Дудочник

Попалась как-то статья «Лиза Алерт» про эксперимент с детишками. Взрослые подходили и спокойно под разными предлогами уводили с детской площадки чужих детей. Страшно представить, но независимо от пола и возраста, почти каждый на тот или иной довод протягивал руку и уходил. Статья кричала, умоляла просто, проговорить с детьми разные ситуации, в которых никогда, ни при каких обстоятельствах нельзя уходить с чужим человеком. И описывались там вроде очевидные вещи, что никогда мама через чужую тётю не будет передавать важную информацию. И о том, что хоть тётя, хоть дядя могут быть одинаково опасны. И о том, что если взрослому нужна помощь, он будет просить её у другого взрослого, но не у ребёнка.

Я думала, что и в школе и дома мы давным-давно запугали уже наших детей, они боятся на всякий случай всех и на пушечный выстрел ни к кому не подойдут. Это была наивная иллюзия, которая рассеялась как дым, когда я пошла гулять с кошкой. Пока мои собственные дети болтались на детской площадке, вокруг меня и Бусинки моментально образовалась команда других, чужих, кого я видела впервые в жизни. Вежливых, замечательных, славных, но захоти я их увести куда мне нужно за непринужденной болтовнёй, боюсь, они пошли бы куда угодно, заколдованные, словно я дудочник из сказки. Ко мне и раньше бывало подходили потерявшиеся дети, но всегда считала, что это от того, что рядом со мной есть мои собственные. В критической ситуации меня отыскивали среди окружающих как будто по хештегу мать, и я помогала, понимая, что в детстве поступила бы на месте этих ребят также. Чужая мама в сложных обстоятельствах, она как бы немного общая мама тоже.

А тут. Не было никаких причин подходить ко мне и заговаривать, кроме моей безобидной кошки на поводке. И не смотря на всю эту устрашающую статистику пропавших детей, на всю тревожность родителей и учителей в этих вопросах, на постоянно вдалбливание в неокрепшие умы аксиомы: никогда ни при каких обстоятельствах не болтай просто так с чужим взрослым, он может быть опасен, я и пяти минут не успела насладиться одиночеством, а словно Лев Бонифаций из мультика обросла ими моментально в геометрической какой-то прогрессии.