От жерновов капитала не спрятаться, не скрыться

К тому времени, когда произошло окончательное обрушение родной для советских людей страны большинство из них находилось в зрелом возрасте с уже устоявшимся мировоззрением, которое сформировалось у них ещё в юношеские годы в условиях общественного спокойствия, мирных социальных отношений, в целом радостного отношения к окружающей действительности, прочной уверенности в завтрашнем дне при наличии массы возможностей для личностной самореализации каждого гражданина Советского Союза. Крайне драматичные, а часто – трагические, испытания выпали на долю сумевших сохранить здравость своего сознания советских людей в гиблое время девяностых годов, когда не только уничтожалось на их глазах всё то, что они в прежние годы создавали напряжённым трудом, но и в конвульсиях умирал их внутренний мир мечтаний о благости будущего и надежд на счастливую жизнь.

Многие из этих брошенных на произвол судьбы людей, безвозвратно утративших свою родимую отчизну, быстро отошли в мир иной, не имея сил для существования в атмосфере дикого зверства, воцарившегося на развалинах некогда могучего государства рабочих и крестьян. Правда, часть из них буквально в реальном времени трансформировалась до неузнаваемости, встав на античеловеческие рельсы капиталистического изуверства, что стало завершающим этапом их перерождения в идейных капиталистов ещё задолго до крушения Советского Союза. Более всего поражало то обстоятельство, что ещё у одной части бывших советских людей из-под благообразных обликов преданных строителей коммунистического общества неожиданно проступило низостное быдлядство, сподвигшее их за тридцать сребреников на самые гнусные подлости и мерзости по отношению к любым представителям ещё вчера нерушимо единой общности граждан великой страны советов. Ещё одна часть советских тружеников, припомнив своё пролетарское происхождение, подписалась на участь бесправных наёмных работников, которых капиталистические работодатели гн только нещадно эксплуатируют, но и могут выгнать без выходного пособия и документального оформления на улицу по любому поводу, а то и просто так – ради наслаждения своей безграничной властью над своими работными рабами.

Однако при всём этом существовала и та часть советского населения, которой удалось схорониться в неких особенных местах, до которых не смогли дотянуться загребущие руки новоявленных капиталистов. Как бы то ни было, но эти индивиды в своих схронах продолжали как ни в чём ни бывало культивировать идеологию канувшего в Лету Советского Союза, оставаясь на фоне катастроф и лишений в годы становления новой России непоколебимыми приверженцами мировоззренческих основ эталонного советского человека. Три десятилетия, прошедших со времени развала СССР, эти схоронившиеся человеки продолжали жить в советском идеологическом пространстве, прививая постулаты данной концепции своим детям и внукам.

Для оправдания же своего диссонанса с окружающей реальностью эти пережитки советской эпохи по сию пору истово уверяют самих себя в том, что восстановленные капиталистические общественные отношения долго не просуществуют, вслед за чем вновь будет возвращена советская социалистическая система государственного устроения России. При этом они вплоть до сего времени нисколько не сомневались, что на их убеждения никто не посмеет покуситься, и тем более – ни при каких обстоятельствах кто-либо или что-либо не заставит их исповедовать какую бы то ни было инородную идеологическую концепцию. Но не тут-то было – звериная идеология капитализма подобно смертоносному удаву всё-таки настигла их в тех схронах, где они надеялись переждать капитализм. В результате их вместе с  детьми и внуками, которые всего лишь в незначительных мелочах восприняли советские нравы, ввергли в безжалостные жернова культа Мамоны, где из них выдавили последние остатки принципиально чуждых капитализму советских социалистических идей.

Тем самым в целом всё из идеологического наследия советского социального государства приказали долго жить. Последние лучи света  исчезли за тёмными тучами бесчеловечных отношений. Наступило время абсолютного мрака, когда люди, большую часть жизни пестовавшие идеалы человечности, оказались в состоянии полнейшей безысходности, при которой, как говорится, лучше сдохнуть, нежели плясать под дудки нелюдей.


20.03.2023



Сергей БОРОДИН