Благими намерениями

Венесуэла. Дорога несет нас от притоков Ориноко в Анды. Сейчас это горный серпантин, от которого у меня морская болезнь. Глоток рома спас бы ситуацию, но пока нельзя. Рано!

А вот нашему водителю можно. В самом начале поездки он дважды дунул, а потом несся через лежачие полицейские со скоростью 120 километров в час. Дым от его укропа проник к нам салон, но от чего почему-то кайфовее нам не становилось.

Периодически то справа, то слева от нашего автобусика огромные скалы, а с другой стороны пропасть, дна которой мы не видим. Между дорогой и пропастью в некоторых местах умудряются воткнуться домишки, открытые форточки которых мы едва не задеваем боковым зеркалом. В этой узкой полоске играют дети. Я с ужасом смотрю на карапузов, еще не умеющих ходить, сидящих в придорожной пыли всего в метре от проносящихся мимо колес. Спрашиваем об этом гида. Тот отвечает, что для семьи будет большое счастье в виде денежной компенсации, если кто-то задавит их ребенка.

Близ Сан-Диего заруливаем на бензозаправку, расположенную возле живописного грота, приспособленного под небольшой магазинчик. Заваливаемся всей толпой внутрь и видим дородную испанку с явной примесью местных кровей. Перед ней на прилавке сидит очаровательный ребятенок примерно двух лет. У него чудесные ресницы и огромная кудрявая шевелюра. Его словно взяли с картинки рекламы детского питания. Женщина обнимает его обеими руками, низко склонившись над прилавком. На лице ее гордость и абсолютное счастье. Мы умилены.

- Бонита (исп. - замечательная), - говорю я.
- Бонита? - переспрашивает венесуэлка.
- Бонита! Бонита! - четко проговариваю я, боясь неточности в речи или оговорки.

Услышав это, хозяйка выпрямляется во весь рост.

- Белла! (исп. - красивая) - приходит мне на помощь Андрей.
- Белла? - переспрашивает хозяйка, упирая руки в боки.

Далее следует непереводимая тирада, под гром которой мы пробкой вылетаем из грота.

Видя недоумение на наших лицах, наш гид, классический негр с американским английским, идет внутрь грота, чтобы разобраться в ситуации. Но уже через минуту и он быстрым шагом выходит оттуда, запихивает нас в машину, и мы, немедля, уезжаем. По дороге выясняется, что предмет нашего восхищения не девочка, а мальчик, и мы нанесли чудовищное оскорбление ему, хозяйке, да и вообще всей их семье, и дело могло бы дойти до стрельбы, а нам повезло, что все их мужчины были на работах.