Быть и казаться

Посреди Москвы шестнадцатого века жил человек, у которого не было ничего: ни дома, ни тёплой одежды, ни положения. Зимой и летом он ходил почти нагим, ночевал где придётся, терпел насмешки. Звали его Василий, а город звал его блаженным.

При этом его слова боялся сам Иван Грозный. Рассказывают, как однажды царь стоял на литургии и мысленно достраивал свой новый дворец на Воробьёвых горах, а после службы блаженный сказал ему: тебя не было в храме, ты ходил по Воробьёвым горам. Царь, перед которым трепетала вся страна, смутился, как мальчик. Рядом с Василием невозможно было казаться: он видел людей насквозь.

Откуда у нищего такая свобода и такая зоркость? Думаю, здесь простая духовная связь. Василий совершенно не заботился о том, как выглядит со стороны. Юродство и есть добровольный отказ казаться: умный соглашается выглядеть безумцем, чтобы уже никогда не играть ролей. И когда человек перестаёт тратить силы на «казаться», у него высвобождается огромная сила «быть». А глаза начинают видеть настоящее в других.

Мы живём в эпоху, устроенную ровно наоборот. Немалая часть наших сил уходит на впечатление, которое мы производим: как я выгляжу, как прозвучало, что обо мне подумали, сколько оценок собрала моя жизнь, старательно показанная другим. Говорю «мы» без всякого лукавства. Человеку моего служения искушение «казаться» знакомо, быть может, больше, чем кому-либо.

Блаженный Василий предлагает противоядие, доступное и без юродства: хотя бы иногда делать доброе так, чтобы никто не узнал. И позволять себе быть слабым там, где хочется выглядеть сильным. В эти дни поста внимания, когда экраны немного погасли, попробовать это особенно удобно: меньше витрины, больше жизни.

Блаженне Василие, научи нас не бояться быть настоящими. Настоящих видит Бог.