Sub Zero 9. Пиррова оборона

      Сирена, которую неожиданно активировал Прометей, не была похожа на привычный корабельный рев. Это был звук лопающейся планеты — низкий, утробный гул, от которого вибрировали все внутренние органы. Красное аварийное освещение сменилось мертвенно-бледным ультрафиолетом.
    — Они здесь, — голос Прометея опять поменял тональность и  больше не звучал из динамиков шлема. Он стал пространственным, казалось, исходящим прямо из стен командного центра базы «Цербер-9». — Массивный объект вышел на низкую орбиту спутника. Гравитационные датчики зашкаливают.
     Алексей стоял у главного тактического стола, вжимая пальцы в края столешницы так, что побелели костяшки. Карта поверхности над их головами внезапно покрылась рябью помех, а затем изображение сменилось на схему термального сканирования.
      Прямо над ними, закрыв собой тусклый свет газового гиганта, висела черная клякса. Она была во много раз крупнее «Одиссея».
      — Это не разведчики, — прошептал тихо Алексей, глядя, как от черного корпуса отделяются новые точки. Сотни точек. — Это флот вторжения.
      Каэль, стоявший у резервного пульта управления реактором, медленно повернул свою голову с зеркальными зрачками. Его кожа снова начала приобретать фарфоровую бледность — силы пришельца таяли с каждым часом без подпитки его драйвера.
      «Это материнский корабль, — его мысль ударила в сознание Алексея тяжелым молотом. — Я чувствую эхо того оружия, что поразило "Браво". Но масштаб… Пожиратели пришли лично. Они знают, что мы выжили. Они чувствуют след твоего прыжка сквозь варп.»
     — Прометей, статус орудий? — спросил Романов, стараясь, чтобы голос не дрожал.
    — Только зенитные «Вулканы», да и то не все. Спаренные орудия ангара уничтожены при первом же залпе их главных калибров в прошлый раз, — бесстрастно доложил ИИ.
      От какого-то мощного толчка с потолка посыпалась бетонная крошка.
      — База «Цербер» проектировалась как автономный бункер для защиты персонала от небольших опасностей. Не для настоящей войны. Ее броня выдержит десять минут непрерывного огня среднего крейсера. Против этого левиафана она просто пыль. Первая волна капсул войдет в соприкосновение с базой через пару минут.
      — Мы не можем улететь, — Алексей посмотрел на голографический таймер гипердвигателя «Одиссея». До полной зарядки оставалось еще восемь минут. — Нас расстреляют на взлете, как только мы высунем нос из ангара. Нужно закрыть створки дока наглухо и…
      Пол под ногами резко накренился. Ударная волна от падения одной из десантных капсул —  сферы размером с жилой дом — прошла сквозь скальный грунт. Базальтовые плиты, служившие фундаментом «Цербера», треснули. Командный центр содрогнулся.
      — Внимание! — крикнул Прометей. — Нарушена герметичность третьего уровня! Декомпрессия! Склад боеприпасов стабилен, но если следующая капсула упадет ближе чем в пятидесяти метрах, детонация цепной реакции разорвет спутник пополам!
      В этот момент внешняя дверь шлюза, ведущая в ангар, с оглушительным треском выгнулась внутрь. Тяжелый композит застонал, сдерживая напор чего-то огромного.
      — Они используют таранные дроны, видимо — прокомментировал Прометей. — Им плевать на минные поля. Они пробивают путь просто большой массой.
    — Восемь минут, — выдохнул Алексей. — Мы не продержимся восемь минут. Они вскроют нас как консервным ножом банку.
     Каэль подошел к нему вплотную. Его глаза потускнели, в них отражались красные всполохи тревоги.
     «У тебя есть план отхода, теплокровный?»
             — Есть безумная идея, — Алексей обернулся к терминалу связи.
     — Прометей, ты полностью контролируешь ядро базы?
     — Я и есть ядро базы, старший помощник. Мои цепи управления сейчас переплетены с системой управления базой, в том числе с системой охлаждения реактора «Цербера».
     — Сколько энергии осталось в главном накопителе форпоста Альтаир? Той части, что они не смогли выжечь ЭМИ.
      — Около сорока процентов от максимальной емкости. Хватит, чтобы испарить океан на землеподобной планете.
      — Направь все эти сорок процентов в геотермальные каналы спутника, — приказал Алексей. Его лицо стало жестким, осунувшимся. — Открой клапаны охладителя нашего корабля на полную мощность. А затем… инициируй протокол «Феникс».
Пришелец напрягся.
        «Что это?»
       — Протокол «Феникс» предполагает полное уничтожение инфраструктуры, — осторожно заметил Прометей. — Детонация всех оставшихся ядерных запасов Альтаира синхронно с перегревом реактора. Вы предлагаете превратить весь спутник в сингулярную бомбу. Радиус поражения составит полмиллиона километров.
      — Именно, — кивнул Алексей. — Мы превратим эту ледышку в маяк, который будет гореть ярче местного солнца.
      Каэль схватил Алексея за плечо своей трехпалой рукой. Хватка была железной.
     «Ты предлагаешь самоубийство. Если расчет времени ошибется хотя бы на секунду, твой крейсер останется в гравитационном колодце. Мы станем частью взрыва».
           — Значит, нам нельзя ошибаться, — Алексей стряхнул руку пришельца и начал быстро вводить команды на консоли.
     — Прометей, сколько времени займет синхронизация зарядов?
     — Три минуты. Мне нужно перенастроить таймеры старых боеголовок форпоста, их системы наведения повреждены радиацией.
      — У тебя две. Десант, похоже, уже лезет в вентиляцию.
      Новый удар потряс базу. Потолок командного центра пошел трещинами. Из шахты лифта повалил густой белый дым вперемешку с искрами.
      — Они внутри периметра, — голос Прометея впервые дрогнул. — Автоматические турели внутреннего кольца подавлены. Группа противника прорвалась к лифтовым узлам второго уровня. Расстояние до вас — сто метров.
     — Каэль, бери лазерный резак, — Алексей вытащил из стойки тяжелый импульсный дробовик и проверил подачу патронов.
    — Забаррикадируемся в серверной. Держи проход столько, сколько сможешь.
     «Мое поле исчерпано, человек. Резак бесполезен против брони Пожирателей».
          — Тогда просто бери его, — отрезал Романов. — Будешь работать короткими отвлекающими очередями. Нам нужно выиграть ровно сто двадцать секунд. Прометей, выводи обратный отсчет на мой визор. Как только начнется процедура «Феникса», я хочу видеть каждую миллисекунду.
    — Принято. Синхронизация начата. Обратный отсчет: одиннадцать минут пятьдесят девять секунд.
Алексей нажал на затвор оружия. Звук получился неожиданно громким в наступившей тишине — ревуны смолкли, уступив место методичному лязгу металла о металл где-то за переборками.
Тяжелая дверь командного центра задрожала под ударами снаружи. Замок держался на честном слове.
     — Десять секунд до контакта, — шепнул Прометей. — Рекомендую помолиться Вашим богам, кто в кого еще верит.
     Замок вспыхнул белым светом и рассыпался. Створки разъехались в стороны, открывая вид на клубящийся дым коридора.
      В проеме показалась фигура. Высокая, закованная в черный хитин, сочащийся жидкой тьмой. У нее не было лица, только три пульсирующих багровых глаза, расположенных треугольником. Оно прошло сквозь пламя автоматических огнеметов базы, даже не замедлив шага.
    — Огонь! — рявкнул Алексей, нажимая на спусковой крючок.
     Импульсный заряд ударил тварь в грудь. Черный хитин принял удар, покрылся сетью трещин, но удержал энергию. Существо издало беззвучный вопль, от которого сервоприводы скафандра Алексея заискрили, и сделало шаг вперед, занося конечность для удара.
     Рядом коротко взвыл пришелец, бросаясь наперерез монстру.
     Началась рукопашная схватка в тесном коридоре.
     — Одна минута, — прохрипел Алексей, отступая назад и перезаряжая оружие, чувствуя, как кровь из разбитого лба заливает левый глаз. — Продержись одну минуту……