруглённый прямоугольник  — это «сметанник» за десять. А так булочка «веснушка» с изюмом за пять копеек или «ярославская», посыпанная чем-то сладким тёртым, за десять. И вкус тот ещё помнится.


И вроде магазинов было немного, но мы знали: всегда, когда есть десять копеек и немного времени, можно подойти — и в один, так в другой, не в универмаг, так в овощной — и попить сока.


А как забыть газировку в автомате за три копейки? Такие стояли рядком у дома с универсамом. Обычно выпивали один стакан за копейку, а потом две трёшки — одну за одной. Двойной сироп казался вкуснее. Лимонад в бутылках покупали редко, стоил двадцать две копейки. Проще взять в буфете стакан за пять копеек — это дешевле. А если хотел бутылку, то просишь два стакана — так и так выходило. Ещё застал тележки-сатураторы, но там почему-то газировка казалась не такой вкусной, не знаю почему. Зато завораживало шипение воды в стакане, пена и, самое главное, мойка стаканов на большом барашке с рукояткой.


Но, конечно, всё затмевал квас. Когда привозили первую бочку — уж не скажу когда, — всегда выстраивалась очередь. Пойдёшь с бидончиком, берёшь полный. Так-то три литра — тридцать шесть копеек, а полный — сорок. Отойдёшь (прямо из горлышка не пили, да и тяжело), нальёшь в крышечку и хлебаешь с удовольствием. Холодный, шипучий — как же приятно! Это не то, что за молоком ходить.


Минеральная вода казалась чем-то противным, пили её редко. А чаще — треугольник молока пол-литровый за шестнадцать копеек. Отрезать нечем — отгрызёшь и хлебаешь. Холодное, из железных контейнеров хитрой формы. Соки тогда только в трёхлитровых баллонах; в бутылках казалось дорого и редко бывало, да и всякая экзотика. Зато стояли тубы, вертящиеся на стойке по три штуки, куда заливали сок из этих баллонов. Откручиваешь краник, в буквальном смысле как гайку на болте, — и льётся тебе томатный, берёзовый, совсем редко яблочный сок.


В томатном самое приятное — взять ложечку из стакана с водой, поболтать её, зачерпнуть соли из другого стаканчика (порой бумажного от мороженого) и разболтать в своём соке. А ложку обратно. Гигиенично? Так ты же её только руками трогаешь. Тогда на это внимания и не обращали! Те же стаканы в автоматах: сполоснёшь — и всё. Но возвращаясь к соку: вкуснее ничего не придумать. Хотя он не такой уж холодный. Может, после него и пить больше хотелось, но тогда это не замечалось.


А когда денег не было, подходили к пивному ларьку, если был завоз, и ждали, когда мужики купят бутылочное, выпьют и оставят бутылки. Сами они их никогда не сдавали: в лом было или считалось ниже достоинства. Может, нам оставляли добычу? Так что: «Бутылочка свободна?» — не сейчас родилось. И сразу в пункт приёма стеклотары, тут же напротив, в подвальчике того же универсама. Не наглели: три-четыре бутылки максимум, даже не на человека, а на компашку. Но этого хватало и на сок, и на всё остальное.