Французская защита, гл. 2, ч. 11

Когда ржавые железные ворота «Garage du Sacr;-C;ur» со скрипом закрылись за ними, Валерия без сил рухнула на цементный пол, тяжело и прерывисто дыша. Марк подошел к старой чугунной плите автомобильного подъемника, нажал потайной тумблер и посмотрел на спасенную девушку со своей суровой, прозаичной  улыбкой ветерана:
— Ну, вот и всё, Лера. МГИМО и Лувр ждут нас внизу. Добро пожаловать в бункер.
Гидравлическая платформа под ними глухо зажужжала, уводя их в безопасную бездну к Станиславу и Салме. Прорыв был завершен по всем канонам высшего спецназа.
Для Салмы приход Марка — это возвращение её главной силовой фигуры на шахматную доску.
Тяжелая чугунная плита подъемника глухо ухнула, встав на упоры в скальном полу бункера. Из темноты шахты, тяжело дыша, вышли Марк и Валерия. Одежда Марка была испачкана сажей после взрыва «Заслона», на его скуле темнела и сочилась кровью свежая рана, но штурмовой MP5 в его руках лежал как влитой.

— Mon capitaine,— негромко произнес Марк на французском, четко и собранно, словно они были не в частном бункере Монмартра, а на базе в Мали. — L'objectif de la rue de Charonne est neutralise. Deux mercenaires du "Secteur Zero" sont aveugles et hors d'etat de nuire, ils sont confines dans l'appartement. Le temoin Valeria a ete evacuee saine et sauve.

Для Салмы приход Марка равносилен был возвращению её главной силовой фигуры на шахматную доску. Салма резко поднялась со своего места за дубовым столом. В её глазах, обычно ледяных, на секунду промелькнула глубокая человеческая благодарность. Она подошла и крепко, по-военному сжала его предплечье.

— Merci, Marc. Tu tombes a pic, comme toujours, — ответила она на французском. Затем повернулась к Станиславу и Абдулу. — Stas, je te presente Marc Legrand. Mon plus ancien officier traitant. L'homme qui a traverse avec moi toutes les embuscades, de Bamako a Lyon. Sans son experience de parachutiste dans les troupes de marine, Kathy Boudieu aurait nettoye Paris depuis deja un mois.
Марк коротко, оценивающе кивнул Станиславу и Абдулу Траоре. Его профессиональный взгляд спецназовца мгновенно отметил, как спокойно и уверенно эти двое мужчин держат оружие и как расслабленно сидит либерийский дипломат, явно прошедший не меньшую школу выживания.

— Enchante, monsieur Vranovsky, — Марк перехватил автомат поудобнее и посмотрел на Салму. Его лицо снова стало суровым. — Mais nous avons de sacres problemes, mon capitaine. Pendant que nous fuyions par les toits du 11eme arrondissement, j'ai intercepte un code d'urgence de l'armee. Le ministre de la Culture a signe l'ordre d'etat d'urgence sous la menace de l'arme d'Helene de la Roche il y a une demi-heure. Ce ne sont pas les patrouilles de Vernier qui convergent vers Montmartre. Le RAID lourd arrive avec des cameras thermiques et des blindes. Helene a coupe l'air. Ils vont faire sauter les acces aux casemates dans quinze minutes.

В бункере снова повисла ватная, звенящая тишина. Земля над нашими головами вздрогнула от первой штурмовой гранаты, разорвавшейся где-то в верхних каменоломнях.

Я медленно допил свой коньяк, аккуратно поставил хрустальный бокал на пожелтевшие страницы «Черного архива» и посмотрел на Марка, Салму и Абдула. В моём сердце опять вспыхнул тот самый яростный, смертоносный азарт гроссмейстера, у которого в запасе остался последний, самый безумный ход.
— Le RAID, c'est du serieux, Marc, — тихо произнёс я. — Mais ils vont suivre les cartes officielles des speleologues. Abdoul, prends la mallette. Salma, Marc — suivez-moi a l'armurerie. Mon arriere-grand-pere, le comte, n'a pas laisse que des tableaux ici. Nous avons exactement dix minutes pour transformer ces carrieres en un enfer personnel pour le "Secteur Zero" et sortir par une ligne de metro parisienne abandonnee, juste sous le nez d'Helene. Il est temps de faire un roque a l'aveugle.