Месяц на двоих. Первое июня - особенный день

Наступило календарное лето в Калининградской области. Полдень того дня, когда «Чайка» скрылась за соснами. Голова Ани лежала на груди Павла, удары его сердца успокаивали, рядом с Аней билось сильной здоровое мужское сердце. Павел лежал на спине, рукой перебирая светлые волосы жены и улыбался. Их покрывала тонкая простыня. Она улыбалась, словно старалась удержать в памяти каждую подробность утра. В комнате было тихо; за панорамными окнами постепенно менялся свет.
— Сегодня первое июня, — сказала она.
 — Этот день нужно запомнить. Я стала женщиной, а ты — мужчиной.
Павел поправил край простыни у её плеча.
— Символично. День защиты детей.
Анна рассмеялась и легко погладила его ладошкой по носу..
— Не переводи всё в шутку.
 — Я не перевожу. Просто дата запоминающаяся.
Они снова замолчали. В комнате ещё сохранялось тепло близости, но за стеклом небо быстро темнело. Старый барометр на стене дрогнул, и стрелка заметно ушла вниз. Анна поднялась на локте, открывая вид на небольшую юную грудь.
— Давление падает. Быстро.
Павел встал посмотрел на прибор, затем на залив. на Павле были белые трусы шортиками, которые хорошо были заметны в серевшем освещении комнаты. Над дальней кромкой воды сгущалась тёмная полоса облаков. По стеклу застучали первые мелкие капли.
— Если фронт пройдёт над внутренней частью залива, волна усилится. Натяжение троса возрастёт. Если груз закреплён на старом остове, рывки могут повредить крепление. груз может раскрыться и мы узнаем, что там.
— Значит, проверим после грозы.
— После грозы может быть поздно, кто-нибудь прибудет за грузом, про погоду им тоже уже известно.
Анна села, придерживая простыню у груди.
 — А сейчас опасно. Сергей занят перевозкой семьи. Мы не имеем права заниматься самодеятельностью.
— Я предлагаю только подготовить лодку и снаряжение. Не нырять сразу. Если трос ослабнет, мы хотя бы поймём, что произошло.
 — Нет. Сначала предупредим Сергея, или дождёмся окончания бури, смотри как она быстро приближается.
 Павел встал и начал искать очки на тумбочке.
— Я только хочу осмотреть с берега.
— Ты хочешь оставить меня тут одну в грозу?
 — Анна, редкий шторм — естественное прикрытие. В такую погоду никто .. Жена прервала его.
— Именно поэтому сейчас нельзя решать наспех. Ты хочешь использовать грозу как ширму, а я вижу много переменных, которых мы не контролируем. Павел протянул руку к жене, но Анна отвернулась натянула простыню на голову и уже лежала под простынёй, подтянув колени не глядя на Павла Он остановился.
 — У меня есть гипотеза о грузе.
Анна снова повернулась к нему и выглянув внимательно посмотрела на него. — Какая?
— Пока только гипотеза. Но если она верна, оставлять его на тросе нельзя. Снаружи ударил сильный порыв. Стекло задрожало, а высокая трава в саду пригнулась к земле. Анна протянула руку и попыталась удержать Павла за запястье.
— Тогда тем более ничего не делаем без Сергея.
Анна решила предъявить последний аргумент — женский. Она высунула ножку из под простыни и пощекотала бедро мужа, а потом используя большой палец ноги схватила край трусиков Павла и потянула вниз. Аргумент сработал безукоризненно, через минуту бельё Павла лежало на тумбочке, а Аня и Паша под простынью делали всё, чтобы запомнить первое июня - день защиты детей, которые теперь могли у них появиться.