Узники вечных грёз...

Рассказ написан на основе авторского произведения «Встреча на далекой планете» 2009 года. Я сократил персонажей, изменил немного повествование, но сюжет остался прежним, без особых изменений.
 

- Тут очень красиво, — заметила Елена.
- И подозрительно спокойно, — сказал Семён, оглядывая округу, — очень спокойно.
- Не будь занудой, — усмехнулся Пётр, похлопав его по плечу.
- Каждая планета таит в себе множество тайн и секретов, — ответил Семён, — и эта не исключение.
Пришельцы из далёких звёзд несмело коснулись чуждой почвы. Они замерли на полянке, сотканной из диковинных цветов, в объятиях берёзовой рощи. Изящные нити водопада, словно хрустальные бусы, ниспадали в лазурное озеро с водой, прозрачной как горный хрусталь. В этой неземной красоте царила такая умиротворяющая тишина, что казалось, будто они и не покидали родную планету, а просто выбрались на тихий пикник в знакомый лес
— Возможно ли, что на двух отдалённых планетах эволюция могла развиваться параллельно, — размышлял Семён, — такое чувство, что мы приехали на рыбалку в деревушку Елан-Елга, помнишь, Петя?
— Ага, очень похоже, — заметил его товарищ.
Это сходство с земной флорой поражало и вместе с этим вызывало научный интерес и любопытство. Ведь они путешественники и исследователи новых миров, куда не ступала нога человека. Но в этих путешествиях у Семёна Астахова было своё назначение. Много лет назад в этом секторе бесследно исчез корабль «Пегас», капитаном которого был его отец.
— Я исследую систему Альфа Центавра вдоль и поперёк, до дыр каждую экзопланету на своём пути, — решительно говорил Астахов, изучая звёздную карту, — пусть мне понадобится на это вся моя жизнь, то я готов к этим испытаниям. «Пегас» провалился в неизвестность. Связь с ним прервалась внезапно. Возможно, его затянула чёрная дыра или временная червоточина, а может, корабль сожрали космические термиты с планеты Таир. Я должен узнать правду об отце.
— Надеешься найти Пегас? — спросила с надеждой супруга Елена. — Дорогой, мы пятнадцать лет бороздим космические просторы за пределами Солнечной системы. Сеня, прошу тебя, возвращаемся на Землю…
— Нет, Лена, — резко прервал супругу Астахов, убирая карту в карман комбинезона. — Я надеюсь найти хотя бы останки отца. А когда найду, то верну их на Землю, как обещал маме.
— Семён Астахов, у меня информация, — обратился к Астахову робот Гектор, сканируя область, на которую они совершили посадку.
Шарообразный робот с двумя руками-манипуляторами парил над землей за спиной экипажа. Внизу его корпуса был ракетный двигатель. Его глаза-антенны, которые вращались на 270 градусов и могли сканировать разом всю округу, заметили какую-то странную активность. Но никто не хотел слушать робота. А зря.
— Не сейчас, Гектор, — отмахнулся Астахов. — Лучше займись ремонтом двигателя. Мне не понравилось, как он барахлил во время посадки. Мы не собираемся здесь задерживаться. Я хочу исследовать местность, датчики засекли странный сигнал к югу отсюда.
— Я составлю тебе компанию, — вызвался Петр, проверяя заряды электропистолета, — мы не знаем, какая здесь фауна, возможно, придется иметь дело с хищниками.
— Я, пожалуй, останусь, — тихо сказала Елена.
Астахов не возразил, пообещав, что скоро вернётся. Экран датчика упорно мигал на запястье, маня в неизвестность. В душе Астахова жила неиссякаемая надежда, что это «Пегас» подает сигналы SOS. Возможно, их сенсоры засекли его посадку на поляне и теперь настойчиво посылают сигналы, ожидая помощи. Он решил все проверить.
Семён и Петр достали из кармана кубический предмет и положили на землю. Потом поочерёдно нажали на боковую кнопку на своих «ручных часах». Куб мгновенно трансформировался в плоский диск с креслом и панелью управления. Они сели и пристегнули ремни. Несколько ловких манипуляций с управлением, и дисколёт поднялся над поляной выше берёз. На высоте около пятидесяти метров они остановились и огляделись. Их окружал смешанный лес, который протянулся, насколько хватало глаз. Выбрав путь на юг, они полетели над лесом.
Вскоре лес сменился бескрайними просторами с разноцветьем цветов. Река несла свои бурные воды вдоль песчаных берегов. На полях паслись парнокопытные с большими увесистыми рогами. И, пожевывая траву, безразлично провожали дисколёт. Вокруг царила жизнь, такая далёкая и такая родная для души. Множество планет довелось повидать Астахову в своих путешествиях, но именно эта почему-то «запала в сердце», словно он и не покидал Землю. Но была и обратная сторона медали: эта могла быть ловкая уловка инопланетян, пытающихся вступить в контакт с пришельцами из далёких миров, которые нарушили им мирное существование…
Гектор проверил состояние корабля и убедился, что двигатели в норме и топлива хватит долететь до Земли. Но ему не понравился анализ атмосферы, которая состояла из углекислого газа, в ней было совсем немного кислорода и водяного пара. Температура +50 градусов. Нужно скорее покинуть планету. Иначе будет поздно. Слишком долгое пребывание на поверхности могло ухудшить состояние хрупкого человеческого организма. Им грозит гибель. Странно, почему люди не придали этому значения, когда высадились на планету. Приборы не врут. Или кто-то извне вмешивается в экспедицию астронавтов. И зачем Елена бродит средь тех камней в долине? И куда улетели мужчины?
Елена гуляла по берегу озера и смотрела на водопад, который впадал в озеро. Она была поражена окружающей природой. В небе парили птицы, перекликаясь разными голосами. Дуновение ветра принесло приятные запахи цветов и нежно ласкало траву. Неподалеку на полянке игрались чудесные зверьки, похожие на котят, не обращая внимания на женщину. Возможно, они никогда не видели человека и потому не боялись Елены. Она погладила «котят» и сорвала букет цветов. Здесь было так красиво и спокойно, что хотелось остаться навсегда. За спиной внезапно появился Гектор. Елена вздрогнула.
— Зачем вы вдыхаете аромат этих камней?
— Камней?
Гектор рукой-клешней указал на букет тюльпанов. Лена встала в ступор и попросила объяснений. Но то, что ответил Гектор, вовсе не вязалось с тем, что она видела. Робот утверждал, что они стоят посреди каменной долины, усыпанной кристаллами, которые искрятся и сверкают на солнце как снежинки. Никакого пруда с водопадом и поляны его электронное зрение не фиксировало. Он посоветовал женщине отдохнуть, ибо у нее, видимо, развились галлюцинации от переутомления или кислородного голодания.
— Сделать вам успокоительный укол?
Елена отказалась. Она в полном недоумении смотрела то на озеро, то на букет в руках. Гектор был непреклонен и не умел врать. Он показал запись, на которой простиралась каменная долина и низкие темные тучи над головой. Но все это не имело сходства с тем, что она наблюдала. Елена с воодушевлением смотрела на водопад и березовую рощу, не понимая, о чем говорит Гектор.
— Вемаль — огромная скалистая планета земного типа, местами покрытая льдом, атмосфера которой содержит метан, этан, углекислый газ, — констатировал факты робот, — мы приземлились на горной местности, и не стоит здесь задерживаться. Планета очень опасна для человеческого организма. Вам всем грозит смерть через несколько часов.
Елена была в замешательстве. Она, конечно же, верила Гектору, ибо его зрение отличается от человеческого глаза. И воздействия извне, и гипноз инопланетян ему безвредны. Гектор видел реальность таковой, какова она была на самом деле. Но как все это объяснить? Вдруг внимание Елены привлек некий многогранный кристалл, который заманчиво искрился, словно снежинка. Он лежал в траве и манил к себе. Внутри него что-то пульсировало потоком света.
— Какая красота, — восхитилась женщина, разглядывая кристалл со всех сторон, — никогда прежде таких не видела.
— Нужно скорее покинуть планету, — повторил Гектор.
Но Елена, поглощенная неожиданной находкой, вовсе не слышала и не замечала механического товарища…
Тем временем, пролетая над равниной, Пётр обратил внимание на металлический предмет, очень похожий на разбитую спасательную капсулу, который заметно высился над травой. Сигнал SOS исходил из этого района. Сердце Семёна сжалось в тревоге. Диск опустился на зелёную траву, выпустив опоры. Они вышли. Да, их догадки подтвердились. Утонув в бурьяне, лежала, опрокинувшись набок, небольшая капсула, видимо сброшенная с терпящего крушение корабля. Сигнал о помощи внезапно пропал, словно кто-то резко отключил связь.
Мужчин окружала равнина с высокой травой, доходившей до колен. Ясное небо над головой. Солнце ярко сияло. Судя по обветшалому виду, капсула была здесь очень давно. Корпус был покрыт коррозией, и краска выцвела на солнце, но все же Семён смог разобрать стертые от времени слова «Пегас». Никого внутри капсулы не обнаружив, даже трупов, в его душе появилась надежда встретить отца. Живым. Может, его подобрали местные туземцы. Вроде бы он видел некое поселение в джунглях.
Неожиданно за спиной послышались шаги. Мужчины обернулись и замерли. Напротив них стоял тот, кого они вовсе не ожидали увидеть, но мечтали встретить. И спустя годы эта долгожданная встреча состоялась на далекой, забытой всеми планете. Перед ними стоял невысокий худой бородатый седой старик в старой поношенной униформе астронавта. На голове у него был странный шлем в виде черепа неизвестного животного с рогами. В лобной части ярко поблёскивал кристалл, отражая солнечный свет. Из-под шлема свисали длинные седые космы волос. В этом дряхлом старце едва можно было признать Астахова-старшего. Время и одиночество сильно потрепали его, оставив на лице его опечатки морщин и печаль. Он взялся словно из ниоткуда, будто соткался из воздуха.
— Семён? Сынок? Ты ли это?
— Отец?!
Они бросились друг другу в объятия. Его поиски наконец-то увенчались успехом. И теперь можно возвращаться домой. Но Астахов-старший, казалось, не спешил покидать планету, словно этот дикий мир стал для него родным. И Земля отныне была для него чужим миром, чем-то недосягаемым.
— Как ты сумел выжить, отец? И где твой экипаж? Что это за шлем шамана на тебе?
Старик устало опустился рядом с капсулой, прислонив спину к холодному металлу.
— Присядь, сынок, я уже слишком стар, и мне немного осталось. Я всё расскажу.
— Папа, прошу, полетели домой. По пути ты обо всём поведаешь.
— Не могу.
Семён и Пётр сели рядом. Старик откашлялся и сказал странно:
— Всё, что вы видите вокруг, ничего этого не существует. Это всё иллюзия, рождённая моим воображением. Может, и ты, сынок, и ты, Петя, тоже мои галлюцинации. Я уже перестал отличать реальность от снов.
— Прекрати нести чушь! — обозлился Астахов. — Что за глупости, что за бред. Я настоящий человек, я не галлюцинация.
— Ты сердишься, сынок, это нормально, я не обижаюсь. А ты действительно совсем как живой. Таким я тебя запомнил, сынок.
Отец снял шлем и, положив его себе на колени, вырвал кристалл из шлема.
— Двадцать лет я был узником этой планеты, пленником своих фантазий. Я был королём древнего замка и полководцем, что вёл войско на кровавые битвы, а теперь я вождь племени. И я очень устал...
— О чём ты, папа, я не понимаю.
— Внутри этих кристаллов заключена великая сила. Энергия. Чистый девственный разум, ещё не испорченный пороками и чернью. Они как младенцы, доверчивы и познают мир. Они называют себя Ксан и способны материализовать любые твои фантазии на что только способно твое воображение, посредством иллюзии, настроенные на зрительные нервы.
Астахов с интересом разглядывал кристалл, который дал ему отец.
— Всё, что тебя окружает, это плод моего одичавшего воображения, — молвил он, — и пришло время разрушить эти иллюзии. Я хочу, чтобы ты знал правду, сынок.
Он глубоко вздохнул и сел поудобнее, поджав под себя ноги.
— Однажды утром я проснулся и увидел родное село Тимирово, улицу, где прошло моё детство. Я решил, что умер и попал на небеса. Или вовсе спятил. Но это был Ксан, таким необычным образом они пытались вступить со мной в контакт, чуть не сведя меня с ума. С той поры я двадцать лет живу в плену своего воображения, навсегда потеряв связь с реальностью. Поэтому поначалу я решил, что ты очередная моя галлюцинация, но теперь я знаю, что ты живой и настоящий человек, сынок. Ксаны никогда не встречали людей и биологическую форму жизни, поэтому я был для них диковинка, как если бы ты начал общаться с амебой. Понимаешь, сын?
Семен кивнул.
— Как ты попал сюда? — спросил он.
— Мы совершили посадку для исследований, но во время облета скалы нам не хватило набрать высоту, и сильно ударило фюзеляж корабля, и мы потерпели крушение. Многие погибли. Радио сломалось. Я был на грани безумия. Я часами бродил по каменистой пустыне и вновь возвращался к кораблю. На планете не было ни еды, ни воды и никакой жизни. Я понял с ужасом, что оказался в западне: я узник этого безжизненного мира, и у меня один выход — смерть. Смерть в каменных оковах безумия. Сжимая в руках пистолет, я боялся совершить грех и положился на волю судьбы. На второй день я почувствовал, словно кто-то пытается проникнуть в моё сознание, будто пытался наладить контакт: некто сверлил мой мозг, изучая мои мысли и желания. А я мечтал о доме, жене и сыне. Я понял, что схожу с ума. Но контакт произошел.
На моих глазах сменялись леса и озера, роскошные дворцы и замки, рыцарские сражения, а за ними — ядерные войны. Иллюзия, вызванная воображением, была настолько реальна и ощутима, что однажды меня едва не убил рыцарь.
Семён и Пётр молча и внимательно слушали старика и терялись в догадках, то ли верить ему, то ли бросить все и скорее покинуть планету. Вся эта услышанная история походила на театр абсурда и безумия. И Астахов-старший был его единственным режиссёром и сценаристом. И зрителем на первых рядах. Уж не спятил ли он вовсе от одиночества, одинокий Робинзон на этом богом забытом клочке галактики. Потеряв совсем связь с реальностью.
— Вижу по глазам, ты не веришь мне, сынок, — ласково сказал старик, — и ты, Пётр, тоже да? У тебя в руках Ксан, прикоснись к мысли чистого разума. Подумай обо всем, о чём хочешь.
— И это всё?
— Почувствуй их душу в своих руках.
Семён внимательно рассмотрел небольшой белый симметричный многогранник, внутри которого он видел мерцание света. Оно пульсировало и переливалось разными цветами. Выглядело всё это необычно и прекрасно. Семён зажмурился и погрузился в глубокое раздумье. Время унесло его на крыльях судьбы в далёкое детство. И когда он открыл глаза, то увидел родное село и дом. Мать развешивала бельё, и Шарик сидел на цепи. На крыльце сидел и мыл мордочку Мурзик. И видел Семён себя самого, как он влетел во двор на велосипеде, чтобы проститься с отцом.
— Когда ты вернёшься? — спросила мать.
— Не знаю, это путешествие длиною в жизнь, — отвечал отец, — приказ командования лететь за пределы Солнечной системы, чтобы узнать, что скрывает граница нашего мира. Найти новый дом для землян. До этого мы отправляли только зонды. А это первый полёт с человеком на борту на корабле с гипердвигателем.
- Папа, возьми меня с собой, — взмолился мальчишка, обнимая отца, и крупные капли слезы стекали по его щекам.
- Извини, сынок, но ты слишком юн, чтобы лететь в космос, и к тому же это опасно. Вот подрастешь чуток, выучишься, тогда вперед к звездам.
- Я помню этот день, — сказал Семён, — тогда я видел тебя в последний раз. Помню, как переживала мать, когда сообщили, что Пегас исчез в системе Альфа Центавра. Все это было как будто вчера.
Они сидели рядом и смотрели обрывки воспоминаний, листая страницы прошлого, вновь переживая те счастливые дни. И Пётр был свидетелем этого невероятного представления, словно зритель в кинозале. Все выглядело настолько реальным, что он чуял запах свежескошенной травы.
- Просто невероятно! — воскликнул он.
- Да, Петр, и это не предел, — усмехнулся старик, — все фантазии могут стать реальностью, стоит только пожелать.
- Отец, летим домой, возвращаемся.
- Конечно, сынок…
…За этой сценой наблюдал единственный, кого невозможно было загипнотизировать — Гектор. Он облетел их вокруг, мужчины, поглощенные беседой, казалось, вовсе не обращают на него внимания. В плену своих фантазий и мечтаний они утонули в сюрреалистических снах неведомого и не замечали истинной реальности. А была она такова.
Семён и Пётр сидели на камнях в пятидесяти метрах от корабля. Над головой нависло серое небо с низкими тучами. Бледный диск солнца едва был заметен и дарил тепло этому мрачному царству безмолвия и тишины. Вся долина была усыпана кристаллами разных размеров, и в каждом теплилась жизнь.
За спиной у них были обломки корабля с выцветшими буквами «Пегас». Он уснул мертвым сном уже давно и остался в памяти тех, кто когда-то наблюдал его старт с Земли. Мужчины вели беседу со скелетом в изношенной униформе. Семён сжимал в руках большой кристалл, который пульсировал и искрился, отбрасывая солнечные блики. Семён и Пётр не воспринимали реальность во власти своих иллюзий. И ничего не замечали. Гектор пытался их растормошить и пробудить, но все было бесполезно. Казалось, они оба находились в глубоком гипнотическом трансе.
Неподалеку кружилась в танце Елена, весело смеясь и наслаждаясь видениями, ей одной известными. В руках она держала кристалл. Она также не реагировала на просьбы и слова робота. Она его не видела и не слышала. Он для неё не существовал. Гектор не мог принять нужного решения. Он летал туда-сюда. Ситуация вышла из-под контроля. Если он не спасет экипаж, то они будут обречены. Обречены на погибель. А время шло. Запасы их кислорода были на исходе. Скоро они задохнутся и умрут.
Возможно, та же участь постигла и команду «Пегаса». Они застряли в мире своих фантазий, потеряв связь с реальностью, и ядовитая атмосфера жуткой планеты погубила их всех. Этих несчастных людей некому было пробудить. Они были обречены, как только высадились на планете. Едва они ступили на поверхность, как каждый член команды — от повара до механика — стали пленниками своих грёз и мечтаний, и выхода не было. Они все погибли. Никто не пришел на помощь. И десятки лет одинокий гипнотизер ждал очередную жертву, ту, которая попадется в паутину фантазий, сплетенную из тонких нитей снов. Но кто этот загадочный хозяин каменной долины? Покажись!
— Где ваш корабль? — спросил старик.
— Вон он, гляди, отец.
В лучах заходящего солнца, отражая их на металле, стоял на опорах огромный дисковидный корабль. Пришелец из далекой солнечной системы. Он вернет их обратно домой. Семён с отцом и его команда поднялись на борт корабля. И он взмыл в небо, затерявшись среди неизведанных звезд. Они держали курс на Землю. Домой…
Гектор метался в нерешительности. Времени ждать не было. Он не мог в одиночку управлять кораблём и бросить команду тоже не смел. Он подлетел к Елене и вырвал из её рук кристалл. Сильно сжав клешнями кристалл, он разбил его вдребезги, и тут же в небо улетел сгусток энергии, как миниатюрное солнце. Елена вздрогнула и словно пробудилась от кошмарного сна. Она непонимающе хлопала глазами, оглядывая долину. Ещё минуту назад она весело развлекалась с друзьями на вечеринке в Лас-Вегасе. И вдруг всё разом оборвалось, словно художник сжёг созданный им шедевр. Гектор был прав. Она взглянула на мужа и брата и замерла в ужасе. Они выглядели словно два безумца, совершенно ничего не замечая. Семён отдавал приказы и делал движения руками, как если бы он управлял кораблём. Он глазами, полными счастья, глядел на мертвеца и называл его отцом. Елена попыталась связаться с ними. Но всё было тщетно. Она размахивала перед ними руками, они не обращали на неё никакого внимания. Гипноз был слишком сильным, но как его разорвать? Тут на помощь пришёл Гектор. Он протянул клешню и вынул из рук Семёна кристалл, и, сжав его, разбил. В ту же минуту мужчины пробудились. Глазами, полными безумия, они оглядывались по сторонам и только потом увидели Елену и робота. Видения в миг исчезли.
— А где отец? Что случилось?
— Вы уснули, и вам приснился кошмар, также как и мне, — ответила Елена.
Было ли это массовым гипнозом, вызванным воображением? Ответа не было. И кто эти загадочные существа, которые способны материализовать любые мечты до такой степени, что невозможно отличить от реальности происходящего, также оставалось под вопросом. Они покидали планету молча. Каждый во власти своих дум. Планета становилась меньше, пока вовсе не затерялась среди звезд, став яркой точкой в галактике.
А может, они все ещё на планете? Блуждают в коридоре лживых иллюзий, и нет выхода из этого лабиринта. Узники печальных грез…
                2025-2026