Месяц на двоих. Йога на крыше

Анна первой вышла из спальни и показала Валерии наружную лестницу. Через несколько минут они поднялись на плоскую крышу, захватив полотенца, свёрнутые коврики, крем от солнца и очки. Дверь за ними закрылась, и в спальне снова стало тихо.

Павел остался на кухне. Он поставил на плиту овсянку, убавил огонь и проверил, чтобы каша не пристала ко дну.

На стенном экране появилось изображение с камеры. Крыша была видна сверху: три лежака, деревянные настилы и узкая полоска залива за парапетом. Ветер шевелил траву на зелёной кровле, солнце уже нагревало доски, но воздух оставался прохладным.

— Камера работает, — сказала сама себе Валерия, устраиваясь на дальнем лежаке. — Идеальная естественная студия.

— Камера нужна для наблюдения за безопасностью, — ответила Анна, думая про какую камеру сказала сестра, про их камеру наблюдения, или вымышленную в голове Валерии. — Не для конкурса выразительных поз.

— В психологии это называется свободой самопрезентации.

— В математике — произвольным выбором параметров, — заметила Анна и разложила коврик.

Павел улыбнулся и помешал кашу. На экране Валерия уверенно заняла место в центре крыши. Анна легла на живот на соседнем лежаке, оставшись в раздельном купальнике и расстегнув верхнюю застёжку, чтобы ей было удобнее загорать. Она поправила полотенце под щекой и посмотрела на сестру с выражением доброжелательного контроля. Ему было видно  как сёстры заняли свои места, одна стесняясь легла на живот, а другая совсем как натуристка, ничего не стесняясь стала полностью обнажённой на коврике для йоги и начала выполнять упражнение поклонения Солнцу. Павел про себя отметил, что Аня не идёт полностью на поводу у взбалмошной сестры - не оголяется как та полностью.

Павел невольно отметил, насколько тщательно Валерия выстраивала каждое движение, будто знала что её запишут в архив видеосъёмки дома. Её уверенность казалась почти демонстративной, но, вероятно, именно так она чувствовала себя свободной. В Анне он предпочитал другое: спокойствие, привычку собирать волосы в хвост, не краситься и улыбаться, когда решение задачи вдруг становилось очевидным. Полностью загорелое, без белых следов белья тело Валерии не казалось Павлу привлекательным. Худенькая беляночка Аня - вот единственная, кто могла разжечь огонь страсти в душе. Строго математически формы Валерии  идеальны, но не милы Павлу, для него на первом месте душа, личность. Он нашёл единственное решение для себя - любить одну Аню, любить одну единственную, на всю жизнь - вот для него стержень смысла его жизни.

Валерия тем временем встала на коврик.

— Начнём с приветствия солнцу, — объявила она. — Дыхание, движение, внимание к телу.

Анна приподняла голову.

— Только без ускорения. На прохладном ветру мышцы нужно разогреть.

— Ты удивительно хорошо сопротивляешься влиянию старшей сестры.

— Я не сопротивляюсь. Я корректирую методику.

Валерия засмеялась и плавно наклонилась вперёд. Павел убавил огонь, добавил в кастрюлю немного воды и снова посмотрел на экран, на котором он искал глазами только Аню.