Цук

Цукерник В.М. (к столетию со дня рождения)

Виктор Моисеевич Цукерник (ниже Цук) родился 28 мая 1927 года в Харькове, за 14 лет до начала Великой Отечественной Войны. 18 лет ему исполнилось в самом ее конце. Так что на групповой студенческой фотографии он самый молодой, возможно, единственный, "не нюхавший пороха". После возвращения из эвакуации в Узбекистан (Андижан) семья вернулась в уцелевший профессорский дом на улице Артема 6. Цук поступил на Физмат Харьковского университета, носивший тогда имя Максима Горького, а через много лет — В.Н.Каразина. Там Цук познакомился и подружился с Мусиком Кагановым, с которым они сотрудничали долгие годы, вместе ходили на лекции, готовились к экзаменам, перескочили через курс и вместе окончили Университет в 1949 году. Дипломные работы они также писали вместе, а затем авторство каждой решил жребий. Цуку досталась тема, связанная с магнетизмом, руководителем которой был А.И.Ахиезер. Мусику — задача о распространении волн во флуктуирующей среде с руководителем Ильмехом, как называли в студенческой среде Илью Михайловича Лифшица. После краткого периода работы в средней школе на Холодной горе Цука в 1950 году приняли в Уфти в отдел Вени Германа, а Мусика в отдел Ильмеха. Цука, впрочем вскоре уволили в зловещем 1952 году. К полноправной научной работе Цуку удалось вернуться лишь через 5 лет после смерти "вождя народов" в связи с переходом отдела Ильмеха во Фтинт. В 55-58 гг Цук преподает в Институте Советской торговли, сочетая это с работой в Политехническом институте. Во Фтинте Цук плодотворно работает вместе с Радиком Гуржи, исследуя различные стороны поведения магнетиков при низких температурах. Из наших с ним совместных работ следует отметить ряд точно решаемых задач, в том числе нахождение состояний квантового электромагнитного поля с определенной напряженностью, а также исследование спиновых цепочек в так называемой квантовой х-у модели.

    Вместе с тем Цук с энтузиазмом по примеру Ильмеха продолжает заниматься почтовыми марками. Он также сделал себе подарок в виде бесконтактных радионаушников, в которых он мог слушать музыку даже в толпе шумящих деток.
   
Цуку принадлежат интересные воспоминания о студенческой поре, о преподавателях и, в том числе, об Илье Михайловиче. Приведем одно из них.

"Был конец 1946-го, первого послевоенного года.
Продуктов питания тогда еще не хватало, требовалось потуже затягивать пояса.
В один из дней я подымался по Университетской улице, неся в одной руке
туго затянутые поясом консервные банки, которыми отоварил карточки в студенческом магазине, что был у Рыбного базара. Другой рукой я вынужден был поддерживать штаны. На душе было радостно и спокойно.

В это время заканчивался первый час лекции Иль-Меха по механике (мне ничего не оставалось делать, как пропустить лекцию, иначе нельзя было "отовариться"). Вдруг у ворот Университета я встречаю ИльМеха, идущего на лекцию. Он испуганно
спрашивает: "Что, уже все ушли?" Я не менее испуганно отвечаю: "Нет, нет, Илья Михайлович" - и бегу дальше."
 
Но подлинный дом Цук обретает впоследствии не только во Фтинте, но и на кафедре теоретической физики Университета им. Каразина. Цук становится признанным специалистом по квантовой теории магнетизма. Под его руководством (в том числе, совместно с Мусиком) защищается около полтора десятка кандидатских диссертаций. Многие персонажи из этого списка впоследствии защитили докторские. Чтобы не быть голословным, приведу часть списка, любезно составленного Еленой Езерской: Люда Филатова (Гордевская), руководство совместно с Мусиком; Иван Гочев (Болгария); А.М.Фришман; Ю.А.Синицын (руководство совместно со мной, см. комментарий); Ю.Г.Окладной ; В.З.Клейнер; О.Б.Заславский; Г.В.Михайлов; Л.И.Глазман; Е.В.Езерская; А.А.Звягин; Е.В.Гольдштейн; Юсеф Садауи (Алжир); Я.Ю.Сегал (руководство А.Звягин и Цук). Здесь много ярких, активно работавших людей не только в узко профессиональной области. Так, Олег Заславский опубликовал три монографии о поэзии ХIХ века,  А.Звягин — 2 англоязычные монографии (одна из них в двух изданиях), посвященные точно решаемым низкоразмерным квантовым моделям, где используются, в частности, и наши с Цуком работы по х-у модели. Ляля Гольдштейн защитила еще одну диссертацию уже в Америке, из-за чего получила прозвище Доктор-Доктор. К сожалению, Юра Синицын разыгрывает вариант истории про Колобка, но это уже другая история.
   Цук поддерживал тесные связи с математиками, в частности пару лет читал им курс квантовой статистики. Его с Мусиком дипломная работа постепенно переросла в монографию «Природа магнетизма», неоднократно переиздававшуюся в разных вариациях в Физматлите, и даже в изданиях для школьников, в том числе, в библиотеке Квант.
   Благодаря дружбе с сестрой Мусика Зоей Цук попадает в весьма аристократическое московское общество, с которым вместе с семьей ездит на прибалтийские курорты, в том числе в Пярну в Эстонии. Особо следует сказать о песнях Булата Окуджавы, которые Цук поет в кругу друзей а капелла без гитары. В "Коуровках", как стали называть уральские зимние школы, пение Цуком песен Окуджавы стало особенно популярным. В комнату набивалось полным-полно народу. Не обходилось и без инцидентов. Так, один из пьющих друзей в окружении Цука в последний момент вставил в наш рукописный альбом совершенно скабрезный куплет о пении Цука. Никто не заметил вплоть до вручения альбома. Меня, впрочем, взволновал не сам стишок, а мысль, что подумают о моем участии. Поэтому, вместо того, чтобы вымарать компромат, я старался дистанцироваться от него.

Эта идиллия прерывается делом Синявского и Даниэля и общей ухудшением обстановки в Советском Союзе. Идея отъезда приобретает навязчивую форму. Но единственно реальным путем для отъезда становится Израиль, который выходит на первое место в устремлениях еврейской интеллигенции. Вплоть до отъезда Цук читает прекрасный курс электродинамики и спецкурс по магнетизму.

   В 1993 году семья Цука вслед за детьми эмигрирует в Израиль. Картины отъезда в этот период ярко описаны Эдуардом Тополем в его книгах. Мы добавим только один биографический штрих. На вывозимые вещи имеется жесткая квота в зависимости от числа отъезжающих. И вдруг выясняется, что на младенцев квота меньше и семейный сервиз в эту квоту не помещается. Цук с младенцем на руках кричит по этому поводу: -Разбейте его, разбейте его!
   
   Израиль встречает щедрой стипендией Шапиро и отсутствием работы. Впрочем, отсутствие работы весьма относительно. После 70 трудно налаживать полноценное сотрудничество  даже со старыми коллегами и друзьями, например, с Марком Азбелем, Виктором Львовым. Нам с Цуком Саша Воронель предложил участие в своей теме, связанной с магнитными кристаллами. Мы согласились, но на следующий же день Цук отказался, сказав, что «не готов нести ответственность».

   Впрочем, дел по горло: нужно учить язык, приспосабливаться к новой среде. Сын Саня с семьей переезжает в Канаду вместе с родителями своей жены. Начинает подводить здоровье.

24 апреля 2012 года Виктор Моисеевич Цукерник (Цук) после тяжелой болезни уходит из жизни.

   Цук оставил яркий след в памяти своих учеников и коллег. В глубоких работах по квантовой теории магнитных явлений, статьях и книгах, песнях Булата Окуджавы