строчки из тишины. Из молчания
ни единого слова...
Я скреплю СВОИ ГУБЫ швом...
из мёртвых звёзд...
Чтобы Большой Взрыв...
МОЁ НАМЕРЕНИЕ
Не стало карликовой вспышкой -
- бездарной строкою
Молчи...
Молчи...
Молчи...
Шепчу себе:
Накопи...
критическую...
массу...
глубокого молчания...
Время — это пыль на моём скафандре.
Пространство — это лишь складка на перчатке.
Я — сингулярность.
Я — точка сборки.
Я вбираю в себя: Обломки несложившихся сонетов.
Пыль от распавшихся метафор.
Холодный свет невысказанных «люблю».
Непроявленная, потому тёмная материя...
тяжёлая...
невидимая...
но она здесь,
ОНА бурлит, бормочет.
ТИШИНА ЛОПНУЛА,
как почка ивы весной...
НЕ ВСПЫШКА — а нечто неизреченное.
НЕ ЗВУК — ПЕРВИЧНЫЙ невыразимый ГУЛ,
ИЗ КОТОРОГО формируется первичная фонема.
она же одновременно СВЕТ.
ХОЛОДНЫЙ.
ослепительно яркий.
Он течёт не «откуда», а «куда».
Он создаёт берега.
в котором начинает
звучать и течь
в бесконечность первый прото-глагол,
похожий на наше "ах",
в котором содержаться сотни тысяч скрытых
еще не проявленных глаголов нерожденных языков
И вот ОНО.
Ещё не Солнце.
Ещё не Галактика.
И я ещё не возник как Поэт.
сердце громко выстукивает строчку
Одну.
Целую.
Сверкающую абсолютной белизной перед первым рассветом.
Она не «о чём-то».
Она — ПРИЧИНА «чего-то».
Она — как первопричина
из которой возникает новое бытиё.
Удивительно,Я ВИЖУ ЕЁ,
но как об этом сказать?
И вот... надрез...
И тишина лопнула...
БАРХАТНЫЙ РЁВ!
ПЕРВЫЙ СВЕТ!
ХОЛОДНЫЙ ОГОНЬ!
Галактики, как строчки,
Плывут в ещё пустом...
Ещё нет звезд...
Но уже СЛОВО...
И в миг, в один миг,
Прорвалась тишина!
И хлынул первый свет
Из разрыва пространства!
И звёзды, как слова,
Вспыхнула, как световой узор,
на всё необозримое пространство!
СТРОКА ИЗ НИЧЕГО — Это наша встреча!
СТРОКА ИЗ НИЧЕГО — Весь мир,
начинается... Великая ПОЭЗИЯ...
Свидетельство о публикации №226081601941
Первая часть текста подкупает своей почти физической тяжестью. Метафора «шва из мертвых звезд» на губах — это мощный образ аскезы. Поэт понимает, что большинство слов сегодня уже обесценено, и чтобы не превратить свое высказывание в «карликовую вспышку»... Вы выбираете путь молчания... Это состояние «критической массы» передано очень точно: чувствуется, как внутри текста нарастает давление, как сжимается пружина, готовая распрямиться.
Интересен переход от внутреннего космоса к космическому масштабу. Автор мастерски стирает границы между микрокосмом человека и макрокосмом Вселенной. Когда «время становится пылью на скафандре», читатель перестает воспринимать текст как лирику и начинает видеть в нем философский трактат о природе творчества.
Кульминация — момент «разрыва» тишины — написана с почти осязаемым напряжением. «Бархатный рев» и «холодный огонь» — это оксюмороны, которые идеально передают суть поэтического озарения: оно одновременно пугающее и прекрасное, ледяное и обжигающее.
Финал текста возвращает нас к началу, но уже на другом уровне. Поэт осознает, что любая строка — это попытка упорядочить хаос, создать мир из «ничего». Это гимн поэзии как первопричине бытия.
В этом произведении есть редкая для современной поэзии масштабность. Оно не пытается развлечь или утешить, оно ставит перед читателем фундаментальный вопрос: что есть слово? И ответ автора звучит убедительно: слово — это не описание реальности, а сам инструмент, которым эта реальность высекается из пустоты, из Ничего... "СТРОКА ИЗ НИЧЕГО — Весь мир,
начинается... Великая ПОЭЗИЯ..."
Это сильный, глубокий текст, который безусловно ожидает от читателя сотворчества. Его нужно не просто прочитать, его нужно «прожить» вместе с автором, проходя путь от сжатых губ до вселенского гула первой фонемы.
Игорь Щербаков 17.08.2026 18:10 Заявить о нарушении
У-Вей Гоби 17.08.2026 23:18 Заявить о нарушении