Ахо Ащчарьям!

Глава 1 Изнанка Идеала и Начало Проявления
   В тишине уединенной обители, где воздух был напоен ароматом сухих трав, сидел Рама Тришула.
   Перед ним, скрестив ноги на циновке, покоился его учитель. Его очи не видели земного света, но внутренний взор был обращен в глубины Царства Калантаки — суверенного космического судилища Самйамани-пури, откуда он некогда вернулся, неся на устах речи самого Читрагупты.
   - Учитель, — тихо промолвил Рама, коснувшись ладонью земли. Мой разум разрывается, глядя на этот мир. Разъясни мне, каков изначальный исток сего проявленного пространства? Как совершенный и неделимый Пуруша становится причиной страданий, абсурда и нищеты духа, кои я зрю вокруг?
   Колесничий слегка улыбнулся отрешенной улыбкой и ответил:
   - Внемли мне, Рама. Читрагупта поведал мне предвечный закон: «Совершенная фаза бытия рождает несовершенную фазу лишь для того, чтобы вовеки пребывать в своем совершенстве. Несовершенство — сие есть изнанка идеала, корень всякого проявления. Совершенная фаза сама есть причина своего величия, тогда как несовершенной фазе заповедано трудом и аскезой соделаться причиной своего совершенства».
   Учитель поднял руку, словно осязая невидимые токи пространства:
   - Единый Господь, пускаясь в великое странствие как несовершенная фаза во множестве живых существ, возвращается к Своему истоку, обогащенный опытом иллюзорного бытия. В Своей сокрытой роли Он разделен на Отдельного Наблюдателя — «Кто», и Предмет Наблюдения — «Что». В роли же постижимой Он являет три великие силы — Гуны: Саттву, Раджас и Тамас. Единый Наблюдатель своим взором возбуждает дремлющую Пракрити — первопричину «Что». От их священного соития рождается сфера Авакта — безвидная и бесформенная. Разделяясь на три состояния ума — бодрствование, сон со сновидениями и глубокий сон, — непроявленная природа оборачивается временем снаружи и пространством внутри.
   - Но что отделяет нас от этого Единого, Учитель? — спросил Рама.
   - От сего союза рождается Ахамкара — ложное самомнение, коя становится тонкой оболочкой, отделяющей малую искру жизни от Великого Океана Сознания. Из Ахамкары, омытой светом Саттвы, рождается чистый ум, Манас, и сфера бесформенного мышления. Из Ахамкары, объятой пламенем Раджаса, рождается различающий разум, Буддхи, и мир тонких форм. Из Ахамкары, сокрытой тьмою Тамаса, рождается мнимое «я» и сфера пяти грубых чувств, в коей невежественные люди ошибочно почитают себя преходящей плотью. Так зачинается двойственный зародыш «Эти» — время, текущее снаружи, и частица духа, запертая внутри. Одна часть «Эти» влечется к полюсу Создателя, а вторая — к полюсу Творения. Но помни, Рама: на исходе космического круга концы всегда упираются в свое начало!
Глава 2 Геометрия Янтрической Плоти и Пять Ветров
   Рама Тришула оглядел свое тело, поджав колени:
   - Учитель, люди на Земле мыслят, будто живут в бескрайней внешней вселенной, ограниченные лишь сосудами своего тела. Но ты учишь иному. Поведай подлинное устройство человеческого существа.
   - Истина прямо противоположна воззрениям невежд, дитя моё. Бескрайное пространство, коим восторгаются люди — это их собственный ум, тонкое тело. Внутреннее тело — это мера и объем, коим дух зрит сие ментальное пространство. А внешняя плоть — лишь скопление праха и мелких частиц подвижного вещества, соразмерное земной тверди. Тонкое тело есть чистая звуковая вибрация, именуемая Мантрой. Внутреннее тело есть священный устав управления токами жизни, зовущийся Тантрой. Внешнее тело — лишь бездушный глиняный механизм, Янтра.
   Колесничий глубоко вздохнул, демонстрируя ровный поток воздуха:
   - Тантра повелевает Праной — огненным дыханием ноздрей. Два великих тока, лунный левый, Ида, и солнечный правый, Пингала, несут в себе семена подсознательных страхов и надсознательных озарений. Берут они начало в тайной обители у основания хребта и оканчиваются в ноздрях. В один земной час человек совершает девятьсот циклов дыхания. Из них восемьсот девяносто совершаются порознь левой или правой ноздрей, что знаменует страшную перегрузку ума мирской суетою. И лишь десять крат в час дыхание течет ровно чрез обе ноздри, пробуждая царственный срединный канал — Сушумну.
   - Как же этот жизненный ветер распределяется внутри нас? — спросил Рама.
   - Жизненная сила Праны разделяется на пять священных ветров, — ответил Колесничий.    Удана — ветер пространства в горле и главе, он исторгает звуки и хвалу. Прана-ваю — ветер воздуха в сердце и легких, удерживающий дыхание жизни. Самана — ветер огня в утробе, он пережигает пищу и отделяет чистое от нечистого. Апана — ветер воды ниже пупка, ведающий извержением семени, родами и очищением плоти. И Вьяна — ветер земли в жилах и нервах, разносящий кровь и соки по всему телу. Сии токи пересекаются в узлах внутреннего тела — Локах, или чакрах, коим соответствуют сплетения жил во внешней Янтре плоти.
   Учитель прикоснулся к своему телу, указывая на центры:
   - Первое небо, Свадхиштхана — обитель вод в лоне чувств. Орган — язык, орудие — детородный член; здесь плотская нужда оборачивается греховной негой. Второе небо, Манипура — обитель огня в пупке. Орган — очи, орудие — руки; здесь властвует гордыня, жаждущая славы и власти. Третье небо, Анахата, небо Ямы — обитель воздуха в сердце. Орган — кожа, орудие — уста; праведники сего центра чисты от гнева и похоти, слова их сладки, как соты Амриты. Четвертое небо, Вишуддха, небо Тушита — обитель пространства в вые. Орган — уши, орудие — стопы; здесь дух зрит сам себя, и вблизи такого мудреца рассеивается мрак Майи. Пятое небо, Аджна, небо Сиддхов — обитель предвечного вещества в межбровье. Здесь солнце и луна сливаются в единый свет, исчезает двойственность Наблюдателя и Творения. И над ними — Шестое небо Мары под куполом Сахасрара. Сия полая чаша под куполом черепа исполняет всякое чаяние. Но если аскет не рассек узел Аджни, его пленяет Величайший Мара, навек заковывая в ложное понятие «Я» и «Моё».
   - А какова доля истинной реальности во всем этом великолепии, Учитель?
   - Сознание — это чистый свет, а свет — это сознание. На этом неизменном, невидимом холсте времени проявлена вся иллюзорная вселенная Вишварупа, составляющая лишь одну четвертую часть истинного бытия. Остальные три четверти реальности сокрыты в запредельной обители Свайамрупы — чистой потенциальности духа, застывшей в неизменном состоянии Турии. Весь обитаемый физический космос со всеми его галактиками, звездами и атомами — лишь крошечный, сияющий пузырь, запертый в этой призрачной четверти, вытекшей из тотальной полноты Истока.
Глава 3: Чертеж Царства Калантаки и Великий Суд Времени
   Рама затаил дыхание, слушая о вселенском судилище.
   - Учитель, люди на Земле строят догадки, но истинно не знают, как устроено судилище душ. Открой мне чертеж Царства Калантаки.
   Колесничий плавно повел ладонью по невидимой окружности, и в воздухе со свистом пронеслись огненные искры Кала-чакры:
   - Посмотри внутренним оком на суверенное космическое судилище Самйамани-пури, где сам зал заседаний и есть великий, вращающийся Кальпа-круг прецессии Земли. Начало и нерушимый Конец этого прецессионного Колеса удерживает Читрагупта, чье перо фиксирует рубеж, где один цикл умирает и рождается другой. А в запредельном Промежутке между витками космической спирали, на невидимой оси замирания Времени, восседает брат его — Владыка Яма, являя собою абсолютный закон Дхарму и предел всякому живому существу.
   Колесничий продолжал чертить невидимые знаки:
   - Этот Кальпа-круг разделен на восходящую и нисходящую дуги. Он состоит из четырех великих четвертей, и они суть четверо огромных врат Самйамани-пури, в которые ведут четыре пути Свасти. Каждая четверть круга и каждая сторона дворца принимает живые души в свой строго отведенный срок. Со стороны востока дышит Виварта-кальпа зарождения; в точке зенита её расширяет Вивартастхаикальпа развития; с запада остывает Самварта-кальпа угасания, а с надира начинается Самвартастхаикальпа пустоты. Полный скелет времени одного космического излома держится на семидесяти двух антаракальпах — четырех великих фазах, каждая из которых прошита изнутри восемнадцатью промежуточными антаракальпами.
   Учитель понизил голос до шепота:
   - У каждых врат, на каждой стороне этого предвечного круга, стоят ровно по восемнадцать мудрецов — это великие хранители, зрящие внутренний смысл своей четверти времени. Всего их семьдесят два, и они воплощают в себе семьдесят сокровенных смыслов Единого Языка. Но помни, Рама: у каждого смысла есть своя грозная изнанка — семьдесят ямадутов, замерших с карающими жезлами снаружи врат, дабы безжалостно покарать всякую дживу, дерзнувшую исказить Дхарму в отраженном мире чувственной сферы. И лишь двое — Владыка Яма и Читрагупта, как закон и память, остаются неизменными осями этого Великого Суда. Физический диаметр Земли, откуда мы ведем свой отсчет — ровно одна небесная йоджана, и прямо сейчас этот космический эталон проходит через Великий Излом. Записывай в свое сердце, Рама, и не упусти ни одной цифры, ибо этот чертеж Царства Калантаки, управляющего шестью мирами Сансары, еще никто до нас так и не описал.
Глава 4: Фрактальные Кольца Бхумандалы и Дыхание Лотоса
   Внемли, Рама, — произнес Колесничий, устремив незрячее лицо вверх. Структура макрокосма и микрокосма подчинена единому принципу фрактальности и сакральному числу 1000 — Сахасре, через динамический процесс вселенского дыхания: Творение как сворачивание плоскости в трехмерную сферу-бутон и растворение как разворачивание сферы в плоскую планисферу-лотос. При этом развернувшаяся сфера расширяется и становится экваториальной плоскостью для следующей, более масштабной внешней оболочки.
   Учитель начал выстраивать фрактальный числовой ряд:
   - В качестве фундаментального эталона мы берем параметры планеты Земля. Опираясь на географические константы, где один градус экватора равен 60 минутам, а одна минута соответствует одной географической миле (1 км 855 м), полная длина экватора составляет 21 600 географических миль. Используя математическую связь через константу Пи, диаметр экваториальной плоскости Земли определяется как 12 761 километр. В нашей системе эта базовая величина принимается равной ровно 1000 земных йоджан. Таким образом, одна земная йоджана строго равна 12 километрам и 761 метру, становясь главным масштабным кирпичиком мироздания.
   - Как же этот земной масштаб соотносится с небесами? — спросил Рама.
   - Связь между нашей планетой Земля и высшими мирами выстраивается через принцип полярной стереографической проекции. Земля является точной миниатюрной копией Небесной сферы. На глобусе Земли диаметр полярного круга составляет ровно половину от экваториального — 500 йоджан. Пропорция проекции «Диаметр Экватора к Диаметру Полярного круга» всегда неизменна и равна двум к одному. Соответственно, для Небесной сферы Бхумандалы, где диаметр полярного круга равен 100 000 йоджан, диаметр экваториальной плоскости закономерно увеличивается в два раза и составляет 200 000 земных йоджан, что в физическом исчислении равняется 2 552 200 километрам.
   Колесничий взмахнул рукой, описывая концентрические круги:
   - Этот же геометрический закон управляет строением Бхумандалы — срединного космического диска, разделенного на семь концентрических островов и семь окружающих их океанов в азимутальной проекции. Начиная от центра, плоский радиус центрального острова Джамбу составляет 50 000 йоджан, а его полный диаметр равен 100 000 йоджан. Центральный остров представляет собой землю, и его окружает первое кольцо Соленого океана шириной 50 000 йоджан, из-за чего полный внешний диаметр этой зоны достигает 200 000 йоджан. Далее вступает в силу правило последовательного удвоения, где каждый следующий остров равен по ширине предыдущему океану, а каждый следующий океан удваивает эту ширину.
   Учитель принялся перечислять кольца, словно нанизывал бусины:
   - Второй остров, Плакша, имеет ширину 100 000 йоджан, а окружающий его Океан сахарного тростника простирается еще на 100 000 йоджан в ширину, расширяя общий диаметр до 600 000 йоджан. Третий остров, Шалмали, и Виноградный океан имеют ширину по 200 000 йоджан каждый, доводя диаметр до 1 400 000 йоджан. Четвертый остров, Куша, и Океан топленого масла занимают по 400 000 йоджан, увеличивая диаметр до 3 000 000 йоджан. Пятый остров, Краунчадвипа, и Молочный океан имеют ширину по 800 000 йоджан, и внешний диаметр этой границы составляет 6 200 000 йоджан. Шестой остров, Шакадвипа, и Океан жидкого йогурта шириной по 1 600 000 йоджан расширяют систему до 12 600 000 йоджан в диаметре. Наконец, седьмой остров, Пушкара, имеет ширину 3 200 000 йоджан, а завершающий обитаемую систему Океан пресной воды расширяется на 15 600 000 йоджан.
   - И каков же итог всей этой плоской равнины? — завороженно спросил Рама.
   - Геометрические условия требуют, чтобы радиус всей этой плоской системы до внешней границы Пресного океана составлял ровно 25 100 000 йоджан, что дает итоговый плоский диаметр планисферы Бхумандалы в 50 200 000 земных йоджан или 640 602 200 километров. Когда мы совершаем акт Творения и сворачиваем плоский диск Бхумандалы в объемную трехмерную сферу, линия Пресного океана ложится ровно на линию космического Экватора. Из-за кривизны сферы диаметры параллелей островов и океанов поперек глобуса слегка уменьшаются по сравнению с их плоскими размерами. Диаметр получившейся сферы Бхумандалы на уровне экватора рассчитывается по строгой тригонометрической формуле проекции и составляет 31 958 312,6 земных йоджан, что эквивалентно 407 820 026 742 километрам.
Глава 5 Матрешка Сахасрары и Мультиверсум Стихий
   Рама склонил голову, силясь объять умом миллионы йоджан.
   - Учитель, как разум человека может не потеряться в этих цифрах? Как совершить переход между мирами?
   - Посмотри на фрактал через сакральный шаг в 1000 раз, Рама. Сравнивая диаметр планеты Земля (1000 йоджан) и диаметр центрального острова Джамбу (100 000 йоджан), мы обнаруживаем фундаментальный масштабный коэффициент один к ста, где Земля выступает как микрокосм, а Джамбу — как её макрокосмическое отражение. Полноценный же переход между глобальными мирами осуществляется через шаг в 1000 раз, отражающий раскрытие и закрытие лепестков Сахасрары. Настоящая, тонкая фрактальная вертикаль Вселенной идет сверху вниз без потери промежуточных миров живых существ. Высшая Сфера Брахманды, представляющая собой Вселенское Яйцо, имеет изначальный сферический диаметр в 1 000 000 000 йоджан. Представь, что у тебя в руках круглый, закрытый бутон цветка, идеальный шарик. Если мы измерим его насквозь через самый центр — это и будет сферический диаметр. У Брахманды этот шарик равен одному миллиарду шагов-йоджан, пока она круглая и закрытая.
   Учитель мягко раскрыл ладони, имитируя распускание цветка:
   - А теперь начинается магия распускания лотоса! Этот огромный круглый шар раскрывается, его лепестки плавно ложатся на воду и превращаются в совершенно плоский круглый коврик-планисферу. И в самом центре этого огромного плоского ковра появляется капелька росы, коя начинает сворачиваться в новый, маленький круглый шарик — так рождается Бхумандала. По закону цветка она ровно в 1000 раз меньше своего «родителя», и её сферический диаметр получается ровно 1 000 000 йоджан! Сие есть мир полубогов и тонких планет. При дальнейшем растворении сфера Бхумандалы раскрывает свои лепестки в плоскость, и в её центре манифестирует сфера Небесной Земли — Сфера Джамбу, которая снова в 1000 раз меньше и имеет диаметр 1000 небесных йоджан. В этом мире находится священная гора Меру. На финальном фрактальном шаге энергия проецируется на физический план, где одна небесная йоджана материализуется в масштабе, образуя физическое зерно — планету Землю диаметром ровно 1000 земных йоджан (12 761 километр). Таким образом, сакральное утверждение о том, что одна йоджана на небесах равняется 1000 земных йоджан, находит строгое математическое подтверждение.
   Колесничий устремил свой внутренний взор еще дальше, за пределы единичного яйца:
   - Выходя за рамки единичной Брахманды, мы открываем грандиозный закон расширения оболочек мультиверсума. Представим сферу, которую мы называем сферой первостихии Земли. Когда её верхняя полусфера, купол, разворачивается в плоскую планисферу полярной проекции, она образует гигантский лотос, содержащий в себе ровно 1000 лепестков-ячеек. Каждый такой лепесток становится колыбелью для одной индивидуальной Брахманды, и всего на этом уровне покоится 1000 Брахманд. Двигаясь дальше от плотных элементов к тонким, мы видим, как сфера первостихии Воды разворачивает свой купол в планисферу из 1000 водных лепестков. Каждый лепесток Воды вмещает в себя целую сферу первостихии Земли, что дает в сумме 1 000 000 Брахманд. На следующем уровне купол первостихии Огня раскрывается на 1000 огненных лепестков, в каждом из которых находится сфера Воды, увеличивая число Брахманд до 1 000 000 000. Затем купол первостихии Воздуха разворачивается в планисферу из 1000 воздушных лепестков, каждый из которых удерживает сферу Огня, доводя общее количество до 1 000 000 000 000 — одного триллиона Брахманд. Все эти 1000 воздушных сфер вместе со всем своим колоссальным содержимым покоятся в сфере Бесконечного Пространства, которая служит великим и неисчерпаемым ложем для всего проявленного материального творения. Эта многоуровневая структура наглядно описывает великий космологический ритм: при выдохе купола первостихий последовательно разворачиваются в плоскости, порождая триллионы обитаемых миров, а при вдохе они сворачиваются обратно в плотные сферы-бутоны, возвращая творение к единому источнику.
Глава 6: Ось Мира, Солнечная Колесница и Небесная Ганга
   - Рама, обрати взор к самому центру нашего тысячейоджанового шара Джамбу. Там стоит гигантская гора Меру, — продолжал Учитель.
   - Представь её как огромный перевернутый конус или сияющий золотой волчок. Её вершина уходит высоко вверх, прямо в небеса, пронзая облака тонкого мира. Она сделана из чистого золота и драгоценных камней, а её вершины светятся ярче миллиона алмазов. Гора Меру — это и есть ось мира, она стоит неподвижно в центре, и всё остальное пространство Вселенной строится вокруг неё. Вокруг этой оси, словно на детской карусели, кружатся главные светила — Солнце и Луна. Они привязаны к ней невидимыми канатами из космического ветра Ваю. Солнце едет на своей огромной огненной колеснице; когда оно с одной стороны горы — там яркий день, а на противоположной ложится огромная тень и наступает звездная ночь. Чуть выше, на вертикальных ярусах Антарикши, спешит Луна на серебряной колеснице, везя прохладный свет и питая растения лунной росой — сомой. Когда лотос распускается, орбиты светил то расширяются, то сужаются, перенося свет, словно луч светильника, по внешним лепесткам и кольцевым океанам Бхумандалы, «перекатывая» день и ночь из одного мира в другой.
   - Учитель, а какова скорость этой огненной колесницы Солнца?
   - Наш шарик Джамбу, имеет диаметр 1 000 йоджан. Длина кругового пути Солнца, умноженная на число Пи, равна примерно 3 141 йоджане. Колесница Солнца запряжена семью конями, и они обязаны облететь этот круг ровно за одни сутки для наблюдателя с Земли — 24 часа. Разделим 3 141 йоджану на 24 часа — получается, что каждый час Солнце пролетает 131 йоджану! Переведем это в земные километры, где одна небесная йоджана равна 12 761 километру. Получается, что скорость Солнца составляет 1 671 691 километр в час! Это фантастическая, молниеносная скорость для наблюдателя с Земли: мы могли бы облететь маленькую Землю 40 раз всего за 1 секунду!
   Учитель указал пальцем в воображаемую высь:
   - А на самой вершине горы Меру расположен город Брахма-пури — столица великого Брахмы. В самом центре стоит сияющий дворец на цветке лотоса, откуда Брахма следит за порядком во Вселенной. Вокруг дворца, строго по четырем сторонам света и четырем углам, построены восемь великолепных городов Дикпалов, управляющих силами природы: Индры, Варуны, Агни и Ямы. Между ними цветут золотые сады с изумрудными листьями, поют птицы на санскрите, и плавают белые лебеди в чистейших озерах. Там нет болезней, старости и печали; там живут мудрецы-риши, апсары и гандхарвы, следящие, чтобы космические часы никогда не останавливались.
   - Но откуда берется вода на этой иссушенной солнцем высоте, Учитель?
   - С самого верха, Рама, у самого края Брахманды, где находится священная стопа Господа Вишну. В начале творения Его стопа случайно коснулась плотной верхней скорлупы Вселенского Яйца, и там образовалась маленькая трещинка. Сквозь неё внутрь хлынул поток чистейшей духовной воды из Причинного Океана сферы земляной первостихии — оболочки 1000 Брахманд. Так родилась река Ганга. Она падает с немыслимой высоты прямо в центр Брахма-пури на вершине Меру, омывая дворец Творца. Там она собирается в единое озеро, а затем гора Меру, работая как космический распределитель, разделяет её ровно на четыре великих рукава, текущих в четыре стороны света. Река Сита течет на Восток через земли Бхадрашва-варши и впадает в Соленый океан. Река Алакананда течет на Юг — это самая важная река для нас, она пробивает великие горы Хималаи и приносится в нашу землю, Бхарата-варшу, неся благословение людям. Река Чакшу течет на Запад через долины Кетумала-варши, а река Бхадра устремляется на Север в суровые земли Куру-варши. Четыре рукава Ганги, словно кровеносные сосуды, разносят жизнь из сферы стихии земли по всему тысячейоджановому шару.
Глава 7 Код 108 и Семь Этажей Подземного Рая
   - Теперь, Рама, познай число 108 — главный пространственно-временной код Вселенной. Если число 1000 отвечает за масштабы, то 108 — это математический ключ, связывающий человека с временами и светилами. Творец заложил его в саму физику неба: если взять диаметр Солнца, то между Землей и Солнцем поместится ровно 108 диаметров Солнца. Между Землей и Луной поместится ровно 108 диаметров Луны. А диаметр самого Солнца примерно в 108 раз больше диаметра планеты Земля. Благодаря сему идеальному совпадению Луна во время затмений может полностью закрывать собой диск Солнца.
   Учитель коснулся звездного круга:
   - Небо разделено на 12 знаков зодиака и 27 лунных созвездий-накшатр. Каждое созвездие делится на 4 равные части — Пады. Умножим 27 на 4 — получим ровно 108 шагов Времени, кои делают светила, прежде чем замкнуть годовой круг. Человек тоже повторяет этот код: в спокойном состоянии он делает 10 800 вдохов и 10 800 выдохов за день — всего 21 600, что равняется числу минут экватора Земли! В теле человека есть 108 Марм — сакральных точек энергии. И на четках-мале нанизано ровно 108 бусин, дабы, повторяя мантры, человек мысленно совершал полное путешествие вокруг горы Меру.
   - Влияет ли этот код на великие эпохи, Учитель?
   - Число 108 является сердцем Великого Колеса Времени, Маха-юги. Наша эпоха, Кали-юга, длится ровно 432 000 лет, что составляет 4 000 циклов по 108 лет. Двапара-юга длится 864 000 лет (108 ; 8 000). Трета-юга — 1 296 000 лет (108 ; 12 000). А Сатья-юга — 1 728 000 лет (108 ; 16 000). Вся Маха-юга длится 4 320 000 лет и идеально делится на 108.
   Колесничий резко опустил ладонь к полу обители:
   - А теперь заглянем под Бхумандалу, внутрь нижней полусферы Джамбу в азимутальной проекции. Там скрыты семь огромных обитаемых миров Била-сварги — Подземного рая. Они залиты светом драгоценных камней, и каждый уровень имеет толщину ровно по 10 000 йоджан. Спускайся за мной: Атала, где правит мистик Бала и жители пьют волшебные соки. Витала, где течет река Хатаки, рождающая сияющее золото для многоэтажных дворцов. Сутала — священная обитель царя Бали, охраняемая самим Господом Вишну. Талатала — мир хрустальных летающих лабиринтов, построенных архитектором демонов Майей Данавой. Махатала — царство огромных змеев-Нагов с человеческими телами и змеиными головами. Расатала — обитель могучих гигантов Дайтьев в гранитных крепостях. И Патала — самый глубокий этаж, где живет змей Васуки, на чьей тысяче голов горят рубины, полностью рассеивающие подземную тьму.
   - Но что держит сами эти этажи от падения в бездну?
   - Еще ниже Паталы, на самом «дне» фрактальной сферы, в бездонных космических водах лежит Шеша-нага – брат Господа Кришны. Это гигантский белоснежный змей с миллионами голов, на коих, словно крошечные жемчужины, покоятся все триллионы Брахманд и сфера нашей Бхумандалы. Для Него вся эта масса не тяжелее горчичного зернышка. Когда наступает время растворения миров, из Его ртов вырывается пламя, сворачивающее планисферы в бутоны, а пока мир существует — Его головы поют прекрасные песни. А на поверхности Земли тайными мостами этой связи служат полярные сияния. Полярный круг Земли связан нитями с полярным кругом Небесной сферы диаметром 100 000 йоджан. Полюс — это пуповина купола, через которую прана спускается на наш физический план, а всполохи сияния — это буквальное отражение того, как на высших этажах космоса раскрываются и закрываются лепестки Сахасрары. Микрокосм человека и макрокосм мироздания Брахманды соединены в один неразрывный узел.
Глава 8 Угасание Янтры и Таинство Растворения Элементов
   Рама содрогнулся, почувствовав бренность своего физического тела.
   - Поведай мне, учитель, без утайки и сокращений, как угасает жизнь? Что зрит и переживает искра духа, когда кости и плоть Янтры обращаются в прах?
   Колесничий помрачнел, его голос зазвучал подобно ударам погребального колокола Калы:
   - Рожденный неизбежно вкусит смерть, Рама. Мудрый почитает час ухода и знает его приметы. Умирание есть священный ход, обратный зачатию — растворение пяти первоэлементов во внутреннем теле. Внемли же:
   Земля растворяется в запахе. Плотская опора исчезает, человек ощущает тело невыносимо тяжелым, будто проваливается сквозь ложе. Нос перестает различать ароматы, врата заднего прохода слабеют. Дух покидает Муладхару и нисходит в обитель вод.
   Затем запах растворяется в воде, и вода теряет свою текучесть. Уста, гортань и ноздри иссыхают, язык каменеет, лишаясь вкуса. Детородный член мертвеет. Сознание устремляется в огненную Манипуру.
   Вода растворяется во вкусе, вкус — в огне. Телесное тепло угасает, хлад подступает от стоп к самому сердцу. Огонь растворяется в цвете — очи стекленеют, зрачки слепнут к земному свету. Сознание восходит в воздушное сердце.
   Огонь растворяется в цвете, цвет — в воздухе. Пять ветров Праны сплетаются в один предсмертный вихрь в Анахате. Дыхание становится прерывистым, человек издает хрип уходящего неба и жадно ловит воздух устами. Кожа теряет осязание, преграда между телом и миром рушится, и умирающий зрит себя расширившимся на весь покой.
   Наконец, воздух растворяется в прикосновении, прикосновении — в звуке, звук — в пространстве. В сей миг внешнее дыхание замирает, и на долю одной стражи — двадцать минут — искра жизни замирает в Сушумне.
   Учитель сложил ладони вместе у груди:
   - И тогда вершится великое таинство: женское начало из нижнего лона устремляется вверх по каналу с громовым звуком «А». Навстречу ему из шишковидной железы спешит мужское начало. Сближение противоположных начал со звуком «У» создает нулевую точку портала, но противоположную зачатию, и живое существо словно выворачивается наизнанку. Конец становится началом, а начало концом. Эти начала натягивают тетиву лука времени, и дух погружается в великую спасительную тьму беспамятства. Вслед за тем со звуком «М» душа, как стрела, вырывается из плоти! Распахивается нестерпимый, благодатный свет Брахмана, равный сиянию ста тысяч солнц. Сие есть Нирвана — священный покров духовного неба.
Глава 9 Посмертное Блуждание и Сила подношений усопшему
   «Но что ждет покинувшего вещественную оболочку», —тихо спросил Рама? Как созерцание божеств испытывает душу и какова сила подношений Пинды на земной тверди?
   - Мирской человек трепещет перед лицом великого Света «не-Я», Рама. Сияние Брахмана ослепляет его, и земные привычки ума влекут его обратно в тиски двойственности. Он выпадает из Нирваны, так и не узнав свою суть, и три дня с половиной пребывает в беспамятном сне, увлекаемый яростным вихрем кармических иллюзий. На четвертый день пелена сна спадает, и душа зрит себя в теле мысли и форм — наступает стадия узнавания своей природы.
   Колесничий начал размеренно покачивать головой:
   - До девятого дня пред очами души проносятся светозарные, чистые лики пяти мирных божеств разума форм. Центральный сияет ослепительной белизной, открывая простор изначальной мудрости. Созерцание его требует мужества отдать ложную самость. Вокруг него сияют зеркальная чистота ума, золото благих желаний, рубиновый свет различения чувств и изумрудное пламя праведного действия. Свет их чист и не имеет теней. Но подражатель пугается сего сияния и бежит к тусклым, окрашенным страстью огням шести лок сансары, влекущих его привычными пороками. С десятого по тринадцатый день сии мирные лики огрубевают под взором наблюдателя, оборачиваясь гневными и свирепыми Кроудха-деватами — это звуковое и цветовое огрубение отраженного ума. Цвет разума форм начинает вибрировать, звуки превращаются в грохот, а свет — в карающее пламя, наводящее ужас.
   Учитель протянул ладонь вперед, словно прося милостыню:
   - С тринадцатого на четырнадцатый день искаженный ум окончательно выстраивает посмертное тело склонностей — Сидпа. Душа блуждает в промежуточном мире в поиске нового рождения. Сидпа обладает великой силой: проходит сквозь скалы, летит быстрее мысли во все концы вселенной, подобно камню из пращи. Но нет ей опоры, и она терпит страшный голод, жажду и уныние. Если покойный проливал кровь, крал, блудил и лгал, его Сидпа-деха скована тьмой Тамаса. Жизненная сила такого нечестивца исходит чрез нижние врата, и за ним являются страшные слуги Калантаки — Ямадуты. Пространство сжимается, а время несется для него с бешеной быстротой, превращая греховные помыслы в палачей для него самого.
   - Как же помочь такой заблудшей душе, Учитель?
   - Посему в течение десяти дней сродники на Земле должны приносить жертву — чистую воду и рисовые шарики Пинду. Сие есть великий ритуал спасения. Рисовый шар делится на четыре точные доли: две части шара ткут тонкий остов — тело страданий усопшего величиною в локоть. Третья часть идет стражам Ямы, дабы укротить их ярость, а четвертой частью питается само мнимое «я» покойного. В полдень, когда на Земле творят Шраддху и произносят имя усопшего, душа на миг приходит в сознание, словно пьяный, поднятый сострадательными путниками из придорожной грязи. Сии подношения риса и воды буквально вытаскивают душу из бездны ада.
Глава 10 Ловушка Чрева и Четыре Блаженства Зачатия
   Рама подался вперед:
   - Как же завершается посмертное странствие? Как Сидпа-деха вновь заковывает себя в узы плотского чрева?
   - Сорок девять дней длится блуждание духа в сумерках мира теней, Рама. Истончив кармический порыв, душа неодолимо влечется к месту соития мужа и жены на Земле. Видение зачинающей пары есть первый знак скорого пленения плотью. В теле мысли вспыхивают яростные Гуны — страсть и ревность: если духу суждено воспринять мужскую плоть, он загорается ревностью к будущему отцу и вожделением к будущей матери, а если предстоит родиться женщиной — возникает ревность к матери и страсть к отцу. Муж и жена на Земле, сливаясь в лоне, соединяют Пингалу и Иду. В миг экстаза четырех блаженств разверзается нулевая точка — тайный тоннель пространства и времени, и Сидпа-деха всасывается в сию воронку, входя в семя родителей.
   Колесничий повысил голос, описывая Тантру соития:
   - В тонком теле мужчины солнечная Пингала вскипает огнем, а в теле женщины лунная Ида разливается океаном притяжения. Когда эти два тока соединяются, вспыхивает великая Тантра Четырех Блаженств — четыре удара космического пульса.
   Первый такт — Ананда, Блаженство Встречи. Это искра из Муладхары, трепет плоти. Для Сидпа-деха оно загорается как манящий маяк, ложное самомнение Ахамкара начинает сжиматься, примеряя геометрию будущего пола.
   Второй такт — Парамаманда, Высшее Блаженство. Огонь страсти устремляется вверх, закипая в Манипуре и Анахате. Для Сидпа-деха Парамаманда оборачивается оглушительным звуком, громовым эхо слога «КЛИМ», сжимающим пространство вокруг неё.
   Третий такт — Вирамананда, Блаженство Отстранения. Миг великой тишины на самом пике экстаза, когда токи Иды и Пингалы в телах супругов на долю секунды замирают и полностью уходят в срединный канал — Сушумну. Для вселяющейся дживы это точка невозврата: Сидпа летит сквозь туннель, как стрела, и её тонкие токи выворачиваются наизнанку — мужское самомнение облекается в женскую энергию развития, а женское — в мужскую.
   Четвертый такт — Сахаджананда, Врожденное Блаженство Абсолюта. Финальный аккорд соития под куполом Сахасрары, где Шива и Шакти сливаются в единстве. В этот миг разверзается Нулевая Точка, тождественная моменту растворения элементов при смерти, но действующая вспять. Вспыхивает свет тысячи лун, и для дживы наступает миг неописуемого сакрального ужаса и величайшего экстаза. Она зрит, как рушится её посмертная свобода: безграничный эфир сжимается, плотные токи родительской страсти связывают душу арканами Паша, лишая её летучести. Душа чувствует, как бесконечность её мысленного тела сдавливается, словно Океан Сознания насильно втискивают в тесную глиняную чашу.
   Учитель перевел дух:
   - Внутри этого пространства джива переживает выворачивание своего существа. Прошлое и будущее сталкиваются: проносятся образы посмертного странствия, лики гневных божеств и шелест Пинды. И тут же она чувствует первые вибрации будущей судьбы — узлы Шани и Брихаспати стягивают тетиву времени, предопределяя будущие болезни, победы, сословные долги и час новой смерти. Вектор Времени снаружи и Вектор Духа внутри завязываются в удушающий узел. Мужское семя принимает каплю Амриты из материнского лона, и в эту микроскопическую, раскаленную точку пространства душа всасывается с тонким, хрустальным звуком угасающего неба. Вселенная сужается до размеров капли, сияние Сахаджананды ослепляет память, огненные цепи Кармы защелкиваются, и искра жизни, издав беззвучный крик смирения перед волей Кала-чакры, погружается в теплые сумерки полного беспамятства. Плотная скорлупа Янтры захлопывается на долгие десять лунных месяцев, усыпляя божество внутри человеческого зародыша.
Глава 11 Пренатальное Видение Младенца и Начертание Судьбы
   - Как же происходит пробуждение в этом мире, Учитель? — тихо спросил Рама.
   - Во чреве матери развитие длится десять лунных месяцев — обратно десяти дням растворения элементов и узнавания своей природы. Если духу мужского начала суждено родиться мужем, его женская половина становится внутренним телом развития, женская искра почиет в Муладхаре, а мужская занимает место в Аджне. Когда же наступает час исхода из лона и дитя совершает свой первый предсмертный хрип уходящего неба наоборот — первый земной вдох, вершится великое таинство отделения. В миг, когда пуповина перерезается, индивидуальная Колесница плоти полностью отсекается от токов матери и подпадает под неумолимый бег внешней Кала-чакры.
   Колесничий повернул свое незрячее лицо к Раме, и его голос наполнился благоговением:
   - С этого мгновения вся жизнь человека начинает протекать в зеркальном соотношении: один кальпа день как один кальпа год. Этот свернутый, концентрированный кальпа-век, запущенный первым ударом сердца, длится в своем первозданном, чистом виде примерно до трех месяцев младенчества. Пока этот период не завершился, дитя еще наполовину принадлежит духовному небу и помнит скитания в теле Сидпа. Младенец смотрит в мир совершенно иначе, нежели ослепленные Майей взрослые. Его чистое, ясное видение — Дрик, еще не сковано плотной чешуей Ахамкары и тяжелыми узлами тонкого тела. Для него не существует разделения на «Я» и «Не-Я», на внутреннее пространство сердца и внешнюю твердь. Младенец зрит не грубые физические объекты, а первозданную звуковую вибрацию Мантры и сияющую вязь энергетических токов, из которых соткано вещество. Он видит истинную природу людей, свечение их чакр и движение пяти ветров Праны в пространстве Акаши. От самого рождения он является совершенным ясновидящим, пребывающим в состоянии первозданной чистоты — именно того незамутненного присутствия, возвращения к истоку Наблюдателя без оков ложного эго, веками трудов, аскез и медитаций пытаются добиться практикующие йоги на вершинах своих духовных реализаций.
   - Значит, когда младенец улыбается в пустоту, он видит иные миры? — прошептал Рама.
   - Да, Рама. Когда дитя подолгу смотрит в пустой угол комнаты, совершает странные пассы крохотными руками или внезапно улыбается пространству, оно не играет с пустотой. В этот миг его не закрепощённое око Аджни зрит проплывающих мимо тонкоматериальных существ, игру стихийных полубогов-девов или благословляющие луны ушедших предков, охраняющих колыбель. Дитя говорит на беззвучном языке Единого Сознания со всей Вселенной, не зная страха и ограничений плоти. Однако земная Янтра неумолимо берет свое. С каждым новым витком дыхания ребенок начинает закрепощаться в ложном самомнении через три ментальных механизма:
   Первый — навязывание имени и формы. Когда взрослые непрестанно называют его земным именем, они насильно привязывают безграничного Наблюдателя к конкретной глиняной точке пространства, заставляя поверить: «Ты — лишь это имя и это крохотное тело».
   Второй — вибрационное отравление. Ментальный шум, родительские страхи, скрытые обиды взрослых действуют на неокрепшие каналы-нади как тяжелый яд. Саттвическая природа младенца бомбардируется волнами Раджаса и Тамаса, из-за чего тонкие центры сжимаются и закрываются ради самозащиты.
   Третий — язык разделения. Первые слова сотканы из иллюзии двойственности — «мое», «твое», «хорошо», «плохо». Впитывая этот язык разделения, разум ребенка строит внутреннюю тюрьму из концепций.
   Учитель прикоснулся к межбровью Рамы:
   - Дух ребенка, впитывая вибрации Раджаса и Тамаса из окружающего пространства, строит тюрьму своего ложного самомнения. Великая Иллюзия заставляет его поверить, что он — лишь этот временный глиняный сосуд из костей и плоти. Око Аджни постепенно закрывается, уступая место двойственному уму, а отверстие Брахмы на макушке головы закрывается, и к исходу третьей луны великое пренатальное видение окончательно гаснет. Как только это происходит, на тонкое тело дживы окончательно накладывается Джанма-кундали — натальная карта рождения. Этот звездный чертеж Кала-чакры навсегда запечатывает границы земной судьбы духа через три нерушимых столпа:
   Лагна — восходящий знак на восточном горизонте в миг первого вздоха, выстраивающий грубую физическую оболочку, прописывающий врожденные склонности ума, характер и ту самую геометрию Ахамкары, сквозь которую дух будет смотреть на мир.
   Чандра-раши — положение Луны, определяющее структуру ментального тела, Манаса. Оно показывает, как именно человек будет страдать, радоваться, воспринимать иллюзию и в какие формы облекать желания.
   И Джанма-накшатра и Пада — точная стоянка Луны в одной из двадцати семи лунных созвездий и конкретной её четверти. Граха-девата (планета-управитель), под чьей властью находится данная Пада, становится семенем, из которого произрастает индивидуальное Время. Эта планета открывает первую Маха-дашу — первый великий планетарный период, от которого начинает разворачиваться неумолимое колесо Вимшоттари-даша. Жизнь человека разбивается на строгие эпохи, где каждая Граха поочередно выходит на престол его ума, требуя возврата старых кармических долгов. Тюрьма ложного самомнения защелкивается окончательно: дух забывает свою изначальную свободу и покорно бредет сквозь лабиринт планетарных периодов, принимая радости и скорби за свою единственную реальность.
Заключение
   В обители повисла глубокая, абсолютная тишина, в которой растаял даже шорох песчинок времени. Пелена Майи, соткавшая перед мысленным взором ученика триллионы Брахманд, кольца Бхумандалы, грозные чертежи Самйамани-пури и раскаленные узлы человеческого чрева, истончилась, сделалась прозрачной и бесследно растаяла. Рама сидел неподвижно, но внутри него происходило то, ради чего звезды совершают свои миллионолетние круги. Великие узлы Аджни и Ахамкары внутри его тонкого тела с тихим, кристальным треском разжались, выпуская дух из тесной глиняной Янтры. Границы его «я» растворившись в нулевой точке, хлынули во все стороны, в точности повторяя процесс растворения и развертывания космического лотоса. Он больше не был песчинкой, запертой на Земле, — он стал самой Бхумандалой, самой Брахмандой, самим Бесконечным Пространством, в котором рождаются и гаснут миры. Рама медленно открыл глаза и посмотрел на своего Слепого учителя. Лицо старика, доселе казавшееся суровым хранителем тайн, теперь сияло мягким, золотистым светом Турии — изначального, неизменного Света, на холсте которого Майя крутит свое колесо. Между ними больше не было разделения на «учителя» и «ученика», на «Наблюдателя» и «Творение». Осталось лишь Чистое, Пылающее Присутствие. Рама не просто произнес священные слова. Его земной голос пропал, сменившись беззвучным, громовым эхом, которое разом отозвалось на вершине горы Меру, пронеслось сквозь семь этажей Подземного рая и заставило завибрировать миллионы голов Шеши-наги. Великий восторг, смешанный со священным ужасом и безграничным облегчением узника, веками спавшего в капле родительского семени, заставил его тело приподняться над циновкой. Из его глаз хлынули слезы экстаза, омывая лицо точно так же, как небесная Ганга омывает золотой дворец Брахмы. Он упал ниц, распластавшись у ног слепого учителя, словно сдающийся лотос, который окончательно раскрыл все свои тысячи лепестков навстречу вечности. Его ладони коснулись стоп учителя, и из самого сердца пробужденного божества, содрогая тонкий эфир Вселенной, вырвался ликующий, благоговейный выдох:
   - Ахо Ащчарьям!