от банального аппедицита при бесплатной медицине..

как в 49 лет перерезана артерия мамы при рядовой операции,
когда бесплатен был и труд строителей коммуниЗЬма...

Из интернета
Рома Равич
 
Осенью 1933 года 10-летнему немцу Губерту Лосте, поступило предложение поехать в СССР – жить в новой стране, семье, ходить в школу, ездить в пионерские лагеря, знакомиться с жизнью и так далее. Но с одним условием – каждый день он должен вести дневник со своими впечатлениями.
Предложение это поступило от Марии Остен, гражданской жены Михаила Кольцова, у которой уже был подписан договор на издание книги о приключениях немецкого мальчика в Советском Союзе.
И парень согласился.
1934-1935 гг. Губерт прожил лучшую свою жизнь: учился в школе имени Карла Либкнехта, выступал по радио, встречался с маршалами Будённым и Тухачевским, смотрел военные парады с трибун на Красной площади, спускался в шахту строящегося метро, летал на самолете-гиганте «Максим Горький». В силу своего возраста он думал, что так живут все дети Страны Советов. Когда в 1935 в виде специального выпуска «Огонька» вышла документальная книга Остен «Губерт в стране чудес», парень стал кумиром советских пионеров.
Книга вышла отменной - рисунки Бориса Ефимова, вкладыш с настольной игрой «выигрывает тот, кто раньше придёт в Москву», большая карта центральной части СССР в детском оформлении и даже фотография Сталина с дочерью Светланой на руках (ради которой Остен писала личное письмо самому).
Последние слова книги «Ехать ли обратно к моим родным? Оставаться ли в Советском Союзе? Этим вопросом к своим друзьям читателям я и заканчиваю свой рассказ» подталкивали читателей написать Губерту – тем более, что в книжку был вложен настоящий конверт с адресом.
В 1936 году началась Гражданская война в Испании, и Кольцов был командирован туда военкором и военным советником. Остен поехала с ним; Губерт остался в Москве, в детском доме. В Испании Остен подобрала 2-летнего сироту Хосе, которого усыновила как Иосифа Грессгенера. В 1937 она поехала с малышом в Париж, а Кольцов был отозван в СССР.
В 1938 году Кольцов в последний раз выезжал за рубеж – в Чехословацкую Республику, оттуда звонил в Париж, просил Марию Остен не приезжать.
В конце года его арестовали по доносу генерального секретаря интербригад французского коммуниста Андре Марти, с которым у Кольцова был конфликт в Испании и который обвинил его в работе на германскую разведку. Среди предъявленных обвинений значилась и близорукость при выборе супруги.
Узнав из парижских газет об аресте Кольцова, Остен добровольно приехала в Москву вместе с маленьким сыном, хотя её отговаривали многие, в том числе и писатель Лион Фейхтвангер.
В попытке доказать свою преданность СССР Остен даже подала документы на получение советского гражданства. Она не знала, что её мужа уже нет в живых: 1 февраля 1940 года Кольцов был приговорён к смертной казни по обвинению в шпионаже и расстрелян.
Марию Остен исключили из партии;
в первый день войны, 22 июня 1941 года , арестовали. 8 августа 1942 тройкой НКВД как «германская и английская шпионка» и «сообщница шпионов Кольцова-Фридлянда и Андре Мальро» она была приговорена к высшей мере наказания. Расстреляли Марию Остен в саратовской тюрьме
16 сентября 1942. Ей было 34 года.
Губерт Лосте пытался вернуться в Германию, но его не отпустили.
В конце 1939 он вынужден был подать заявление на гражданство СССР. Летом 1941 его, как и большинство этнических немцев, депортировали в Казахстан, в Карагандинскую область. Там он обзавёлся своей семьей, но скоро попал в лагерь по 58-й статье.
После смерти Сталина его реабилитировали, но из СССР снова не отпустили, резонно опасаясь, что он станет объектом антисоветской пропаганды. Ему предоставили собственный дом в Крыму на берегу моря; а в августе 1959 года он умер – в больнице, от банального аппендицита.