В Петербургском Гостином Дворе

**************

Каждый, кто приезжает в Петербург, непременно должен посетить огромный четырехугольный Гостиный двор на Невском проспекте. Он представляет собой нескончаемую вереницу торговых лавок, но каждое помещение — это сокровищница, ослепляющая как своей обстановкой, так и выложенными в ней товарами. Особенное очарование своими товарами придают Гостиному двору страны Востока. Ткани из персидского шелка переливаются яркими красками, разложенные тут и там восточные ковры поражают искусностью узоров, своеобразной игрой цветов и прочностью плетения; скатерти с изумительно тонкой вышивкой; кавказские пояса с украшением из филиграни и кусочков серебра, потемневшего в иссиня-черный цвет; инкрустированное золотом, серебром и драгоценными камнями оружие из дамасской стали; тапочки с вышивкой из цветной сафьяновой кожи... — Все это придает торговле неповторимый, характер, превращая ее в своего рода великолепный спектакль. К тому же и сами продавцы с их длинными окладистыми бородами, темными персидскими глазами и величавым достоинством в каждом жесте облачены в одеяния своей родины. Все это создает картину, завораживающую своей красочностью. Особенно удобным для покупателей является расположение магазинов по кварталам, так что однотипные вещи можно найти в одном ряду. Чтобы сориентироваться внутри, достаточно спросить первого попавшегося продавца: "Отец, где здесь меховые лавки? А где продаются шелка, кожи, сапоги, одежда, одежда для младенцев?

Однажды в Гостином дворе я поддался искушению зайти в лавку халатов с моим спутником-петербуржцем. Я попросил его помочь купить мне халат из красного персидского шелка со странно прихотливым узором, который я выбрал из целой горы бухарских халатов.

— Сколько стоит этот халат? — спросил мой друг у бухарца с бритой головой и татарскими косичками, который внимательно нас разглядывал. Вместо ответа тот начал хвалить на все лады свои прекрасные изделия, обращая наше внимание на их качество.

— Ах, — говорит, — видно, Вы знаток. Из всех халатов Вы выбрали самый красивый, самый лучший. Вчера один генерал купил у меня похожий, но он был далеко не так хорош, как этот. —

— Возможно, но я не об этом спрашиваю. Я хочу знать, сколько стоит этот халат? —

— Да Вы просто присмотритесь, и Вы увидите, какой прочный изумительный шелк и какой мягкий. —

— Отлично, но скажите наконец, сколько он стоит? —

— Вы можете мне не верить; но на днях тамбовский губернатор заказал у меня полдюжины таких халатов. —

— Если Вы сейчас же не назовете цену, — нетерпеливо перебил его мой приятель, — мы пойдем к Вашему соседу. Его мальчик уже ждет снаружи, чтобы увести нас в лавку своего хозяина. Может быть, там мы сможем найти что-то, что понравится нам еще больше. —

— Еще больше? У него? Такого просто не может быть. Позвольте сказать Вам, что мой товар пришел сюда с караваном прямиком из Ташкента. —

— Ладно, — сказал мой приятель. — Кажется, этот человек ничего не хочет продавать и думает, что мы наивные провинциалы. —

Торговец не дал моему другу договорить.

— Ваше превосходительство, — начал он, — подождите, пожалуйста, минутку. Если бы это было московское изделие, я бы отдал Вам его за 80 рублей, и даже дешевле; а так меньше 200 рублей я не могу взять. Но мне хочется, чтобы вы пришли ко мне снова, и поэтому халат будет стоить для вас 150 рублей. —

— Я уже говорил, что, кажется, Вы не хотите ничего продавать или думаете, что мы не разбираемся в ценах. Глупо просить такие деньги за этот халат, — ответил мой друг, намереваясь выйти из лавки.

Бухарец загородил нам путь.

— Ваше превосходительство, — крикнул он, — не уходите! Назовите свою цену, за сколько Вы готовы купить мой халат? —

— Я не могу назвать никакой цифры при таких возмутительных ценах с Вашей стороны.

— Ваша светлость, а если бы я сделал невозможное и взял 75 рублей?

— Слишком много, чересчур много! —

— Ну, так пусть будет 50 рублей, но это мое последнее слово, — сказал бухарец как бы с досадой и стал складывать халаты.

Я посмотрел на своего друга, но тот остался совершенно равнодушным и наконец сказал:

— Вы, должно быть, ошиблись и хотели сказать 25 рублей. —

— Что? — крикнул купец, — 25 рублей? Вам, как я погляжу, нравится подшучивать надо мной. Клянусь бородой пророка, одна подкладка халата стоит дороже. Вы сказали «30 рублей»? — ну, хорошо! давайте 40 — и халат Ваш. —

— Я сказал «25 рублей», хотите или не хотите, это последняя цена, и не держите нас здесь больше! — На этот раз мы уже стояли в дверях магазинчика, перед которым переминалось несколько молодых парней, наперебой уверявших нас, что у них халаты намного красивее и дешевле.

Бухарец поспешно последовал за нами и сказал с жалостливым выражением лица: — Ваше превосходительство, ради будущих моих клиентов возьмите халат. Но знайте: еще одна такая же сделка, — и я разорюсь.
..............
*******

Продавцов, которые не могли готовить себе еду, поскольку им было запрещено разводить огонь внутри Гостиного двора, снабжало продовольствием множество разносчиков (коробейников). На доске или в корзине они несли в ряды лавок на продажу свой товар: яйца вкрутую, соленые огурцы, маринованные и соленые грибы, соленую и копченую рыбу, вареники и пироги (с начинкой из шинкованной капусты, репы, мяса и рыбы), красивые белые булочки и пышный белый хлеб, сбитень, квас, ягодные газировки, а летом лимонное, малиновое и ванильное мороженое...
 
Перевод с нем.
Татьяны Коливай

*******************

Данный текст представляет собой фрагмент
путевых записок немецкого писателя
Августа Грубе (1816-1884),
сделанных во время его путешествий
по России в 1850гг.