Листопад идёт своим чередом

Ещё курился молочный туман над речкой Ушма, взошло затуманенное солнце и белая вуаль тумана начала спадать, редеть, рассеиваться.
когда огненный малиновый шар солнца показался над опушкой, вершины сосен, берёз, словно занялись огнём.
Вот и лесная речка Ушма, с ивняковыми и тростниковыми берегами. А само русло словно в огромной раме порыжевших камышей. Это лесная камышовая речка с коричневой торфяной водой и живописными видами.
В смешенном лесу тонко пахло прелью, дождевой водой, палыми листьями, грибами.
Тепло. И потому ещё растут в лесу грибы: грузди, подосиновики, подберёзовики, боровики, маслята, рядовки. А листопад идёт свои чередом. Осины уже стряхивают багрянец листьев на землю. Как всё меняется, преображается в лесу до неузнаваемости.
На земле расстелены пёстрые ковры из листьев. Глядишь в осинник, а горит, окунулся багрянцем.
В рябиннике огромными стаями носятся дрозды - рябинники, высматривая ягоды рябины. Горят, пылают рябины огромными кострами. Бросаются в глаза светло - жёлтые по опушкам липы, а листья береговых дубов бурые.
Издалёка, с Вольных болот доносились гортанные крики отлетающих журавлей. В глуши ворчал ручей, сбегая, петля по моховой низине к речке Ушме.
У речной излуке разбрелись стройные багряные осины, как жар - птицы, хотят вспорхнуть и не могут.
Звонкий и тревожный голос сойки прозвенел в тиши, скатился к берегу речному и отозвался там рыком комолого лося.
Волнушки, сыроежки, моховики попадались всюду, а вот подосиновики росли на старой, заросшей осиной порубке.  Когда я нёс подосиновик - богатырь к корзине, застрекотала громко сорока, как всегда в предвечерней час.