О Законе Моисея. Заповедь вторая

                Вторая заповедь гласит: «Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в воде ниже земли; не поклоняйся им и не служи им». Она является логическим продолжением первой и стала камнем преткновения для иконоборцев VII века и современных протестантов всех мастей. Необходимо рассмотреть ее в деталях, чтобы понять богословский смысл сказанного и проследить связь Закона с Новым Заветом. 
                «Не делай себе кумира». В прямом смысле – это изготовление изображение или изваяние божества для культового поклонения; а в переносном –  тот, кто (или то, что) становится предметом безоговорочного, слепого восхищения, обожания или восторженного почитания. Обычно, эти слова понимаются как запрет делать идолов, но на самом деле значение заповеди гораздо шире. Про изготовление идолов и прочих объектов поклонения будет сказано дальше. Здесь речь идет о разуме и желании. Любой деятельности предшествует мышление. Сначала возникает помысел; не отсеченный сразу, он порождает идею или мыслеформу; она, в свою очередь, приводит к возникновению желания, которое реализуется в действии. Поэтому Господь заповедует прежде всего следить за помыслом, и если он возник, то отсечь его: «не делай»! Не делай в своем сознании идола, которого потом захочешь изобразить или изваять. Акцент обращен на отношение воли и желания к помыслу, чтобы не возникло чувство слепого восхищения и поклонения чему-либо, кроме Бога. Именно поэтому в Законе сказано: «кумир» – понятие, которое является общим для слепого поклонения и синонимом фанатизма.
                «И никакого изображения». Это уже относится к непосредственно предмету поклонения: изображению или изваянию, то есть к тому, что изготавливается и становится культовым предметом, причем не в переносном, а в прямом смысле.  Древние веровали, что в сотворенного идола входит дух почитаемого божества, и он становится истинным богом, которому следует молиться и приносить жертвы, то есть они взывали не к изображению духа, а к нему самому. Однако, этот запрет порождает серьезную богословскую дилемму. Из Ветхого Завета мы знаем, что Бог повелел украсить скинию Завета скульптурами херувимов, а Соломон нанес на стены Иерусалимского храма изображения серафимов. Кроме того, Моисей приказал изготовить шест и водрузить на него медного змея, чтобы укушенные исцелялись, и взирающие на него действительно спасались. Казалось бы, это прямое нарушение второй заповеди. Однако не все так просто. Проблема заключается в том, что Декалог запрещает народу подменять Бога идолами, а Ветхий Завет свидетельствует о выполнении воли Божьей Моисеем и Соломоном. В первом случае – отвращение от Бога к бесам, а во-втором, обращение к Богу от нечестия. Человек по своей природе слаб и немощен. Ему, чтобы уверовать, нужно чудо, причем, видимое и осязаемое. Змей на шесте, херувимы Скинии и серафимы Храма, были призваны обращать взор Израиля на силы Небесные, чем сохранялось памятование о Боге, ибо Самого Бога изобразить было невозможно. Еще не пришел в мир Спаситель, сказавший: «Видевший Меня видел Отца» (Ин.14:9). Поэтому Христос творил чудеса, чтоб явить силу Божию маловерным иудеям. Даже апостол Фома, пока не вложил перста в раны Спасителя, не поверил в Его воскрешение. Примечательно, что протестанты обвиняют православных в почитании икон, усмотрев в этом идолопоклонство и при каждом удобном случае тыкают этим в лицо. Но они же лукаво отводят глаза, когда им напоминают об изображениях Ветхого Завета.
                «Изображения того, что на небе вверху». Это весьма сложные слова, относящиеся к высшему метафизическому богословию. «На небе вверху» – это не тавтология, а аллюзия к учению о логосах, изложенном в первой главе Книге Бытия. Есть видимое небо у нас над головой, а есть небо невидимое, то есть Горний мир. Чтобы разделить эти понятия, Господь вводит наречие «вверху». Изображать небо, птиц, солнце, звезды, то есть то, что человек наблюдает, Бог не запрещает, а вот изображать невидимых ангелов, Небесные силы и тем более Бога не позволяет. Опять возникает недоумение в связи с Херувимами и Серафимами. Второй заповедью Господь указывает, что изображать святыню позволительно только в ограде Церкви, при соответствующем посвящении, избранных. На этом правиле основана православная иконография. Если изображение Небесных сил, Христа, Богородицы или святых не соответствует канонам Церкви, то оно остается картиной, а не иконой, а картине не поклоняются. По учению Отцов, икона – это наглядная проповедь Христа, а следовательно, она должна быть непогрешима в богословском смысле и отражать правую веру. Только тогда изображение становится объектом благочестивого почитания. Самочинное художество на православную тематику искажает суть первообраза, а значит вместо истины, проповедует ересь. Чтобы не допустить ложного понимания высших тайн, Господь запрещает Израилю творить какие-либо изображения того, что сокрыто от людей Промыслом. За всю историю Ветхого Завета, Бог только Моисею и Соломону повелел изобразить невидимое как часть культа поклонения Себе. Все остальное в истории Израиля было повторением изваяний и фресок времен Первого Храма.
                Причина запрета изображений обусловлена и тем, что человек не мог увидеть Бога и не умереть, как Сказал Господь Моисею на Синае (Исх.33:20). Поэтому иконография стала возможна лишь после воплощения Христа, установившего иконопочитание известным платом для царя Авгаря. Он вошел в церковную историю как  икона «Спас Нерукотворный». Если рассматривать исследуемые запреты в более глубинном смысле, то «вверху» относится к планам Божественного Домостроительства или к логосам бытия всего сущего, а это уже высшие тайны мироздания. Не вдаваясь в их рассмотрение, отметим, что самочинно изобразить то, что задумал Бог – невозможно и богохульно.
                «И что на земле внизу». Здесь речь идет о запрете идолопоклонства и пантеизма или ереси о «растворении» Бога в природе. Библия говорит о земле в двух случаях: о земле, которая была «безвидна и пуста» (Быт.1:2), и о земле как суше: «И назвал Бог сушу землею» (Быт.1:10). Первая относится к созданию материи, при помощи которой была сотворено все сущее, а вторая – связана с будущей планетой Земля. И опять, чтобы не смешивать столь разные понятия, Господь вводит разделение словом «внизу», ибо первая земля – далеко на верху, превыше небес, а вторая – у нас под ногами. Однако подробно мы на этом останавливаться не будем. Запрет на изображения видимого обусловлен страхом перед силами природы. Утратив знание причинно-следственных связей бытия и сути вещей, человек стал выдумывать не существующих владык, дабы в поклонении им, во-первых, этот страх заглушить, а во-вторых, в надежде получить милость и защиту богов в суровых условиях выживания. Культ духов был основан на идолопоклонстве, о котором мы говорили выше.  Не ведая истинного Бога, разум выдумывал богов, облик которых брал из явлений падшего мира. Соответственно, поклонясь идолам, человек не мог обратиться к Богу. Во избежание этого, Бог и запрещает творить изображения иных богов, образ которых взят из окружающей природы, то есть на «земле внизу».
                «И что в воде ниже земли». Это самое сложное место второй заповеди вынуждает нас обратиться к Книге Бытия: «И создал Бог твердь, и отделил воду, которая под твердью, от воды, которая над твердью. И стало так.  И назвал Бог твердь небом. И  сказал Бог: да соберется вода, которая под небом, в одно место, и да явится суша. И стало так». (Быт.1:7-9). Вода, которая под твердью, то есть под небом – это наш видимый мир. Вспомним слова апостола Павла: «Против духов злобы поднебесных» (Ефес.6:12).  Господь собрание вод назвал морями, но ничего не сказал про воды, которые под твердью. Соответственно, «собрание вод» – это водная гладь земли в прямом смысле. Они относятся к видимому миру как часть природы. Остаются воды, которые были под твердью и которые к морям отношения не имеют. Важно понимать, что древние под «водой» понимали не только жидкость, но и жизненную силу и вообще все живое, а в богословии вода ассоциируется с действием Бога и энергией. Когда мы читаем о том, что нельзя изображать того, что в «воде ниже земли», то должны понимать, что речь идет о невидимом мире, который с нашей природой никак не связан. Море не может быть ниже земли, ибо любое из них имеет дно или почву. Поэтому в прямом смысле, море всегда выше земли.  Так, что же сокрыто в этих словах? Здесь запрещается изображать демонов и темные силы ада, которые пребывают под землей, то есть в областях мрака и ужаса. Причем, под землей – не значит на определённой глубине, а то, что духи злобы поднебесной занимают низшую ступень тварного мира – предел падения и крайний полюс зла, противоположный Горнему миру Сил Небесных. Вспомним, что сказал Лазарь с Лона Авраамова страдающему в геенне богачу: «Между нами и вами утверждена великая пропасть, так что хотящие перейти отсюда к вам не могут, также и оттуда к нам не переходят» (Лк.16:26). Поэтому Господь говорит: «ниже земли», то есть указывает направление, но опускает расстояние. Если же понимать слова заповеди буквально, то возникает абсурд: Бог запрещает рисовать рыб и морских животных.
                Излишне говорить о том, что видеть древнему человеку дьявола и бесов было крайне губительно. С одной стороны, это бы внушало ужас, заглушающий веру в Бога, а с другой – способствовало бы идолопоклонству, основанному на этом ужасе. Видеть дьявола воочию мог только Христос. Простому смертному такая встреча принесла бы неминуемую гибель.  Как смертельно опасна встреча человека с Богом, также смертельно для него общение с дьяволом. В первом случае, немощную природу испепелила бы сила благодати, а во втором – она погибла бы от ужаса и страха, внушаемого сатаной.
                «Не поклоняйся им». Это повеление, с одной стороны предвосхищает будущую ересь иконоборчества, а с другой запрещает языческие культы. Суть иконоборчества, развязанного Императором Львом III Исавром (Исаврянином) в 726 году сводилась к тому, что под влиянием иудаизма, он перепутал поклонение с почитанием. Приближенный Исавра сириец Висид, будучи христианином попал в плен к арабскому калифу Иезиду II, где, спасая шкуру, отрекся от Христа и принял ислам. Затем он оказался в Византии и ради близости к императору Льву III, снова поменял ислам на христианство. Этот пройдоха, еще в плену,  познакомился с главным Тивериадским раввином, который свел его с Иезидом, а затем внушил калифу, что необходимо искоренить идолопоклонство, которые христиане занесли в его владения, что Иезид и сделал. То же самое дьявол через Висида внушил и Льву III. Исавр не понял, что поклоняться христиане могут и должны только Богу, а почитать любое благочестивое изображение святых, Сил Небесных, Христа и Богородицы. Поэтому Лев усмотрел в почитании икон идолопоклонство, что привело к самым тяжким последствия и зарождению ереси иконоборчества.  Устанавливая заповедь «не поклоняйся»,  Бог отвергает поклонение любому изображению и благословляет почитание святынь. Главное их отличие состоит в том, что поклонение обращено к первообразу, то есть к Богу,  а почитание – к образу или видимому объекту поклонения. К сожалению, Лев Исавр этого не понял. Язычники  поклонялись именно изображению или изваянию, и поэтому идолопоклонство не имеет ничего общего с иконопочитанием.
                Заключительные слова заповеди гласят: «И не служи им». Они направлены против языческих культов и самочинного богословия. В очень далекой перспективе – это осуждение экуменизма и церковного модернизма, поскольку изменение установленного Апостольской Церковью порядка богослужения и искажение веры, превращает поклонение Богу в поклонение лжи, то есть дьяволу. Как известно, любой культ требует своей формы, иначе он просто невозможен. Язычники приносили жертвы богам, воскуривали фимиам, устраивали мистерии и вакханалии. Это было частью культа того или иного божества. В Православии, истинна вера выражается в суточном круге богослужения, Евхаристии и церковных Таинствах, точном соблюдении догматов. Запрещая служение духам, Господь лишает языческий культ своей наглядности и формы, чем сводит на нет любое уклонение в идолопоклонство: невозможно поклоняться, ничего не совершая.
                Выяснив значение второй заповеди Декалога, нам предстоит понять как она связана с Новым Заветом.  При внимательном рассмотрении, не трудно заметить, что заповедь о кумирах и идолах имеет прямую онтологическую связь с четвертым блаженством Нагорной проповеди: «Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо они насытятся» (Мф.5:6). В беседе «Нагорная проповедь. Заповедь об алчущих правды» мы подробно  ее разбирали и выяснили, что состояние алчбы и жажды истины или Христа – необходимое условие спасения. Она может выражаться и как оправдание через добродетельную жизнь, и как совершенство души через обожение, в котором нет ничего, кроме Бога. А это возможно только через поклонение Творцу, которое в современном мире выражается не столько в форме богослужения, сколько в устремлении ума к божественному. Соответственно, если человек поклоняется богатствам, славе, удовольствиям мира сего и от них зависит, то он совершает идолослужение, нарушая вторую заповедь Закона, а если его взор обращен к Богу, то кроме Христа уже ни в чем не нуждается, и тем самым, добровольно нищает к миру и его соблазнам, достигая четвертого блаженства Нагорной проповеди.  К сожалению, вторая заповедь повсеместно нарушается не только мирянами, но и духовенством, а поэтому грозное предубеждение Бога идолопоклонникам актуально в наши дни как никогда.