Прогулка с собакой

    Я получила свою порцию вдохновения, написав стих. А написала я его, послушав индийские песни по радио. Это открыло мою душу, и строки потекли сами собой. Ведь поэзия это мои мысли и способ жизни. Проза тоже стала моим способом жизни, правда не таким возвышенным.
  Итак, отдохнув после полёта воображения, я что-то съела и пошла гулять с собакой. Мы вышли во двор многоквартирного дома и пошли знакомым путём вокруг района. Через дорогу от нас красовалась пивнушка. А мы с Боней проходили мимо заброшенной остановки, где обычно сидели и спали алкаши. Днём их там не было. А вместо них на полу под крышей остановки на расстеленном паласе играли дети. Рядом стояла донельзя переполненная мусорка и только что был поставлен пустой стенд – верный знак приближения каких-то выборов. Собачка прошла мимо, отошла на траву и сделала свои дела. Мы снова прошли мимо детей и спустились по лестнице вниз, огибая район. Я заранее увидела ветви колючки, свисавшие с верхних кустов на дорогу, и на этот раз обошла их.
  Переходили дорогу мы по переходу, расположенному на повороте так, что машины слева не видно. Таких переходов у моего дома два. И я не понимаю, кто их там оборудовал. Перед пересечением этих переходов я долго стою и слушаю, не идёт ли снизу машина.
  Боня ходит очень медленно, всё обнюхивая, потому что он охотник. Я не жду его, отпуская его на всю длину поводка и регулируя его катушкой так, что пёс движется по инерции. Пёс волочится за мной, и мы вновь переходим дорогу. Нас встречает хозяйка другого пёсика поживей, которого она держит на коротком поводке. Я не знаю, хочет ли она, чтобы Боня к нему подошёл. Пёсик виляет хвостом. Хозяйка говорит: «Мы очень добрые». Боня нюхает его. Я улыбаюсь: «Мы тоже добрые, но медленные».
  Я двигаюсь дальше, и мы сворачиваем на другую дорогу, чтобы обогнуть район с другой стороны. Мы встречаем девочку с двумя маленькими собачками, к которым Боня проявляет интерес.  Далее он что-то нюхает в траве и начинает фыркать или чихать. Так он идёт, фыркая. Солнце и зелень вокруг выдают хороший день. Нет сирены с утра и всё выглядит благостно. Я сочиняю эту миниатюру. Ведь писать это мой способ мыслить.
  Я люблю встречать добрых хозяев собак, которые с нами здороваются. Только начав гулять с собакой, я поняла, что люди могут относиться к тебе хорошо, если они с тобой на одной волне.
   Мы проходим детсад и сворачиваем, оставляя позади центральную улицу района, на которой расположены множество кафе, аптек и ломбардов. Я насчитала в нашем районе шесть или более ломбардов на нашем с собакой пути и ещё больше аптек. Вообще я раньше думала, что живу в лучшем городе России. А теперь поняла, что это клоака, где одни игровые ставки, ломбарды, выпивка и аптеки. Здесь хорошо только тратить деньги. А действительно хорошая у нас только природа.
  Мы продолжаем спускаться и идём мимо банка.  Когда Боня писает на его стену, я испытываю удовольствие. Я бы сама пописала на этот банк. Но мне нельзя, а Боне можно.
  Мы идём по аллее сквера, где срубили моё любимое дерево. Я не смотрю туда. Августовские листья обильно покрывают дорогу, предвкушая листопад и ударную работу дворников. Кстати, возле банка стояла переполненная мусорка, что говорит, что сегодня её убирать некому. Я активно примечаю мусор, потому что сама дворник. Радует то, что исчезли свалки рядом с контейнерами. Их все вывезли, а то недавно весь наш город был похож на стихийную помойку.
  На школьном дворе дети играют в футбол. Это успокаивает меня. За забором поля стоят двое мальчишек, а их мяч по эту сторону забора. Я прохожу мимо. Далее идёт школа, где в канун девятого мая дети ходят маршем со строевыми песнями. Я видела это, гуляя с Боней. В моё время мы пели ветеранам военные песни, но маршем не ходили. Не хотела бы я учиться в современной школе.
  Мы проходим с Боней мимо автомойки, над которой зачем-то развивается флаг. Словно он служит ей оберегом.
  Мы обошли район снизу и идём вверх по ступенькам мимо домов общежития, где умные жильцы достроили себе первые и вторые этажи над ними.  Люблю видеть, когда люди своими руками создают красоту и уют:  дома и дворики с зеленью в простых общагах. Кто-то посадил напротив розу и обнёс её с четырёх сторон оградой, чтобы ретивые дворники не срезали. Я сама сажала авокадо и пальмы в сквере нашего дома, но их срезали, оставив неизгладимую рану в моей душе и ненависть ко всему коммунальному. Теперь, глядя на разбитую лавочку в этом сквере, я очень рада.
  Мы поднимаемся с Боней мимо другой отремонтированной школы, на стене которой изображён бравый солдат. Мы подходим к остановке автобусов. Мне тяжело подниматься в гору, и я еду с собакой две остановки вверх. Еду бесплатно по проездному. Водители автобусов продолжают жаловаться на мою собаку в наморднике, а я продолжаю бесплатно ездить. В переполненном автобусе на стекле наклеены объявления:  «помощь наркоманам», «клади трубку, если звонят мошенники» и «Краснодарский край – лучшие условия для службы в армии». А на автобусной остановке с одной стороны реклама мед. центра с изображением беременной,  которая не даёт мне покоя. А с другой стороны наркоманские надписи субкультуры, которые я не могу понять.
  Мы выходим с Боней из автобуса, и я снимаю с него намордник. Приятный вечер. Мы переходим дорогу по известному слепому переходу и идём домой.
  Я кормлю собаку и намереваюсь печь кекс. Но выясняется, что нет масла, а оно, купленное, твёрдое и должно растаять. Поэтому я сажусь за тетрадь и записываю уже придуманный мной рассказ, потому что писать для меня всегда на первом месте.