Кисточка для погоды

Когда я была маленькой, я точно знала, откуда берётся радуга. Её рисуют специальные мастера где-то над облаками.

Иногда за их работой даже можно было наблюдать. Сначала у неба портилось настроение. Оно серело, хмурилось и начинало плакать. Потом дождь постепенно стихал, между облаками появлялось солнце, и мастера принимались за работу. Цвет за цветом в небе проступала огромная дуга. Работа была закончена, и небо снова улыбалось.

Ветер был приветом с моря. А по вечерам луна иногда протягивала к моему окну светлую дорожку. По ней можно было подняться прямо на луну. Она явно приглашала в гости, и меня беспокоило только одно: что скажет мама, если ночью обнаружит пустую кровать.

С радугой было проще. Её можно было нарисовать самой.

У меня были акварельные краски, кисти и несколько стаканов с водой для ополаскивания. Перед новым цветом я тщательно промывала кисточку. Смешивать краски нравилось на палитре. Там жёлтый встречался с синим, красный с белым, один оттенок перетекал в другой, пока не появлялся тот самый, нужный. А вода должна была оставаться чистой.

Однажды на рассвете я рисовала деревья за окном и взяла синюю краску. Они и правда были синими. Ранний свет спрятал привычную зелень, оставив холодные синие силуэты.

Я не спрашивала себя, бывают ли синие деревья. Передо мной были синие деревья. Этого было достаточно.

Детям вообще редко требуется сначала решить, умеют ли они рисовать. Карандаш уже в руке, дом почти готов, солнце занимает половину листа, а рядом растёт дерево такого цвета, какого ему сегодня захотелось. Рисунок может не поместиться на бумаге, у человека окажется слишком много пальцев, а кошка будет размером с дом. Это никого не останавливает. Если места не хватило, можно взять второй лист.

У взрослых между желанием и первым движением иногда появляется пауза. Хочется рисовать, но хорошо бы сначала научиться. Хочется написать рассказ, но неплохо бы выяснить, получится ли. Хочется взять в руки глину, сшить что-нибудь, спеть, придумать, сделать, но тут же возникает вполне взрослый вопрос: а зачем?

Странный вопрос.

Ребёнок не думает, зачем ему кораблик из бумаги, замок из песка или коробка с красивыми камешками. Сегодня камешки сокровища. Завтра из них можно выложить дорогу. Послезавтра один окажется самым красивым и будет жить в кармане. Этого вполне достаточно.

Наверное, поэтому старые детские рисунки так трудно выбрасывать. Косой дом, огромное солнце, странный человечек, синее дерево. Смотришь на них и почему-то хочется снова открыть коробку с красками.

Творить можно очень по-разному. Написать несколько строк, испечь хлеб, подобрать музыку к вечеру, сделать фотографию света на стене. Важно не то, что останется после, а само мгновение, когда чего-то ещё не было, и вот оно появилось.

Иногда достаточно, чтобы между «хочу» и первым мазком ничего не успело вклиниться.

Я давно знаю, почему после дождя появляется радуга. Знаю про солнечный свет, капли воды, преломление и отражение.

Но когда над мокрыми крышами проступает первая цветная полоса, я всё равно на секунду ищу глазами тех самых мастеров.