Как стать разведчиком человеческих душ, ч. 12

О других преподавателях Сталинского горного техникума, их особенностях и требовательности

Кроме Александровой Натальи Гавриловны, Агнессы Александровны Симоновой, на мой взгляд, лучших преподавателей техникума,  мне запомнился, конечно же, куратор нашей группы Ефим Абрамович Фляксер. Это был такой импозантный еврей, польского происхождения, преподаватель английского языка. Как уже подчеркивалось в других миниатюрах, мне не пришлось лично у Ефима Абрамовича изучать английский язык. Дело в том, что группа была разделена то ли на две, то ли на три подгруппы. Я не попал в его подгруппу. Но отлично помню его как куратора. Все-таки в течение 4-х лет быть куратором и не оставить никакого следа в душах подчиненных тебе людей не возможно. 

Вернемся к обучению в Сталинском горном техникуме и к нашей группе ПРУМ-11. Хотя в целом группа была дисциплинированной, но в ней случались всякие отклонения от норм социалистической морали, на которые приходилось реагировать, прежде всего, куратору. Так, например, наш староста группы Нещеретный Петр неожиданно в конце первого семестра женился и решил перевестись на заочное отделение, причем, в Краматорский машиностроительный техникум, поскольку он был родом из этого города, где на первом месте были металлургия и машиностроение. Поэтому встал вопрос о замене старосты группы.  Здесь, видимо, до конца не продумал наш куратор Е.А. Фляксер вопрос с кандидатурой старосты. Он решил назначить вместо Нещеретного куратором Жору Колосова, как самого уже взросло студента с 1925 года рождения – еще участника войны. Мы не возражали, хотя относились к нему как к не особенно ответственному человеку. К тому же он был из местных, поэтому не проживал в общежитии. А процентов 60-70 студентов жили в общежитии, и все дела вершились именно здесь. Не помню, сколько продержался Жора старостой (точно не больше семестра). Где-то подрался с каким-то парнем из города, был выпившим, поэтому в техникум поступила «депеша» на Колосова Жору.
Тут же куратор организовал собрание. Заслушали Жору, и хотя он признал свое недостойное поведение, обещал, что дальше ничего подобного больше не случится, но наш куратор Фляксер Е.А. в это не поверил, заявив:
- Ви, Колосов, больше не староста. Ви, не можете руководить группой. Я Вам не верю.
Предложил старостой назначить Титова Николая. Такого веселого студента нашей группы из общежития, отличного баяниста, фотографа и даже художника. Учился он хорошо и отлично. Обладал легким каким-то особым нравом. Всем нравился, всех бесплатно фотографировал, играл в самодеятельности. В общем, без него нам бы было скучно жить. Это назначение оказалось очень удачным, и Титов руководил группой до ее выпуска. Автору посчастливилось последние два года жить с Николаем в одной комнате, вместе с Костей Синицыным и, по-моему, с Володей Цыганием.  Таким образом, на этот раз куратор не ошибся, за что ему большое спасибо от всей группы ПРУМ – 11 и дальше вплоть до выпуска в 1957 года, когда группа с одиннадцатой  стала сорок первой.

Здесь же в техникуме ходили «легенды» о математике группы ПРУМ-12 Вашестике Василии Васильевиче - поляке по происхождению.  Об этом нам рассказывали студенты параллельной второй группы. Якобы он лично учил математике на Рабфаке в Юзовке самого Никиту Сергеевича Хрущева, ставшего осенью 1953 года первым секретарем ЦК КПСС. То ли в правду, то ли всерьез утверждал, что даже и ему ставил двойки, а вам, мол, тем более буду ставить двойки, если не будете учить математику. Но, мол, Никита Сергеевич всегда стремился исправиться, и двойки переходили в пятерки. Поэтому и вы – студенты,  давайте, если уж получили двойку, то стремитесь дальше ее исправлять если не на пятерку, то хотя бы на хорошую оценку. По рассказам студентов параллельной группы Василий Васильевич только делал вид, что был очень строг. На самом деле он любил студентов и не отличался особой строгостью. В результате все студенты второй группы успешно сдавали экзамены по математике под руководством Василия Васильевича Вашестика.

Из других преподавателей первого курса следует выделить Кубышкина Алексея Ананьевича, который будучи секретарем приемной комиссии техникума, признал допущенную ошибку вызова меня на вступительные экзамены и помог мне устроиться на август месяц в общежитие.  Один из разделов горного дела читал нам упоминаемый выше Алексей Ананьевич. Он запомнился всем студентам как очень добрый преподаватель, отлично знающий предмет. Но автор часто ловил себя на мысли, что, наверное, он родом из Кировской области, потому что в его речах и выступлениях чувствовался иногда явно вятский говор. Но спросить его об этом как-то было неудобно, тем более что он вскоре ушел на работу в Донецкий горком КПУ.  Однако, позднее знакомясь с биографией А.А. Кубышкина, удалось выяснить, что он родом из Черниговской области. Но как сохранился у него вятский говор, остается загадкой. Возможно, в его роду были у кого-то вятские корни.  Вообще, Алексей Ананьевич стал со временем, почти что исторической личностью для Донбасса. Дело в том, что позднее, работа в горкоме КПУ, избирался партийными органами первым секретарем горкома, а затем и обкома КПСС. В 60-80-е годы он был партийным руководителем Донецкого обкома КПСС, а до этого выпускником и преподавателем Сталинского горного техникума. Поэтому не запомнить Алексея Ананьевича, думаю, не удалось никому из выпускников нашего техникума. 

О других отличных преподавателях пойдет речь в следующих миниатюрах. А пока  в заключение следует заметить, что роль кураторов в воспитательном аспекте в техникуме была достаточно высокой, отлично работали партийная и комсомольская организации, профком техникума.  И если учесть, что они воспитали первого секретаря городского комитета и первого секретаря областного комитета партии, тогда еще руководящей силы советского общества, то это свидетельствует о высоком авторитете Сталинского горного техникума и его выпускников. А это одновременно говорит и о том, что коллектив техникума  учил нас выпускников к умению раскрывать души своих подчиненных, к умению их убеждать и работать на благо советского общества, не забывая  одновременно и о своих личных интересах.