Сорванная маска - 23

Глава двадцать третья

Побег


Рихард на миг растерялся, хотя времени на раздумья не было – дверь внизу, казалось, вот-вот разлетится в щепки.
– Ваше высочество… – начал он.
Синие глаза смотрели на Верта так, что у него пересохло во рту.
– Или мы уйдем отсюда вместе, – быстро и отчетливо сказала Плетка, – или вместе здесь останемся.
Дверь комнаты открывалась внутрь. Девушка бросилась к проему, притворила ее и стремительно повернулась к Рихарду.
– Пододвинь сюда кровать.
В другой миг Верт, наверное, не сдвинул бы дубовое ложе с места, но сейчас он, хоть и с трудом, подтолкнул кровать к проему. Вдвоем с Плеткой они кое-как перекрыли путь.
– Дверь внизу еще держится, иначе они были бы уже тут, – бросила принцесса. – Еще комод. Хорошо, что тут все-таки не тюремная камера, а комната для коронованных особ, – усмехнулась она.
Рихард наконец взял себя в руки.
– Мы больше времени потеряем, пока будем его толкать.
– Зато они не проломятся. Давай, – девушка снова сверкнула синими глазами.
Верт с самой первой минуты, как только ее увидел еще весной, понимал, что она вовсе не красавица, но в эту минуту принцесса была по-настоящему прекрасна: лицо разрумянилось, завитки неприбранных темных волос падали на лоб и щеки, в ярко-синих горящих глазах были волнение и тревога, но никакого страха.
– Ты спускаешься первым.
– Сандра…
– Первым. А то я тебя знаю – начнешь геройствовать и останешься их останавливать, если они ворвутся. Быстрее. Я сразу за тобой.
Будь его воля, он остался бы любоваться ей – такой, как сейчас: стремительной, уверенной, искрящейся от напряжения. Но нельзя было терять ни мгновения. Протестовать не имело смысла – Рихард слишком хорошо знал принцессу и понимал, что если она так решила, то никуда без него не уйдет.
Он шагнул к окну, чувствуя себя последним трусом, беглецом и предателем. Снаружи ударили в дверь, потом снова.
– Сандра, они сейчас…
– Быстрее!
Синие глаза полыхнули так, что Верта словно обдало волной пламени. Рихард проскользнул в окно, вцепился руками в тонкую, тут же натянувшуюся под его весом лестницу.
– Не жди меня, спускайся сразу, – сказал он. – Лестница легко выдержит нас вдвоем.
Плетка, кивнув, тоже бросилась за ним. Стражники колотились в дверь, но кровать и комод пока держались. В темноте Верт ничего не видел, каждый миг ему казалось, что вот-вот наверху охрана уже вломилась в комнату и сейчас кто-то бросится к окну и перерубит шелковую лестницу.
Сверху раздался грохот, затопали сапоги.
– Вниз! – заорал кто-то. – Они сбежали по веревке!
– Еще не сбежали!
На миг кромешная темнота озарилась яркой вспышкой – грохнул выстрел. Стрелявший явно палил наугад, но Рихард услышал, как тихо вскрикнула девушка.
– Сандра!
– Спускайся! – откликнулась она. – Ничего страшного.
Он не видел, далеко ли еще до земли, но услышал голос Феликса совсем рядом, у самого уха, а в следующий миг почувствовал под ногами твердую почву. Громыхнул еще один выстрел, у Верта сжалось сердце, но эта пуля ушла в ночь, никого не задев. Рихард подхватил девушку, быстро повернулся к Феликсу.
– Возьми ее на руки, и бежим.
– Я могу идти! – неуверенно запротестовала Плетка.
– Больше крови потеряешь. Не спорь.
Он хотел еще что-то сказать, но почувствовал на ладони горячую липкую кровь, и всей кожей ощутил, как девушка сжалась, видимо, сдерживая вскрик или стон.
– Давай, – выдохнул где-то над головой Феликс, и Верт осторожно переложил принцессу ему на руки.
– К воротам, быстрее.
Наперерез им уже бежали стражники с факелами. Рихард услышал яростный лай и в следующий миг увидел огромную псину, которая, оскалившись, неслась к нему.
– Быстрее! – рявкнул он Феликсу, вынимая одним движением пистолет из-за пояса и шпагу из ножен. Верт выстрелил прямо от бедра, собака взвилась, перевернулась в прыжке, упала на траву и задергала лапами, но тут же обмякла.
– А ну-ка сюда, господа стражнички, – позвал он, краем глаза следя за рослой фигурой Феликса.
Теперь, при свете факелов, он мог пересчитать охранников. Вряд ли кто-то остался в резерве, скорее всего, они кинулись ловить беглянку скопом – значит, здесь они все. В другой миг у него сработал бы здравый смысл, и Рихард не стал бы нарываться на драку один с десятком противников, но сейчас он, услышав тихий вскрик Плетки, почувствовал такую ярость, что готов был растерзать не то что десяток, а и сотню охранников.
Верт прекрасно понимал, что в драке с множеством соперников он быстро устанет, но в эту минуту почувствовал себя совершенно непобедимым, безупречным, стремительным и неутомимым. Легкий, быстрый как молния, он не совершал сейчас ни единого лишнего движения – длинный тонкий клинок сверкал в свете факелов, и ночь оглашалась жалобными вскриками стражников. Остановить Рихарда в эти мгновения могла бы только пуля, и пару раз охранники пытались стрелять, но Верт был словно заговоренным. Он расправился с несколькими стражниками, остальные в страхе отступили.
Феликс наверняка уже донес Плетку до деревьев, где привязаны лошади. Второй собаки у стражников нет, иначе ее давно бы тоже натравили на Верта, – значит, по следам никто не пустится. Рихард бросился к воротам, почти уверенный в том, что стражники не кинутся в погоню, по крайней мере, не в первые две-три минуты. Некому кидаться – все или перебиты, или ранены. Вокруг было темно. Он подлетел к лошадям как раз в тот миг, когда Феликс устраивал девушку в седле.
– Сандра! – выдохнул Рихард. Ничего другого он сказать не мог, словно разом позабыл вдруг все слова.
– Ничего страшного, – слабым голосом откликнулась она. – Задели бедро.
– На галопе удержишься? – с сомнением в голосе спросил Феликс.
– Постараюсь.
Верт запрыгнул на круп за спиной принцессы и ухватился за заднюю луку.
– Вперед, скорее.
Феликс, показывая дорогу, пустил коня с места во весь опор. Плетка не отставала, и Рихард, сидевший позади нее, в который раз поразился упрямству и стойкости этой тонкой синеглазой девчонки. Всадники пролетели по запутанной лесной тропинке, чудом не сбившись с пути и не выколов себе глаза коварными низкими ветками, и через несколько минут уже были возле условленного места, где Артур Стел ждал их, держа под уздцы приготовленную для принцессы лошадь.
Чтобы не тревожить лишний раз Плетку, Рихард оставил ее на своей лошади, а сам, спрыгнув с крупа, сел на ту, что предназначалась принцессе. Спешиваясь, он коснулся голубого платья девушки и понял, что юбка уже насквозь пропиталась кровью.
– Все хорошо, – еле слышно шепнула принцесса, не дав ему даже ничего сказать. – Я доеду. Если не очень далеко.
– Совсем рядом, – успокоил ее командир стражи, понявший все с первого взгляда. – Вас там никто не найдет, ваше высочество. Едем. Держите-ка фляжку, вам сейчас нужно.
Рихард протянул было руку, чтобы взять за повод коня Плетки, но девушка так взглянула на него, что, казалось, в темном лесу сверкнула молния. Несмотря на нараставшую с каждой минутой слабость, принцесса сейчас почувствовала какие-то внутренние, неведомые ей силы. Еще сегодня днем она уже, казалось, смирилась с судьбой, перестала сопротивляться, и теперь, когда поняла, что кто-то за нее борется, словно окрылилась.
Стел вывел всех на широкую дорогу, по которой совсем недавно мужчины приехали к Золотой башне, и повернул к Стреттену. Рихард с недоверием покосился на командира стражи.
– Вы ведете нас в столицу?
– Нет. Смотрите за принцессой, Верт. Я знаю, что делаю.
И в самом деле – не доехав до города, Артур на одной из развилок свернул в сторону и вскоре остановился. В темноте путники увидели очертания богатого каменного дома, окруженного садом. Несмотря на глубокую ночь, все окна здания были ярко освещены, у коновязи стояло несколько лошадей, а над входом красовалась вывеска.
– «Мимолетное счастье», – вслух прочитал Феликс и с недоумением повернулся к командиру стражи. – Господин Стел, но это же…
– Бордель, – кивнул Артур, назвав слово, которое Феликс не посмел произнести при принцессе. – Думаете, кому-нибудь придет в голову искать тут ее высочество?
– Никогда не бывала в публичном доме, – с трудом проговорила девушка.
Рихард подхватил ее на руки. Теперь, при свете окон и фонарей у входа, было видно, как побелело лицо Плетки. Она уронила голову на плечо Верта и замолчала, но он видел, что девушка не лишилась чувств, а просто бережет силы.
– Идем, – скомандовал Артур, быстро перескочил через несколько ступенек и открыл дверь.
Внутри было светло. Навстречу гостям по широкой, богато отделанной лестнице уже спускалась необыкновенно статная женщина лет пятидесяти.
– Господин Стел, – улыбнулась она. – Две смежные комнаты ждут вас, все как я обещала.
– Спасибо, Миранда.
– А вас, я смотрю, тут хорошо знают, – не удержался Рихард. Стел бросил на него взгляд, от которого любой другой провалился бы прямо сквозь мраморную лестницу.
– Нужна помощь? – хозяйка осторожным кивком указала на девушку, затихшую на руках Верта.
– Пусть принесут воды, чистого полотна, корпии. И поесть ей. И, пожалуй, выпить чего-нибудь покрепче. А с перевязкой любой из нас справится куда лучше твоих… хм… работниц.
Миранда качнула головой, показывая, что все поняла, потом проводила гостей в отведенные им комнаты и замерла у двери.
– Мы же сейчас тут все испачкаем, – Рихард, по-прежнему держа Плетку на руках, указал сначала на дорогое покрывало, а потом на пропитавшуюся кровью юбку девушки, но хозяйка только рассмеялась:
– На этих кроватях творится такое, что покрывала и простыни я не берегу. Нет смысла, – улыбнулась она и выскользнула в коридор.
Верт опустил девушку на кровать, и хотя он двигался плавно, едва дыша, Плетка все равно тихо ойкнула, но тут же спохватилась:
– Все хорошо, ничего страшного. И вообще Эльза говорила, что мы переносим потерю крови намного легче, чем мужчины.
Услышав про Эльзу, Артур Стел изменился в лице. Рихард тем временем, пробравшись через бессчетные нижние юбки, осмотрел бедро девушки и выдохнул: пуля прошла навылет, не задев кость, но, хотя все крупные сосуды были целы, Плетка успела потерять много крови. Хозяйка принесла воду и чистое полотно, и, пока Верт отвлекал принцессу болтовней о всякой ерунде, командир дворцовой стражи наконец наложил повязку и остановил кровь, а потом чуть ли не силой заставил девушку выпить крепкой вишневой наливки и съесть пару кусков пирога с телятиной.
Плетка, поняв, что угроза казни уже позади, несмотря на слабость, словно оживилась – лицо ее по-прежнему было белым, но в синих глазах засверкали привычные искры.
– Артур, Рихард, – растерянно забормотала она, потом вдруг увидела скромно стоявшего в стороне Феликса и улыбнулась ему. – Спасибо. Вы все измотаны, ложитесь.
– Ваше высочество… – попытался что-то ответить Стел, но девушка его прервала:
– Не нужно надо мной трястись. Ни один из вас и внимания не обратил бы на такую рану, и со мной все в порядке. Ну, почти. Если можно попросить у хозяйки какую-нибудь чистую одежду – то совсем замечательно. И ложитесь наконец!
– В первую очередь уснуть нужно вам, ваше высочество, – мягко возразил Стел.
– Я попробую, – кивнула принцесса, но вместо этого осторожно приподнялась и стала с интересом осматривать комнату вокруг. Синие глаза скользили по бархатным занавескам с дорогими кистями, по роскошной резной мебели, потом взгляд девушки обратился к стенам, где висели картины прекрасной работы и весьма откровенного содержания. – Это… это вот в таких комнатах и происходит, да?
– Завтра я перевезу вас в более подходящее вашему высочеству место, – отозвался командир стражи. – Пока мы останемся здесь. Тут вас никто не будет искать.
– Вот уж точно, – согласилась принцесса и, почувствовав, что у нее и правда нет сил, наконец опустилась на подушку.

Отойти от комнат Эльзы Кристиан не успел. Стоило ему сделать несколько шагов по коридору, как из-за поворота навстречу ему показался сам король. Даниэль Нортер, в охотничьем костюме и явно только что приехавший в Стреттен, шел по дворцу без сопровождения, нарушая все заведенные порядки.
– Ваше величество! – придворный летописец кинулся к королю. – Я искал вас.
– У Эльзы? – усмехнулся правитель, кивком указывая на дверь.
Кристиан смутился:
– Нет-нет, я просто узнал, что она сюда приехала, и заглянул поприветствовать.
Король остановился у двери, окинул Кристиана долгим взглядом и вдруг снова усмехнулся.
– Не уходите. У меня появилась прекрасная идея, – он распахнул дверь. – Эльза?
– Ваше величество! – улыбнулась девушка.
– Я не один, – король подтолкнул замершего на пороге Кристиана. – Да заходите же! Сколько вам лет, Кристиан? – спросил вдруг он.
– Ваше величество, я же по срочному делу!
– Потом. Так сколько вам лет?
– Почти двадцать четыре.
– Прекрасный возраст, чтобы жениться, – улыбнулся король. – Вы согласны?
– Жениться? На ком, ваше величество?!
– Вам нравится Эльза? – спросил Даниэль Нортер так, словно самой девушки не было с ними рядом. – Впрочем, я не встречал человека, кому она бы не нравилась. Я обеспечу невесту и выделю приданое, например, неплохой домик с усадьбой где-нибудь неподалеку от столицы.
При мысли о приданом Кристиан немного воспрял духом.
– Ваше величество, а Эльза? Вдруг я ей не подойду?
– Эльза – моя собственность, а своим имуществом я распоряжаюсь без его согласия. Решайте, Кристиан! В браке, по законам Истарала, она станет свободной, так что ваша жена будет только вашей. Со временем, может быть, я вам дам и фамилию.
Летописец опустил глаза в пол. Почему-то он не мог сейчас взглянуть ни на короля, ни – особенно – на Эльзу. Та стояла молча, не произнося ни единого слова, и по прекрасному лицу невозможно было прочитать, что девушка думает обо всем этом. Кристиан же не знал, что ответить. Нет, ему нравилась Эльза, когда он только увидел ее в первый раз. Тогда она казалась недоступной звездой с неба. Но как только он узнал, что девушка – всего лишь невольница, ее очарование словно исчезло. Впрочем, домик с усадьбой и обещанная в будущем фамилия снова подогрели его интерес к девушке.
– Ваше величество, позвольте мне все-таки сказать, – попытался он пока увильнуть от разговора о свадьбе. – Я… я хотел вам сообщить… – Кристиан выразительно посмотрел на Эльзу, потом перевел взгляд на короля, словно показывая тому, что разговор должен проходить с глазу на глаз.
Даниэль Нортер понял его знаки.
– Говорите при Эльзе, Кристиан, – медленно произнес он. – Что случилось?
– Рихард Верт в Стреттене. И планирует похищение принцессы Александрины.
Кристиан заметил, как по лицу Эльзы скользнула радостная улыбка, но девушка тут же взяла себя в руки и приняла самый озабоченный вид. Король же в один миг переменился, темные глаза его сузились, он весь словно подобрался и казался сейчас охотничьим псом, который в любой миг готов сорваться в погоню за дичью.
– Откуда вы это знаете?
– Я встретил его в «Кротком голубочке». Похоже, он пытался там нанять кого-то себе в помощь. Он… – Кристиан покосился на Эльзу, но все-таки продолжил, – он боялся, что я его выдам, и силой меня увез, но я вырвался, чтобы предупредить ваше величество!
– Искал наемников? Значит, он один?
– Не знаю, ваше величество. Но неужели его это остановит? Нужно скорее…
Придворный летописец не успел договорить: в коридоре раздался топот сапог, крики, голоса, потом в дверь неожиданно деликатно постучали. Мужчины вопросительно посмотрели на Эльзу.
– Кто там? – крикнула она, не отпирая.
– Это Фернан. Я временно командую дворцовой стражей, пока господин Стел в отъезде по поручению короля. Простите, Эльза, но его величество случайно не у вас? У меня для него срочные новости.
Даниэль Нортер жестом приказал Кристиану открыть засов.
– Проходите, Фернан. Что случилось?
Стражник замер на пороге, с сомнением глядя на Эльзу и Кристиана.
– Говорите при них все, – понял его колебания король.
– Ваше величество, только что прибыл посыльный из гарнизона Золотой башни. Ее высочество принцесса Александрина бежала.
– Что?! – взвился король. – А стража?
– Почти все перебиты, ваше величество. Кто не убит, тот ранен. Даже гонец, которого срочно послали в Стреттен, едва доехал – просто ему досталось меньше, чем другим.
Даниэль Нортер заскрипел зубами.
– Приведите его.
Фернан покачал головой:
– Боюсь, ваше величество, это невозможно. Сейчас посыльный без памяти.
– Верт, – процедил король.
– Скорее всего. Пока гонец еще мог говорить, он сообщил, что было очень темно, и, хотя все с факелами высыпали к башне, чтобы перехватить принцессу, но не успели. Похититель – высокий худой мужчина, прекрасно владеющий оружием.
– Вы уже снарядили погоню?
– Я ждал вашего распоряжения. Но… вы позволите мне сказать?
– Да.
– Скорее всего, погоня бесполезна и ничего не даст. Прошло слишком много времени. Хлещет ливень, который давно уже все смыл, и собаки не смогут взять след. К тому же господин Верт наверняка все продумал и уже укрыл ее высочество в надежном месте.
Король молчал, потом неохотно кивнул, признавая правоту стражника.
– Но все равно – отправьте людей на поиск. Пусть прочешут все окрестные деревни, все постоялые дворы и трактиры. В такую погоду они явно не в лесу прячутся. Ступайте.
Когда за стражником закрылась дверь, Даниэль Нортер несколько мгновений стоял молча, а потом вдруг, резко замахнувшись, с яростью ударил по первой попавшейся статуэтке, что стояла на полочке у входа. Фарфоровая пастушка с овечкой разлетелась на мелкие осколки.
– Мы опоздали, – прошипел король.
– Ваше величество, их непременно найдут! – закивал Кристиан.
– Надеюсь, – сквозь зубы ответил правитель и вдруг быстро добавил: – Откройте окно, тут совершенно нечем дышать.
Кристиан и Эльза переглянулись – в комнате, несмотря на затопленный камин, стоял холод, по старому щелястому дворцу постоянно гуляли сквозняки, от которых не было никакого спасения. Но король снова бросил взгляд на окно. Кристиан кинулся к балконной двери и распахнул ее. Хлынул ледяной поток с мелкими капельками дождя.
– Так лучше, ваше величество?
Даниэль Нортер, не отвечая, опустился на низкую банкетку и вытянулся во весь рост. Он хватал ртом воздух, словно сделать глубокий вдох, но никак не мог. Король вдруг тяжело, глухо закашлялся, на лбу его выступил пот.
– Окно! – через силу прохрипел он, хотя дверь и так уже была широко распахнута, и по всей комнате летал ветер.
Кристиан попытался подвинуть скамейку поближе к балкону, но не смог. Он испуганно смотрел на посиневшего короля, увидел выступившую на губах пену, в ужасе перевел взгляд на Эльзу. Та уже успела взять свой деревянный ящичек со всякими снадобьями, который историк несколько раз видел и раньше.
– Кристиан, помоги его величеству сесть. Осторожнее, – спокойно, даже чуть улыбаясь, сказала она. потом снова улыбнулась королю, словно ободряя. – Вот так, да. Возьми-ка там подушку и принеси, – девушка махнула рукой в сторону соседней комнаты, а сама принялась быстро и ловко расстегивать жемчужные пуговицы на тесной куртке короля. – Давай сюда эту подушку, да, – обернулась она к подоспевшему историку.
Вдвоем они усадили обмякшего правителя. Эльза, по-прежнему улыбаясь, заставила короля подышать каким-то ароматным маслом из своей склянки, потом быстро проверила пульс. Кристиан заметил, как она нахмурилась, но когда девушка повернулась к Даниэлю Нортеру, лицо ее снова было совершенно спокойно.
– Растерзаю их всех, – с трудом пробормотал король.
– Не говорите пока, ваше величество. Нет-нет, страшного ничего нет, просто пока не надо. Кристиан, принеси-ка кувшин из той комнаты.
Несколько минут король молчал, приходя в себя. Но потом, когда смог снова свободно дышать, повторил:
– Растерзаю. И ее, и его. Так, что публичные пытки на площади им просто детской сказкой покажутся.