Колобков, или как уйти от всех...

Колобков, или как уйти от всех и всё-таки прийти к себе.

Ироническая сказка для взрослых, которые давно перестали верить в сказки, но продолжают в них жить

В одном небольшом городе, который на картах обозначался довольно крупно, а в государственных отчётах — ещё крупнее, жил человек по имени Аркадий Семёнович Колобков.
Фамилия эта досталась ему от отца, отец получил её от деда, а дед, по семейному преданию, — вследствие ошибки паспортистки, которая собиралась написать «Колобов», но в тот день торопилась домой. Так одна лишняя буква определила судьбу трёх поколений.
Аркадию Семёновичу было пятьдесят семь лет. Он занимал должность ведущего специалиста отдела перспективного планирования Городского управления стратегического развития. Чем именно занимался отдел, никто толком не знал. Даже начальник отдела не мог объяснить этого без слов «оптимизация», «дорожная карта», «комплексный подход» и «в рамках реализации».
Сам Аркадий Семёнович подозревал, что главной задачей отдела было планировать перспективы, которые никогда не наступят.
Каждое утро он вставал в семь часов, брился, пил чай, съедал бутерброд с сыром и отправлялся на работу.
Дома его ждала жена — Анна Петровна, женщина практичная, энергичная и убеждённая, что любая человеческая проблема решается либо ремонтом, либо покупкой нового шкафа.
— Аркаша, — сказала она однажды утром, — нам надо поговорить.
Мужчины знают, что фраза «нам надо поговорить» редко предшествует чему-нибудь хорошему.
Аркадий Семёнович осторожно положил бутерброд.
— Я слушаю.
— Мы так больше жить не можем.
Аркадий оглядел кухню. Кухня была после ремонта. Холодильник работал. Кран не тек. За окном светило солнце.
Он не сразу понял масштаб катастрофы.
— А что случилось?
— Ты ничего не хочешь.
— Почему? Чай хочу.
— Вот! Именно! Чай! А дальше что?
Аркадий задумался.
— Можно второй бутерброд.
Анна Петровна посмотрела на него взглядом человека, который двадцать восемь лет надеялся получить философа, а получил мужа.
— У тебя нет цели!
— Есть. До пенсии доработать.
— Это не цель.
— Почему? Очень конкретная.
Анна Петровна тяжело вздохнула.
— Посмотри на людей. Люди развиваются. Путешествуют. Открывают бизнес. Учат языки. Меняют жизнь.
Аркадий Семёнович представил, как в пятьдесят семь лет открывает бизнес, учит китайский язык и одновременно меняет жизнь.
Ему стало страшно.
— А мне моя жизнь нравится.
— Потому что ты к ней привык!
Эта мысль поразила Аркадия.
Возможно, подумал он, человечество вообще совершает слишком много действий только потому, что кто-то убедил его: привыкать к хорошему подозрительно.
Анна Петровна поставила перед ним чашку.
— Ты должен выйти из зоны комфорта.
— А потом?
— Что потом?
— Потом можно обратно?
Анна Петровна посмотрела на него так, что Аркадий понял: обратно нельзя.
И тогда произошло событие, которое впоследствии он называл Великим Уходом.
Аркадий Семёнович допил чай, надел куртку, взял портфель и сказал:
— Хорошо. Выхожу.
— Куда?
— Из зоны комфорта.
И вышел из квартиры.
Правда, сначала он собирался просто пойти на работу.
Но, спустившись во двор, неожиданно подумал:
«А почему, собственно, на работу?»
Мысль была настолько революционной, что Аркадий остановился.
За тридцать четыре года трудовой деятельности подобного вопроса он себе не задавал.
Работа существовала примерно, как закон всемирного тяготения. Можно было жаловаться на неё, опаздывать, брать отпуск, болеть, писать заявления, но сомневаться в необходимости её существования казалось почти неприличным.
И Аркадий Семёнович пошёл не направо, к автобусной остановке, а налево.
Так началось его путешествие…
******************
Первым человеком, которого встретил Колобков, был Виктор Павлович Лисицын, заместитель начальника управления.
Лисицын как раз выходил из служебной машины возле кофейни.
Он принадлежал к удивительной категории людей, которые никогда никуда не торопились, но всегда были заняты.
— Аркадий Семёнович! — удивился он. — А вы почему не на работе?
— Решил выйти из зоны комфорта.
Лисицын уважительно посмотрел на него.
— Тренинг?
— Нет.
— Коуч?
— Нет.
— Психолог?
— Жена.
Лисицын понимающе кивнул.
— Самые дорогие коучи работают бесплатно.
Они зашли в кофейню.
— Вы, Аркадий Семёнович, человек способный, — сказал Лисицын. — Но вам не хватает амбиций.
Колобков насторожился. За свою жизнь он заметил, что когда начальство начинает говорить о способностях подчинённого, вскоре подчинённому предлагают дополнительную работу.
— Какие именно амбиции мне нужны?
— Карьерные!
— А зачем?
Лисицын удивился.
— Чтобы расти.
— Куда?
— Вверх!
— А там что?
Виктор Павлович задумался.
Подобного вопроса ему, видимо, никогда не задавали.
— Там… другой уровень.
— Работы меньше?
— Больше.
— Ответственности меньше?
— Больше.
— Свободного времени больше?
— Меньше.
— Тогда почему это называется ростом?
Лисицын нахмурился.
— Вы неправильно ставите вопрос.
— А как правильно?
— Сколько вы хотите зарабатывать через пять лет?
— Мне через пять лет будет шестьдесят два.
— Именно!
— Поэтому хотелось бы вообще не зарабатывать.
Виктор Павлович отодвинул кофе.
— С таким мышлением далеко не уйдёте.
Аркадий Семёнович посмотрел в окно.
— А я как раз ухожу.
И ушёл.
Так Колобков ушёл от первого Лиса.
******************
Через несколько кварталов он встретил старого университетского товарища — Бориса Михайловича Волкова.
Волков занимался бизнесом.
Каким именно — определить было трудно. За последние пятнадцать лет он продавал стройматериалы, медицинское оборудование, турецкую мебель, образовательные курсы, солнечные панели и однажды даже пытался разводить страусов.
Но при каждой встрече уверенно сообщал:
— Сейчас деньги именно здесь!
Где находилось это загадочное «здесь», постоянно менялось.
— Аркаша! — обрадовался Волков. — Сто лет тебя не видел! Как жизнь?
— Нормально.
— Это плохо.
— Почему?
— Нормально — значит стагнация!
Волков посадил друга в кафе и достал телефон.
— Смотри. Есть тема.
Аркадий вздохнул.
У Волкова всегда была тема.
— Искусственный интеллект!
— Что с ним?
— Будущее!
— А настоящее?
— Настоящее уже закончилось.
Волков показал график, где синяя линия стремительно шла вверх.
— Видишь?
— Вижу.
— Это рост.
— Чего?
— Рынка!
— Какого?
— Огромного!
Аркадий внимательно посмотрел на график.
— Боря, а цифры где?
— Цифры мешают видеть тенденцию.
Волков наклонился ближе.
— Мы создадим стартап.
— Что он будет делать?
— Это вторично. Главное — привлечь инвестиции.
— А потом?
— Масштабироваться.
— Что масштабировать?
— Стартап.
— Который что делает?
Волков раздражённо махнул рукой.
— Ты мыслишь как наёмный работник.
— Я и есть наёмный работник.
— Вот! Надо менять сознание.
Он достал салфетку и написал:
ИДЕЯ ; ИНВЕСТОР ; МАСШТАБИРОВАНИЕ ; EXIT
— Видишь?
— Вижу.
— Где ты сейчас?
Аркадий подумал.
— В кафе.
— Я глобально спрашиваю!
— Тогда в городе.
Волков посмотрел на него с сожалением.
— Нет у тебя предпринимательского мышления.
— Видимо, нет.
— А зря. Через пять лет будешь жалеть.
— Через пять лет я планирую жалеть о другом.
— О чём?
— Ещё не решил.
Аркадий попрощался.
— Подумай над моим предложением! — крикнул Волков.
— Обязательно!
Но думать не стал.
Так Колобков ушёл от Волка.
******************
На центральной площади его поймала Маргарита Львовна Медведева, бывшая одноклассница.
Она была психологом.
Точнее, последние полтора года называла себя психологом, потому что окончила восемь онлайн-курсов, три марафона личностного роста и получила сертификат Международной академии интегральной трансформации личности.
Раньше Маргарита работала бухгалтером.
— Аркадий! — воскликнула она. — Какая встреча! Ты изменился!
— Постарел.
— Нет! В тебе появилась внутренняя тревога.
— Я сегодня не пошёл на работу.
— Вот!
Маргарита торжествующе подняла палец.
— Ты находишься в точке перехода.
— Я нахожусь возле аптеки.
— Физически — да. Экзистенциально — в точке перехода.
Она предложила выпить кофе.
Аркадий согласился. Ему начинало казаться, что выход из зоны комфорта состоит преимущественно из кофе.
Маргарита достала блокнот.
— Скажи: чего хочет твой внутренний ребёнок?
— Мне пятьдесят семь лет.
— Внутренний ребёнок возраста не имеет.
Аркадий задумался.
— Наверное, мороженого.
— Ты всё переводишь в шутку. Это защитная реакция.
— А если я отвечу серьёзно?
— Это будет попытка соответствовать ожиданиям.
— А если промолчу?
— Избегание.
— То есть правильного ответа нет?
Маргарита улыбнулась.
— Теперь ты начинаешь понимать психологию.
Она внимательно посмотрела на него.
— Ты когда-нибудь позволял себе просто быть собой?
— Постоянно.
— Нет, Аркадий. Ты играл социальные роли: мужа, работника, отца…
— Я отец.
— Это роль.
— У меня дочь есть.
— Биологически — да. Но психологически…
— Маргарита, давай дочь оставим биологически.
Она записала что-то в блокнот.
— В тебе много сопротивления.
— Чему?
— Изменениям.
— Я сегодня впервые за тридцать четыре года не пошёл на работу.
Маргарита задумалась.
— Это может быть бегство.
— А если бы пошёл?
— Это было бы избегание изменений.
— Значит, куда ни пойди — всё плохо?
— Не плохо. Всё требует проработки.
— А сколько стоит проработка?
Маргарита оживилась.
— Индивидуальная консультация — пятьдесят долларов. Но тебе, как однокласснику, сорок пять.
Аркадий встал.
— Кажется, мой внутренний ребёнок хочет домой.
— Ты снова убегаешь!
— Именно.
Так Колобков ушёл от Медведицы.
******************
К полудню он оказался в парке.
Там на скамейке сидел молодой человек лет тридцати пяти по фамилии Зайцев.
Зайцев был блогером.
Он установил телефон на штатив и говорил:
— Друзья, сегодня я расскажу вам пять правил счастливого человека. Обязательно досмотрите до конца, потому что пятое правило изменило мою жизнь.
Аркадий присел на соседнюю скамейку.
— Первое правило, — продолжал Зайцев, — никогда не слушайте чужих советов.
Потом выключил запись и повернулся к Аркадию.
— Мужчина, не могли бы вы пересесть? Вы в кадре.
Аркадий пересел.
Зайцев снова включил телефон.
— Второе правило: не пытайтесь понравиться окружающим. Живите так, как нравится вам!
Он снова остановил запись.
— Мужчина! Чуть дальше, пожалуйста. У вас куртка не подходит по цвету.
Аркадий пересел ещё дальше.
— Третье правило: перестаньте зависеть от мнения общества!
Зайцев опять выключил камеру.
— Мужчина, вы всё равно отражаетесь в витрине.
Аркадий встал.
— Молодой человек, а вы сами соблюдаете свои правила?
Зайцев посмотрел на него с удивлением.
— Какие?
— Которые рассказываете.
— А зачем?
Вопрос был настолько искренним, что Аркадий растерялся.
— Но вы же учите людей жить.
— Это контент.
— А жизнь?
— Жизнь — другое.
Зайцев задумался и вдруг оживился.
— Слушайте! А давайте запишем ролик! «Я встретил человека, который в пятьдесят семь лет бросил работу и начал новую жизнь».
— Я не бросил работу.
— Неважно. Для заголовка лучше «бросил».
— И новую жизнь не начал.
— Начал. Просто пока не понял.
— А если я завтра выйду на работу?
— Отлично! Тогда снимем вторую часть: «Он вернулся в офис и пожалел».
— А если не пожалею?
Зайцев рассмеялся.
— Ну вы даёте! Кому это интересно?
Аркадий ушёл.
Позади раздался голос:
— Друзья! Только что я встретил удивительного человека, который боится изменить свою жизнь…
Так Колобков ушёл от Зайца.
******************
После четырёх чашек кофе и одного пирожка Аркадий почувствовал усталость от саморазвития.
Он сел в автобус и поехал к окраине города.
Напротив сидела пожилая женщина с авоськой.
Она посмотрела на него и спросила:
— С работы?
Аркадий хотел объяснить про зону комфорта, экзистенциальный переход, карьерные амбиции, стартап, внутреннего ребёнка и социальные роли.
Но сказал:
— Нет.
— Выходной?
— Вроде того.
— Хорошо.
Женщина отвернулась к окну.
И впервые за весь день никто не попытался изменить его жизнь.
Аркадий почувствовал к ней глубокую благодарность.
Он вышел на конечной остановке.
За городом начинались поля.
Аркадий пошёл по дороге.
Ему нравилось, что дорога ничего от него не требовала.
Она не предлагала стать лучшей версией себя.
Не спрашивала, где он видит себя через пять лет.
Не предлагала инвестировать.
Не диагностировала детские травмы.
Не просила поставить лайк.
Она просто шла вперёд.
Через час Аркадий увидел небольшой придорожный домик. Возле него сидел старик и ремонтировал велосипед.
— Здравствуйте, — сказал Аркадий.
— Здорово.
— Далеко отсюда до города?
Старик посмотрел на дорогу.
— Если туда — километров десять.
— А если дальше?
— Тогда дальше.
Аркадию понравился ответ.
Он сел рядом.
— А вы здесь живёте?
— Живу.
— Один?
— С женой. Она в огороде.
— Не скучно?
— Когда скучно — скучаю.
Аркадий задумался.
— А чем занимаетесь?
— Сейчас велосипед чиню.
— Я не сейчас. Вообще.
— Вообще много чем.
— А цель у вас есть?
Старик перестал крутить гайку.
— Какая?
— Жизненная.
— Жить.
— Это считается?
— А почему нет?
Аркадий почувствовал, что наконец встретил человека, который понимал устройство мира примерно так же, как он.
— Мне жена сегодня сказала, что у меня нет цели.
— Бывает.
— Начальник говорит, что нет амбиций.
— Тоже бывает.
— Друг говорит, что нет предпринимательского мышления.
— Возможно.
— Психолог говорит, что я сопротивляюсь изменениям.
— Наверное.
— Блогер сказал, что я боюсь жить.
Старик пожал плечами.
— А ты сам что говоришь?
Аркадий замолчал.
За весь день никто не задавал ему этого вопроса.
Все объясняли ему, чего он хочет.
Жена знала, что ему нужны перемены.
Начальник — что карьера.
Волков — что деньги.
Маргарита — что трансформация.
Зайцев — что новая жизнь.
И только незнакомый старик спросил, чего хочет сам Аркадий.
— Не знаю, — честно сказал он.
— Хороший ответ.
— Почему?
— Значит, ещё не успел себе соврать.
Старик снова занялся велосипедом.
Аркадий сидел рядом.
Минут пять они молчали.
Оказалось, молчание тоже может быть разговором, если собеседники не боятся пауз.
— А вы мне ничего не посоветуете? — спросил наконец Аркадий.
— Зачем?
— Все советуют.
— Значит, советов у тебя уже достаточно.
— Но что мне делать?
— Откуда я знаю?
Аркадий улыбнулся.
За весь день это был первый человек, который признался, что не знает, как Аркадию следует жить.
И именно поэтому его словам хотелось верить.
******************
К вечеру Колобков пошёл обратно.
Телефон, который он весь день держал без звука, показывал двадцать три пропущенных звонка.
Девять от жены.
Шесть с работы.
Три от Волкова.
Два от Маргариты.
Один от неизвестного номера.
И два почему-то от доставки мебели.
Аркадий позвонил жене.
— Ты где?!
— Иду домой.
— Я уже хотела в полицию звонить!
— Зачем?
— Ты утром сказал, что выходишь из зоны комфорта, и исчез!
— Я вышел.
— И как?
Аркадий посмотрел на дорогу.
— Там тоже люди.
Анна Петровна некоторое время молчала.
— Ты ужинать будешь?
— Буду.
— Котлеты разогреть?
— Разогрей.
— И хлеб купи.
— Хорошо.
Разговор закончился.
Аркадий почувствовал странное облегчение.
После глобальных вопросов о смысле жизни просьба купить хлеб звучала удивительно разумно.
******************
На следующий день Аркадий Семёнович пришёл на работу.
В отделе его встретили как человека, вернувшегося из кругосветного путешествия.
— Где вы были?! — спросил начальник.
— В зоне дискомфорта.
— Что?
— Семейные обстоятельства.
Начальник сразу потерял интерес.
На столе Аркадия лежала папка:
«Стратегия повышения эффективности стратегического планирования на 2027–2032 годы».
Он открыл её.
На первой странице было написано: «Основной целью стратегии является формирование эффективного механизма повышения эффективности процессов стратегического развития…»
Раньше Аркадий просто продолжил бы читать.
Но теперь остановился.
Перечитал предложение.
Потом ещё раз.
В нём было двадцать два слова и ни одной мысли.
Это показалось ему почти произведением искусства.
Аркадий взял красную ручку и написал на полях:
«Что конкретно мы собираемся сделать?»
Через час его вызвали к начальнику.
— Аркадий Семёнович, что это?
— Вопрос.
— Я вижу. Зачем?
— Хотелось бы понять.
— Документ уже согласован.
— Тогда зачем мне его читать?
Начальник посмотрел на него с тревогой.
— С вами точно всё в порядке?
— Кажется, теперь да.
В течение недели в отделе стали происходить странные вещи.
Аркадий начал задавать вопросы.
Если ему говорили «необходимо активизировать работу», он спрашивал:
— Какую именно?
Если писали «повысить эффективность», он спрашивал:
— Сколько сейчас и сколько должно стать?
Если предлагали «усилить взаимодействие», он интересовался:
— Кто с кем и что должен сделать?
Коллеги начали его избегать.
Через две недели начальник вызвал Колобкова.
— Аркадий Семёнович, вы создаёте напряжённость.
— Каким образом?
— Требуете конкретики.
— Разве это плохо?
Начальник понизил голос:
— Не всегда.
******************
Дома тоже произошли изменения.
Анна Петровна снова заговорила о саморазвитии.
— Я нашла для нас курс «Семь шагов к осознанной жизни».
— Сколько стоит?
— Триста долларов.
— А сколько шагов от дивана до кухни?
— Аркаша!
— Я серьёзно. Давай сначала освоим бесплатные маршруты.
Жена обиделась.
Но вечером они неожиданно пошли гулять.
Без тренинга.
Без цели.
Без приложения, подсчитывающего шаги.
Просто гулять.
И выяснилось, что за двадцать восемь лет брака они давно не ходили по городу без необходимости куда-нибудь прийти.
Через месяц Анна Петровна сказала:
— Знаешь, ты изменился.
Аркадий насторожился.
— В плохую сторону?
— Не знаю.
— Это хороший ответ.
Она посмотрела на него.
— Ты стал меньше соглашаться.
— Возможно.
— И чаще спрашивать: «Зачем?»
— Мешает?
Анна подумала.
— Иногда ужасно.
— Прости.
— Но иногда полезно.
******************
Через полгода Аркадий встретил Виктора Павловича Лисицына.
Тот получил повышение.
— Ну что, Колобков! — гордо сказал он. — А я теперь начальник управления!
— Поздравляю.
— Видите? Карьерный рост!
— Работы больше?
Лисицын помрачнел.
— В три раза.
— Ответственности?
— Не спрашивайте.
— Свободного времени?
— Практически нет.
— Зарплата?
— Выше.
— Намного?
Лисицын оглянулся и тихо сказал:
— Если разделить на количество рабочих часов, лучше не считать.
Аркадий пожал ему руку.
— Главное, что вы растёте.
Лисицын подозрительно посмотрел на него.

Волков через год закрыл стартап.
Оказалось, что инвестор тоже хотел сначала узнать, что именно делает компания.
— Рынок оказался не готов, — объяснил Борис.
— К чему?
— К нашей модели.
— А модель была?
— Вот поэтому и не готов.
Теперь Волков занимался экологическими технологиями.
— Сейчас деньги именно здесь! — сообщил он.
Аркадий не спорил.

Маргарита Львовна открыла собственную школу «Гармония внутреннего пространства».
На вывеске было написано:
«Вернём вас к себе настоящему за десять занятий».
Аркадий однажды встретил её в магазине.
— Как твой внутренний ребёнок? — спросила она.
— Вырос.
Маргарита сочувственно покачала головой.
— Ты всё ещё сопротивляешься.
— Уже нет. Теперь я просто не соглашаюсь.

Зайцев стал популярным блогером.
Один из его роликов назывался:
«Пять признаков того, что вы живёте чужой жизнью».
Первым признаком было желание соответствовать ожиданиям окружающих.
У ролика было два миллиона просмотров.
В комментариях люди яростно спорили, правильно ли Зайцев живёт своей жизнью.
******************
А Аркадий Семёнович?
Он не открыл бизнес.
Не стал начальником.
Не уехал на Бали.
Не пробежал марафон.
Не написал книгу «Как изменить жизнь за 30 дней».
Не начал вставать в пять утра.
Не купил абонемент на курс «Миллионерское мышление».
И даже китайский язык не выучил.

Через три года он вышел на пенсию.
В первый пенсионный понедельник проснулся в семь утра по привычке.
Полежал.
Посмотрел на часы.
И впервые за много лет понял, что может никуда не идти.
Это ощущение оказалось настолько непривычным, что он встал.
На кухне Анна Петровна пила чай.
— Что сегодня будешь делать? — спросила она.
Аркадий открыл холодильник.
— Не знаю.
Жена улыбнулась.
— Опять хороший ответ?
— Лучший.
Он приготовил два бутерброда.
Потом они пошли гулять.
На центральной площади висел огромный рекламный плакат:
«СТАНЬ ЛУЧШЕЙ ВЕРСИЕЙ СЕБЯ!»
Аркадий остановился.
Долго смотрел на него.
— Что? — спросила Анна.
— Думаю.
— О чём?
— А если нынешняя версия меня вполне устраивает?
— Тогда рекламе будет трудно.
Они засмеялись и пошли дальше.
Возле парка молодой человек раздавал листовки.
— Бесплатный мастер-класс! — крикнул он. — «Как найти своё предназначение!»
Аркадий взял листовку.
Прочитал.
— Ну что? — спросила жена.
Он аккуратно сложил бумагу и выбросил в урну.
— Нашёл.
— Что?
— Урну.
И они пошли дальше.
******************
В старой сказке Колобок ушёл от дедушки.
Потом от бабушки.
Потом от зайца.
Потом от волка.
Потом от медведя.
А потом встретил лису, которая его съела.
Аркадий Семёнович Колобков тоже всю жизнь кого-нибудь встречал.
Одни хотели сделать его успешнее.
Другие — богаче.
Третьи — осознаннее.
Четвёртые — современнее.
Пятые точно знали, кем он должен стать.
И каждый понемногу пытался его съесть.
Не буквально, конечно.
Кто-то хотел съесть его время.
Кто-то деньги.
Кто-то спокойствие.
Кто-то право сомневаться.
Кто-то право ничего не хотеть.
Кто-то — право самому решать, что для него означает счастье.
Но в отличие от сказочного Колобка Аркадий однажды понял одну простую вещь: чтобы тебя не съели, необязательно всё время убегать.
Иногда достаточно спросить:
— А зачем мне это?
Удивительно, сколько людей после этого сами уходят.
А ещё он понял, что человек не обязан ежедневно становиться лучшей версией себя.
Иногда вполне достаточно не стать худшей.
Не обязательно всё время расти.
Деревья растут вверх, пока не достигнут своей высоты, а потом почему-то не считают себя неудачниками.
Не обязательно постоянно выходить из зоны комфорта.
Дом вообще-то строят именно затем, чтобы в нём было комфортно.
Не обязательно искать предназначение.
Иногда предназначение обнаруживается само — когда ты делаешь то, что умеешь, заботишься о тех, кто тебе дорог, и не слишком мешаешь жить остальным.
И уж совершенно не обязательно знать, где ты будешь через пять лет.
Потому что пять лет всё равно наступят.
И, скорее всего, совсем не там, где ты планировал.
******************
Однажды внук спросил Аркадия Семёновича:
— Деда, а кем мне стать, когда вырасту?
Аркадий хотел сказать:
«Врачом».
Потом подумал: нет.
Хотел сказать:
«Учёным».
Снова передумал.
Можно было ответить современно:
«Тем, кем захочешь».
Но и это показалось ему подозрительным. В восемь лет человек может захотеть стать космонавтом, пиратом и динозавром одновременно.
Поэтому дед сказал:
— Сначала человеком.
— А потом?
— Потом посмотрим.
— А хороший человек — это какой?
Аркадий задумался.
— Который не объясняет всем вокруг, как им надо жить.
Внук посмотрел на него.
— А ты хороший?
— Стараюсь.
— Получается?
— Не всегда.
— Почему?
— Потому что я тоже человек.
Мальчик удовлетворённо кивнул и убежал играть.
Анна Петровна, слышавшая разговор, сказала:
— Красиво сказал.
— Случайно получилось.
— Записать надо.
— Зачем?
Она посмотрела на него и рассмеялась.
— Всё. Молчу.
******************
А вечером Аркадий Семёнович сидел на балконе.
Город шумел.
Кто-то куда-то ехал.
Кто-то опаздывал.
Кто-то строил карьеру.
Кто-то открывал бизнес.
Кто-то разводился, чтобы начать новую жизнь.
Кто-то женился, потому что новая жизнь уже началась.
Кто-то проходил курс по осознанности.
Кто-то учил других финансовой независимости в кредит.
Кто-то снимал ролик о том, как перестать зависеть от чужого мнения, и каждые пять минут проверял количество лайков.
Кто-то составлял план жизни до 2050 года.
А кто-то просто пил чай.
Аркадий относился к последним.
Он откусил кусок булочки.
Анна Петровна вышла на балкон.
— Опять булку на ночь ешь?
Аркадий замер.
Старая сказка вдруг подозрительно напомнила о себе.
— Ем.
— Вредно.
— Знаю.
— Поправишься.
— Возможно.
— И что?
Аркадий посмотрел на булочку.
Потом на жену.
Потом на вечерний город.
— Ничего.
И спокойно доел.
Потому что за долгую жизнь Аркадий Семёнович Колобков всё-таки понял главное отличие человека от Колобка:
Колобок всю сказку боялся, что его кто-нибудь съест.
А человек чаще всего всю жизнь боится, что кто-нибудь его осудит.
И ещё неизвестно, кому из них труднее убежать.
Но Колобков больше не убегал.
Ему наконец-то было куда возвращаться.


Дмитрий Аронбаев