Глава III Не всё коту Масленица

Часть I

       А в Москве, в семье Кутеповой разыгралась не шуточная драма. Не любимый муж, осточертел Иринке, и она грезила о свободе. Её муж раздражал её своим присутствием, своими действиями, голосом. И Иринка взорвалась. Она выбежала из квартиры и скрылась в тени дома. На улице находиться нельзя было, зимние вечера холодные, но и дома было невыносимо.
- Папа, алло, пап! Ты дома?
- Нет, я в отделе, – сухо ответил он, хотя в отделе его не было. Полковник Смирнов, бравый офицер, не смотря на всю суровость своего воспитания, как обычный мужчина крутил роман со своей сослуживицей, молоденькой женщиной лет тридцати. Мать свою Иринка не помнила, так как она умерла при родах. Отец воспитал её сам и сам решал её судьбу.
- Папа, я хотела приехать домой переночевать…
- А, что случилось у тебя?
- Я поссорилась с Сергеем, не хочу жить с ним, хочу развода!
- Не дури! Возвращайся домой к мужу.
- Но папа…
- Я всё сказал! Выкини дурь из головы! Не смотря не на что, он хорошая партия для тебя и твоего будущего. Нечего, притрётесь, – сухо промолвил отец и положил трубку.
Купив бутылку вина, Иринка сидела на детской площадке и утирала слёзы. К лавке, на которой сидела она, подъехала патрульная машина полиции.
- Так, распиваем? Да, ещё на детской площадке?
Ирина подняла глаза и в одном из сотрудников полиции увидела знакомого молодого человека, с которым, когда – то училась в школе. В тусклом освещении фонарей, тот не сразу её узнал.
- Артём? Привет! Ты, что в полиции служишь? Я представляешь тоже.
- Ирка?! А, что ты тут делаешь?
- Поссорилась с мужем, не знаю куда идти, отец на работе, а ключей нет у меня от родительской квартиры. Вот и сижу здесь, а пить…, нет, не пью. Бутылка даже не почата.
- Ну, если тебе нечего делать, то можешь с нами покататься. Мы правда рейд делаем. В Чехов…
- Да? Можно я с вами?
     Будучи в машине, она достала телефон и написала сообщение Егору: «Привет! Не спишь ещё? Я в Чехов еду, может, встретишь?». Ответ пришёл незамедлительно. Через час, Иринка уже находилась в холостяцкой квартире Синицына.
- Ир, я не стану спрашивать, что случилось, я постелю тебе, а сам на кухне…
- Нет, ты со мной ляжешь. Или не нравлюсь? – словно, как отрезала Ирина грубым голосом. 
 Он взял её руку и поцеловал. Сначала она ели удержалась, чтобы не вырвать её. Его губы подобно пламени обжигали её всю от кончиков пальцев до плечика. Эти поцелуи были мягкими и влажными. Егор притянул Иринку ближе к себе. Инстинктивно отвечая на его жесты, она обвила его шею руками. Её голова кружилась и она, как – будто оторвалась от пола и взвилась к небесам. Его глаза горели от страсти и нежности, которую он испытывал в данный момент к ней. Глядя на неё сверху вниз, он шёпотом произнёс: – я знал, что ты рано или поздно будешь моей.
Он взял её лицо ладошками и почувствовал, как горят её щёчки. А трепет девичьего тела будоражил его мозг. –  Ириша, не бойся меня. Я не сделаю тебе больно и не причиню вреда. Я вообще не сделаю ничего лишнего, если ты сама не захочешь.
- Я не понимаю, – прошептала Иринка, – не понимаю, что происходит. Так нельзя, но уж очень хочется расслабиться. Да, я хочу этого.
- Я почти тебя не знаю, но ты нравишься мне, и меня тянет к тебе, словно магнитом. Так меня ещё ни к кому не тянуло, но страсть к тебе…, Боже мой, Ирка, ты чудо! Но у тебя муж…
-  Нет! Нет никакого мужа! Это у папы моего муж, а у меня нет. Я его не люблю, этого генеральского сынка.
     Егор легонько прижал её спину к подушкам большой кровати и склоняясь над ней, стал целовать её лебединую шейку. Наслаждаясь, он ощущал, как в девушке закипает кровь всей страстью, которая только может быть в человеке. Её чёрные волосы небрежно лежали на подушках. Она откинула голову, подставляя любовнику свою шею и трепещущую, молодую грудь. Его руки скользили по её телу, одновременно расстёгивая пуговицы на кофточке. Иринка застонала, ощутив, что из неё истекает сладость всей влаги. Егор шептал на ушко ласковые слова, тем самым предавая уверенность ей в его ласке и нежности. Она судорожно дышала, и её тело уже не принадлежало ей. Его мужское достоинство твердело и прижималось к её коже ног. Осторожно, ели слышно он раздвинул её бедра, и в диком желании всего, сквозь сумасшедшую пульсацию во всём теле, она услышала шептание: – я буду очень нежным. 
- Да! Да, скорее! – томно произносила она.
Их глаза встретились, они горели страстью. Словно в забвении были они, и вот, она вскрикнула от удовольствия. Она чувствовала, как сладость всей его нежности разливается внутри её, наполняя всё тело. Ещё несколько минут он находился в ней, как приклеенный.  Встав с кровати, Егор подошёл к окну и прикурил сигарету. Испив вина, которое привезла Иринка, Егор вновь погладил её волосы, которые прикрывали её возбуждённую грудь. Их тела вновь слились воедино. Их тела были податливы и отвечали на любые прикосновения друг друга. Он откинулся на спину.
- Люби меня.
Она села на него и коснулась руками, его массивного торса. Ладонями, она скользила по его плечам, груди и накаченному прессу. Прильнув всем своим девичьим телом к горячему телу Егора, она застыла. Её упругая грудь скользнула ему в рот и та, почувствовала, как её сосок твердеет и обволакивается теплотой его дыхания и влагой языка.  Егор обнял её, и вновь Иринка оказалась на спине. Дотронувшись до его достоинства, она начала ласкать. Егор застонал. Да, она сводила его с ума! Словно мустанг, бегущий в прерии, он ворвался в неё.
- Обними меня ногами, киска моя, – его голос был отрывистым.
- Киска? Не называй меня так. Я вовсе не киска! Я – Иринка! – прошептала она. Её ноги обвивали его талию. Она чувствовала, как он проникает в неё всё глубже и глубже. Земля раскололась от такого наслаждения! – О, Боже мой! Егор!
Егор продолжал, он уже не контролировал себя и не мог остановиться. Темп нарастал.
- Ещё немного! Ещё! – вскрикнул он.   
-Не останавливайся! Глубже! Быстрее! – почти звериным голосом упрашивала его Ира.
Блаженство наступило. Бабочки в низу живота запорхали у них двоих одновременно. Прижав к себе, он слышал её сердцебиение.
- Егор, а у тебя есть женщина?
- Ну, как тебе ответить на этот вопрос? Наверно есть, – задумчиво ответил он. Теперь у меня есть ты.
- Я?! Нет, меня у тебя нет. Ты, что забыл, я же замужем?!
- Ну и что? Ты же не любишь его?
- Это нечего не меняет.
- Ты Ирка маленький хищник.
     За окном уж давно расцвело. Поднявшись с кровати, они устремились на кухню для совместного завтрака. Спустя час, такси ждало у подъезда дома, где жил Егор. Иринка поспешно собралась и поцеловав в щёку своего ночного волшебника удалилась из его жизни так же бурно, как и ворвалась в неё.
      А в доме отдыха, Маринка наслаждалась загородной природой в компании своего друга. Присев возле камина, она смотрела на искрящиеся языки электрического пламени.
 - Никак не возьму в толк, – вдруг заговорил Андрей, – что происходит в твоей голове? То отвергаешь меня, то делаешь вид, что мы пара. 
-  Я понимаю, что ты тянешься ко мне. Но я не могу тебя подпустить ближе, чем есть. Не обижайся. Хочешь владеть миром и мной, наберись терпения.
- Марин, ты мне давно дорога. Я не хотел – бы расставаться с тобой, –безнадёжно тихим голосом произнёс он.
- Мы знакомы одиннадцать лет, но мы никогда по – настоящему не были вместе.
Пару минут, Андрей держал её руку в своей, а после отошёл в сторону и присев в кресло промолвил: – я найду способ, чтоб ты меня полюбила. Мне это нужно.
- Способ?! Андрей, хороший мой! Да ты, что?! Я уже люблю. Я всю жизнь люблю только одного. Ну, если тебе так будет спокойно, хочешь, я скажу, что люблю тебя?
- Нет, не хочу! Не нужно одолжений. Жизнь большая, посмотрим, куда она завернёт. Ты думаешь мне легко, зная о том, что ты спишь в соседней комнате и не прийти к тебе, и не уложить тебя к себе на руку?
- Хватит об этом. Я тоже не железная. Но я не предатель. Я бывшего люблю, не смотря, ни на что. Хотя, он этого и не достоин, но я так уж устроена, – проговорила Маринка и хотела было уже выйти из гостиной, но огромная рука Андрея схватила её за плечо.
- Остановись, ты меня утомляешь! Ты Маринка, словно сухарь!
Обхватив одной рукой, он притянул её к себе. Зажав в своих объятиях, как в тисках, он впился в её пухлые губы.
- Ты делаешь больно и против моей воли, тем самым отпугивая меня от себя, – вытягивая руки, произнесла она.
- Извини, бес попутал. Но я здоровый, взрослый мужик, а ты женщина, которая меня волнует. И что я плохого сделал? Я тебя поцеловал и всё. Да, Марин, ты та, которую нужно добиваться, а не брать силой…
- А силой не получится! У меня в голове и душе…
- Ладно, подожду.
     Спустя время, сев в такси, они направились обратно в Москву. Дома всегда хорошо. Дома, можно расслабиться и принять после горячей ванны горизонтальное положение перед телевизором. Они ехали молча. Маринка, размышляла над поведением своего друга, над тем, как он относится к ней и, что со всем этим делать. Но ответа не было, ведь на сегодняшний день в её душе занимал место только один человек, о котором она никому не рассказывала. Она винила себя за тот поцелуй, который произошёл, и постоянно вытирала рукой губы. Она боролась со своей совестью.   
     А на другом конце Москвы разгорались совсем не шуточные страсти. Вернувшись домой, Иринка застала чуть подвыпившего мужа дома. Она решила не разговаривать с ним и просто молчать.
- Что вернулась? – держа бутылку пива, раздражённо спросил Сергей.
- Я устала и спать хочу, – сухо ответила она, снимая с себя одежду.
- Нет, я сам тебя раздену, – возразил он. Его голос стал мягким, это насторожило Иринку.  Смотря ей в глаза, он начал расстёгивать ремень на её брюках. 
- Отойди от меня! От тебя разит!
- Какие мы нежные, ты моя жена, не забыла?! – заорал подвыпивший муж. При этом он старался грубо сбросить одежду с Ирины, не смотря на её сопротивления. – ну, давай возрази мне. Покажи, чему и каким приёмам тебя научили на боевой подготовке.
- Да что ты за человек такой?! – Ира резко отступила к кровати, прижимая к себе тонкую кофту, будто та могла защитить от его назойливости.
- Ну чего ты опять всё переворачиваешь? – буркнул он, отводя глаза, – просто хотел помочь, – он замер, неловко сжимая в руке бутылку.
- Помочь? – Ира горько усмехнулась, – помочь – это когда ты ужин разогреваешь, когда молча подушку взбиваешь, когда не лезешь с руками, а не вот это вот всё.
- Ладно… – выдохнул он чуть тише, почти шёпотом, – тогда убирайся ко всем чертям из моей квартиры! Эту квартиру нам мой отец подарил, вернее мне…
Ира ещё мгновение стояла, будто проверяя, не очередная ли это уловка, не сорвётся ли он через минуту снова на упрёки. Но он, демонстративно шатаясь ушёл в спальню. В комнате повисла тишина – не та звенящая, что бывает перед новой ссорой, а тихая, осторожная.
    Проснувшись поздним вечером с дикой головной болью, Сергея посетило сознание того, что он натворил.
- Ирка! Ирка! – крикнул он, но ответа не последовало.
Встав с кровати, он увидел пустые вешалки и шкафы. Одежды его жены не было, впрочем, как и самой жены. Позвонив по телефону, он услышал: «Абонент временно не доступен, перезвоните позже…». Что творилось в голове его, известно только было одному Богу.
    Ира сидела за столиком кафе и набирала номер Егора.
- Я занят, позже позвоню.
Егор, так и не позвонил ей, так как находился в объятиях Ольги. Он и не задумывался над тем, что происходит сейчас с юной особой. У него своя жизнь и тратить на размышления о ком – то он не изъявлял желания.
Ольга, довольная собой, встала с дивана и удалилась на кухню, дабы не мешать телефонному разговору её «счастьем». Она сидела на стуле у окна и смотрела на падающий снег, в руке тлела сигарета. Она так была увлечена пейзажем за окном, что не заметила, как хлопнула входная дверь. «Ушёл, – подумала она и из глаз брызнули слёзы.» Она закрыла глаза. И снова задумалась: «кто он такой, откуда свалился на неё и почему её притягивает он, словно магнитом? Без сомнения, он бабник. И куда, куда он ушёл сейчас, когда так всё хорошо начиналось?»
Конечно, Ольга не любила Егора, но он её пленил, брал в полон раз за разом тогда, когда она думала о нём. Она не была уверена, что так уж хочет знать, далеко ли направился её избранник и вернётся ли он.
Телефонный звонок Иринки, как – то внезапно озадачил Егора и даже засел в его мозгу. На удивление самому себе, это молоденькое и симпатичное существо как – то сумело проникнуть в его душу.  На женщин он смотрел, как на игрушки для утехи, но в Иринке было что – то, к чему, он думал, у него выработался иммунитет. Да и он сам проникся в неё и, хотя, гнал эту мысль от себя, Егор всё же хотел видеть эту девочку рядом всегда и не просто на службе, но и в доме.
- Ира, где ты?
- Я в кафе.
- Я еду к тебе на такси, говори адрес. Я тебя заберу к себе в Чехов. Потом ты мне всё расскажешь.   
Егор ехал в машине и воображал себя в спортивном костюме и её в халате и бигудях. Его улыбка растягивалась на лице, видимо он стареет, раз из ошеломительного ловеласа, как он о себе всегда думал, он превращается в одомашненного подкаблучника. И всё же он не будет спешить, да и Ирка была замужем же…
 
Часть II

     Выйдя из ванны, Маринка услышала звонок. Подняв трубку, она услышала голос Ольги:
- Алло! Привет. Как у тебя дела? –  спросила Ольга.
- Да всё спокойно. Вот, сумки разбираю. Только, что из дома отдыха приехала. У тебя как дела, как твоё «счастье»? – громко спросила Маринка.
- Я пропала Марин. Я в него влюбилась, а он сбежал. У нас даже не началось нечего, а он сбежал!!!
- Он, что так хорош?
- Да! Но похоже редкостная сволочь! Я не просто влюбилась в его лицо и соблазнительное тело, но и как в мужчину. Как он говорит…, его голос, ну, просто…, когда он смотрит на меня, я просто улетаю.
- Ну, что сказать на это, не знаю. Ещё не один бабник не приносил счастье даме, пока сам не остепенится. А в твоём случае, это без вариантов. Забудь и займи чем – нибудь себя. Это всё блажь. 
- Да я сама всё знаю, но он такой…
- Кто сеет ветер – пожнёт бурю. Оставь его.
Положив трубку, Маринка легла на кровать перед телевизором и начала листать каналы. Вскоре она заметила за собой, что смотреть телевизор ей совсем не хочется и каналы переключает она просто на автомате. Повернув голову в сторону старенького серванта, Маринка долго смотрела на фото её кумира.  Она и не заметила, как её глаза отяжелели, и она погрузилась в глубокий сон.
     Этим же днём, такси, в котором ехал Егор, стремительно ворвалось в Москву. Подъехав к кафе, Егор вошёл и увидел Иришку за чашкой ароматного зелёного чая.   
- Ты звонила отцу? – второпях спросил он и увидел только кивок, – твой отец – человек с характером. 
Иринка ничего не ответила, продолжая дуть в уже остывший чай. Она была очень похожа на свою мать, и в глазах отца постоянно являлась живым упрёком. Полковник Смирнов очень любил жену и, когда та умерла при родах, он не смерился с этим, но и младенца он тоже не мог оставить. Он воспитывал дочь не просто в строгости, но и в некоторых даже издёвках. И всё же она его дочь.
- Я понимаю, что тебе больно. Не спрашиваю…
- Егор! Не надо. Я два года терпела грубое отношение своего мужа, но сегодня он превзошёл себя, – тихо рыдая, лепетала она. 
- Он, что ударил?
- Почти, – тихо промолвила она, – отец? А, что отец? Отец мужа, он генерал и папаша мой стелется перед ним и закрывает глаза на то, что твориться в моей жизни.
- Понимаю, – тихим голосом промолвил Егор, – так, где твои вещи? Поехали ко мне. И отказов не принимаю. После завтра вместе на службу поедем. Я если честно, радуюсь, как мальчишка и на секунду забыл обо всём. Я понимаю, тебе нужно время, ты оправишься и забудешь всё. 
Её большие ресницы прикрывали припухлости от слёз. Егор поймал себя на мысли, что он взрослый мужчина испытывает к этой девочке далеко не сексуальное влечение, а нечто больше, некую теплоту и нежность. Он хотел обнять её, успокоить. Иринка поднялась со стула и взяла спортивную сумку с вещами.
- Ладно, поехали. Поехали к тебе.
     Прошёл год. Сергей, муж Иринки умер. Его смерть, хотя и внезапная, не была неожиданной. Спившись и потеряв себя как личность, он потерял вкус к жизни. А у Иринки сегодня счастливый день. Она пошла в долгожданный отпуск. Мечась по квартире, она спешно собирала чемодан. Мысль о том, что завтра она будет ласкаться в лучах тропического солнца, не покидала её и даже подбадривала.
- Ирка, зря ты собралась на острова, лучше бы со мной осталась. В России много мест, где можно отдохнуть, – с тревогой в голосе приговаривал Егор.
- Ну, не нагоняй тоску. Всё будет хорошо. Как приземлюсь, сразу позвоню тебе. Все же летают и ничего, – с улыбкой на губах весело прощебетала Иринка, – поверить не могу, завтра. Уже завтра!
       Наутро Егор проводил свою юную пассию в аэропорт и ждал её звонка о благополучном приземлении. Устроившись в уютном кресле самолёта, Иринка закрыла глаза, она хотела просто расслабиться во время полёта. Она отчётливо слышала приветствующую речь стюардессы, которая вещала: «Уважаемы дамы и господа! Командир корабля, пилот международного класса Разумовский Пётр Семёнович и экипаж приветствуют Вас на борту самолёта Боинг семьсот тридцать семь, выполняющего рейс по маршруту Москва – Таиланд. Полёт будет проходить на высоте десять тысяч метров. Время в пути семь часов сорок четыре минуты. В полёте Вам будут предложены напитки, обед и магазин…». Иринка и не заметила, как погрузилась в дремоту, но при всём этом, она всё слышала и временами открывала глаза, когда ей предлагали прохладительные напитки.   
       Прошло много времени с того момента, как она вступила на трап самолёта. Звонка от неё так и не было. Уже вечером, из новостей Егор узнал, о крушении самолёта, где – то в районе острова Самет.  Сердце дрогнуло. По бегущей строке, он увидел фамилии тех, кто погиб или без вести пропал. Егор оцепенел, он с жадностью всматривался в бегущую строку. В раздавшимся телефоне он услышал голос Семёна Макаровича, отца Иринки.
- Егор! Она мертва? Нет! Только не моя дочь! – из горла вырывались хриплые возгласы, напоминающие рыдания полковника Смирнова.
Егор, не мог вымолвить и слова, он молча положил телефон и, поднявшись с кресла, проковылял через комнату к окну и вышел на балкон. Вокруг кипела уже почти ночная жизнь и запах свежего весеннего аромата, который витал в воздухе, словно хлестал по щекам. Впервые за многие годы, он был счастлив, а тут ему заявляют, что Иришки больше нет. Сильными руками обхватив перила балкона, он взвыл. Горячие и совсем не скупые слёзы текли по не бритым щекам. И кто сказал, что мужчины не плачут? Ещё как плачут, но как – то тайком от женских глаз. Всю ночь и последующий день лихорадка не отпускала Егора. Чем больше он думал о ней, тем сильнее накатывались слёзы. Он вспоминал первую встречу в классе службы ОВД, он вспоминал первую ночь и её надменность в голосе. Он обнимал её фото, вспоминая её как смоль волосы, которые всегда пахли лавандой. Её кожа, она была гладкой с оттенком топлёного молока. Он мечтал ещё раз дотронуться до неё своими губами…   
       Самет, остров не мечты, но тихого отдыха.  Пляжи из белого песка под палящим солнцем переливаются блестящими крупицами. Девственные красоты острова, будоражат кровь и заставляют трепетать сердца. На фоне чистого неба, сочной зеленью упираются ввысь громадные пальмы. Мягкий, тёплый климат и даже в период дождей, всегда встречает своей природной приветливостью и ласкает своим дыханием всё живое. Этот остров почти необитаем, но здесь живут в основном местные рыбаки. Небольшой остров, по правде, можно назвать райским. Это райский уголок Таиланда и на нём, жизнь бурлит и не стоит на месте.
      Целые сутки рёв моря и вой ветра не стихал, стихия шла против всего живого. Местные рыбаки на своей простенькой лодке вышли по – утру в море. О таком улове они даже не подозревали. Нахлынувшая волна чем – то тяжёлым ударила о борт. Перевалившись на половину, рыбаки увидели тело человека. Возбуждённые голоса мужчин и такие же жесты напоминали оживлённый муравейник. Самые молодые и юные мужчины, прыгая в воду, пытались освободить тело из сетей. Более пожилого возраста мужчины руководили и что – то постоянно говорили. Освободив от запутанных склизких сетей, все увидели молоденькую черно – волосую женщину. Она не подавала признаков жизни и была изранена. Сделав пару массажей искусственного дыхания, девушка начала издавать хрипы и кашлять. Из её рта выплёскивалась зеленоватая жидкость. Ни о какой рыбалке теперь и речи не шло. Повернув к берегу, рыбаки отправились в свой посёлок. Сколько часов она пролежала на поверхности воды, не известно. Сознание возвращалось к ней медленно. Она, сквозь лучи яркого солнца видела рукоплещущих людей, которые склонились над ней, шумные волны, бьющиеся о подножья не высоких скал, доносились уже приглушённо. Слабо, очень слабо, но она понимала, что жива.
      Самый сильный, загорелый мужчина внёс девушку в хижину похожую на дом. Что – то сказав очень старой женщине, он удалился. Дом, в котором находилась девушка, был сооружён из ветвей и различных жердей. Он поистине напоминал больше хижину, чем дом. Стены обмазаны глиной. Крыша – также выглядела достаточно просто, она была сплетена то ли из соломы, то ли из громадных пальмовых листьев. С полом, достаточно всё было просто. Он был земляным. Будто через пелену, девушка осматривала дом и силуэт женщины, который вился подле неё. Старая женщина была повитухой в местной деревне. Раздев девушку до ногаты, она обмазала её всю какой – то вонючей, липкой массой не понятного цвета. От такого запаха, девушка потеряла сознание, но старуха не обращала внимания на это и продолжала обмазывать её хрупкое тело. Помощница повитухи обкладывала девушку дымящимися угольками. На теле девушки раны были незначительные, но всё же они были. Укрыв с головы до ног какими – то шкурами, девушку оставили в покое на сутки. Самочувствие девушки, было не понятно каким. В положении лёжа, нельзя было сказать, что у неё отмечалось головокружение, боль в висках и бешеный озноб. Она теряла силы. Да, для неё – это были ужасные сутки. Она почти не спала, а находилась лишь в лёгкой дремоте, которая сопровождалась бредом. В сопровождении стонов, страшные кошмары и ведения мучили её. Было ощущение, что она летит в пропасть, чёрную дыру. Несмотря на жар, она дрожала от холода, всё её нутро колотило изнутри.
   Через сутки, глаза девушки открылись и слабым движением руки, она пыталась выбраться из – под шкур. Её тело всё зудело и волосы были похожи на паклю.  Повитуха, жестами рук показала, что не стоит пока вставать, так как организм очень слаб. Открыв дверь, она позвала кого – то. В хижину вошёл мужчина, на вид лет тридцати. Осмотрев глазами девушку, он начал спрашивать на каком языке та говорит. Мужчина неплохо знал несколько языков. Он жил в отдалённой деревне, но постоянно работал в отеле острова, куда приезжали разные туристы.
- Я…, я русская, – чуть слышно произнесла девушка.
- Вы должно быть с самолёта, который потерпел крушение. О Вас нужно сообщить в отель…
- Где я? Сколько я тут? Нужно встать, – облокачиваясь на локти, лепетала она. – мой папа, он не знает ничего…
- Лежите, лежите. Вы здесь уж пару дней находитесь. Вас принесли в плачевном состоянии. Вы нуждаетесь в лечении. Я сообщу о Вас, и Вас заберут в больницу для начала.
     Последующий день и вечер, девушка не спала. Она лежала и наблюдала за неким оживлением, которое находилось под самым потолком. На жердях, под самой крышей находилось большое гнездо, в котором жили попугаи. Они галдели и размахивали пёстрыми крылышками и, хотя, многие птенцы были почти взрослыми, летали они всё ровно плохо. На утро следующего дня к хижине подъехал небольшой джип и погрузив девушку в салон, удалился из деревни прочь. Обмотанная какой – то простынёй, девушка ехала в местную больницу. В узком коридорчике той больницы к девушке подошёл доктор с помощником. Видимо этот человек являлся переводчиком.
- What is your name? (Вот из ё нэйм?), – спросил на английском языке доктор.
- Как зовут Вас? – обратился переводчик.
- Ира. Ирина Кутепова.
- Do you speak English? (Дую спик Инглиш?)
- Вы, говорите на английском? – продолжал переводчик.
- My my english is bad. I need help from a translator (Май инглиш из вэри бад. Ай нид хэлп фром э трэнслэтор), мой английский, очень плох. Мне нужна помощь переводчика.
Доктор улыбнулся и, что – то начал говорить на быстром английском переводчику.
- Ирина, Ваш самолёт попал в катастрофу. Из выживших, удалось спасти только десять человек, включая экипаж лайнера, на котором Вы летели. Вам повезло. Здесь Вам окажут медицинскую помощь в счёт Вашей путёвки. Так же в Российское посольство уже подали списки всех выживших. Через пару недель, Вы будите в России, – с улыбкой сказал мужчина и потрепал её за ногу. – Не переживайте, самое страшное уже позади.
     Она лежала на больничной койке, свернувшись калачиком под простынёй. От ран на теле, она слабо могла пошевелить руками. Боль временами заглушалась под действием обезболивающих препаратов, но вновь возвращалась, особенно под вечер. Но каждый прожитый день, каждая пережитая ночь давали свои результаты. От множественных анализов, рентгенов и назначений лекарственных препаратов, девушка шла на стремительную поправку. И вот, она уже почти готова уехать домой. Домой в Москву! Туда, где её ждали или же уже не ждут, а оплакивают.
    Дорога, выходящая из города, была выложена щебёнкой, и ехать по ней было не совсем удобно. Она связывала все соседние деревни между собой. Посольство находилось за пределами города. И вот, на руках Ирины был драгоценный временный документ, говорящий о её личности и билет в обратный путь. Путь домой. 
      Вступив всей поступью с трапа самолёта на землю, Иринка почувствовала дрожь в коленках, и громадные слёзы навернулись у неё на глазах. Нет, ей вовсе не было больно, она прибывала в волнении. В вестибюле аэропорта «Шереметьево» её уже встречал ликующий отец. Он, от счастья, что дочь жива просто обезумел. Он подхватил её на руки и сильно прижал к своей отцовской груди.
- Боже мой! Доча! Я не верю глазам своим! Иришка, моя Иришка! Да, я больше не отпущу тебя никуда! – ликовал отец.
- Я ещё неважно себя чувствую, но я хочу домой. Папа, я хочу в свою маленькую комнату, где стоят куклы, подаренные тобой, когда – то.
- Девочка моя, ну, конечно! Спасибо, Боже!
Они вышли на улицу и сели в машину. До самого дома, Иринка спала на плече отца, а тот, не скрывая впервые слёз, гладил её по волосам и целовал в затылок. Подъехав во двор родительского дома, она задала вопрос, будучи ещё в машине:
- Папа, а почему Егор не приехал на встречу, он где, на службе?
- Нет, он не на службе. Но…
- А где же он тогда?
Отец всячески старался уклониться от ответа. Но напор его дочери просто обескураживал.   
- Понимаешь деточка, – начал отец, – катастрофа, которая произошла с тобой, поначалу сильно подкосила его.  Он взял отгул, а потом не вышел на службу и телефон не отвечал. Видимо, ты нужна только мне, я же отец твой и конечно был временами плох и суров, но всё же я отец.
- Мне нужно поехать к нему. Сказать о том, что я жива. Ведь в отделе же уже все всё знают, не правда ли?
- Ну, завтра и поедешь. Отдохни сегодня и поедешь.
      На следующий день Иринка, села в электричку. Она несла её в сторону Чехова. И вот, знакомый дом и подъезд. Не дозвонившись в домофон, она побежала в местный бар, куда они захаживали. В баре было темно и громко от звучащей музыки и пере криков местных посетителей. Кто – то танцевал, кто – то смеялся и слал поздравления сидящему рядом, кто – то суетливо ютился возле барной стойки. Егор сидел и пил «Столичную» в полном одиночестве. Он пытался заглушить в себе боль и разочарование. Подняв глаза, он в полумраке увидел девушку, которая танцевала прямо перед ним, кидая свои взоры на него. Она была стройной и подтянутой, и в тусклом освещении, она даже выглядела очень симпатичной. Она почти вплотную приблизилась к Егору.  Он с ухмылкой на лице, своей рукой погладил её колено. Не отрывая глаз, Егор скользнул своей ладонью вверх по ноге. Девушка всем своим поведением, дала ему понять, что приглашает в туалет. Приоткрыв дверь туалета, девушка затащила полупьяного Егора в кабинку.
- Может, познакомимся для начала? – томным голосом произнесла она.
- Ты меня звала знакомиться в туалет? Или что? – и не дав сказать ни слова, он впился в её губы. Руки с жадностью блуждали по телам обоих, при этом расстёгивая ремни на джинсах. Без сопротивления, девушка расставила широко ноги, и его рука погрузилась в неё так глубоко, что та аж вскрикнула. Но Егор, не обращал никакого внимания. Он завёлся, и отпускать девицу уже не хотел. Два набухших соска её груди, обдавало теплотой и жаром его рта. Не побрезговав грязным полом, она встала на колени. Заглатывая постепенно, сантиметр за сантиметром его член, девушка, причмокивая поглядывала на стоящего над ней Егора. Волна за волной накрывала их обоих. Глаза горели и на щеках появлялся жгучий пунцовый румянец. Развернувшись спиной к нему, девушка наклонилась, расставляя широко ноги облокотившись на сливной бочок. Тихо застонав, она попросила спустить в неё весь нектар, который он только накопил в себе. Одной рукой он придерживал девушку, а другой наглаживал всю её выбритость. Девушка дрожала от рьяного, даже животного возбуждения. Егор ощущал всю её влагу, и это его влекло ещё больше.  Выйдя из неё, он всё ещё держал её в позе. Наклонившись, Егор прошёлся влажным своим языком по её бугрящим губам, из которых выходил тот самый нектар, которым он так страстно делился с незнакомкой. Её бутон был слегка припухшим от охватившего изнеможения. Его язык, прямо утопал в ней, и каждый раз возвращался для того, чтоб окунуться всё глубже. Доставляя головокружительное удовольствие, Егор тремя пальцами проник внутрь. Девушка застонала, прикусив нижнюю губу. Его сила и мощь стремительно вновь погружалась в неё всё глубже. Судорожно они начали покачивать свои тела, ускоряя темп. Дыхание участилось, и они уже не слышали никого. Пульсация во всем теле била в набаты. Потоки горячей жидкости, словно простреливали её насквозь. Выйдя из кабинки туалета, на них никто не обращал внимания. И вдруг, в толпе Егор заметил знакомое лицо. Он отпрянул от той, которую любил пару минут назад, как чёрт от ладана. Остолбенев, он не смог сказать ни слова.
- Ира?! Ира?! Как же это, откуда ты? – запинаясь и разводя руками, произносил Егор.
- А что, ты меня уже похоронил что ли? – не отводя глаз, спросила Иринка. – прошло – то всего недели три или чуть больше, а ты…, – указывая на расстёгнутую ширинку, рявкнула она.
- Ир, подожди, ты всё не так поняла!
- Что?  Не так поняла?! – она залепила Егору смачную пощёчину и показав неприличный жест из среднего пальца, сквозь зубы произнесла – fuck you.  Убежав из зала кабака, она выскочила на улицу. Тёмная улица была озарена вся разноцветными подсветками витрин магазинов и рекламных щитов. Всё залито в неоновый свет. Она бежала прочь.
- Ира?! Ирка! Ты жива?! Ура! Постой, куда ты? – вдруг её окликнул молодой парень. Это был Димка, напарник её и Егора.
- Я приехала, а он, а он…, – с возмущением почти кричала она.
- Ну, понятно. А я тебя однажды предупреждал. Говорил, что он бабник, но ты не слушала меня. И что теперь?
- Хотела одежду забрать свою, но ключей у меня нет.
- У меня есть. Когда Егор в отпуске, я прихожу и выгуливаю собаку. И у него есть мои.
- Вот здорово! А ты не мог бы открыть мне квартиру?
- Я не могу. Но ключи дам. Потом положи их в почтовый ящик, я приду и заберу. Хорошо? Просто меня Инна ждёт. Наконец – то я её добился.
Подойдя к подъезду, Иринка увидела сидящую девушку на лавке. Она копалась в своём телефоне. Проходя мимо неё, Иринка услышала, как девушка кому – то звонила и заигрывающим голосом говорила, вернее не говорила, а прям зазывала человека, которого называла по имени: «Егор! Я уже, между прочим, приехала и давно. На улице не май месяц… Алло! Егор! Ты, что не слышишь, Синицын?!»
Иринка подошла к лавке и изумлённо посмотрела на девицу, а потом спросила:
- Девочка, ты кто? Я спрашиваю, потому что до этой минуты считалась девушкой Синицына и жила с ним, вон на самом верхнем этаже, – подняв голову, показала Иринка.
- Я кто? Я Ольга. Я встречаюсь уж больше года с ним, правда он всё время ко мне приезжает …
- Хм, странно. Ты не находишь? Ладно, не сидеть же тут. Пойдём со мной, кофе попьём, я сумку пока соберу свою. Он вообще козёл, Егор твой.
Девчонки вошли в квартиру. Согрев чайник, и сделав бутерброды на скорую руку, девчонки залезли с ногами на его неприкосновенный белый диван. Они пили кофе и крошили хлеб. Собрав сумку с вещами, Иринка протянула ключи Ольге со словами:
- Если уважаешь себя, то не останешься здесь ни минуты. Синицын, взрослый мужик, но он проститутка, – с этими словами, она открыла дверь и вышла из квартиры…
      «Уважаемые дамы и господа! Наш самолёт совершил посадку в аэропорту Утопау. Температура за бортом плюс тридцать два градуса Цельсия, время восемнадцать часов по местному времени. Командир корабля и экипаж прощаются с Вами. Надеемся ещё раз увидеть Вас на борту нашего самолёта. Благодарим Вас за выбор нашей авиакомпании. Сейчас Вам будет подан трап. Пожалуйста, оставайтесь на своих местах до полной остановки», речь бортпроводницы разбудила почти весь салон. Иришка открыла глаза. Гул самолёта постепенно утихал и все сидящие, ощущали под шасси авиалайнера долгожданную твердь земли.
     За время полёта, толком она так и не уснула, всего лишь дремала и перебирала в голове разные мысли, «Боже мой! Ну и воображение у меня! Чего я себе только не напридумывала, вот же фантазия как разыгралась – то у меня! Ну, что за бред! Да, но причём здесь Ольга? Ах, ну, да, Егор как – то рассказывал о ней. Вот, она и влезла невзначай в мысли, – улыбнувшись самой себе, подумала Иринка.»
     Иринка судорожно вцепилась в подлокотники, будто они могли удержать её посреди вихря собственных мыслей. Сердце колотилось, где – то у самого горла, а перед глазами всё ещё мелькали обрывки кошмарных видений –чёрные крылья самолёта, падающего в свинцовую гладь моря, вспышки, холод воды… Она зажмурилась, пытаясь стряхнуть наваждение, но страх липко цеплялся изнутри, не желая отпускать. «Это просто воображение, – шептала она себе, почти беззвучно, одними губами, словно если сказать тише, то реальность не услышит и не сделает этот кошмар правдой, – просто разыгралось воображение. Самолёт летел ровно. Всё хорошо». Но, стоило ей зажмуриться и вновь открыть глаза, как перед внутренним взором тут же вставал папа – его доброе, чуть усталое лицо, морщинки у глаз, когда он улыбается. Он бы не пережил, если бы с ней что – то случилось. А Егор… При одной мысли о нём к горлу подступал комок. Его тёплые руки, его тихий смех, тот особенный взгляд, от которого становилось спокойно даже в самые хмурые дни. Потерять это – потерять их обоих, было страшнее любого кошмара. Страх не исчез совсем, но теперь он стал тише, отодвинулся куда –то на задний план, уступая место другому чувству – тёплому, живому, тому самому, что звалось любовью и желанием скорее оказаться рядом с теми, кто дороже всего на свете.
Уже в аэропорту, ожидав автобус, который её повезёт до отеля она набрала номер Егора.
- Алло, алло Ира, – в трубку кричал Егор, – Иришка, ты на земле?
- Алло, да, я на земле. Всё хорошо. Жду автобус.
- Ну, слава Богу! Я буду тебя ждать Иришка! Правда десять дней, это мало и очень много, но ты отдыхай и купайся в море. Целую тебя, моя девочка!
- Я тоже тебя целую Егор! Время быстро пролетит, и я вернусь домой.
Иринка положила трубку и со спокойной душой села в автобус, который её мчал навстречу морю и солнцу.