Лиатрис Корали. Глава 48

Шанс.
Заряна молча всматривалась в рисунки костра. Алан же видел лишь горящий хворост.
- Раньше, когда дракон был ещё жив, ему оставляли жертв прямо тут.
- Откупались так?
Заряна кивнула:
- Да. Год за годом, век за веком.
- А потом пришёл храбрец и отрубил голову доисторическому ящеру?
- А вот и не угадал!- рассмеялась королева,- Как-то раз привели к нему очередного бедного человечка на съедение, а дракон-то помер. От старости.
- Ну это тоже можно считать победой,- Алан поворошил палкой догорающий костёр, встал, чтобы ещё подкинуть дров.
Заряна тоже встала, но пошла вглубь пещеры.
- А откуда название-то такое чудное?- парень аккуратно положил несколько веток в середину костра.
Огонь милостиво облизал одну и перешёл к следующей.
- А разве ты не понял? Поверженный враг не вызывает больше страх. Даже дети не боятся его,- Заряна вернулась обратно и подняла горящую ветку,- Аланко, пора нам. Следуй за мной.
- Как прикажешь, Величество!- улыбнулся Алан и неспешно пошёл за королевой.
Он невольно залюбовался её танцующими при каждом шаге золотистыми локонами. Длинный подол скользил змейкой по гранитному полу пещеры. Округлое жерло и впрямь напоминало длинную шею доисторического гиганта.
- Должно быть, он был динозавром,- прошептал Алан.
- Что?- Заряна вздрогнула и полуобернулась в его сторону.
Заскользили её сапожки по полу и она потеряла равновесие. Факел упал и погас. Алан почувствовал слепоту на ощупь. По бокам всё также скала, он сделал осторожный шаг вперёд.
- Заряна!- проговорил он, выставив руки перед собой.
Но ответа не было. Глаза в темноте не находили ничего, уши не слышали ни звука. Он выдохнул страх и развернулся в обратную сторону. Против такой тьмы он был бессилен. Попытался нафантазировать хотя бы карманный фонарик. Но видимо магия гасла в пределах пещеры. Ведя пальцами по ребристой стене Алан осторожно передвигался в обратную сторону. Вот замигал костёр. Парень сделал вдох и выдох. Уверенно подошёл к импровизированному очагу, поднял едва начавшую гореть ветку и повернулся вглубь пещеры.

Задумался. А ведь можно уйти. Просто уйти. Где там Заряна, что с ней? Какая разница! Он пошёл прочь из пещеры. Отвёл занавесь зелёных листьев. В его глаза зло заглянула темнота осенней ночи. От злости плюнул и повернул обратно.
И вот он вновь внутри «горла дракона». Поднял факел повыше, впереди пустой гранитный ход. Опустил пониже. Всё тот же гранит. - Так, а это что такое?- эхо послушно повторило,- ое-ое-ое!
Почти у самых ног здоровенная лужа. Да нет же! Целое озеро! И недалече от берега беспомощно и неподвижно кто-то лежит.
Алан пригляделся, прицельно осветив то место.
- Заряна!- крикнул он.
Королева не пошевелилась.
Алан огляделся по сторонам, осторожно ведя свет. Погасший факел валялся у самой кромки воды. Алан нагнулся и зацепился за него ногтями, подкатывая к себе палку. Перехватил свой факел покрепке и изловчился, потыкав второй палкой Заряну по спине. Прислушался. Ни звука. Покачал головой и медленно развернулся, чтобы покинуть королеву.
За спиной он услышал слабый кашель.
- Не сегодня,- покачал Алан головой и поспешил к озеру.

Не с первой попытки, но всё же он сумел зацепиться палкой за ей платье. Ткань затрещала, оставляя клочья на острой сучковатой палке и рваные куски на королеве. Ему ничего не оставалось, как и самому опуститься в озеро. Тяжёлая стоячая вода мгновенно остудила его ноги, сводя их судорогой беспомощности. Заряна развернулась к нему, давясь кашлем и стекающей изо рта мутной жидкостью. Она инстинктивно потянула к Алану руки, ища спасения. Он выронил факел, тот с шипением ушёл под воду, поднимая вокруг себя горьковатое облако дыма. Алан подал королеве руку и потянул её на себя, не имея представления, как её спасти.
Заряна умоляюще смотрела ему прямо в глаза. Он повёл плечами, удивляясь, что всё ещё чувствует их. И вдруг понял. От её рук шло тепло. Попытался коснуться хотя бы запястья Заряны. И у него получилось! Лёгкое покалывание пробежало сначала по кончикам пальцев, затем по запястью, и дальше выше до плеча, перемещаясь к другой руке. Он сделал глубокий выдох и легко притянул к себе королеву. А дальше было совсем не трудно. Всего-то доплыть с ней до берега. Алан выбрался на грубый оскал ребристой кромки и вытащил девушку за собой. Упал рядом с ней, тяжело дыша. Закрыл глаза.
- Спасибо,- услышал он её шёпот.
- Не стоит благодарить. Я тебе потом должок припомню,- попробовал он пошутить, с трудом ворочая слова в остывающем горле.
- Я запомню,- прошелестел голос и Алан услышал тяжелеющее сбивчивое дыхание.
Открыл глаза и попытался если не встать, то хотя бы сесть. Потряс головой, разбрызгивая мокрый холод с волос. Тепло ещё не полностью оставило его, наш герой повернулся со спины на бок. Заряна лежала тихо и неподвижно.
- Эй, Величка-королевишна! А как же трон Муравии без тебя?
И тишина в ответ.
Алан закряхтел, вставая:
- Эх, спину-то как скрутило!
Нагнулся к королеве. Проверил пульс, дыхание нечёткое, но всё ж заметил. Подхватил Заряну на руки и потащил в обратный путь, по спасительному «коридору». Он нёс её и чувствовал, как темнота за спиной облепляет его, а весь свет что был, сосредоточился в королеве. Она и впрямь светилась. Но не как Лиатрис, свет Заряны был иным. Обжигающим пальцы, оставляя после себя колкий след, проникающий под кожу. Терпимый, но неприятный. Одним словом, Алан был рад положить Заряну у костра. Он было подумал, что надо бы скинуть мокрую одежду, да и её раздеть, но потом заметил, что лёгкий ветерок опоясал его, обнимая, легко и бережно высушивая рубашку и штаны. Он удивился. А ветерок легонько, но вполне ощутимо щёлкнул его по носу!
- Эй, кто так шутит?- возмутился парень, а ветер перелетел к Заряне, обвевая её, немилосердно потягивая за локоны.
Алан подбросил ещё хвороста в костёр и оглянулся к королеве. Её заботливо укрыл незнамо откуда взявшийся плащ. Да и сама она лежала не там, где Алан её оставил, а на похожем на гранит ложа.
- Чудеса, да и только!- повёл бровью наш герой.
Однако, постелька была одна. Что же делать? Рядом прилечь или соблюсти субординацию и приличия? И стоило ему только задуматься над неразрешимой дилеммой, как рядом с ложем появился узкий топчан.
- Жёстко!- возмутился Алан, но выбора у него не было.
Придётся довольствоваться тем, что дали. Он вздохнул и растянулся на шконке. Глаза как-то сами собой закрылись. Должно быть, от пережитых волнений этого долгого дня, и наш мальчик заснул. Без снов переходя сразу в ту самую глубину сна, где не бывает тяжёлых снов, напоминающих о прожитом.