Этапы практики ночного бдения

Как уже говорилось ранее, практику «ночного бдения» правомерно рассматривать как высшую ступень молитвенной практики, которая следует за чистой молитвой (безмолвной) и зрительной (созерцательной), как молитва восхищенная (тренсцендентная), связанная с переносом сознания и восприятия инока и подвижника за третий порог восприятия в мир Божественных энергий или мир Логоса, который открывается душе человека только после смерти.

По этой причине «ночное бдение» можно рассматривать как окончательное «умерщвление» природы «ветхого» человека, который неразрывно связан с миром материи и вещества, за счёт раскрытия и пробуждения энергетического потенциала внутреннего и совершенно бесплотного человека, как энергии сознания, которая становится своего рода «новой» формой существования «нового» человека в Логосе (во Христе), который до этого формировался посредством исполнения заповедей Евангелия, поста и молитвы и умного делания.

Именно поэтому начало практики «ночного бдения» мало чем отличается от традиционной практики подвижничества на основе молитвенного делания и в частности умной и созерцательной молитвы. Отличием является то, что практика «ночного бдения» предполагает особый и исключительно ночной вариант молитвы, когда сознание и внимание подвижника как бы естественным образом успокаивается, отключая и снижая активность 5-и органов чувств, а ум при этом как бы сам собой «размягчается» и становится более подвижным и податливым для смещения фокуса сознания (точки сборки).

Как говорит об этом преп. Исаак Сирин – «Всякая молитва, которую совершаем ночью да будет в глазах твоих досточестнее всех дневных деланий». «Ночное бдение — это усладительное делание, во время которого душа ощущает ту бессмертную жизнь, и ощущением ее совлекается одеяния тьмы и приемет в себя Духа Святого» (Преп. Исаак Сирин, О Божественных тайнах и о духовной жизни). Фраза «…приемлет в себя Духа Святого» буквально означает то, что в ходе практики «ночного бдения» душа непосредственно входит во вселенную Логоса, погружаясь в мир Божественных энергий, получая возможность черпать энергию благодати непосредственно из Логоса.

Таким образом начальный этап практики «ночного бдения» со существу является как бы продолжением молитвенной практики инока с той лишь разницей, что это практика предполагает самое глубокое погружение ума в пространство духовного сердца из которого ум не просто созерцает мир Божественных энергий в виде фаворского света, а оставляет пространство духовного сердца и выходит ещё глубже во внешнее духовное пространство, а точнее «внешнюю тьму», находящуюся за пределами сферы души и окружающую наш мир плотным кольцом «воздуха бесов», начиная знакомиться с этим загадочным миром. Данный выход ума во внешнее пространство и есть практика намеренного прохождения мытарств ещё при жизни тела.

У любого практика молитвы в этом месте может возникнуть закономерный вопрос о том а как возникает желание подвижника начать заниматься практикой «ночного бдения» или говоря другими словами перед каждым встаёт вопрос о том «ночное бдение» – это естественное внутреннее делание, вытекающее из самой практики молитвы или что-то иное, чему нужно обучаться и что нужно постигать отдельно от всего иноческого делания ?

В действительности желание заниматься «ночным бдением» не является естественным желанием, вытекающим из предыдущей практики. Говоря другими словами, если инок не будет кем-то проинформирован о «ночном бдении» и его важности для духовного спасения в «новом» человеке, он сам никогда не захочет заниматься «ночным бдением» по собственной воле и «ночное делание» для него так и останется навсегда тайной за «семью печатями», причём, в буквальном смысле, поскольку основных этапов или «врат» «ночного бдения» именно семь и с каждых нужно реально снимать символичную «печать».

Таким образом, начало практики «ночного бдения» — это особый и можно сказать священный Акт, как третье и последнее высшее посвящение (инициация) подвижника в запредельное духовное знание и делание, которое существует без слов, как исключительно внутреннее духовное знание, которое передаётся в любой традиции только прямым учителем прямому ученику, как священный дар от сердца к сердцу.

Именно по этой причине во всей богатейшей святоотеческой традиции и учении отцов о душе нет описания практики «ночного бдения», хотя есть множество ссылок и упоминаний об этом делании. Посвящение подвижника в практику «ночного бдения» с точки зрения психологии Логоса – это не просто информирование об этом, а священный Акт преодоления умом третьей завесы сознания «Присутствия Всевышнего» 18-го слоя духовного ума согласно Каббалы, которую в православной традиции можно назвать «Третьим крещением», после «первого крещения», как общего обращения к христианской вере при прохожденип первой «профанной завесы» 6-го слоя и «второго крещения», как пострига в иночество и великую схиму при прохождении второй «завесы парокет» 12-го слоя сознания.

В данной связи посвящение инока в практику «ночного бдения» есть акт величайшей благодати, доверия и ответственности духовного наставника (благодетеля) перед своим чадом, которое удостаивается столь высокой чести получить это священное знание, составляющее сокровенную тайну обретения духовной свободы. Иными словами, у духовного наставника, владеющего «ночным бдением», должны быть все основания для ввода ученика в это священное знание и делание, как веские и неопровержимые аргументы зрелости его духа и души, которой предстоит ещё при жизни познать сладость бессмертия и бестелесного образа жизни в тонком теле энергии, которое ему предстоит пробудить и развить до полноценного внимания и формы бытия.

Нет никаких сомнений в том, что готовность ученика к «ночному бдению» предполагает значительный опыт духовно-аскетического подвижничества, соответствующий уровень безстрастия ученика на основе его отречённости от мира и должную чистоту, утончённость и гибкость ума, как итог длительной молитвенной практики и умного делания. Всё это необходимо иноку для того, чтобы без повреждающих последствий выдержать мощное давление духовного мира и Закона Логоса, который обрушивается на любого кто входит впервые в мир Божественных энергий во всей полноте сознания и очень не многие иноки оказываются способны выдержать это давление и зрелище вселенной Логоса без последствий.

Собственно именно по этой причине практика «ночного бдения» – это ступень духовного роста для тех не многих, кто успешно прошёл этапы: воцерковления или общецерковного подвизания, монашества, как подвизания духовно-аскетического и пустынничества, как подвизания отречённого и совершенного, когда уже ничто не удерживает дух человека в мире повседневности и душа достигла необходимой зрелости для плодноношения и рождения «нового» духовного человека во Христе, как своего рода Воскресения прежде смерти.

«Вопрос. Что значит воскресение души, о котором говорит апостол: аще воскреснусте со Христом (Кол. 3, 1)?

Ответ. Апостол, сказав: Бог, рекий из тьмы свету возсияти, Иже возсия в сердцах наших (2 Кор. 4, 6), показал, что воскресением души должно называть исшествие из ветхости, именно, чтобы произошел новый человек, в котором нет ничего от ветхого человека, по сказанному: и дам им сердце ново, и дух нов (Иез. 36, 26). Ибо тогда воображается в нас Христос Духом премудрости и откровения познания Его.» (Преп. Исаак Сирин, Слова подвижнические, Слово 21)

Сама инициация, как процедура введения достойного инока в практику «ночного бдения» заключается в особом Акте и процедуре т.н. «духовного объяснения» или высшего «духовного откровения» уму, когда в атмосфере соборности и агапы духовный наставник объясняет ученику все аспекты тонкости устройства человеческой души, как светящейся сферы, с возможностью выхода ума и восприятия за границы этой сферы для путешествий по вселенной Логоса.

В ходе этого объяснения наставник сообщает ученику о том, что у каждого человека есть два типа внимания и два типа сознания и восприятия – «ум головы» и «сознание духовного сердца». Одно касается повседневного мира материи, а второе – «сознание духовного сердца» касается исключительно тонкого мира Божественных энергий. При этом «ночное бдение» – это и есть целенаправленное достижение и использование «центра духовного сердца» для пробуждения и развития «второго внимания», которое в обычной жизни практически никогда не используется и для его использования требуется некое особое внутренне побуждение и желание, которое можно назвать духовным намерением пробудить «второе» внимание для его развития и практического использования.

Наставник особо подчеркивает и даёт понять ученику, что без формирования несгибаемого духовного намерения пробудить второе внимание невозможно и само по себе оно не раскроется. Поэтому от ученика требуется особое духовное усилие и понуждение для пробуждения и раскрытия «второго внимания», как основы «нового» духовного человека во Христе. Именно поэтому после инициации ученику потребуются ещё годы только на то, чтобы сформировать подобное намерение, как необходимое условие практики «ночного бдения».

В данной связи подготовительным этапом для практики «ночного бдения» можно считать этап формирования устойчивого духовного намерения овладеть «вторым вниманием», как вниманием тонкого тела энергии. На это может уйти не один год.

Соответственно первым этапом практики «ночного бдения» после формирования устойчивого духовного намерения является этап пробуждения «второго внимания» с помощью намерения, как возможности устойчиво и чётко воспринимать всё происходящее в сновидении с полным и ясным осознанием сюжета и всех событий сна. Ключевой задачей первого этапа «ночного бдения» можно определить саму возможность устойчивого перехода в состояние осознанного сна без потери ясности и контроля над осознанием.

В абсолютном большинстве случаев «ночное бдение» осуществляется как естественный переход практики Иисусовой молитвы в молитву, протекающую уже во сне. На первом этапе «ночного бдение» осознание перехода между бодрствованием и сном даётся очень тяжело и большинство практиков не осознают самого момента перехода, а обнаруживают себя уже только во сне, когда переход уже прошёл совершенно бессознательно.

К примеру, если инок входил в «ночное бдение», т.е. засыпал с Иисусовой молитвой в уме (или на устах), то после обнаружения и осознания себя уже во сне, он не должен утратить контроля над собой, полностью отдавшись стихии сна, а должен сохранять внимание и трезвение с возможностью продолжать молитву или иное делание, которое и является способом удерживания внимания в сновидении без рассеивания.

На первоначальном этапе практики «ночного бдения» удерживать внимание на осознанной молитве во сне удаётся крайне непродолжительное время после чего внимание рассеивается и сознание погружается в обычный сон. Но по мере практики продолжительность осознанного делания во сне увеличивается и достигает практически полного контроля сна и сновидения. Успешным прохождением первого этапа «ночного бдения» можно считать выработку способности устойчиво воспринимать во сне и контролировать силой намерения, как духовного аналога силы воли, любую ситуацию, не давая ей возможности спонтанно измениться и трансформироваться во что-то непредсказуемое.

Таким образом в ходе первого этапа «ночного бдения» происходит пробуждение «второго внимания», которое из зыбкого и неуправляемого состояния сознания переходит в то, что порождает устойчивые ощущения, которые чувствуются и переживаются как полноценная реальность, аналогичная повседневной, только иного и более тонкого уровня. Пробуждение полноценного «второго внимания» и есть символичное «рождение нового» духовного человека свыше от Духа, поскольку «второе внимание» – это внимание Логоса. Именно таким путём зыбкое на первом этапе и едва уловимое ощущение развивается в новое полноценное состояние бытия, которое можно назвать практической духовной реальностью.

Данный факт пробуждения «второго внимания», как основы «Нового» человека во Христе, является для подвижника самой большой наградой за все его труды на поприще христианского подвизания, ведь это не иллюзорное и не воображаемое, а практическое подтверждение зрелости его души, которая ещё при жизни сподобилась познать неизреченную радость бытия будущего века.

«И душа, принимая в себя небесное семя, до тех пор, пока не родит, терпит скорбь, подвергаемая многоразличным искушениям; а когда она родит, то есть станет совершенной, радуется радостью постоянной и неизреченной, потому что родился небесный и новый человек в горний мир.» (Преп. Макарий Египетский, Собрание рукописей, Духовные беседы, Беседа 52, 3)

Полноценное «второе внимание» и есть то самое состояние души, о котором святитель Феофан Затворник говорил как о возможности «…сохранения самодеятельности и самоуправления», когда душа, как тонкое тело энергии, становится полностью автономной и самостоятельной в мире Божественных энергий не нуждаясь в физическом теле, поскольку вся жизнедеятельность души осуществляется за счёт не физических, а духовных органов восприятия и осознания, которым более не требуется физического питания и дыхания, поскольку всё осуществляется за счёт энергии Логоса и возможностей «новой» формы человека, как гражданина небесной вселенной Логоса.

Чисто практически первый этап «ночного бдения» начинается с умения и навыка не просто осознать себя во сне, а в способности найти «якорь» для начала бдения в виде точки фиксации «второго внимания». Этой точкой может стать любой реальный предмет, но лучше чтобы этот предмет имел прямое отношение к человеку. Это важно потому, что именно с этого предмета «второе внимание» и восприятие каждый раз начинает процесс сновидения и именно к этому предмету оно возвращается каждый раз при начале рассеивания и утрате контроля, как к «якорю», не дающему сознанию уплыть в сферу бесконтрольного сновидения.

Конечной фазой первого этапа «ночного» бдения является возможность сохранения устойчивого осознания и восприятия в сновидении при котором сон достигает такой степени реальности во всех деталях, что практически не отличается от восприятия повседневного мира, а сознание обретает способность сохранять контроль над происходящим во сне как в реальном мире. Достижение данных навыков говорит о том, что подвижник успешно прошёл первый этап «ночного бдения».

По логике вещей за первым этапом «ночного бдения» должен следовать второй этап на котором происходит дальнейшее углубление сферы «второго внимания» с дальнейшим утончением осознания и восприятия. Второй этап «ночного бдения» связан с выработкой практической способности инока осознанно переключаться между параллельными снами и сновидениями, сохраняя одинаково устойчивый контроль в каждом из них. Задачу второго этапа «ночного бдения», как и задачу первого, ставит непосредственно духовный наставник.

С точки зрения психологии Логоса навык осознанного переключения между сновидениями означает не что иное, как повышение уровня энергии благодати, которой теперь хватает на контроль не одного сна и сновидения, а сразу нескольких параллельных сновидений, которые осознаются и контролируются в равной мере без рассеивания внимания. Можно сказать, что на втором этапе практики «ночного бдения» инок учится контролированию стольких параллельных сновидений на сколько хватает потенциала его внутренней духовной силы и энергии (энергии благодати).

При этом совершенно очевидно, что навык контроля большого числа параллельных сновидений говорит о высоком потенциале энергии благодати, что косвенно свидетельствует о ещё большем «уплотнении» и достаточно высокой «плотности» тонкого тела энергии (души), которая становится всё более автономной духовной сущностью, напоминающей «взрослеющего» ребёнка, который всё более осваивается в новом для него духовном мире Божественных энергий, который во многом аналогичен миру повседневности, только иной по параметрам энергии.

Продолжая аналогию пробужденного «второго внимания» с восприятием обычного ребёнка, можно сказать что главным соблазном для не зрелого «второго внимания» является соблазн деталей и внешних духовных форм, которые захватывают не зрелое «второе внимание», как и красивые игрушки и игры захватывают внимание обычного ребёнка, который забывает и теряет себя в них. Примерно то же самое происходит и со «вторым вниманием» инока, которое подпадает под притягательную силу образов и предметов в параллельных сновидениях, привязываясь к ним и теряя контроль надо сном.

Это крайне опасная и искусительная ситуация, поскольку за образами и формами в сновидении стоит совершенно конкретная энергия совершенно конкретных сил и сущностей, которых ещё не может распознавать не зрелое «второе внимание». А поскольку абсолютное большинство параллельных сновидений протекает во внешней тьме «воздуха бесов», то за большинством форм и образов в сновидении стоят именно бесы, как духовные сущности, которых и привлекает возрастающий потенциал энергии осознания инока.

Вот почему на втором этапе «ночного бдения» происходит и первое практическое знакомство с обитателями духовного мира, которые могут вступать во взаимодействие с иноком именно посредством образов и разнообразных форм и умение инока сохранять трезвение во сне, не поддаваясь влиянию этих форм и образов, является показателем зрелости души, которая не ведётся на уловки и приманки духовных искусителей, сохраняя верность Логосу и Богу. К слову бесы и духовные сущности ничего не могут сделать душе в духовном мире, если душа сохраняет невозмутимость (безстрастие) и чётко осознаёт всё происходящее в сновидении.

Таким образом второй этап «ночного бдения» условно можно сравнить с умением обычного ребёнка или подростка чётко ориентироваться в новой и незнакомой ему местности с умением помнить себя и всегда возвращаться назад к «дому», т.е. в своё осознание сна с последующим пробуждением в повседневной реальности в своём физическом теле. Не сложно понять, что второй этап «ночного бдения» не просто ещё более утончает сознание и восприятие, а способствует развитию нового навыка в виде возможности свободного перемещения между параллельными сновидениями, не поддаваясь влиянию духов и соблазну быть захваченным деталями и образами с последующим погружением в них.

Завершением второго этапа «ночного бдения» является превращение обычного сна и сновидения в реальный трансцендентный процесс переноса сознания и восприятия в тонкий мир Божественных энергий, как вселенную Логоса, с возможностью свободного путешествия по этой вселенной посредством осознанного переключения между параллельными сновидениями, не попадая под искусительное влияние обитателей этой вселенной.

Принципиальной особенностью второго этапа «ночного бдения» является то, что мир сна и сновидений окончательно перестаёт быть для инока областью грёз и процессов, протекающих сугубо в головном мозгу и нейросетях мозга, а превращается в совершенно конкретную и что самое главное объективную параллельную реальность со своими совершенно конкретными процессами, законами и обитателями, которые реальны так же, как и процессы, законы и обитатели повседневного мира. Более того, успешное прохождение второго этапа практики «ночного бдения» порождает у инока совершенно чёткое ощущение того, что Божественная реальность тонкого духовного мира является даже более реальной, чем реальность мира повседневного и это создаёт известное противоречие между реальностями, когда мир повседневности обесценивается окончательно, как реальность самых грубых и самых примитивных форм и возможностей.

Данное противоречие вызывает не просто обесценивание мира повседневной реальности, а известный соблазн как можно больше времени проводить в реальности параллельной, как реальности осознаваемого и управляемого сновидения, переключаясь между параллельными сновидениями, как «каналами телеэфира».

Данное противоречие решается на третьем этапе «ночного бдения», который даёт новый навык интеграции (объединения) двух ранее отдельных реальностей – повседневной реальности и реальности сновидения в одну глобальную материально-духовную реальность, где чёткая граница между бодрствованием и сном как бы стирается и восприятие учится без перехода от от одной к другой воспринимать целостную реальность мироздания, как сплава двух реальностей – материальной и энергийной, как более грубой и более тонкой.

Таким образом если на первых двух ступенях «ночного бдения» утончённое восприятие и осознание сновидящего имеет дело только с миром сновидения, не распространяясь на мир повседневный и грубо материальный, то на третьей ступени бдения тонкое восприятие и осознание переходят на повседневный мир, становясь как расширенным диапазоном восприятия мира обыденной реальности, что делает инока зрячим не только материально, но и энергетически (духовно), поскольку ум и восприятие начинает фиксировать многие энергетические процессы и артефакты, которые ранее восприятию были недоступны.

Задачу третьего этапа «ночного бдения», как и первого и второго, определяет наставник, и этой задачей является умение инока увидеть в состоянии осознанного сновидения собственное спящее тело. Причём, собственное тело должно быть не проекцией сна в сновидении, как созданное воображением и памятью, а это должно быть реальное физическое тело человека, пребывающее в состоянии реального сна в реальном месте, где и произошло засыпание.

Данный манёвр сознания является по истине уникальным, поскольку он фактически устраняет тот барьер восприятия и ту границу 18-го слоя, которая является границей отделения двух реальностей и миров – материального и духовного, как границей третьей завесы ума Присутствия Всевышнего. Фактически задачу третьей ступени «ночного бдения» можно назвать как намеренным овладением эффектом «аутоскопии», как возможностью наблюдения своего физического тела со стороны.

Если проводить аналогию с повседневной реальностью, то задачу третьего этапа «ночного бдения» можно условно сравнить с умением уже не ребёнка, а молодого человека самостоятельно отправляться в некое далёкое зарубежное путешествие, где нужно пересекать «таможенную территорию», с возможностью возвращаться обратно домой, т.е. в собственное осознание. Любопытно то, что материальный мир в этом состоянии уже не воспринимается «домом» души, как было ранее, поскольку ощущение «дома» всё больше и больше переносится в мир Божественных энергий вселенной Логоса, хотя высшие миры остаются для сознания ещё недоступными.

На третьей ступени «ночного бдения» инок обретает подлинную духовную жемчужину в виде инструмента интегрального духовного сознания, как высшей формы ума, а точнее уже сознания, которое с лёгкостью может оперировать как категориями энергии, так и категориями материи, фактически интегрируя ранее разделённые ум центра головного мозга (интеллект) и ум центра духовного сердца (духовное сознание) в высшее интегральное сознание, как единое и целостное сознание Логоса (Христа).

Таким образом после третьей ступени «ночного бдения» уже не существует ранее отдельных осознанности мирской, как повседневной, и осознанности духовной, как сверхъестественной, а существует одна интегральная осознанность единого и целостного интегрального мира в котором одно является как бы естественным расширением другого, составляя единое целое, которое было разделённым только в уме и сознании человека, не имевшего своего духовного расширения.

В результате прохождения третьей ступени «ночного бдения» тонкое тело энергии ещё больше уплотняется за счёт новых духовных связей и становится частично видимым обычным зрением в виде «световых эффектов» как внутри физического тела, так во вне в виде аморфной световидной структуры, точно повторяющей контуры физического тела. Именно эти световидные эффекта тонкого тела энергии и фиксируются «духовными артефактами» у многих известных святых и духовных людей.

Вот как описывает подобный артефакт основатель христианской психологии святитель Феофан Затворник:

«Эта светозарность души у таковых нередко прорывается и наружу и бывает видима для других. Бывши в Санкт-Петербурге в сороковых годах, я слыхал об этом от некиих и очень желал увидеть то своими очами. Случилось мне принять к себе одного инока, в котором начали уже проявляться ощутительные действия благодати. Началась речь о духовных вещах. По мере того как входил он в себя и мысль его углублялась, лицо его все более и более светлело, а потом стало все бело, как снег, и глаза его искрились. И об отце Серафиме Саровском говорят, что он часто просветлялся, особенно во время молитвы в церкви, видимо для всех. О подобных проявлениях есть много сказаний в отечниках. Об одном пишется, например, что лишь только он, став на молитву, поднял руки к небу, как из всех пальцев обеих его рук потекли пуки света на довольное пространство. О другом говорится, что ученик его пришел к нему за чем-то и постучался, ответа не было. Он пригнулся посмотреть в скважину и увидел, что старец стоял весь в огне, как столп света. И много-много есть таких сказаний. И про святителя Тихона я еще маленький слышал нечто подобное. Преображение Господне, когда Он явился весь облистан светом, одного с этим происхождения. Лучезарность такая при переходе в другую жизнь обнаруживается уже сама собою естественно, ибо тогда спадает это грубое тело и не мешает ей быть видною для других.» (Св. Фнофан Затворник, Что есть духовная жизнь и как на неё настроиться, Просветление оболочки души. Разные степени этого просветления, С 124)

Принципиальной особенностью третьего этапа «ночного бдения» является то, что на этом этапе инок впервые сталкивается с духовным феноменом, известным как «дух привратник» в лице служебной духовной сущности, которая может общаться с человеком посредством человеческих мыслеформ, которые воспринимаются устойчивым внешним голосом, дающим советы, делающим подсказки и объясняющим суть происходящего через аспекты не материи, а энергии Логоса.

Фактически «дух привратник» выполняет обязанности некого духовного ассистента тонкого мира задачей которого является комментирование происходящего с точки зрения высшего закона движения энергии (закона Логоса). Любопытно то, что на данной ступени духовного роста «дух привратник» может проявлять себя не только в духовной реальности сновидения, но и в повседневном мире нашей обыденной реальности, вызывая своим внезапным появлением в первый раз панику и испуг от чужеродного голоса, внезапно возникшего и ставшего слышимым как бы откуда-то изнутри. Характерной особенностью «духа привратника» является то, что он говорит только правду и не может врать в отличие от бесов и других духов, но распознать голос «привратника» могут только очень опытные во бдении иноки. Голос «привратника» в духовной литературе иногда именуют «голосом видения» или «духом истины».

Завершение третьего этапа «ночного бдения» связано с поистине уникальной способностью и возможностью инока воспринимать или буквально «видеть» энергию любого явления и объекта под любой его внешней формой и проекцией, что делает подвижника полноценно духовно зрячим, поскольку это «видение» энергии распространяется как на пребывание в мире духовном так и повседневном. Для видения энергии иноку достаточно только изъявить намерение «видеть» энергию. Не сложно понять, что «видение» энергии осуществляется не физическим телом, а исключительно самим тонким телом энергии, которое может быть мгновенно актуализировано из физического тела, как сугубо духовное восприятие.

О четвёртом этапе «ночного бдения» пишуший к сожалению не может ничего сказать и написать, поскольку не достиг лично данной ступени роста и не обладает личным опытом прохождения данного этапа. Из разных источников, относящихся к разным религиям и духовным культурам известно, что на четвёртом этапе «ночного бдения» инок учится путешествовать в теле энергии в разные реальные места, находящиеся, как в нашем мире, так и за пределами нашего мира. Завершением четвёртого этапа является выработка уникальной способности осуществлять через сновидение и перенос физического тела, т. е. возможности просыпаться не там где человек заснул, в где захотело проснуться тело энергии. Это своего рода возможность духовной «телепортации», которую Христос демонстрировал своим ученикам после Своего Воскресения.

На следующих этапах «ночного бдения» (5, 6, 7) происходит дальнейшее совершенствование тела энергии «нового» человека вплоть до полной интеграции двух тел в одно – то, в котором Христос и предстал перед своими учениками после Воскресения, когда Его «новое» бессмертное тело энергии было совершенно неотличимо от «ветхого» тела, распятого на кресте, включая все раны, полученные при этом. Осязание апостолом Фомой раны на теле Христа, оставленной от копья сотника Лонгина, является свидетельством точности копирования телом энергии физического тела.

Любопытно что в мировой духовной культуре и традиции тема «ночного бдения» и его ступеней также нашла широкое отражение. Собственно сама практика «ночного бдения», как уже говорилось ранее, не является изобретением христианства и православного исихазма, а является древнейшей духовной практикой всего человечества, уходящей в незапамятные времена и известной во всех духовных культурах и традициях.

В мировой традиции ступени «ночного бдения» также именуются «вратами сновидения», «чертогами Творца», «ступенями бардо», «священными вратами» и т.д. Из духовных первоисточников описание «врат сновидения» можно встретить в Каббале, буддизме и тольтекской традиции, описанной антропологом Карлосом Кастанедой.

В Каббале семи «вратам сновидения» соответствуют «семь Чертогов» (Хейкалот), которые должна пройти душа в состоянии глубокого сна для достижения высшего света Творца. У каждых врат Чертога стоит Страж (Дух привратник), который требует от входящего предъявить «печать», как чистоту намерения (энергию). Если входящий не готов, страж не пропускает его через врата. Данное описание можно найти в книге «Сефер Хейкалот» (Книга Чертогов I–VIII вв. н.э.).

Аналогичная концепция имеет место и в тибетском буддизме и в частности в йоге сновидений (Милам), где существует глубоко разработанная система работы со сном и сновидениями, состоящая из семи ступеней мастерства сновидения. Данные ступени описаны в труде «Шесть йог Наропы», «Тибетская книга мертвых» (Бардо сна), труды Миларепы.

Осознание процесса сновидения.
Преодоление страха и иллюзорности образов.
Обучение трансформированию объектов сна.
Обучение переключению между объектами сна.
Посещение чистых земель (будд).
Слияние сновидение и яви в одну природу (пустотность).
Обретение свободы от циклов перерождения (кармы).
Кроме Каббалы и буддизма описание четырёх из семи врат сновидения приведено и Карлосом Кастанедой, проходившем на протяжении 15 лет обучение у мексиканского мага дона Хуана Матуса. Вот какие врата сновидения он указывает в книге «Искусство сновидения»:

1. Первые врата сновидения: Это порог осознанности, связанный с осознанием момента засыпания. Практическая задача – найти во сне свои руки. Сновидящий должен научиться переводить взгляд с рук на любые объекты сна и обратно, чтобы удержать фокус внимания. Резултат практики – обретение контроля над сновидением и закрепление состояния осознанного сна.

2. Вторые врата сновидения: Это порог осознанности, связанный с умением просыпаться в другом сне, который в психологии известен как «ложное пробуждение». Суть практики заключается в том, чтобы осознать пробуждение во сне, но не в физическом мире, а в другом сне. В процессе данной практики тонкое тело энергии учится переключаться между параллельными сновидениями без возвращения в обычную реальность. Результатом данной практики является возможность обнаруживать «неорганических существ» (бесов) и обходить их пагубное влияние.

3. Третьи врата сновидения: Это этап перехода развитого «второго внимания» из мира сновидения в реальный и повседневный мир. В ходе этой практики сновидящий обучается видеть и воспринимать со стороны собственное спящее тело, находящееся в реальном мире. В результате практики происходит синхронизация двух вниманий и восприятий в одно уже не мире сновидения, а в реальном времени. При этом тело энергии предельно уплотняется и начинает интегрироваться с физическим телом.

4.  Четвертые врата сновидения: Это этап развития сновидения до такого уровня, когда сновидение становится полноценным инструментом для путешествий за пределы нашего мира в другие миры и миры, находящиеся в сознании и намерении других людей. В ходе практики происходит обучение перемещению тела энергии в различные конкретные места. В результате сновидящий обретает способность использовать сновидение как транспорт для путешествия в иные реальности.

Пятые, Шестые и Седьмые врата Карлос Кастанеда оставляет без детального описания. Дон Хуан упоминает, что эти последние врата ведут к окончательному путешествию и достижению состояния тотальной свободы в «третьем внимании» — состояния, когда физическое и энергетическое тела полностью сливаются воедино покидая этот мир. Поскольку на этом пути учитель больше не может быть проводником.

Похожие упоминания о 7 вратах можно встретить и в теософии Е. Блаватской, которая также говорит о 7 вратах астрального мира в «Тайной доктрине», а также у Чарльза Ледбитера в «Астральном плане» и у Алиса Бейли. В том же суфизме существуют практики путешествий в имагинальный мир (Алам аль-Мисаль) посредством сна и сновидений. Хотя суфийские мастера говорят о большем числе «завес» (хиджаб) сознания, которые нужно снять с сердца, чтобы увидеть Аллаха. Схожие представления о сне и сновидениях есть и в индуизме и в частности в Мандукья-упанишадах и Йога-нидре.

Таким образом «ночное бдение» можно в полной мере рассматривать именно христианским и в частности православным путём совлечения «ветхого» человека и обретения «нового» Небесного, рождённого от Логоса и подобного Логосу.

«Когда ум совлечется ветхого человека и облечется в человека нового, благодатного, тогда узрит чистоту свою, подобную небесному цвету, которую старейшины сынов Израилевых наименовали местом Божиим (см. Исх. 24, 10), когда Бог явился им на горе.» (Преп. Исаак Сирин, Слова подвижнические, Слово 18)

(Из книги «Сретение Логоса», К.В. Яцкевич, 2026 г.)

Примечание:  При использовании материала  делать  ссылки на первоисточник.