Двойная радость

Поэтические переводы

От переводчика

Приветливый читатель мой!

Великобритания дала миру много славных имен, прославивших человечество. Они украшают любую область знания. О многом британцы сказали впервые.  Многие важные открытия в физике, математике, биологии, медицине, философии и экономике, науке и технике были сделаны именно ими. И настолько ярко, точно и образно они это сделали, что весь мир столетиями повторяет гениальные мысли англичан и ежедневно пользуется их великими открытиями.
            
Творчество английских писателей и поэтов украшает мировую литературу.

Поэзия – это часть национального сознания. Английская поэзия – это явление подлинно английского отношения к жизни, традиционно разумного и разумно традиционного. Европейцы считают, что жизнь – игра, англичане уверены, что крикет – это игра.

Творчество английских поэтов – лучезарные и мудрые страницы в истории мировой литературы. Совершенство формы, глубина мысли и образность – краеугольные камни английской поэзии. Поэты - любимцы англичан.

Поэзия находит благословенные струны в человеческом сердце, веселом и грустном, счастливом и печальном. Созвучие струн души рождает песню жизни.

Так уж сложилось, так уж пошло, английская литература – это божество. Столько великих и славных имён, хватит, пожалуй, на стадион.

Все имена называть ни к чему, помним из детства сказку-мечту: дядя Скрудж и Питер Пэн,  Мэри Поппинс и Джим Хокинс, Шалтай-Болтай и Пятачок,  Робин Гуд и Король Артур, Маугли и Оливер Твист, Алиса и Чеширский кот, Кролик Питер и БДВ (Большой и Добрый Великан), Винни-Пух и все, все, все…

Английский язык многому меня научил, познакомив с творчеством поразительно талантливых и очень умных людей. Он направил меня в разные страны, где мне посчастливилось несколько лет работать с замечательными людьми. Деньги не делают человека счастливым, но это успокаивает. Он успокоил меня. Без денег трудно стать человеком, с деньгами трудно им остаться. Он помог мне остаться.

Люди ошибочно утверждают, что все женщины одинаковы. А дело как раз в том, что все женщины разные. И спасибо им, озорным, весёлым, добрым и радостным, за трогательные ласки, искренне шумные поцелуи, шутливые слова удовольствия и неумелой похвальбы. Спасибо за то, что они так раскачали мою простую, но неуёмную душу, что она, не выдержав напряжения, треснула и в тонком ручейке удовольствия росой блеснуло поэтическое слово.

Два кусочка сахара

Давно то было и не знаю,
Где сказка, а где, может, быль,
Господь, на Землю женщин опуская,
Во всех кусочек сахара вложил.

И чтоб мужчины сильно не скучали,
Когда с женой не будет мир и лад,
Какой-то женщине, красивой и без шали,
Он два куска отдал, поверь, за так.

И сахар тот вкуснее даже мёда,
И слаще жёлтой дыни на столе,
В нём наслаждение от Бога
И радость человека на земле.

Не золото мужчины страстно ищут,
То враки, люди, и одно враньё.
Они отдать готовы даже «тыщи»,
Чтобы увидеть, где же то Оно.

И ищут днём, ругаясь и страдая,
И по ночам не воду с грусти пьют,
То, проклиная жизнь, а то вздыхая,
Всё сахар ищут, ищут - не найдут.

И я потратил в жизни сил немало,
Пока не понял сразу я, друзья:
Кому-то много сладких попадало,
А коль была без сахара – моя!

Не боги стихи переводят, но очень сильно помогают. Известно выражение: тот, кто переводит прозу, раб; но тот, кто переводит поэзию – соперник. Насколько удачно мне удалось передать всю прелесть и всю мудрость стихов английских поэтов, судить Вам.



             
               



 Уильям Блейк (1757–1827)
         
   Мотылёк

Мотылёк ты мой, мотылёк,
Тебе было совсем невдомёк,
Когда глупым движеньем руки
Я тебя погубил и все игры твои.

Разве не схожи с тобою мы?
Ты мотылёк, и я такой же, как ты.
Или разве ты не похож на меня?
Ты человек и такой же, как я.

Танцы ли, песни и то же вино,
Всё до поры в этой жизни дано.
Буду я жить до того только дня,
Пока не раздавят глупо меня.

Если же разум всему причина,
Он жизни основа, душа и сила.
Если разума нет или мало его,
Кончину свою не ищи далеко.

Так вот почему скажу о себе:
Жизнью живу мотылька на земле.
Живу ли я здесь или тут умираю,
Я мошка счастливая, и я это знаю.      

               


               
Артур Хью Клаф (1819–1861)


«Нет Бога, – грешник сказал.
– И это есть благодать.
Иначе бы Бог нас всех наказал,
А как – нам лучше не знать».
            
«Нет Бога, – юнец признал.
– Но если б Он даже и был,
Мужчине бы Он не желал,
Чтоб вечно ребёнком слыл».

«Есть или нет – дело в ином,
–  торгаш поведал ворча. – 
Смешно, если считает Он злом,
Чтоб прибыль имел бы я».

«Есть или нет, – богач сказал.
–  Суть даже совсем не в том.
Просто люди такие, как я,
Не знают нужды ни в чём».

Другие сказали мненье своё,
Сомневаясь в этом и в том:
Нет Бога, когда им хорошо,
И не думают даже о Нём.

Но люди простые, те всегда
Молятся кротко в вере своей.
Священник и его жена,
И много семейных людей.

Счастливы все в первой любви,
Веря наивно чувствам своим,
Но в реальном мире они
И не знают, что делать им.

И почти каждый, когда болезнь,
Старость или беда настигнут его,
Склонен думать, что Бог есть
Или кто-то похожий так на Него.

               


Джон Донн (1573–1631)

      Песня

Поймай с небес упавшую звезду
И мандрагору дай, чтоб дети были.
Скажи, где прошлое лежит и почему
Копыта чёрту раздвоили?
Песни русалок понять научи
И зависть как стороной обойти
Или как найти
Те силы,
Чтоб честный ум подняли и развили?

Если тайное видят очи твои,
Невидимый мир открой.
Дни и ночи по жизни скачи,
Пока не станешь седой.
Когда вернешься, поведай ты мне
Обо всех чудесах, что нашёл на земле.
Но клянусь,
Что нигде
Женщины верной не найти тебе.

Если найдешь, то мне скажи,
Приятно поехать туда.
Но нет, там не будет моей ноги,
Хоть был бы соседом я.
Она верной была, когда встретил её
Или, когда мне писал письмо.
Но будет она
Пока
Я приду, двум или трём неверна.
               
               

Александр Броум (1620–1666)
            
   Любовь, долги, вино

Бывало, я влюблялся, порой долги имел
И часто напивался, когда того хотел.
Есть три беды на свете – любовь, долги, вино.
И смертному придется спасаться от всего.
Из-за любви несчастной я начал горько пить,
Питьё меня заставило в долгах по шею быть.
И сколько раз пытался подняться я со дна,
Но, видно, мне иная указана судьба.

Ничто, лишь только деньги излечат душу мне,
Они забыть помогут все грустное в судьбе,
Они долги заплатят, заплатят всё сполна
И свежим счастьем снова наполнится душа.
И та, что не хотела и слышать про меня,
Меня полюбит снова, огнём любви горя.
И я опять страдаю, и я опять люблю.
И, вновь в долги влезая, я постоянно пью.

               
               
Александр Броум (1620–1666)
            
      Намерение

Не говори мне о лике красивом,
Ни о красных ланитах, губах,
Ни о стиле волос её дивном,
Ни о гладко лежащих кудрях,
Ни о голосе чудном её,
Ангелы песни поют таким.
Если бы выбор отдали мне,
Сделал бы я всё это моим.
Если хотите, чтоб я любил,
Такой она быть и должна.
Одно условие, что я ей мил,
Что она будет любить меня.

Красота женщин – это, по сути,
Других вещей описание
И сходство лишь с тем, что мы
О предмете знаем заранее.
Розы измажут их губы, ланиты,
Лилии испортят их белизну.
И что за чудак, что тени ищет,
Стараясь понять красоту?
Если хотите, чтоб я любил,
Такой она быть и должна.
Я б иначе стакану служил,
В котором полно вина.

               

Александр Поуп (1688–1744)
               
        Одиночество

Счастлив тот, чьи мысли и труды
Связаны с пядью родимой земли.
Кто радость жизни в том находил,
Что воздухом дышал родным.

Счастлив тот, чьи отары и поля
Дают шерсть и молоко, дают хлеба.
Чьи деревья жарким летним днем
Порадуют тенью, зимой – огнём.

Блажен, кто живёт, не зная забот,
Кто дням и годам счёт не ведёт,
Чьё здоровье, душевный покой
Радость несут в жизни земной.

Блажен, кто ночью крепко спал,
Работал много, славно отдыхал,
Наивность чья так нравится другим
И ходом жизни, и разумом своим.

Хочу, чтобы меня не видели, не знали,
Когда умру, над гробом не рыдали.
Хочу с земли исчезнуть незаметно
И где лежу, чтоб не было известно.

               


лорд Альфред Теннисон (1809–1892)
               
    Цветок

Я в землю ясным днём
Семя посадил просто так.
Цветок вырос на месте том,
А люди сказали: «Сорняк».

Туда и сюда люди ходили,
В моём саду гуляя.
Недовольно ворчали они,
Меня и цветок ругая.

Занял цветок весь простор,
Корона его блестела.
Но воры залезли через забор
И ночью украли семя.

Всюду семена сажали они
В городах и у башни любой,
Пока не заохали люди:
«Красивый цветок какой!»

Возьми слова мои в толк,
Чтобы идея понятна была.
Многие вырастят цветок,
Есть теперь у них семена.

У одних красивый бутон,
У других не бутон, а так.
И снова судачат о нём,
Он не цветок, а сорняк.

             

Роберт Льюис Стивенсон (1850–1894)

      Романс

Из песни птицы на заре и света ночной звезды
Я брошку сделаю тебе, чтоб любовалась ты.
Из зелёных дней в лесу и синих дней на море
Дворец построю я, чтоб было хорошо обоим.

Займусь я кухней, ну а ты - комнатой своей,
Ракитник ярко там цветёт, сверкает и ручей.
Утром в дождь и ночью, когда падёт роса,
Ты бельё постираешь, искупавшись сама.

Не будет рядом никого, лишь музыка одна
Для песни дивной, но как редко звучит она!
Песня о дальней дороге и о дорожном костре
Чарует только тебя и помнится только мне.

               


Уильям Шенстон (1714–1763)
            
  Ландшафт


Как славно меж родных холмов
  Я проводил все дни!
Было ли раньше столько цветов?
  И были ли прекрасны они?

Как мило улыбалась долина,
  Как лучилась земля кругом!
По долине речка скользила,
  Березы венчали холм!

А ныне, когда нежные чувства
  Торопят на встречу к любимой,
Мешают мне сильно холм и река,
  Проверяя любовные силы.

Но с тех пор, как в тебя я влюблён,
  Не видят уже красоту глаза.
Серебристый поток и зеленый холм
  Разделяют любовь и меня.
               
               

лорд Альфред Теннисон (1809–1892)
   
     Прощай

К морю, речка, плыви,
Выше вставай волна.
Здесь не будет моей ноги
Никогда, никогда, никогда.

Тихо и нежно речка плыви
Там, где поля и луга.
Здесь не будет моей ноги
Никогда, никогда, никогда.

Но дерево будет вздыхать,
И будет дрожать осина,
И будет пчела жужжать
Вечно, как раньше и было.

Тебе светят солнца лучи,
Дрожь тысячи лун видна.
У тебя не будет моей ноги
Никогда, никогда, никогда.

               


Матильда Блайнд (1841–1896)
 
Вчера темно и уныло стало

Вчера темно и уныло стало,
Сердце ужасно болело моё.
Без твоей любви казалось,
Мне больше и жить не дано.

Но вот пою и смеюсь я вновь,
Нет теперь забот у меня.
Не заберёшь ты мою любовь,
Которой я обожаю тебя.

И если завтра жить буду я,
Сердце моё не будет страдать.
Отдавать лучше, считаю я,
Лучше намного, чем брать.

               

  Уильям Блейк (1757–1827)

       Секрет любви

О любви своей не говори,
   Любовь не слов достойна,
Ведь дуют тихие ветра
   Невидимо, безмолвно.

Что я люблю, я ей сказал,
   Всю душу ей открыл,
Как волновался, как дрожал,
   Но след её простыл.

А вскоре, как ушла она,
   Здесь путник проходил,
Её невидимо, безмолвно
   Он тихим вздохом покорил.

             
               
Френсис Уильям Бурдильон (1852–1921)

   У ночи тысяча очей

У ночи тысяча очей,
У дня лишь только глаз.
Но меркнет свет для жизни всей,
Когда луч солнечный погас.

Много глаз у ума бывает,
Один глаз лишь имеет душа.
Но смысл всей жизни пропадает,
Когда любовь мертва.

               


Перси Биш Шелли (1792–1822)
 Когда целуешь, страшно мне

Когда целуешь, страшно мне,
Но смысла нет меня бояться.
Много забот у меня на душе,
Чтобы ещё и твоей заниматься.

Боюсь твоей улыбки, слов,
Но смысла нет меня бояться.
Невинна сердца моего любовь,
Хочу тебе лишь поклоняться.

               

Перси Биш Шелли (1792–1822)
      
   Спокойной ночи?

Спокойной ночи? О, час лихой!
Оставь, не гони меня прочь.
Давай побудем ещё с тобой,
Тогда и будет спокойной ночь.

Как же спокойной я ночь назову,
Когда желанья летят во всю мочь?
Пусть ничего не пойму, не скажу,
Тогда и будет спокойной ночь.

Для тех, чьи души рядом пошли
С раннего вечера и почти до утра
Спокойная ночь; и не скажут они
Спокойной ночи, поверь, никогда.

               


Перси Биш Шелли (1792–1822)

Философия любви

Ручьи сливаются с рекой,
А реки с океаном.
И ветры нежно над землей
Встречаются веками.
Никто нигде не одинок,
Уж так назначено судьбою.
Всем встретиться поможет Бог,
Но почему не нам с тобою?

Целуют горы небеса,
Волна волну ласкает.
И не простят того цветка,
Что брата презирает.
И луч луны целует море,
И солнце землю обнимает.
Что эти поцелуи мне,
Коль не меня она ласкает?

               

Перси Биш Шелли (1792–1822)

Индийская серенада

Я просыпаюсь из-за тебя
В самом начале ночи,
Тихо дуют рядом ветра,
Сверкают звёздочек очи.
Я просыпаюсь из-за тебя,
Не знаю я лишь, почему?
Иду я к тебе, родная моя,
К дому спешу твоему!

Бродячий ветер стихает
На тихой и тёмной реке
И запах чудесный тает,
Как добрые мысли во сне.
Все пожеланья соловья
Затихают на твоей груди.
Как хочется, любовь моя,
Чтоб и меня успокоила ты!

О, подними ты меня с травы!
Я умираю, слабею, страдаю!
Пусть поцелуи идут как дожди
На губы мои, о том я мечтаю.
Увы, белеет щека, холодно мне,
Сердце так сильно стучит!
О, прижми моё сердце к себе,
Где оно, наконец, замолчит!               

               
Эмили Бронте (1818–1848)

        Ночь

Ночь темнеет вокруг меня,
Лютый ветер метёт пургу,
Но дикие чары сковали меня,
Не могу я идти, не могу.

Ветки деревьев больших
Вниз повисли все в снегу.
Ветер ужасный вдруг затих,
Но я идти совсем не могу.

Облака надо мной, облака,
Под собой вижу я пустоту.
Ничто не заставит идти меня,
Не могу я идти, не могу.

               

Реннелл Родд (1851-1941)
 
       Маргаритка

На радость солнечным лучам,
Раскинув лепестки в траве,
Она ждёт ночи,
Чтоб потом закрыть их все.

Если спрошу, почему в ночи,
Я знаю, что скажет она:
Ночью на небе звезды видны,
Я же дневная звезда.

               

Роберт Бёрнс (1759–1796)
   
Любовь моя, ты роза красная

Любовь моя, ты роза красная,
Что только расцвела в июне.
Любовь моя, ты песня ясная,
Что нежно спели струны.

Я настолько влюблён в тебя
Насколько ты красива, милая.
Пока не высохнут все моря,
Любить тебя буду, любимая.

Пока не высохнут все моря,
Пока не расплавятся скалы,
Я буду любить только тебя
Все годы, что Боги мне дали.

Любимая, я прощаюсь с тобой!
Но прощаюсь только на время!
Вернусь я к тебе, моей дорогой,
Хоть тысячи миль идти мне.

               

Роберт Льюис Стивенсон (1850–1894)
         
         Осенние костры

Горят, горят осенние костры
     И к небу пламя рвётся от земли.
И дым кругом, куда я ни взгляну,
     На поле дым и дым в моём саду.

Но нет теперь нигде моих цветов
     И лета нет, и тёплых летних снов.
Горят в садах осенние костры
     И дым клубится близко и вдали.

Напой ты мне все нежные слова,
     Чтоб чувство было, и душа была!
Чтоб песню ту мог спеть и я, и ты,
     Цветы лишь летом, осенью – костры!

               


Роберт Льюис Стивенсон (1850–1894)
    Куда лодки плывут?

Мутная в речке вода,
Жёлтого цвета песок.
Вечно течёт река,
Вдоль берегов лесок.

Листья кружит поток,
Пенится в речке вода.
Куда мои лодки несёт
Вместе с собой река?

Быстро течёт река,
Движется вниз и вниз.
Мимо крутого холма,
Мимо знакомых лиц.

К морю дороги ведут,
Вдаль всё течёт река.
Дети другие найдут
Лодки, что сделал я.

         

Роберт Льюис Стивенсон (1850–1894)

   Прощай, деревня!

Вот и карета подъехала к дому,
Дети торопятся, всё им знакомо.
Дружно запели и встали в круг:
Прощай, деревня, и всё вокруг!

До свиданья, наш дом и качели,
До свиданья, конюшня и ели,
До свиданья, наш милый друг,
Прощай, деревня, и всё вокруг!

До свиданья, а, может, прощай,
Лестница, сено и старый сарай,
Где сплёл паутину в сене паук,
Прощай, деревня, и всё вокруг!

Взмахнули кнутом, поехали мы,
Быстро исчезли дома и холмы,
Вот и последний за лесом луг,
Прощай, деревня, и всё вокруг!

               
         
 Роберт Льюис Стивенсон (1850–1894)
       Из окна вагона

Проносятся быстро мимо меня
Холмы и долины, луга и поля.
Мчатся куда-то быстрее стрелы
Ограды, канавы, дома и мосты.
Несутся по полю коровы, быки,
То рядом тут были, а то не найти.
В мгновение ока остались вдали
Вокзалы, платформы и фонари.

А вот и малыш ползёт по траве,
Ищет в траве ежевику себе.
А вот и бродяга, что пялит глаза,
А вот и поляна цветами полна.
Вдоль по дороге телега ползёт,
Вдаль исчезает и груз свой везёт.
Мельница здесь, а там уж река,
Мелькнули на миг, и ушли навсегда!

               

Роберт Льюис Стивенсон (1850–1894)
            
     Сон летом

Зимой встаю я в темноте
И нужен свет одеться мне.
А летом же совсем не то –
Я должен спать, когда светло.

Я должен спать, но вижу я:
Птичья стая спать не легла.
Или слышу, как взрослых шаги
Снова по улице мимо прошли.

Синее небо вижу в окне,
Так поиграть ещё хочется мне.
И неужели не поймёт никто –
Как трудно спать, когда светло.

               


   
Уильям Блейк (1757–1827)

        Ядовитое дерево

Я другу рассказал, что гневен на него.
Сказал – и нет следа от гнева моего.
Что гневен на врага, ему я не сказал,
И оттого мой гнев всё больше нарастал.

Я в страхе гнев свой поливал слезами,
И занимался этим и днями, и ночами.
Улыбкою своею тот гнев я пропитал
И много хитрых штучек туда я натолкал.

Из часа в час мой гнев всё рос и рос,
Пока он яблочко на древе не принёс.
Мой враг увидел, что яблочко блестит,
Он знал: оно моё и мне принадлежит.         

Спустилась ночь, и чтоб никто не знал,
Он в сад проник и яблочко украл.
А утром с радостью увидел я во мгле:
Мой враг лежит под древом на земле.
               
               

Джон Голсуорси (1867–1933)
               
        Смелость

Если б весною гуляя в ночи,
Бога бы встретил я на пути,
О чём бы Его попросил я тогда?
Вот эта молитва и будет моя:
  О, Господин всей смелости земной,
  Владыка ночи, хозяин над весной,
  Дай смелости мне храбрым быть
  Тебя о чём угодно попросить!

               


Лоренс Хоуп (1865–1904)

           Мудрость?

В этом мудрость бытия – и любить, и жить,
Брать, что Боги иль судьба могут подарить,
Не задавать вопросы и не просить людей,
А целоваться в губы и гладить посильней,
И весело ускорить тот чувственный отлив:
Имел - владел - и - вовремя - забыл!
               
               

               
Адам Линдсей Гордон (1833–1870)
                Завет мужчины

Не задавай вопросы, работай и живи,
   Пока не воплотятся все цели и мечты.
К слабому соседу на помощь поспеши,
   Для себя ни у кого помощь не проси.
Жизнь, по большей части, пузыри и пена,
   Истина, как камень, веками неизменна:
Будь добрым для людей, когда в беде они.
   Сам, будучи в несчастье, мужество яви.

               


сэр Вальтер Скотт (1771–1832)

    песня Люси Эштон

Не смотри на чары девы,
Не служи у королевы,
Не пробуй, если угощают,
Не говори, когда внимают,
Глухое ухо к лести поверни,
От денег будь всегда вдали.
Свободными душу и тело иметь,
Легко нам жить, легко и умереть.

               

 
Роберт Льюис Стивенсон (1850–1894)
   
        Счастливая мысль

Много на свете разных идей,
Но лучше моей не найти:
Будет счастье у всех людей,
Жить они будут, как короли. 

            
               
         
Гилберт Кит Честертон (1874–1936)

     Обращение к Богу

От всего, чему нас учит горькая беда,
От гнусной клеветы и подлого суда,
От пустых и беспечных речей,
Что утешают жестоких людей,
От продажи долга своего и чести,
От богохульства верности святой,
От равнодушья и от жуткой мести
Избавь нас, Бог, и душу успокой!

          
Заключение

Всему бывает конец, даже хорошему. Вот и завершилась Ваша увлекательная прогулка по цветущему саду английской поэзии.

И пусть у Вас в трудную минуту всегда будет желание неторопливо подумать вместе с великими поэтами и успокоиться. Никогда не бывает так плохо, чтобы не было ещё хуже.
   
Пусть радует нас Господь жизнью земной, да так радует, чтобы хотелось жить и жить.

         И пусть будет так!

Цветёт сирень у дома моего,
Пылают фиолетовые грозди.
В моей душе и тихо, и светло
Как осенью бывает поздней.


И в заключение скажу: мёд не портится годами, а поэзия – веками.

До новых встреч, друг. До новых встреч.