Персеиды

Пик Персеид она отметила в календаре за несколько недель, ночь без Луны, самая темная в августе. Одно слово напротив числа, покой. Слово обещало тихий вечер, кофе из термоса и небо в росчерках.

Машину взяли на сутки, черную, чужую, нагретую за день солнцем. Выезжали втроем, в ранних сумерках. Левый нижний угол бампера зацепил бетонный край, пластик смялся с коротким сухим звуком. Вышли, посветили телефоном. Фара цела, вмятина с ладонь. Она прикидывала обратный путь, звонки, объяснения. Пока прикидывала, над головой зажглись первые звезды. Поехали дальше.

Дорога уходила от городских огней в ущелье. Склоны гасили зарево, пахло остывшим камнем, с каждым поворотом делалось темнее.

Машину оставили внизу и поднялись по тропе выше, до открытой поляны. Расстелили плед, кофе пошел по кругу. Считали вслух, каждый свое, длинные, что чиркали через полнеба, и короткие, у самого гребня, видные только краем глаза. После сотой сбились все разом.

Наутро машина ушла обратно. Разговор, расписка с печатями, смятый угол уложился между завтраком и ужином.

Ночью, уже дома, она вспомнила, что под звездопад положено загадывать желания. Ее желание весь вечер лежало рядом на пледе и считало вслух на два голоса.