Тайна Моцарта и Сальери. 2. Дуэль

был ранен Александр Пушкин.

2.Дуэль, на которой мы все  секунданты

 Едва ли не более таинственной и необъяснимой, чем  словно по одному сценарию «проигранные» смерти русских поэтов, была и будет загадка, заданная Пушкиным в его маленькой трагедии «Моцарт и Сальери». Это вдоль и поперек исследованное  миниатюрное, «как  жемчужная шутка Ватто», произведение обрело с годами  статус эстетического завещания поэта,  философско-мистического трактата в стихах о взаимоотношениях вдохновенного гения и холодного ремесленничества. А поставленный Пушкиным вопрос о «совместности» гения и злодейства стал в новые времена едва ли не краеугольным камнем всей человеческой истории. Без сомнения –этот текст давно стал фактом и метакультуры и метаистории. Над его «сценарными ходами» ломали и будут ломать голову метафизики. В разные времена пушкиноведы отождествляли Сальери  и со сгубившим поэта  холодным светом, и с  литературным оппонентом  Пушкина беллетристом Булгариным, и с царем Николаем I, «положившим глаз» на Натали, и с  Дантесом. Хотя  «Моцарт и Сальери» был написан в 1830-м,  в год помолвки, накануне венчания с Натальей Гончаровой и до того, как  Пушкин будет зачислен в «орден рогоносцев» оставалось почти 7 лет. Но ведь поэт мог предчувствовать. На то он и гений, чтобы обладать провидческим даром. Причастность и Моцарта, и Пушкина к масонам дает нам право видеть в «Моцарте  и Сальери» нечто вроде моцартовской «Волшебной флейты» - и стихотворная драма Пушкина, и опера Моцарта прямо или косвенно импровизируют тему посвященных в мистические тайны вольных каменщиков.
Предсказал ли Пушкин в «Моцарте и Сальери» собственную смерть? Имел ли он в виду, лепя словесный образ Моцарта, - себя, а образ Сальери – все, что ему противостояло, что отравляло ему жизнь еще задолго  до дуэли? Были ли в тексте зашифрованы размышления о  бескровных идеалах декабрьского восстания 1825 года и злодейской с ним  расправе? Имел ли в виду Пушкин пять лет спустя после противостояния  декабристов и власти на  Сенатской в этом сюжете некую аллегорию противостояния вдохновенного горения холодному и злодейскому расчету?   Рисуя то, как подливает  Сальери Моцарту яд в бокал,  воображал ли поэт, что таким же вот образом лживый и пошлый свет подливает отраву сплетен в его жизнь? Ведь «смутьяны», в круг которых был вхож  поэт, оказались наказаны; казнены бывавшие на этих же балах Рылеев, Пестель, Муравьев-Апостол, Бестужев-Рюмин, Каховский.  121-го  декабриста   сослали в Сибирь на каторгу или на поселение.  А теперь вот уже поживший  мужчина сватался к совсем юной девице. Вряд ли кто-то раз и навсегда ответит на эти вопросы.

Продолжение:http://proza.ru/2026/08/16/902