Горизонты

Учили с Никой отрывок из «Сказка о царе Салтане». Телефонное ухо мою «любовь» к Пушкину словило и с железобетонной уверенностью включило меня в список фанатов, выстроив строгую и логичную цепочку к Натальей Гончаровой в моем ютюбе.

Немного была удивлена обилием фактов, про которых мне что-то на уроках лит-ры учителя невнятно умолчали. А ведь быть может расскажи мне на уроке, что в семействе Пушкиных отношения были похлеще, чем у просто Марии с Хуаном Карлосом (господи, зачем я до сих пор это помню) и водились шутки абьюзивного характера и муж нет-нет да подбивал ей самооценку, вкидывая шутки про косоглазие (она им оказывается несколько страдала, а А.С. был видимо тот еще шутник), я бы и все остальное сидела и слушала, развесив уши и ждала бы следующего урока с тем же нетерпением, что и новую серию бразильского сериала по телеку.

Не знаю как вам, но когда нам учителя тянули про то, что она ему была богиня, эталон и идеал, хотелось зевать и спать, потому что уже в тринадцать лет становится совершенно понятно, что эта информация навряд ли будет так уж прям жизнеспособной для построения отношений на границе 21 века.

Но самое потрясающее мое личное открытие было, пожалуй, в том, что замужем за ним она была всего каких-нибудь шесть лет. Пять беременностей, четверо детей и бесконечные гнобления общественности в ее вдовстве.

Оказывается, через века, она до сих пор кость в горле всех Пушкинистов. Я смогла только посочувствовать этой девочке, которой было-то что-то около 25 лет в тот момент, и которая оказалась под многотонным общественным катком мнения «что-то горюет она, но как-то не от всего сердца».

При этом с точки зрения астрологии в вопросах любви это была нежная и романтичная натура, там если уж совсем уж честно, больше вопросов к АС, он вообще-то был действительно в любовных делах тот еще молодец и донжуанский списочек его вполне себе не бахвальство и не хвастовство, за него дочку если и выдавать, то с четким пониманием, что вряд ли это будет верный муж.

И как это несправедливо выходит на самом деле, когда к нему у мира претензий ноль, все сливки презрения ей, а между тем кусочек из письма ее брата к деду: «Меж ими царствует большая дружба и согласие; Таша обожает своего мужа..» и даже долгие годы верного второго брака не принесли ей плюсиков в общем зачете общественного мнения. И до сих пор даже наши современники разве что простигосподи не называют вслух и то наверное только потому, что все-таки литературоведы, как ни крути, культурные люди.