Власть и деньги. В поисках смысла

           Почему в пирамиде Маслоу нет места для самого желанного?

– Ну скажи мне, Анна, почему в этой вашей "пирамиде потребностей" нет ни власти, ни денег? Ведь все гонятся за деньгами, все хотят власти! – возбуждённо воскликнул Игорь, отодвигая чашку остывшего эспрессо.

За столиком уличного кафе собралась пёстрая компания. Игорь – владелец небольшого бизнеса, вечно чем-то недовольный. Анна – психолог, любительница покопаться в чужих мотивах. Сергей Петрович – пожилой профессор философии, который, казалось, знает ответы на все вопросы. И Петя – молодой программист, который в своё время случайно запустил стартап и теперь мучительно размышлял, куда девать миллионы.

– Игорь, ты судишь об этом поверхностно, по картинке, – усмехнулась Анна. – Маслоу не включил их в базовые потребности людей, потому что он считал власть и деньги инструментами, а не конечными целями.

– Инструментами? – фыркнул Игорь. – Да я каждый день вижу, как люди рвутся к деньгам, как будто это кислород! Без денег – ты никто, ни друзей ни подруг. Без власти – тебя растопчут. Какие уж тут инструменты?

Сергей Петрович неспешно помешал ложечкой чай и изрёк:
– Дело в том, Игорь, что Маслоу наблюдал за теми, кого называл «самоактуализированными личностями» – то есть по-настоящему счастливыми и здоровыми людьми. И он заметил удивительную вещь: когда у человека удовлетворены голод, безопасность, любовь и уважение, он перестаёт гоняться за властью ради власти. Он начинает заниматься творчеством, искать смысл. А власть и деньги для такого человека – лишь средства решать задачи, а не цель жизни.

– Ну да, – подхватила Анна. – Представьте, что вы очень голодны. Вы готовы отдать всё, лишь бы съесть бутерброд. Бутерброд – это ваша потребность? Нет, потребность – это еда. Бутерброд – способ её удовлетворить. Так и власть: вы хотите её, потому что она даёт вам безопасность, статус, признание. Если убрать эти глубинное желание, власть становится пустой.

– Тогда почему же некоторые люди хотят власти даже тогда, когда у них всё есть? – не унимался Игорь. – Вон, нефтяные магнаты, политики – они же уже всё имеют, а всё рвутся ввысь.

– Вот здесь и начинается самое интересное, – улыбнулся профессор. – Потому что власть и деньги могут стать суррогатом настоящей потребности. Если человек в детстве чувствовал себя беспомощным, он вырастает с глубочайшей тягой к контролю. Он не может насытиться властью, потому что ищет в ней утраченную безопасность, но безопасность даётся не через власть, а через внутреннее чувство защищённости. Это как пытаться утолить жажду солёной водой – чем больше вы пьёте, тем больше хочется.

– То есть у них там внутри – дыра, а они затыкают её деньгами? – спросил Петя.

– Именно! – кивнула Анна. – В психологии это называется гиперкомпенсацией. Человек бежит от собственной уязвимости. Он думает: «Стану богатым – и меня будут любить», «Стану начальником – и я буду в безопасности, а другие будут меня бояться». Но богатство не приносит любви, а власть не дарит покоя. Настоящие потребности – в признании, в близости, в самоуважении – остаются неудовлетворёнными. И человек попадает в ловушку бесконечной гонки.

Тут Петя, молчавший до этого, задумчиво произнёс:
– А я вот недавно запустил свой проект, и деньги потекли рекой. Я купил квартиру, машину, закрыл кредиты… Но внутри – пустота. Я думал, что если стану финансово свободным, то буду счастлив. А я стал свободным, но не счастливым. И теперь я вообще не понимаю, зачем мне всё это.

– О, это классика, – оживился Сергей Петрович. – Ты столкнулся с тем, что психологи называют экзистенциальным вакуумом. Ты убедил себя, что деньги – это цель. Но когда цель достигнута, выясняется, что это был всего лишь инструмент для достижения других целей, которые ты сам не определил. Причем это инструменты второго уровня.

– Но если деньги – всего лишь инструмент второго уровня, – вставила Анна, – то какие тогда инструменты первого и третьего?

И тут все оживились. Профессор взял салфетку и начал рисовать схемку.


               Инструменты, которыми можно и нужно пользоваться

– Представьте, что наша жизнь – это строительство дома, – начал он. – Инструменты первого уровня – это наши руки, ноги, здоровье, базовые знания и время. С их помощью мы добываем еду, строим жильё, общаемся. Это основа.

Инструменты второго уровня – это то, что умножает наши усилия: деньги, власть, связи, информация. Это рычаги. С их помощью мы управляем не только собой, но и другими людьми, получаем доступ к ресурсам, которых у нас нет. Но, как мы уже выяснили, это всего лишь рычаги.

Инструменты третьего уровня – наши внутренние способности: способность к рефлексии, воля, системное мышление, воображение. Без них даже самый богатый человек может разориться, а самый влиятельный – потерять всё. Именно они помогают нам понять, для чего нам нужны деньги и власть.

– А есть четвёртый уровень? – спросил Петя.

– Есть, – кивнул профессор. – Инструменты четвёртого уровня – это язык, культурные коды, образование, искусство, создание новых принципов и смыслов. Они меняют мышление целых поколений. Например, концепция прав человека или понятие «нация» – это выдуманные нами смыслы, но они могут быть сильнее любой армии. С их помощью мы создаём реальность, которая будет жить после нас. Или, например, такое простое «изобретение» как смайлик - по масштабу влияния на коммуникацию сопоставимо с изобретением печатного станка.

– И как же этим пользоваться? – спросил Петя. – Я хочу, чтобы мои деньги приносили не только комфорт, но и смысл. Я не хочу быть как те магнаты, которые умирают от скуки на яхтах.

– А ты слышал о принципе динамического наследия? – улыбнулась Анна. – Это когда ты смотришь на свои действия не с точки зрения «что я получу сейчас», а с точки зрения «что останется после меня и будет развиваться дальше». Ты инвестируешь в проекты, которые могут жить без тебя, расти, перестраиваться. Ты не строишь памятник себе – ты запускаешь механизм, который будут дорабатывать другие.

– Звучит красиво, но непонятно, – усмехнулся Игорь. – Приведи пример.

– Ну, например, вместо того чтобы купить очередную квартиру и сдавать её, ты можешь создать фонд, который выдаёт гранты молодым предпринимателям. И если через 20 лет кто-то из них создаст новый Google, твой фонд будет работать и дальше, и имя твоё будет жить в этих историях. Или ты можешь написать книгу не с готовыми ответами, а с вопросами, которые заставят людей думать. И через сто лет кто-то прочитает её и по-новому взглянет на мир. В этом и есть четвёртый уровень – ты превращаешь деньги и власть не в цели, а в семена.

– Ну да, – вставил профессор, – мы все знаем, что деньги не пахнут, но вот ты можешь придать им запах смысла. И тогда они станут не просто купюрами, а элементами твоего послания миру.


               Почему мы так боимся говорить о смысле?

– Знаешь, я всегда думал, что «смысл» – это для слабаков, – признался Игорь. – Что есть реальный бизнес, реальные деньги, реальная власть. А смысл – это как варенье на хлеб: можно намазать, а можно и без него.

– Но ты же сам мучаешься бессонницей, – мягко возразила Анна. – Ты же жалуешься, что твой бизнес превратился в беличье колесо. Ты бежишь, а зачем – не знаешь. Вот в этом и проблема. Ты путаешь скорость с движением. Ты думаешь, что деньги – это результат, а на самом деле они – лишь топливо для какого-то маршрута. Если у тебя нет карты, ты сожжёшь всё топливо и останешься посреди пустыни.

– Как же увидеть и понять свою карту? – спросил Петя.

– А вот это уже инструмент третьего уровня – рефлексия, – сказал профессор. – Надо выйти из гонки и спросить себя: «Что я на самом деле хочу? Какое моё самое глубокое желание? Когда я был абсолютно счастлив?» И часто оказывается, что то самое счастье было связано не с деньгами, а с процессом – с творчеством, с отношениями, с помощью другим людям. И тогда ты начинаешь использовать деньги не как самоцель, а как способ создавать больше таких моментов.

Игорь задумался. Потягивая остывший кофе, он вдруг тихо сказал:
– Я помню, как в детстве я мечтал построить парк для всех детей в нашем дворе. У меня не было денег, но я рисовал картинки. И тогда я был счастлив. А теперь у меня есть деньги на десять таких парков, но я даже не знаю, что сейчас интересно детям.

– Вот ты и нашёл свою карту, – улыбнулся Сергей Петрович. – Ты хотел не денег, а возможности создавать что-то хорошее для других. Просто ты перепутал цель со средством.


            Вместо послесловия

Компания разошлась уже глубоко вечером. Петя пообещал себе завтра же начать думать о том, куда вложить первый миллион: чтобы не в очередную квартиру, а в проект, который будет работать на людей. Игорь задумался о парке для детей. Анна решила написать книгу о том, как перестать быть рабом денег.

А профессор, уходя, сказал:
– Помните: власть и деньги – это не вершина пирамиды. Они всего лишь ступеньки. И самая высокая ступенька та, на которой вы сможете разглядеть горизонт и понять, куда идёте. И если вы увидите там не себя, а мир, в котором будет хорошо жить другим – значит, вы выбрали правильный путь.

А вы, читатель, что для вас – деньги и власть? Инструмент, который вы используете умело, или цель, которая использует вас? Ответ на этот вопрос, возможно, и есть начало вашего собственного поиска смысла.